Хризантема или меч

      Для совершенствующихся заклинателей под светлыми небесами было два основных пути стремительного развития: путь полного аскетизма, что так рьяно оберегали на пике Кусин; и путь совместного совершенствования, основанный на материях столь тонких и интимных, что при едином упоминании горело лицо.       – Шэнь Цинцю останется здесь. Рядом со мной, – нахмурившись, заявил Лю Цингэ.       Кровь бросилась в лицо мастера Сюя, застучала в ушах, сдавила горло.       – Этот мастер предпочитает... одиночество, – выдавил он с трудом. – Почему шиди Лю не пригласить деву Вей?       – Тц! Что в твоей голове? – зло процедил Лю Цингэ. – Думаешь, я думаю о тебе подобным образом?       Шэнь Цинцю отвернулся, залившись алым до самых плеч. Как же он может об этом не думать?       – Что вообще на тебя нашло?! – рявкнул Лю Цингэ.       Глаза цвета цин распахнулись. Шэнь Цинцю никак не мог вдохнуть. Да и что он мог бы ответить? Прости, я не виноват? Это был не я?       «Система, что, чёрт возьми, я должен ему сказать?»       – О чём шиди говорит? – тихо спросил мастер Сюя, не оборачиваясь.       Лю Цингэ молчал. Он не осмеливался откровенно ответить на этот вопрос. Верхняя губа бога войны дёрнулась. Скрестив руки на груди, он с раздражением произнёс:       – Иногда ты ведёшь себя, как безумец. Твоя ци нестабильна. Если тебя настигнет искажение, ты умрёшь.       Лю Цингэ уставился на изящную спину лорда Цинцзин, на водопад сияющих чёрных волос. Что-то в его груди дрогнуло, кольнув.       – Искажение... у меня?! – вдруг рассмеялся Шэнь Цинцю. – Какой вздор!       Суровое выражение лица лорда Байчжань не изменилось.       «Он всерьёз? Действительно так думает?!» – поразился Шэнь Цинцю, взглянув на Лю Цингэ краем глаза.       – Этот Шэнь пришёл в пещеры духа с чистыми помыслами. Его не одолевает ни ярость, ни ненависть... Где же шиди Лю видит опасность? Разве этот Шэнь похож на человека, подверженного внезапным вспышкам? – возразил мастер Сюя.       – Ты поцеловал меня, – оборвал его уверенную речь Лю Цингэ.       Веер закрыл алое лицо. Лорд Цинцзин так и не смог заставить себя встретить это справедливое обвинение лицом к лицу.       – Я бы не удивился, прояви ты подобную пылкость в отношении... той же Вей Юи, ведь она давно тебе нравится. Но я?       Лицо мастера Шэня удивлённо вытянулось. Ох?       – Да окажись на моём месте Шен Хэй и то я был бы не так удивлён! – продолжал Лю Цингэ.       «А вот я – да!» – содрогнулся мастер Сюя.       – Или это изощрённая месть? – нахмурился бог войны, сжав плечо Шэнь Цинцю и разворачивая его лицом к себе.       Лорд Цинцзин зацепился за эту мысль. Уж лучше так! Хотя, святые небеса, как это вообще можно оправдать?! Он так и не произнёс ни слова, оставляя Лю Цингэ наедине с многочисленными вопросами. Шэнь Цинцю, опустив голову, крутил в руках закрытый веер. По его поникшим плечам рассыпались волны волос, закрывая залившуюся стыдливым румянцем шею.       – Если мы будем мстить друг другу подобным образом, то рано или поздно Шэнь Цинцю проснётся на вершине Байчжань, – раздался голос Лю Цингэ над его ухом.       Лорд Цинцзин отпрянул с судорожным вдохом. Это... так двусмысленно! Лю Цингэ, ты сам-то понял, что сказал?! Или ты намеренно...       Нет, Шэнь Цинцю, прочтя новеллу, не мог себе подобного даже представить! Этот человек должен быть чист душой и помыслами, словно новорожденный младенец! С демоницами бился и ничего, а тут вдруг такое! Почему же в прошлом сюжете единственное, на что он тратил своё красноречие, были разговоры о битвах?! Где справедливость?!       Но ведь и никакой Вей Юи там и не было. Этот проклятый сюжет катился ко всем чертям!       Иногда ему казалось, что Система пытается изменить мир чужими руками. Но понять замысла никак не мог.       – Хм, – усмехнулся Лю Цингэ. – Судя по твоему поведению сейчас... тот поступок был вызван искажением ци? Ты никогда бы не признал слабости. Или я всё ещё неправ?       «Какое гениальное в своей простоте оправдание! Лю Цингэ, ты держал мои запястья в руках, неужели не заметил бы выплеска энергии?» – скрипнул зубами мастер Шэнь.       – Шиди Лю не боится, что во время следующего искажения этот Шэнь зайдёт дальше? – чуть насмешливо произнёс лорд Цинцзин.       Его голос дрогнул. Иногда он и впрямь не мог сдержать глупых ненужных слов.       – Когда это бог войны чего-то боялся? – холодно спросил Лю Цингэ.       Шэнь Цинцю едва не взорвался: святые небеса, какой дурак!       – К сожалению, этот Шэнь не может сказать о себе того же. Шиди, наверняка, прав. Это и впрямь искажение ци. Поэтому, лучше нам погрузиться в медитацию раздельно...       – Хм, – усмехнулся лорд Байчжань, вновь скрещивая руки на груди.       Из этого грота вело три выхода. И сейчас словно серебристая завеса воды закрыла каменные арки – Лю Цингэ замкнул пещеру барьером.       Шэнь Цинцю, тревожно оглядевшись, невольно сжал рукоять Сюя.       – Шиди? Что ты делаешь? – с недоверием спросил лорд Цинцзин.       Ухмылка Лю Цингэ стала шире.       Лезвие Сюя, покинув ножны, вспыхнуло, окутываясь грозовой энергией.       – Что ты задумал?!       – Значит, с чистыми помыслами? – зло расхохотался бог войны. – Ни гнева, ни ненависти? Вывести из себя Шэнь Цинцю оказалась так просто!       Лорд Цинцзин оцепенел. Что это? Зачем?       Лю Цингэ присел на один из белых камней.       Дрогнувшей рукой Шэнь Цинцю зачехлил меч, коря себя за вспышку гнева.       – Ты останешься здесь, пока не расскажешь, что за трюк ты пытаешься провернуть, – ледяным тоном процедил Лю Цингэ. – Что на самом деле случилось в Шуанху? Чжучжи Лан мог убить тебя одним взмахом руки, но лишь ранил? Смешно!       Лицо Шэнь Цинцю побелело. Он приложил немало усилий, чтобы скрыть мертвящую душевную боль за маской гнева.       Вот как? Значит, и Цингэ... Никто в Цанцюн не доверяет ему?       – С чего лорд Байчжань взял, что всё было иначе? – спросил он в тон богу войны.       – Разверни свой прекрасный веер. Думаешь, никто никогда не догадается, что это?       Шэнь Цинцю медленно раскрыл голубой шёлк. Внимательно осмотрел экран, тонкие костяные пластинки, резные гарды. Но ничего не нашел.       – И что же это? – с недоумением спросил мастер Сюя.       Лю Цингэ немного растерялся. На мгновение. А затем его разобрал смех.       – А Шэнь Цинцю весьма умело лжёт. Настолько, что невольно хочется верить. Неудивительно, что Юэ Цинъюань одурачен.       – Что ты несёшь?! – сорвался, наконец, лорд Цинцзин, задохнувшись.       – О? – изогнул бровь Лю Цингэ. – Ты всерьёз думаешь оправдать своё предательство? Давай посмотрим правде в глаза! Зачем бы Шэнь Цинцю, едва освоившему основы, бросаться за демоническим генералом, который сильнее в сотни, а то и тысячи раз? Зачем бы ты стал ждать, пока на помощь придёт глава секты, если в любой момент мог сбежать? Почему на твоём теле не было и царапины, а вот следов любовных утех – хоть отбавляй?! И потом, перед твоей лихорадкой, после которой ты так удачно потерял память, Чжучжи Лан приходил не за тобой? Он едва не уничтожил Цюндин! Довёл Юэ Цинъюаня до приступа бешенства, требуя выдать ему Шэнь Цинцю! Это не предательство?! Нет?! И даже сейчас ты щеголяешь этим!       Лорд Цинцзин бледнел всё сильнее. Ему пришлось опуститься на один из камней – стоять он больше был не в силах. Какие чудовищные обвинения! И хуже всего, что ему не оправдаться! Он не мог знать, что было на уме у Шэнь Цинцю, место которого он занял. Но судя по тому, с какой ненавистью Чжучжи Лан пытался его уничтожить... Какой ещё трюк?! Змеиный король сказал, что своими руками развеял душу Шэнь Цинцю. И как он это сказал! Ни о каком предательстве не могло быть и речи! Если Чжучжи Лан и требовал выдать его, то только для того, чтобы убить. Но, видимо, не получив тела, решил уничтожить душу...       Шэнь Цинцю опустил глаза на изысканный веер в своих руках. Значит, вот как...       «Система, разве сейчас не время?..»       Он не успел закончить мысль – Лю Цингэ поднялся, оборвав её.       Шэнь Цинцю вскинул встревоженный взгляд, наполненный немой мольбой, вслед.       – Если в тебе есть хоть капля гордости и чести, ты никогда не покинешь пещер Линси, – презрительным тоном произнёс Лю Цингэ в ответ. – При искажении ци самоубийство – обычное дело. Я дам тебе целый год. И даже не пытайся сбежать. Если ты не сделаешь это сам, мне придётся убить тебя.       Лорд Байчжань покинул грот, его силуэт растаял за барьером.       Взгляд Шэнь Цинцю медленно опустился, потонув в зелёном зеркале вод. Его прекрасные глаза покраснели от подступившей обиды.