Убить или влюбится ?

Совсем скоро эта чертова свадьба и это уже окончательно, ведь приглашение с датой валяется где-то у меня в шкафу. Боже, чем она только думала присылая мне его? Неужели не понимает настолько мне тяжело и больно… Я закусываю губу, с силой ударяя кулаком по столу и тут же вскакиваю, что бы не запачкать любимые домашние брюки пролившимся чаем. От дальнейших размышлений меня отвлекает резкий звонок в дверь и он настолько настойчив, что у меня моментально начинает шуметь в ушах. Кому интересно это так не втерпешь? Я иду на звук и незванный гость настолько сбивает меня с толку, что едва ли не впервые открываю не глядя в домофон. Юля?! Ошарашенно хлопаю глазами и отступаю назад, это что же должно было случиться, что бы она просто так на ночь глядя сама заявилась ко мне домой? Я не успеваю задать ей этот вопрос, потому что Санина без единого слова практически вдавливает меня в стену прямо в коридоре и увлекает в настойчивый поцелуй. Кусает, раздвигая языком мои губы и цепко хватает меня за руку, просовывая ее себе в штаны. — Тина, трахни меня, как тогда… — Просит с диким отчаянием в голосе. — Пожалуйста…  — Юля, что ты делаешь?! — Практически кричу я, пытаясь хоть на сантиметр отодвинутся. — Ты с ума сошла?! Мне конечно нравится ее настойчивость, но это уже перебор. Юля трется об меня бедрами, продолжая до крови терзать мои губы и даже делает попытку самостоятельно насадиться на пальцы, не смотря на то, что она вобще то еще в одежде.  — Пожалуйста, Тина… — Она едва ли не скулит и мне становится по настоящему страшно. — Мне очень надо.  — Не здесь! — Уже чуть мягче отвечаю я и веду сестру в гостиную. Там аккуратно толкаю ее на диван, нависая сверху и снова целую, зализывая ранки оставленные ее зубами. Моя ладонь ложится Юле на груди, слегка сжимая и поглаживая сквозь ткань. Ну не могу я вот так сразу… Как только чувствую ее отзывчивость, опускаю свободную руку ниже, расправляюсь с пуговицей и молнией на джинсах и исполняю ее странную просьбу. Вхожу в уже влажую потдатливую плоть своей девочки одним толчком. Тут же нахожу нужный угол, лаская стеночки и Юля стонет в голос, выгибаясь в ответ… Она шире разводит ноги, сгибая их в коленях, двигает бедрами, впиваясь пальцами в оббивку дивана, а в уголках ее глаз неожиданно появляются слезы. Я совсем перестаю что либо понимать, но не останавливаюсь, делаю несколько финальных движений и Юля кончает, сжимая подрагивающими мышцами мою ладонь. Когда все заканчивается она прижимается ко мне всем телом и плачет, размазывая соленую влагу по лицу.  — Юль, ты можешь объяснить мне, что с тобой происходит? — Я пугаюсь уже не на шутку и успокаивающе глажу ее по голове.  — Тин, я больше не испытываю и близко ничего подобного, когда ко мне прикасается Вал. — Тихо признается она и растерянно заглядывает в мои глаза. — Я отказала ему сегодня и сбежала к тебе. Мне не приятно его целовать, его губы не такие… Другие… Я не могу объяснить.  — Девочка моя, ты же его не любишь. — Ласково шепчу я, стирая влажные дорожки с ее раскрасневшихся щек. — Это очевидно.  — Но я ведь уже дала ему слово. — Юля всхлыпывает и дрожит, прижимаясь ко мне сильнее. — Что стану его женой.  — И ты готова всю жизнь притворятся? — Я скептически приподнимаю бровь, изучая каждую эмоцию на ее лице. Она резко мотает головой и неожиданно ложится на меня сверху. Меня окутывает приятным жаром и тяжестью ее тела, внутри становится влажно и горячо. Юлечка, это слишком рискованно, ты ведь получила разрядку, а я нет…  — Тина, я не умею притворятся… — Доверчиво говорит она мне в губы. — И делаю обычно только то, что хочу.  — И чего же ты хочешь сейчас?  — Всего лишь убедиться в верности своих предположений. — Вкрадчиво отвечает Санина и скользит ладонями под мою толстовку.  — Ах то есть тебе мал… — Сбиваюсь на последнем слове, потому что под ней больше ничего нет и горячие пальцы безпрепятственно ласкают обнаженную грудь. Черт… Эта девчонка знает, что делает…  — Мне всегда было тебя мало. — Откровенничает Юля, жгутом скручивая толстовку под подбородком и тут же закрывается носом в ложбинку между грудей. — Ты как наркотик, Тина, с каждым разом хочется еще и еще… Она явно оказывается смелее меня и однозначно настойчивее. Буквально стаскивает через голову с меня кофту, забывая о грядущей свадьбе и будущем муже и сразу же без прелюдий вбирает в рот напряженный сосок. Меня выгибает дугой, дышать становится нечем и под закрытыми веками взрываются фейерверки. Я чувствую ее влажный язык на ключицах, чувствую как она целует родинку над правой грудью и ласкает потоками воздуха упругие бугорки. Ее тонкие пальцы сплетаются с моими, обездвиживая, а неугомонные губы спускаются ниже, осыпая поцелуями поджимающийся живот.  — Юля… — Хрипло выдыхаю я, потому что практически нет сил выдерживать эту пытку. — Сделай уже это прошу…  — Сделать что? — Невозмутимо уточняет Санина и на удивление быстро стягивает с меня брюки вместе с бельем.  — Ты знаешь… — Осипшим голосом повторяю просьбу и полностью раскрываюсь для нее. Юля соскальзывает вниз по дивану, кстати она по прежнему одета, и замирает облизывая губы, между моих разведенных ног. Она расматривает меня так откровенно, что мои щеки заливает румянец, а низ живота сводит от предвкушения. Я нагло совру сейчас, если скажу что никогда не представляла себе это. Но я не могла даже подумать, что что то подобное когда нибудь будет возможным между нами. Что Юля все-таки решится на это. Я неосознанно вывожу восьмерки бедрами, томясь в ожидании и естественно она не предупреждает, когда накрывает губами сверхчувствительную плоть, имитируя поцелуй. Я выгибаюсь под ней, царапая пальцами спинку дивана и срываюсь на стон, ощущая глубоко в себе ее язык. Юля выводит на атласных стеночках лишь ей одной известные руны, вбирает в себя набухший от желания бугорок и до синяков стискивает мои ягодицы.  — Боже, как долго я мечтала об этом… — Хрипло признается она и меня пробивает дрожью от макушки до пят. Знаете, это невозможно описать, но она не выглядит пошло. Наша близость, нежность граничащая со страстью… Каждое ее касание я чувствую буквально под кожей, Юля играет со мной, доводя до грани, но не давая желанного освобождения. Ее руки дрожат, сбитое дыхание обжигает внутреннюю сторону моих бедер, а затянутые пеленой глаза выдают ее возбуждение. Жарко, до безумия жарко и сладко, чувствую себя подопытной в ее странном эксперименте и держу себя в руках из последних сил.  — Юлечка… — Шепчу, захлебываясь в оргазме, как только длинные пальцы присоединяются к ее охренненному рту. Настойчиво тяну ее на себя, наконец-то стягивая с ее помощью надоевшие джинсы и до упора вхожу в истекающее смазкой лоно. Тут же ощущаю, как сокращаются мышцы и низкий стон растворяется на моих губах. Целую со всей страстью, на которую только способна и прижимаю все еще подрагивающее тельце к себе. Сумасшедшая, но до щемящей нежности в сердце моя…  — Останешься на ночь? — Тихо прошу, совершенно не надеясь на согласие, но Юля кивает головой и я едва не подпрыгиваю от счастья. Место, где она будет спать даже не обсуждается: моя спальня и моя же огромная кровать. Я неловко топчусь у двери пока моя девочка принимает душ, словно она сбежит, а я снова проснусь в одиночестве. Быстро споласкиваюсь следом, щедро наливая на губку любимый цитрусовый гель и натянув на себя футболку возвращаюсь назад. Юля лежит на смятых простынях в моей ночной сорочке и смотрит на меня с свойственным только ей теплым огоньком в глазах. Я тут же опускаюсь рядом с ней, утопая в мягком матрасе, переплетаю наши пальцы между собой и понимаю, что отчаянно не хочу ее отпускать. Никогда больше… Я уже заранее до зубовного скрежета ненавижу этот день, день ее свадьбы. И вообще не знаю, что я сейчас здесь делаю, сжимая в руках букет отвратительных бледно розовых роз . Хочется бежать , бежать не оглядываясь настолько хватит сил , но я не могу , потому что это ее праздник ... Болью выженный у меня в груди . Очень символично , что для празднования выбран наш семейный особняк , дом где когда-то все начиналось . Вокруг цветы , воздушные шарики , сьехались все друзья и родственники и я снова не замечаю среди них Юлиной матери . Она так и не соизволила явиться из своей Италии на свадьбу единственной дочери . Насколько я знаю , других детей кроме Юли у этой женщины нет . Санина тревожно топчется на пороге в том самом платье , которое мы выбрали на примерке , ее блестящие волосы уложены в красивый венец , к которому крепится фата . Боже мой , если она только могла знать , настолько она сегодня красивая . Очень сильно красивая ... Прямо слова из песни , которую возможно кто то напишет через несколько лет . Она волнуется и это видно невооруженным взглядом , ждет Вала и сжимает в пальцах невесомый шлейф . Я не знаю совершенно как смотреть сейчас ей в глаза , что говорить , когда душа разрывается на части . Я боюсь даже представить что этой ночью моя Юля полностью будет пренадлежать ему , что он будет прикасаться к ней так , как до этого было позволено только мне ... Я незнаю , как мне перенести все это и не перейти тонкую грань . Я уже его ненавижу и ей Богу убила , будь сейчас в моих руках пистолет . Я не могу вот так вот взять и отдать ему то , что для меня дороже жизни . И я готова даже стать перед Юлей на колени лиш бы она не стала сегодня его женой . Я уже всеми клеточками ненавижу и себя , за то что собираюсь сделать . Но если не сейчас , то у меня больше просто не будет шанса . Прошу у Юли пару минут , акуратно сжимая в своих ее длинные пальцы и веду в дом , не чувствуя под под собою ног . Пытаюсь начать разговор , понимая что те самые минуты убегают как песок , но ком в горле не дает выдавить из себя ни слова . Она начинает что то подозревать и кладет ладонь мне на плечо , пробирая до подкожного своим невозможным космическим взглядом . - Тина , ты меня пугаешь . - Осторожно начинает разговор первой . - Что то случилось ? - Нет ... - Я давлюсь воздухом , захлебываюсь бурлящим в крови адреналином и усиленно ищу в просторной гостиной пятый угол . - Но может , если ты хорошо не подумаешь , прежде чем сделать шаг . - Тина ... - Юля качает головой и смотрит на меня так , словно хочет открыть очередную галактику . Выворачивает наружу всю мою боль и отчаяние и сжигает до тла . - Ты же знаешь ... Мы говорили уже об этом . Так надо и ты ничего не сможешь изменить . - Надо?! Кому ?Тебе ? Или ему ?! Блядь ! - Я ругаюсь вслух , что совсем для меня не свойственно и отчаянно глушу под ресницами совершенно не нужные сейчас слезы . - Не усложняй ... - Едва слышно хрипит Санина и ее голос звенит словно тетива , вот вот грозясь оборватся . - Не говори ему " Да " ... - Из последних сил прошу я , сползая на колени и пропуская сквозь пальцы складки ее белоснежного платья . - Ты же его не любишь ! - Тина , ты не понимаешь ... - Юля медленно оседает рядом и прижимает мою голову к своей груди . Я отчетливо слышу , как бьется ее сердце , так словно пытается убежать , но его держат толстые стальные цепи. - Я слишком многим ему обязана . - А как же я ? - Слезы льются крупными каплями , смывая макияж и оставляя пятна на платье и я абсолютно не в силах их остановить . - Я люблю тебя , слышишь ... Я не могу отдать тебя ему и улыбатся , делая вид что так и надо . Я не могу видеть как ты ломаешь себя и терпишь того , кто тебе безразличен . Юля ты же не умеешь притворяться , очнись ! - Тина ... Тиночка ... - Слышу ее слова как в вакууме и отчаянно пытаюсь вобрать в себя запах ее волос . - Я не могу отказаться . Теперь не могу ... У нас с Валом будет ребенок . Прости ... Подо мной словно разверзается бездна и я на запредельной скорости лечу в темноту , сердце обрывается и кровавыми лохмотьями падает к ногам . Все звуки исчезают , а в висках адски пульсирует боль . - Девочка моя , что же ты наделала ...