Умино Ирука и волшебный мир

После ужина Ксено и Луна еще немного поработали над макетом, причем Ирука выступал скорее в роли помощника или мальчика на побегушках, а его хозяин время от времени комментировал содержание или тематику статей, фотографий и иллюстраций. Многое из этого варьировалось от просто странного до откровенного абсурда, хотя он подозревал, что отчасти это могло быть из-за отсутствия контекста. Довольная своей работой, Луна ушла почитать у камина в гостиной, а Ксено пригласил Ируку сыграть в игру под названием «шахматы», которая была достаточно похожа на шоги, чтобы он смог достаточно быстро разобраться с ней и оказаться адекватным соперником. Когда Ксено рассказал про названия фигур, стало ясно откуда взялось имя дома Лавгудов. Структура и правила игры оказались достаточно схожи. Ксено также упомянул, что большинство волшебников предпочитали версию под названием «волшебные шахматы», в которой фигуры двигались сами по себе и разыгрывали сражения, но он обычно не использовал набор, который у него был, потому что жестокость, пусть и в игре, расстраивала его дочь. Пока они играли, Ксено продолжил ускоренный курс для своего гостя относительно его новой страны проживания, начиная от культуры, истории, правительства, образа жизни, географии, дикой природы и других тем. Извилистый характер этого курса был нетрадиционным, но, хотя Ирука никогда не использовал бы этот стиль в своем классе, он также не назвал бы его неэффективным. Одна тема, которую поднял его хозяин, но не смог развить, была «магглы» — большинство людей этого мира, которые не только не были способны к магии, но и не знали о самом ее существовании. Подвиг, который произвел на Ируку большое впечатление. Очевидно, в своем технологическом развитии они сильно опередили магов, хотя Ксено признался, что не разбирается как в этом, так и в их культуре. И это было тем, что Ируке придется исследовать самостоятельно, когда появится возможность. Еще один пункт в его списке дел. Другой важной темой, которая одновременно вызывала интерес и беспокойство, было сравнительно недавнее восстание, которому подверглась эта страна. Самозваный «Темный Лорд», чье имя Ирука должен был выведать у Ксено, когда Луны не было рядом, с помощью своих последователей предпринял попытку переворота против магического правительства, используя преимущественно партизанскую и террористическую тактику. Когда Ксено описал униформу этих последователей, так называемых «Пожирателей смерти», это объяснило, почему он настоял, чтобы Ирука не выбирал простые черные одежды. Учитывая явно темную природу предмета разговора, Ирука перевел разговор на более приятные темы. Он мог подождать, пока Пандора не придет в себя и настроение Ксено не улучшится, чтобы получить больше информации.

Λ

— — - — - ==ͽ < O > ͼ== = — - — - — < O >

V

В свой второй полный день в Ладье Ирука потратил пару часов на тренировки, а остальное время он проводил в основном, помогая по дому, где мог, и узнавая больше о Магической Британии. После того, как ему объяснили, как пользоваться наиболее непривычным кухонным оборудованием, он даже взял на себя приготовление пищи, чтобы Ксено не приходилось постоянно брать еду на вынос. К счастью, о завтраке уже позаботились — обильные остатки от ужина, принесенного Молли Уизли, которым можно было накормить в два раза больше людей, чем сейчас жило в Ладье. С другой стороны, учитывая, что у нее было семеро детей, шестеро из них мальчики, она, вероятно, привыкла готовить огромные порции. Это также объяснило бы признаки напряженного бюджета, но сделало бы ее щедрость по отношению к соседу еще более впечатляющей. К вечеру, однако, оба его хозяина начали проявлять едва заметные признаки стресса и легкой меланхолии. Хотя они явно старались не падать духом, Ирука видел скрытую печаль в их улыбках; он сам часто улыбался так в молодости. Отсутствие Пандоры явно начинало угнетать их, и только ее возвращение могло снова сделать их улыбки настоящими.

Λ

— — - — - ==ͽ < O > ͼ== = — - — - — < O >

V

Во время своего третьего завтрака в Британии Ирука был поражен внезапным появлением холеной коричневой совы, влетевшей в открытое кухонное окно средь бела дня. Он автоматически напрягся — для шиноби неожиданные события могли сигнализировать о неминуемой атаке. Не помогло и то, что внимание обоих Лавгудов сразу же сосредоточилось на сове и маленьком свитке пергамента, привязанном к ее левой лапе. Луна вскочила и наполнила блюдце водой, также схватив маленький поднос, полный чего-то похожего на кусочки вяленого мяса. Она поставила все это на столе перед совой, которая приземлилась на спинку стула, в то время как Ксено забрал пергамент и развернул его, напряжение ясно читалось в каждой линии его тела. Опасения Ксено сменились явным облегчением и немалым нетерпением, когда он заговорил с Луной, реакция которой была зеркальным отражением реакции ее отца. — Они снимут заклятия сегодня днем, — обратился он к Ируке, — и если все пойдет так, как я ожидал, она будет дома к ужину. — Это замечательная новость, Ксено-сан! — Ирука просиял. — Я с нетерпением жду встречи с ней при более приятных обстоятельствах. Тем временем он наблюдал, как сова жадно пьет воду из миски и время от времени проглатывает кусочек мяса. Очевидно, они использовали сов вместо ястребов в качестве курьеров, что показалось ему несколько странным. В конце концов, совы часто ведут ночной образ жизни, в то время как люди предпочитают дневной, и он вспомнил отчет одного студента о ястребах-посланниках, в котором говорилось, что совы, хотя и гораздо более скрытные, чем ястребы, также значительно менее умны и поэтому их труднее обучить. Его догадка о том, что эти люди используют сов в качестве посланцев, получила еще больше доказательств несколькими минутами позже, когда в кухню влетела гораздо более крупная сова, на этот раз с пакетом в когтях, который она осторожно положила на пустую часть стола, прежде чем присоединиться к своей коллеге за водой и мясом. Маленькая птица издала явно раздраженный звук и взъерошила перья, прежде чем снова взмыть в воздух и вылететь в окно. Развязав веревку и отодвинув тяжелую коричневую бумагу, Ксено прокомментировал: — А, ваши зелья прибыли, Ирука-сан, — он наклонил коробку к гостю, показывая дюжину стеклянных пузырьков с зельями, каждый с пробкой, покрытой воском с логотипом, изображающим котел, стоящий на открытой книге. — Каждая порция рассчитана на семьдесят два часа, так что этого количества должно хватить, чтобы вы, по крайней мере, смогли свободно говорить по-английски. Я бы посоветовал вам сделать это как можно скорее, так как вы уже общаетесь с людьми, которые говорят по-английски в вашем присутствии. Вкус, боюсь, такой же неприятный, как и у большинства других зелий, и вы почувствуете легкое покалывание в висках в течение нескольких минут, когда зелье начнет действовать, и снова, когда оно пройдет. Кивнув хозяину, Ирука вытащил один из пузырьков. Жидкости в нем было примерно с чайную ложку. Флакончик был с толстым плоским дном, что, вероятно, позволяло легко поставить его на стол, чтобы наполнить. Содержимое было довольно жидким и, казалось, избегало стенок пузырька, словно ртуть, и его цвет можно было описать только как ярко-бежевый. К этому времени он уже порядком оцепенел от странностей этого мира, поэтому просто пожал плечами, сломал восковую печать, открутил пробку и одним плавным движением осушил пузырек. Зелье сильно пахло рыбой, а его вкус напоминал о временах, когда Наруто «импровизировал» с рецептом рамена (инцидент, который теперь был засекречен по приказу Седьмого Хокаге). Как и описывал Ксено, в его голове начало покалывать, примерно в центре под висками; это не было болезненно, хотя он, конечно, был рад, что это не будет длиться постоянно в течение всего действия зелья. — Превосходно! Возможно, после завтрака мы сможем начать ваш первый настоящий урок английского.

Λ

— — - — - ==ͽ < O > ͼ== = — - — - — < O >

V

В плане Ксено обнаружилась одна небольшая загвоздка: вскоре после их урока, когда он объяснил Луне, что они делают, она нетерпеливо спросила, может ли она выучить японский. Усмехнувшись с явной гордостью за жажду знаний своей дочери, он согласился, и таким образом у них получился смешанный урок английского и японского языков, с Ксено в качестве основного учителя и каждый из его учеников также выступал в качестве помощника учителя.

Λ

— — - — - ==ͽ < O > ͼ== = — - — - — < O >

V

В тот же день оба Лавгуда воспользовались камином, чтобы вернуться в больницу. Ирука отказался идти с ними, заявив, что не хочет вмешиваться в то, что должно быть семейной встречей, и в любом случае он еще не закончил свою дневную тренировку. Чего он не упомянул, так это того, что он не хотел быть одним из первых, кого Пандора увидит, когда очнется, на случай, если она вспомнит его и свяжет с аварией. Лучше дать Ксено время полностью объяснить ей ситуацию и предотвратить любые неловкие недоразумения. Несколько часов спустя Ирука закончил тренировку, принял душ и переоделся в свежую одежду. Теперь он тренировался с гусиным пером, чтобы нарисовать буквы, которые ему показывали ранее, когда услышал характерный гул камина, после чего раздались голоса. Осторожно закупорив чернильницу и приведя в порядок свое рабочее место на кофейном столике, он поднялся как раз в тот момент, когда трое Лавгудов поднимались по лестнице, что было труднее, чем обычно, учитывая тот факт, что Ксено помогал удерживать Пандору, в то время как Луна прижималась к матери, словно отчаянно ища подтверждения, что она действительно вернулась. Ирука немедленно отодвинул кофейный столик от дивана, расчистив путь, и был вознагражден благодарной улыбкой Пандоры. Сама женщина выглядела бледной и усталой и слегка пошатывалась, но все равно держалась гораздо лучше, чем во время их предыдущей встречи. Очевидно, учитывая степень ее травм, волшебники были примерно так же хороши в исцелении, как и шиноби, хотя он подозревал, что слияние двух стилей исцеления может дать еще лучшие результаты — что-то, что нужно изучить, если он когда-нибудь восстановит контакт с Конохой. Как только семья уселась на кушетку, а Пандора оказалась посередине, Ирука поклонился женщине и поприветствовал ее по-английски: — Добро пожаловать домой, миссис Лавгуд. Я Ирука Умино, и мне приятно с вами познакомиться, — именно по этой причине он выучил эти фразы во время утреннего урока. — Пандора Лавгуд, рада познакомиться, — ее ответ прозвучал с таким же сильным акцентом, как и его приветствие, но все же был вполне внятным. Судя по гордой улыбке Луны и ласковым смешкам Ксено, кое у кого был краткий урок языка перед возвращением домой.

Λ

— — - — - ==ͽ < O > ͼ== = — - — - — < O >

V

В течение следующих нескольких дней жизнь в доме Лавгудов постепенно возвращалась в нормальное русло. Пандора все еще легко уставала, но с каждым днем становилась все сильнее, и она начала присоединяться к Ируке в некоторых делах, которые он выполнял, чтобы помочь хозяевам. Поначалу между ними была некоторая напряженность, пока разговор, переведенный Ксено, не показал, что оба, очевидно, боялись, что другой обвинит их в несчастном случае. Как только все поняли это, они все расхохотались, и любое напряжение, казалось, исчезло. Прошло несколько часов, прежде чем обитатели Ладьи перестали хихикать. Ксено по-прежнему проводил много времени в Ладье, но регулярно наведывался в небольшой офис, который арендовал для штаб-квартиры «Придиры», поскольку его журнал все еще нуждался в печати и рассылке подписчикам. Пандора, тем временем, также присоединилась к урокам языка, заказав дополнительное зелье на то время, когда она перестанет принимать прописанный ей курс зелий. С такими родителями было легко понять, откуда взялась любознательная натура Луны. Вскоре во многих разговорах в причудливом доме говорящие пытались включить свой новый словарный запас, что приводило к фразам, которые, казалось бы, наугад переключались между английским и японским, часто к большому удовольствию Ксено.

Λ

— — - — - ==ͽ < O > ͼ== = — - — - — < O >

V

Через неделю после появлению Ируки к завтраку явилась особенно потрепанная старая сова, усевшаяся на боковой столик после того, как бросила записку в кашу Пандоры. С видом нежного раздражения и веселья, женщина убрала беспорядок своей палочкой, прежде чем открыть послание. Ирука смог разобрать кое-что из того, что она объяснила своей семье, что-то относительно Уизли и вечеринки. В конце концов, Ксено сжалился над ним и заполнил пробелы. — Молли Уизли хочет устроить в следующую субботу встречу в Норе, частично, чтобы отпраздновать выздоровление Пандоры, частично, чтобы поприветствовать вас в деревне более должным образом, а частично, чтобы она могла накормить всех ведьм и волшебников в Оттери Сент-Кэчпоул, пока мы все не лопнем. Другие наши соседи также будут приглашены, так что у вас будет возможность встретиться с нашими соседями и попрактиковаться в английском с кем-то, кто не знает японского языка. — Что ж, в таком случае мне лучше удвоить свои занятия! Я не хочу цепляться за вас все время, заставляя вас постоянно переводить для меня. Конечно, если вам нужна помощь, чтобы выйти из разговора, сделайте этот жест, — Ирука продемонстрировал базовый ручной знак «нужна помощь» из кода Конохи, — и если я его увижу, то обязательно потребую вашей помощи в переводе чего-нибудь, — он подмигнул хозяину. — И все же, что вы рассказали людям о том, кто я и как я здесь оказался? Я не хочу противоречить тому, что вы уже сказали, хотя я не могу не чувствовать, что было бы лучше, если бы меньше людей знали, что я пришел из другого мира. Ксено усмехнулся: — Обе идеи прекрасны. Я думал в том же направлении относительно вашего происхождения, поэтому свел все к минимуму. Вы Умино Ирука, учитель из изолированного магического сообщества. Во время одного из ваших занятий неудача с заклинанием, которое пытался выполнить студент, совпала и, казалось бы, взаимодействовала с неудачей в эксперименте Пандоры, приведя вас сюда с помощью грубого эффекта-портключа. Мы помогаем вам найти путь обратно на родину, которая из-за ее изолированности нигде не указана и не доступна, что объясняет ваши трудности с возвращением. Эта изоляция также объясняет, почему вы используете магию по-другому, поскольку ваша родина ранее не имела известных контактов с остальным Волшебным миром. Звучит ли это приемлемо? — Звучит неплохо. По большей части это правда, что облегчает запоминание нескольких кусочков вымысла и помогает выдать их за правду. — Я тоже так подумал. Выходит, у нас есть план!