Умино Ирука и волшебный мир

Уроки Ируки в дни перед вечеринкой были сосредоточены в основном на разговорном английском и на темах британской магической культуры, которые, вероятно, будут упоминаться. Использование метел для полета отвечало на некоторые вопросы, порождая другие (в основном вариации на тему «почему метлы?»). Для такого относительно мирного общества (по крайней мере, по сравнению с Элементарными Странами до Мира Наруто) игра в квиддич звучала странно жестоко, и он не мог не задуматься о системе подсчета очков, хотя и решил воздержаться от суждений до тех пор, пока не сможет реально посмотреть игру. Как бы то ни было, полеты оказались довольно высоко в списке вещей, которые ему нужно было научиться. К сожалению, ни Ксено, ни Пандора не были хорошими летунами и не чувствовали, что могут правильно научить его, поэтому ему нужно будет найти инструктора, как только его английский улучшится.

Λ

— — - — - == = < O > ͼ== = — - — - — < O >

V

Ко дню вечеринки Ирука уже сносно говорил по-английски, хотя акцент все еще был сильным, и он довольно часто путался с синтаксисом. Предстояло еще немало работы, но, по крайней мере, его нынешнего уровня было достаточно, чтобы пережить вечеринку, не полагаясь на Ксено во всем, особенно потому, что он обычно мог понять смысл того, что слышал, даже если его способность ответить была ограничена. Пандора хорошо понимала японский, особенно теперь, когда тоже могла пользоваться Лингуановой, и Луна тоже быстро училась. В то время как мать, скорее всего, начнет бегло говорить раньше, ее дочь все еще продвигалась очень быстрыми темпами, чему отчасти способствовала ее тяга к овладению языком. К этому моменту силы Пандоры полностью вернулись, и она с радостью воспользовалась этим, а также прекрасной погодой, чтобы попросить их дойти до Норы пешком, а не использовать камин или аппарировать. Было совершенно ясно, что Луна научилась своему «щенячьи глазки-но-дзюцу» у матери, и вскоре все четверо прогуливались по сельской местности Девона. Через пару километров, когда Ксено выглядел несколько уставшим, а остальные трое были в полном порядке, Ирука впервые увидел Нору вблизи. Как и любая другая магическая постройка, которую он видел до сих пор, она выглядела так, как будто была создана под воздействием какого-то искажающего восприятие гендзюцу (или сильных психоделических наркотиков). Небольшое приземистое каменное здание, очевидно, расширялось по меньшей мере четыре или пять раз, часто вертикально. В результате получилось высокое, шаткое жилище, которое по всем правилам должно было бы быть грудой обломков, если бы гравитация работала должным образом, и он отчаянно надеялся, что существует какая-то форма магического подкрепления, удерживающего всю конструкцию вместе. Впереди и сбоку стоял большой сарай, чуть ближе к входной двери — курятник, а чуть позади дома виднелся небольшой фруктовый сад. Также за домом Ирука слышал низкий гул голосов, предполагая, что гости собрались на заднем дворе. Четверка обогнула дом и обнаружила шумную группу взрослых и детей, у большинства из которых были огненно-рыжие волосы. Несколько длинных столов были расставлены на заднем дворе и, казалось, почти ломились под тяжестью разложенной на них еды. Рядом с задней дверью дома был расположен большой, несколько заросший огород, а еще дальше — небольшой пруд. Ржавые котлы и грязные сапоги были свалены в кучу сбоку от двери, и Ирука мог видеть, как большинство детей украдкой бросали нетерпеливые взгляды на то, что казалось маленьким каменным сараем. — Ксено! — крикнул улыбающийся мужчина примерно того же возраста, что Ирука, слегка полноватый, с редеющими рыжими волосами и дружелюбным лицом. Если верить тому, как Лавгуды описывали своих соседей, это, должно быть, был Артур Уизли, их сегодняшний хозяин. — Замечательно, что вы пришли. И, Пандора, я не могу передать, как мы рады видеть тебя в полном здравии, — говоря с ними, он пожал им обоим руки. — Луна, рад снова тебя видеть. Джинни где-то здесь, вероятно, гоняется за близнецами за то, что они натворили на этот раз, и еще пришли Седрик и Ширли. Кажется, я тоже слышал, как кто-то играл во взрывающиеся карты… — теперь он повернулся к Ируке, протягивая руку. — А, наш заезжий герой! Добро пожаловать в Нору, мистер Умино, и позвольте мне добавить мою благодарность к той, которую вы, несомненно, уже получили за помощь Пандоре, — рукопожатие Артура было крепким и восторженным, все в нем излучало тепло и дружелюбие. — Спасибо, мистер Уизли. Приятно быть здесь. У вас очень красивый сад, — Ирука улыбнулся в ответ на приветствие.

Λ

— — - — - == = < O > ͼ== = — - — - — < O >

V

За время вечеринки Ирука успел познакомиться с Чарли, Перси, Фредом, Джорджем, Рональдом и Джинни Уизли, Амосом, Табитой и Седриком Диггори, а также Лоуренсом, Корделией и Ширли Фосетт. У близнецов была странная привычка постоянно договаривать друг за другом фразы, и они предприняли несколько (неудачных) попыток обманом заставить Ируку выпить или съесть то, что они накачали зельями. В большинстве случаев он просто притворялся, что попался, но в одном случае он использовал скорость и ловкость рук, чтобы поймать близнецов на их собственной шутке, рассмешив их братьев с сестрой и нескольких других человек. После того, как их головы вернулись в нормальную форму, эти двое, смеясь, подошли и поздравили его с тем, что он обернул их шутку против них самих. — Это было блестяще! — Не знаю, как вам это удалось,. – …но мы признаем ваши превосходные навыки шутника! Все это было увенчано парой комически преувеличенных поклонов. — Честное слово! Вы двое! — возмутилась миссис Уизли, явно не слишком довольная. — Достаточно того, что вы занимаетесь этой ерундой в Хогвартсе, но разве вам нужно беспокоить наших гостей? — Это не проблема, миссис Уизли. Я учил шутников и раньше, знаю, как с ними обращаться. Никто не пострадал, всем понравилось, да? — Очень хорошо, — фыркнула миссис Уизли, — но только не сегодня, иначе вы оба будете гонять гномов в саду, пока у вас не появятся собственные дети! — Да, мам, — хором ответили близнецы. Все еще недоверчиво кивнув им двоим, женщина удалилась, вероятно, чтобы убедиться, что все сыты. Ирука воспользовался случаем, чтобы наклониться между ними и прошептать им на уши: — Ваша ошибка слишком очевидна. Нужно быть более хитрыми, более подлыми. Отвлечение очень хорошо работает. Вас ведь двое, да? Один отвлекает, другой подшучивает, так гораздо труднее заметить, — выпрямившись, он улыбнулся и подмигнул, глядя на их ошарашенные, но полные обожания лица.

Λ

— — - — - == = < O > ͼ== = — - — - — < O >

V

Во время разговора с несколькими взрослыми и детьми выяснилось, что Ирука еще не научился летать на метле. — Ну, это не годится! — воскликнул Чарли, получив торжественные кивки от близнецов, Рональда, Джинни и Седрика. — Приезжайте этим летом, тогда у нас дома будут метлы, и мы вас научим! Взглянув на родителей Уизли, Ирука заметил, что Артур выглядел удивленным, в то время как Молли — скорее раздраженной. — Спасибо, — возразил он, — но я должен посмотреть, найдется ли у меня время, когда вы будете свободны. Кроме того, я все еще учу английский, а ведь легче учить, когда ученик может задать вопрос и понять ответ, верно? Дети удовлетворенно закивали. Он свяжется с родителями Уизли позже, чтобы убедиться, что они одобрили это приглашение, прежде чем принять решение. Тем не менее, он надеялся, что это сработает; у полета было много разных применений, и, кроме того, это звучало очень весело.

Λ

— — - — - == = < O > ͼ== = — - — - — < O >

V

К концу вечеринки Ирука решил увеличить количество тренировочных часов на следующей неделе, чтобы сжечь все съеденные калории. Однако вечеринка была приятной, а еда вкусной. Однажды он даже спросил миссис Уизли, не думала ли она когда-нибудь открыть ресторан. На ее неловкий ответ он предположил, что может быть она могла бы также подумать над написанием поваренной книги, чтобы поделиться своими прекрасными рецептами, что сразу же улучшило ее настроение. Персиваль Уизли, или Перси, как его называли многие, неприятно напомнил Ируке Эбису, очень умного, но строгого и замкнутого, с нескрываемым презрением относившегося к выходкам своих братьев-близнецов. Он надеялся, что мальчик также проявит и более позитивные черты характера Эбису, если на него надавить, но пока просто оставался вежливым. Когда Артур узнал о желании Ируки узнать больше о немагическом мире, он практически затащил его в сарай перед своим домом. Внутри, судя по колесам, стояла какая-то машина, хотя и незнакомой конструкции. Вдоль стен стояли верстаки, стеллажи и доски для колышков — все это было завалено, казалось бы, случайными предметами, некоторые из которых были более узнаваемы, чем другие. Хозяин дома очень гордился тем, что продемонстрировал свою коллекцию штепселей и батареек, но выразил свое разочарование тем, что не смог определить функцию резиновой утки. Выражение его лица сменилось почти детской радостью, когда Ирука объяснил, что это детская игрушка для купания. Последовало много дальнейших описаний и объяснений (или, по крайней мере, попыток), но в конце концов Ирука ушел с небольшим количеством новой информации. Многие электроприборы мало чем отличались от тех, что были дома, но даже для них информация Артура часто была сильно ошибочной. Учитывая, что это должен был быть главный эксперт их правительства по всем немагическим вещам, было совершенно ясно, что ему придется обратиться к неофициальным источникам, если он хочет узнать об этой стороне этого мира. По общему впечатлению Артур показался ему исключительно дружелюбным и симпатичным человеком, хорошим и любящим отцом, но не особенно смышленным.

Λ

— — - — - == = < O > ͼ== = — - — - — < O >

V

Вечеринка прошла, уроки снова стали более расслабленными и свободными. Теперь, когда Ирука вышел за рамки базового словаря и сосредоточился на совершенствовании речи, темы разговоров были значительно шире, чем просто язык и общие предметы. Это, в свою очередь, позволило Ксено и Пандоре начать давать ему уроки по Волшебной Британии, от древней истории к праву и гражданскому прав, от системы образования к дикой природе, хотя только лишь слегка затронули саму магию, ну, кроме общей теории и самых основ зельеварения. Обсуждение исследований Пандоры также было в основном отложено до тех пор, пока эти двое не закончили свой курс Лингуановы. Часть более поздней истории, наряду с более подробными политическими дискуссиями, была отложена для тех времен, когда Луна была в другом месте. Именно теперь Ирука узнал более подробно о Войне Крови и лорде Волдеморте. Будучи шиноби, он не мог не заинтересоваться тактикой, которую применяли обе стороны, и было ясно, почему все развивалось именно так: одна сторона придерживалась четких моральных принципов и защищала эту позицию так же стойко, как они защищали свою нацию, пытаясь бороться с преимущественно правоохранительными действиями против своих врагов, оставаясь при этом цивилизованным обществом. Другая сторона, тем временем, перешла от безжалостности к активной жестокости и садизму, сознательно эксплуатируя правила, которым следовали их враги, чтобы спастись от возмездия. Одно это различие вряд ли было бы непреодолимым, но другие проблемы делают исход почти неизбежным: существовала магия, контролирующая сознание, которой, по-видимому, почти невозможно было сопротивляться. Она позволяла даже самых преданных защитников сделать предателями. То, что в большинстве случаев ни это проклятие, ни магическую маскировку нельзя было надежно определить, означало, что никому нельзя было по-настоящему доверять, и это делало любую попытку организовать успешную крупномасштабную реакцию практически невозможной. Вдобавок ко всему, учитывая, что Пожиратели Смерти, как правило, нацеливались на семьи тех, кто хотя бы высказывался против их хозяина, не было ничего удивительного в том, что лишь немногие преданные люди были готовы стоять и сражаться. Конечно, даже если бы не было таких различий между методами обеих сторон, все равно должно было бы быть достаточно народной воли, чтобы бороться против Волдеморта. Тревожно, но казалось, что многие британские ведьмы и волшебники, по крайней мере среди так называемых «чистокровных», были в лучшем случае апатичны, когда речь шла об убеждениях Темного Лорда по отношению к тем, чье происхождение было недостаточно «чистым», и многие активно соглашались с этим, даже если не все одобряли его методы и захват власти. Ничто не делало это яснее, чем тот факт, что некоторые из его последователей сейчас были не только свободны, но и считались столпами общества. Правда, они утверждали, что они действовали по принуждению, но политическая позиция их и их семей как до, так и после войны говорила об обратном. Они были из «хороших, респектабельных родов» и отдавали часть денег на «достойные дела» (некоторые из которых действительно были достойными, например больница), так что в конце концов только те, кто не мог или не хотел оправдываться за свои действия, были заключены в тюрьму, а остальных приняли обратно в общество с распростертыми объятиями. Многие теперь занимали позиции значительного влияния и важности, по иронии судьбы приблизившись к захвату страны больше, чем когда-либо во время войны. Казалось, что, по крайней мере, среди правящей аристократии, их ядовитая идеология, как правило, была терпима и часто поддерживалась. Даже если разделительные линии шли по-другому, это все равно пугающе напоминало Ируке то, что он читал о Мидзу-но-Куни до и во время чисток родословных.