Та, кто вернет ночь

Прошло несколько дней. За это время команда, которой успели стать бывшая ночная принцесса и странствующая фокусница, не встретили на своем пути каких либо тревожных эксцессов, питаясь припасами, состоящими из так называемых «консервов», и продолжая дорогу в место, которое Луне стало известно как «Лестер», местонахождение которого было ей совершенно неясно в виду отсутствия карт и того, что она не смогла понять сказанное словесное объяснение Трикси, которая, вместе с этим, обозвала этот городок «столицей чая». Но, несмотря на столь радостное для их обоих спокойствие в пути, никто не забыл о предполагаемой погоне, что сказалось не только на том, что путь их пролегал теперь в местах, в которых редко можно было встретить каких-либо путников, кроме них самих, но и на том, что после каждого привала приходилось тщательнейшим образом заметать за собой следы. В этом Луну вовсе не останавливало недовольное бормотание кое-какой единорожки о том, что они «просто тратят драгоценное время», ведь она понимала, что, хоть их преследователи возможно не успели понять их текущий маршрут, однако если оставить за собой тот самый след, то они наверняка до этого смогут догадаться. Вместе с тем тревожные мысли о этой самой погоне все сильней преследовали бывшую принцессу. День ото дня все настойчивее уговаривала и свою спутницу делать привалы все меньше, дабы поскорей прибыть в злополучный Лестер, где они смогут растворится в толпе и тем самым быть в достаточной безопасности. И лишь треск медленно горящего огня, чьи огненные всполохи стремились сейчас к багровому небу позволяли не думать обо всем этом, погружаясь в красоту согревающего её мордочку пламени и подыгрывая её полу-сонному состоянию, пока по противоположную сторону безмолвно поедала свою порцию овощной консервы Трикси. — Хорошее сегодня затмение, так тихо и свежо стало, не заметили? — Вдруг сказала оторвавшаяся от полупустой банки единорожка, чей взгляд устремился к небу. — Да, хорошо… — Подхватила ночная властительница, видя, как поднявшийся ветер поднял всполохи огня ещё выше. — Хотя, если честно, я до сих пор не понимаю, как вы можете спокойно смотреть на…то, что зовете затмением. — Более тихо добавила она. — Да вполне спокойно живем. — Саркастично фыркнула фокусница. — Мы ведь под таким небом и выросли все, так что вижу глупым на подобное жаловаться. — В твоих словах есть правда, но, это лишь добавляет моей грусти от того, чего вы лишились. — Горько вздохнула Луна. — Возможно, я хвалюсь, однако, хотела бы, чтобы ты и другие смогли увидеть ту красоту, что мне приходилось творить, когда в Эквестрии ещё существовало не затмение, а полноценная ночь. — Ночь… — При этом слове светло-синяя мордочка стала ещё задумчивее. — Знаете, знала я в своей жизни одного пони, что мне все уши прожужжал про эту самую ночь, постоянно читая какое-то древнее стихотворение, что смог перевести. Вот ему бы с вами встретиться и поговорить о этой самой ночи… На губах бывшей принцессы заиграла слабая улыбка. — Ночь-ночь-ночь…одно простое слово, что содержит в себе столько красоты, созданной неведомой нами силой мироздания, отражения стольких звёзд и бесконечно далеких от нас земель, что доходит для тебя маленьким сияющим светом посреди тёмной пустоты, создающим вместе причудливые созвездия. — Была ли она вправду так красива, как вы говорите? — Спросила Трикси больше не с иронией, а с заигравшим в ней любопытством. — Была. — Твердо заявила Луна, пока её губы медленно опустились вниз. — Была…когда-то. — И в ней правда царствовали…монстры? — Эх, они есть в любое время суток и часто им неважно, какое небесное тело над ними светит. — Бывшая принцесса вяло повела плечами. — Хотя некоторые и правда любили ночное время, но это уже далеко не моя прихоть или повеление ночи. — Почему вы так спокойны, принцесса? — После некоторого молчания, наконец, бросила она. — В каком плане? — Ну, в том, что после своего появления вы узнали, что все это время вас считают за монстра, хоть вы и сами, как я поняла, соглашаетесь с подобным. Вашу ночь ненавидят и чтят её как нечто кошмарное, хотя вы знаете, что подобное абсолютная клевета, а об остальном, думаю, мне нет нужды говорить? — Да, не нужно… — Тихо согласилась потускневшая Луна. — Но злобы во мне нет, ибо я понимаю, что это есть не более, чем последствия моих собственных проступков и глупо судить пони за подобное, ибо они имели право на такое мнение, а про все остальное же я не имею ещё права судить, ибо не знаю, что происходило здесь. — Вот как. — Безэмоционально сказала фокусница. — Видимо всем пони крупно повезло, что вы придерживаетесь подобного мнения. — Я не всегда была такой, мне потребовалось очень…очень много времени на то, чтобы осознать эту истину. — Тяжело вздохнув, добавила тёмно-синяя аликорна, мрачно вспоминая серые пустоши, в которых она провела, кажется, вторую жизнь. — Впрочем, лучше не будем об этом, а вместо этого ты…может, о себе расскажешь? Я практически ничего о тебе не знаю, Трикси и, раз уж мы вместе, то лучше будем узнавать о друг-друге побольше. — Оу…ну, большое спасибо за ваше внимание к моей персоне. И что конкретно хотите узнать о самой Великой и Могущественной волшебнице во всей Эквестрии, м? — С появившейся легкой улыбкой произнесла единорожка, явно тронутая подобным вопросом. — Мне любопытно то, почему ты ведешь такую жизнь, Трикси. Я сама люблю фокусы и хочу понять, почему до сих пор конкретно ты всем этим занимаешься — живешь в тележке, ходишь по всей Эквестрии в поисках публики, за счет которой и живешь. Такая жизнь не сказать, что несчастна, но, понимаю, что возможно, ты бы могла найти счастье в другом, к примеру, жить со своей семьей. — Всегда тянет спрашивать или думать о чем-то глубоком, а? — Усмехнулась светло-синяя пони, принявшись доедать содержимое консервы. — А что же до вопроса, то… — Мордочка её вдруг стала задумчивее и…тускней, по крайне мере так показалось самой Луне. — Мне нравились фокусы с самого детства. Они практически окружали меня и ещё тогда я поняла, что мне не нужно ничего, кроме этих самых фокусов, что я хочу понять, как их создавать и добьюсь того, что никто не сможет быть лучше меня в этом. Она ненадолго затихла, и, когда ночная аликорна уже намеревалась тихонько кашлянуть, дабы прервать неловкую тишину, слова вновь посыпались с губ Трикси. — Но никто особо не разделял мой интерес и с дружбой у меня были трудности. Впрочем, она мне и не была нужна, учитывая, что я добивалась всего сама, своими копытами, а не за счет чужой подачки. — Её голос стал более твердым и жестким. — И именно за счет этого я утирала им носы каждый раз, когда они думали, что имеют право тыкать в меня тем, что я слабее их! А в дальнейшем… — Единорожка хрипло выдохнула. — Я ушла, далеко, перед этим прямо заявив, чем хочу заниматься и, не жалею об этом, даже несмотря на то, что бывает тяжело, ибо в этом моя жизнь — именно это и помогает мне как раз стать Великой и Могущественной Трикси! — И разве тебе никогда не было одиноко?.. — Тихо бросила Луна. — Я не думала об этом. — Символично пожала плечами единорожка. — Уже привыкла к тому, что одна и мне нет причин на это жаловаться, хотя… — Она посмотрела на собеседницу с вновь заигравшей улыбкой. — Рада, что теперь со мной находитесь вы. Как ни крути, а вы хорошая пони и с такими всегда приятно на душе. В ответ на щеках ночной аликорны появились легкие румянцы и та так же улыбнулась, в глубине души счастливая тем, что заслужила по отношению к себе столь теплые слова. «Жаль только, что эта хорошая пони не была тогда там, тысячу лет назад…» — Внезапно пронеслось в разуме Луны, от чего её улыбка медленно сползла вниз и та грустно установилась на костер. — «Однако, теперь эта хорошая пони обязательно будет здесь — Добавила она с появившейся в душе решимостью. — «И надеюсь, что сестра это увидит…» — Что ж, думаю, что нам пора. — Внезапно бросила поднявшая на все четыре ноги кобылка, чей рог начал постепенно освещаться магией. — Не думала, что мы тут настолько долго… — С сомнением протянула бывшая принцесса, но взглянув на багровое небо, что постепенно начало светлеть, пока на нём огромная чёрная дыра отодвигалась прочь, открывая дорогу постепенно возвращавшемуся на месте солнцу. — Хотя, да, ты наверное права. Трикси молча кивнула и, затушив костер, начала спешно собирать в лежавший неподалеку мешок все, что осталось после их очередного привала, пока сама Луна тщательно избавлялась от следов разведенного костра, не заметив, что слабо испачкала копыто в оставшейся саже. Закончив со всем спустя пару минут, фокусница закинула мешок в тележку и дождавшись, пока тёмно-синяя аликорна захлопнет за собой дверь, быстро двинула за собой телегу прочь.

***

— Думаешь, это что-то даст? Мы тут рыщем уже час, но ничего полезного не нашли. — Хмуро бросила одетая в потертый зеленоватый плащ пони, косо смотря на своего командира с упреком и недовольством. В этом не было ничего удивительного, учитывая, что с тех дней, как они принялись за вверенное им дело, результаты вложенных усилий не окупали себя: время, видимо, было уже упущено, и хоть несколько групп продолжали рыскать местность вокруг города, а их группа заглянула в этот забытый самой природой место, она видела это действо бессмысленным распылением сил, понимая, что их цель могла уже скрыться в ближайших деревнях, или вовремя уйти под личиной очередного путника на дороге. Но её то Перси Пик разумеется, слушать ожидаемо отказывалась, вновь доказывая свое прославленное упорство, уже не раз помогавшей ихнему отделу раскрыть самые разнообразные дела. Наверное, именно поэтому не она, известная своим отсутствием всякого оптимизма, была командиром. — Мы должны проверить все, дабы иметь шанс зацепиться за верную нить, что и приведет нас к искомому. — Равнодушно повторила Перси, чье внимание было нацелено совсем не на подчиненную. — В конце-концов, даже если это ни к чему не приведет, что для тебя ещё один час прогулки по природе? — С легкой иронией добавила она. На это запутанная в плащ кобылка могла лишь скептично фыркнуть, не оценив легкий юмор командира, что в прибавок к упорству имела привычку не унывать даже в самых тяжелых ситуациях, в том числе и когда отправила их на это странное дело, связанное с сбежавшей из города «Найтмер Мун», следы которой они теперь вынуждены были столь безуспешно искать. В то, что они охотятся за древним кошмаром, что был изгнан ещё тысячу лет назад, она, естественно, ни на каплю не верила, собранное градоначальником дело было откровенно слабым и из-за этого она имело очень слабое желание продолжать данное действо. Но, приказ есть приказ и не была бы она в рядах верных слуг её божественного величества, если бы не понимала это, не так ли? Лениво обходя глазами окружающую их зелень, кобылка, что уже хотела вновь завести разговор про бесполезность этих пресловутых поисков, внезапно для самой себя заметила в основании близлежащего куста какую-то странную белоту, едва заметную сквозь растущую зелень, но одновременно слишком выделяющуюся, дабы та не бросалась в глаза. Осторожно подойдя ближе, она наклонилась вниз и, присмотревшись, не смогла сдержать легкой ухмылки, охватившей губы. — Кажется, я нашла кое-что интересное для вас, командир. — Зацепка? — Предположила тут же оказавшаяся рядом Перси Пик. — Возможно. — Неоднозначно пожала плечами та, указав копытом на собранную под кустарником кучку белой массы. — Зола. — Однозначно выпалила светло-жёлтая инквизиторша, чей рог зажегся магией и охватил уже остывшую массу заклинанием. — Хм, видимо, появилась она не позднее, чем день назад, может, немного раньше. — Что ж, видимо тут кто-то сделал небольшой привал, заодно спрятав следы после него. — Добавила стоящая рядом кобылка. — Думаешь, это то, что нам нужно? — Не могу сказать точно, но охотники или простые путешественники вряд-ли имеют нужды в подобной мороке. — Спокойно бросила Перси, опустив залу на то же место и сотворив уже новое заклинание, что в этот раз уже светило на землю жёлтым светом. — Что ж, нам повезло. — Позволила себе едва заметную улыбку инквизиторша, указав копытом на с трудом заметные следы копыта. — Кто-то неудачно испачкался и теперь у нас есть шанс отследить нашу цель. — А если не она? — Скептично сказала стоящая рядом напарница. — Отзывать другие группы не будем, но если через 15 минут уже наша группа ничего не найдет в этом лесу, то мы пойдем по этому следу. — Решительно проговорила Перси Пинк. — Времени терять мы не можем, следы достаточно свежие и если будем медлить, то цель вновь затеряется. И уж если это она, то мы тем-более не имеем право медлить. — Если это «она», то мы уже трупы. — Мрачно усмехнулась кобылка, ощутившая во рту неприятный привкус тины, что, как она помнила, всегда сулил, что дальше будет ждать тот ещё круп.

***

И снова свет вспыхнувшего костра: Луна сама не понимала, почему её взор упал на энергичные струи пламени, что медленно начали пожирать своим жаром собранные ими ветки с дровами, в этом она не ощущала волнительной красоты, трепещущей её сердце силы или чего-либо ещё, что писали об огне костра писатели, да поэты, нет, скорее это было…нечто успокаивающее, уносящее мучившие её в дороге тревоги и позволяющие чувствовать не болезненную, но приятную, пустоту в мыслях, позволяющую просто так сидеть возле трескающегося костра, будто ничего на свете и нет. Трикси же не беспокоила свою напарницу, лишь подбросив в костер какие-то ветки и повернувшись спиной, уйти к своей тележке, дабы там и застыть, безмолвно стоя и гладя в открывающиеся перед ней вид на просторное поле, пока тихо завывающий над головой ветер трепал её волосы. Так прошла минута, час, может больше или меньше, прежде, чем не поворачивая головы, светло-синяя единорожка разорвала мирную тишину своим непринужденным голосом. — Можно один вопрос? — Конечно. — Сперва растерявшись, рассеянно ответила Луна. — Чего вы хотите? — Чего…я хочу? — Да. Мы ведь ради чего-то все это делаем: если вы так хотели свободы, то что-то вас толкало на это, но мести вы больше не хотите, то ради чего все это делаете? Чего теперь хотите? — С чего это вдруг тебя интересует? — С сомнением бросила аликорна, посмотрев на стоящую к ней спиной кобылку. — Ну, в конце-концов передо мной та, кем всех пони пугают, не говоря уже, что вы отнюдь не такая, какой я вас представляла. Да и не хочу я, чтобы вот я помогла вам, а оказалось, что вы сделаете всем нам тиранию ночи. — На последних словах Трикси слабо усмехнулась. — А ещё…просто хочу поговорить, раз уж теперь я не одна. Луна нахмурила брови и уставилась в далекое поле, повторяя про себя заданный вопрос — чего я хочу? Он был так прост в количестве слов и смысле, но, сразу же на него ответить было проблемой. Ведь и правда…чего она хочет? Искупить предательство и тот страх, что она породила в пони, то, как она обошлась со старшей сестрой, у которой хочет вымолить прощение, чего бы оно того не стоило? Да, хотела. Но…что будет, если этого не получится? Или получиться? Что дальше, чего ей тогда желать? В первом случае она не понимала, что будет — слишком тяжело давила вина, лежащая на ней, связав её шею невидимой веревкой и каждый раз сжимая её, стоило ей об этом подумать и, ведь если ничего не выйдет…нет, она будет пытаться, пока не добьется того, ради чего ей и позволили вновь ходить по землям Эквестрии, без этого жизнь будет слишком невыносима. Но…что будет потом? Тихая и счастливая жизнь с Тией? А получится ли та, тем более заслужила ли она, предательница и монстр, такого подарка? Ответа не было, да и если все опять получится, то в этом ли смысл её жизни, на этом ли он останавливается? «Нет…» — Сразу же пронеслось в её голове Но…тогда в чем ещё этот смысл? В ночи, с которой она была связана практически всем, чем только можно, но которой больше нет и вряд-ли когда-либо будет? В её народе, с которым она не знала, что случилось? Да, да и ещё раз да! Но…этот ответ не успокаивал, он не был полон, было что-то и ещё, но что? Богатство, слава, любовь, приключения? Из губ вырвался бессильный вздох. — Я не знаю… — Равнодушно заявила ночная властительница. — Я хочу добиться прощения сестры и всех пони, искупить все сотворенное мной, сделать Эквестрию…счастливой и идеальной, но, не знаю, что хочу, когда добьюсь этого. Да и стоит ли об этом думать, пока я ещё ничего не успела достигнуть? — Может быть, но, возможно, это поможет двигаться дальше. — Пожала плечами медленно развернувшаяся к Луне кобылка, что неспешно пошла в сторону костра. — Да и понять…ради чего вы все это делаете, так то. — Я знаю, ради чего я этого делаю, Трикси. — Твердо заявила аликорна, уставившись в светло-синюю мордочку решительными глазами. — И добьюсь этого, пусть даже мне понадобится ещё тысяча лет. — Ну и ради чего? Ради простого шанса примирения с нашей императрицей, что может вас вовсе и не простить? Эх, ради нас, пони, что давно воспитаны вас считать за монстра и никак иначе? Я ценю вашу доброту и то, что вы верите в нас всех, но, не могу понять как вы собираетесь все это осуществить. Вы вряд-ли мне раскроете все карты, однако…скажите честно, принцесса — насколько велики ваши шансы на успех? Сперва желавшая ответить на подобное Луна резко заколебалась, уловив в словах новоявленной подруги горькое зерно истины, на которое, как бы не хотелось, возразить было нечем: да, у неё в голове присутствовал план по проникновению в Кантерлот при помощи самой Трикси, однако…имел ли он в действительности шанс на пресловутый успех, особенно теперь? Ведь что если Трикси откажется следовать её просьбе? Что если их схватят пресловутые преследователи и они обе попадут в тёмницу? Что если войти в Кантерлот окажется так или иначе невозможным? Что если во дворец непосредственно Тии так же будет невозможно попасть или она попусту не пойдет к ней на контакт? Или что если…она окажется совсем не той, какой её помнила Луна? И таких «если» в голове возникало с каждой секундой размышлений все больше и больше, давя на очевидную правоту подруги, перед которой она символично опустила голову. — Ясно… — Бросила Трикси, окинув взором бескрайнее поле. — Вы не знаете чего хотите и что вам делать. — Как наверное забавно это слышать в адрес той, кто провел тысячу лет в ожидании своей возможной свободы и в итоге даже не придумала должный план, да? — Бессильно вздохнув, тихо сказала сжавшая всем телом Луна, чувствуя в душе горький стыд за собственную ничтожность, особенно перед той, кто стал ей единственным другом в изменившимся мире. — Ну, в некотором роде это и забавно. — Равнодушно пожала плечами единорожка, в голосе которой, однако, не было намеков на какое-либо веселье. — Но смеяться над вами желания у меня отсутствует, зато взамен этого присутствует желание дать вам один совет, что возможно сможет вам помочь. Бывшая принцесса подняла голову и заинтересовано прянула ушками, с вспыхнувшим энтузиазмом посмотрев на расслабленную мордочку Трикси, изучавшую неприличную, для этой ранее энергичной кобылки спокойность. — И он состоит в том, чтобы просто начать все с чистого листа, дав фору новой жизни, с чем я вам вполне постараюсь помочь, благо, что с вами никто иная, как Великая и Могущественная Трикси. — В последних словах Луна отчетливо уловила легкую усмешку. — Начать все с чистого листа?.. — Растерянно повторила аликорна. В её голове уже были мимолетные мысли на этот счет, но, она их яро отвергала, считая не просто абсурдной роскошью, на которое права она не имела, но и предательством шанса, дарованного ей звёздами: разве дали они ей свободу с не с целью искупления совершенного давным-давно, увидев её искренность в желании оного, а так же возращения Эквестрии её первозданного, истинного облика при помощи её воссоединения с сестрой? Да, именно ради этого и пусть звёзды молчали о причинах своего решения, однако Луна чувствовала, что дарованная свобода она была обязанная потратить именно так и никак иначе. Иначе…зачем все это? Зачем им ещё возращать её обратно? Разве есть им смысл это делать ради того, чтобы она, бывшая предательница и монстр, ушла от собственного долга, забыв о нём как о страшном сне ради своей новой, лишенной прошлых страхов и грехов жизни, которой она будет наслаждаться так же, как и любой другой смертный пони? «А может в этом и есть смысл?» — Вдруг возразила промелькнувшая в голове мысль. — «В том, чтобы перестать быть вершительницей судеб, которые непременно сломаются, если пойти по тому же пути опять, глупо надеялась на то, что прошлое исправимо? И взамен этого просто создать себе новую, не запятнанную собственной злой, завистью и глупость жизнь, в которой сможешь тихо помогать другим, дабы не позволить им сломать свою жизнь так же, как и я?» Да и к тому же, если звёзды молчали, то с чего вдруг она думает, что они хотят от неё именно этого, дабы она вновь пошла по пути принцессы ночи, что будет изменять мир в желании сделать его лучше, а не по пути кобылки, которая тоже хотела обыкновенную жизнь, какой жили их поданные? У которой тоже были желания и мечты о тихой счастливой жизни? «Однако будет ли эта жизнь счастливой и тихой? Я вернулась не в старую Эквестрию, нет, а в совершенную другую, где в глазах пони и возможно даже своей сестры не более, чем монстр, которого необходимо уничтожить? Да и…должна ли я просто сидеть и молча наблюдать за всем этим ужасом, каким стал моя родина?» — Зло возразила самой себе ночная властительница Нет, не должна, но…а можно ли что-то теперь изменить? Не имея должной силы, подданных и с постоянной угрозой возможной ошибки, что в этот раз может обойтись ей ещё дороже, чем раньше? К тому же есть и «императрица», которой стала Селестия и если хотя бы часть её страхов в отношении сестры правдивы, то та точно не позволит сделать хотя бы шаг в сторону возможных изменений для Эквестрии, с чем Луна, при всем своем желании, не сможет бороться. Да и стоит ли, учитывая, что такой порядок вещей уже устоялся и при возращении той же ночи последствия могут быть, возможно, самыми кошмарными для всего живого?.. «Нет! Разве это правильно, просто стоять и смотреть?! Разве Тия и я стояли и смотрели на правление Дискорда, на то, чем была Эквестрия до объединения?! Нет, мы действовали!» — С решимостью и с вспыхнувшим гневом мысленно воскликнула она. — «Да, прошлое не исправить, но настоящее в моей власти и я буду двигаться вперед, чего бы мне это не стоило!» — Нет, Трикси, я не хочу. Нет, не могу начать все с «чистого листа» прежде, чем заслужу эту новую жизнь. Может меня и ненавидят, бояться и желают смерти, но…я принцесса и не буду трусливо прятаться, пока моя родная Эквестрия превратилась в нечто ужасное, как возможно и моя сестра. Я не уйду от собственного долга и разберусь со случившимся здесь за эту тысячу лет, исправив совершенное, даже если это будет стоит моей жизни. — Вдохновлено заговорила Луна, вдруг осознавшую, что в её словах не было прежних сомнений и страха: в её сердце будто бушевал огонь, слова, в которых ощущалась сила, срывались с губ с удивительной легкостью, а вера в собственную правоту чувствовалась как никогда. — Вот как? — Бросила светло-синяя кобылка, которая, судя по её удивленной мордочке, так же смогла уловить случившиеся с напарницей изменения. — Хех, вот теперь я искренне верю, что вы есть никто иная как самая настоящая принцесса из прошлого — ни у кого другого не видела столько огня в глазах. — Я…спасибо. — Внезапно смущенная столь приятной для её сердца похвалой, отозвалась притихшим голосом ночная аликорна. — Значит, ты согласна с моими словами? — Я вижу, что вы в это верите, однако по прежнему считаю, что вы будете гоняться не за тем, чем следует. — Фыркнула ставшая совершенно равнодушной фокусница. — Вы ведь приобрели вторую жизнь, так сказать, и лично я вижу больше смысла в том, чтобы эту новую жизнь начать без привязки к старому. Но, может когда-нибудь я докажу это, а пока…буду помогать вам, по мере сил. — Трикси…почему все же ты помогаешь мне? Я…я ведь по сути кобылка, которую ты знаешь пару дней и которая никто иная, как та, которую вас учат ненавидеть и боятся. — Хотите увидеть возможный подвох, не так ли? — С понимающей улыбкой ответно спросила светло-синяя единорожка, и не дав время на ответ, продолжила. — Однако не волнуйтесь, его нет. Я помогаю потому, что, может, далеко и не самая добренькая в Эквестрии, но я вижу правильным то, чтобы хорошие пони друг-другу помогали, ведь если поможешь ты, то потом помогут тебе. Да и к тому же, как я говорила ранее, вы показываете себя как порядочная кобылка, что завоевала мою симпатию. — Эх, знала бы ты, сколь не заслуженно меня хвалишь, Трикси. — Горько вздохнула Луна, подняв погрустневший взгляд к небу. — В этой жизни я причина столькому злу, что кажется никогда не смогу согласиться с твоим словами. — Мф, может, даже если и узнаю, то какая мне уж теперь должна быть разница? Вы ведь все это совершили до появление даже моего дедушки на свет. Прошлое есть прошлое, принцесса и лучше просто смотреть на настоящее, в этом как-то больше смысла. — Может, ты и права, но…эх, это прошлое не уберешь из памяти и ты всегда помнишь, что, сколько бы добра не сделал, но зло причинил куда больше. — Печально бросила ночная аликорна. После этого обе кобылки затихли и продолжили следить за языками пламени, да поглядывать на пустующие поле, над которым звучали потоки ветра, молча раздумывая над своими и чужими словами, а так же наслаждаться приятной тишиной данного места.

***

Сонно подняв глаза на покрашенный в синий цвет деревянный потолок, Луна мученически вздохнула: сколько бы она не пыталась заснуть, дабы наконец набраться сил для продолжения их путешествия к обозначенному Трикси месту, было ли это от свершившегося меж ними обоими разговора или просто из-за особенностей организма трудно сказать. Но впрочем, какая уж разница, если в любом случае при всей своей сонности она не могла увидеть даже банального кошмара? В безмолвной тишине небольшого внутреннего помещения тележки отчетливо послышалось тихое сопение завернувшейся в одеяло единорожки, что лишний раз напомнило бывшей принцессе о нужде заснуть и при этом не издавать лишнего шума. «Мне так и продолжать все это время смотреть в потолок, да ждать, пока меня окончательно утянет?..» — Задала самой себе риторической вопрос она, не имея ни малейшего желания реализовывать это в жизнь. Все это напоминало невинные детские годы, когда Стар Свирл заставлял их с сестрой ложиться строго по расписанию, по которому, разумеется, уложиться было неохотной задачей, ведь хотелось заниматься чем угодно, кроме этого самого сна. — «Эх, мне бы эти проблемы сейчас…» Где-то в душе противно кольнуло и вот уже перед глазами вновь прокатывались картины прошлого, в которых она с юной Селестией тайком сбегали от учителя в лес, дабы набрать вкусный ягод и то, что хоть Стар Свирл потом заставил их сполна отработать данную выходку, они были счастливы сладковатым вкусом клубники, компанией друг-друга и охватывающим ощущением свободы, в которой можно было делать все, что взбрело бы на детскую голову. Ах, если бы они обе знали, что это были, наверное, самые лучшие их годы, которыми следовало насладиться куда больше, чем в итоге получилось… — Ладно, хватит. С этим я уж точно не смогу заснуть, отпустите меня уже… — Отчаянно и зло прошептала себе под нос властительница звёзд, чувствуя возле глаз предательскую влагу и то, как больно сжимается сердце от нахлынувших на неё воспоминаний, что вместо радости давно начали приносить одну только боль. «Лучше мне просто подышать свежим, почти-ночным воздухом, да, это в прошлом неплохо помогало…» — Быстро смекнула Луна, срывая с губ тихий вздох. Осторожно оглядевшись и лишний раз убедившись, что Трикси крепко спит, она аккуратно начала сползать с кровати и, коснувшись пола всеми четырьмя копытами, посмотрела в сторону входной двери, которую прекрасно видела даже в царящей вокруг полу-тьме и тихо направилась в сторону неё. К счастью, доски не издавали предательских скрипов и успешно открыв дверь, бывшая принцесса выскользнула наружу, столь же бесшумно закрыв дверь, как её и открыла. — И вот опять… — Устало бросилось из губ, когда перед глазами открылся вид безоблачного багрового неба и нависшего над окружающим тележку лесом чёрной дыры, края которой освещались тонким жёлтым ореолом. Хоть к подобному она и успела привыкнуть, но, это не мешало неприятному ознобу, что принесся по телу при виде такого неправильного зрелища. Ловко перепрыгнув небольшие ступеньки, тёмно-синие копыта мягко приземлились на обросшую мелкой зеленью землю. Вновь почувствовав её под своими ногами, Луна не смогла сдержать легкой улыбки: да, это была мелочь, на которую можно быстро перестать обращать внимание, но после всех этих тревожных воспоминаний, что всколыхнули её лишнее напоминание о том, что годы заключения были позади, радовало душу и позволяло чувствовать себя более уверено. Однако, стоило пройти несколько шагов в сторону от тележки, слух с тревогой отметил едва различимый голос, нет, шепот, идущий откуда-то из кусов впереди неё, и в ту же секунду раздался отчетливый звук выпущенного заклинания — сработавшая реакция позволила ей вовремя отскочь вправо, расширяющимися глазами наблюдая за пронесшимся прямо возле носа ярким фиолетовым лучом. Вслед за ним послышался недовольный возглас из злополучных кустов, прежде чем из них выбралась неясная понячья фигура, высоко прыгнувшая прямо в сторону ошарашенной Луны, которая, однако, вновь смогла увернуться от атаки. — Да стой ты на месте! — Донесся до неё чужой голос, явно принадлежащей какому-то жеребцу и в котором четко было различить смесь раздражения и…легкой паники? Думать об этом времени все равно не было, ведь новый луч заклинания последовал незамедлительно, а вслед за ним и новый прыжок тёмной фигуры, от которых в обоих случаях Луна смогла вновь успешно уйти, спутано пытаясь понять личину её внезапных врагов и свои ответные действия на их атаки. Одного из нападавших, того, кто раз за разом на него прыгал, она смогла даже смутно различить: да, это определенно был пони, закутанный в тёмно-зелёный плащ и капюшен, сквозь темноту которого можно было разглядеть неясные черты лица. Прочие же резко повылазили из кустов, и, бегло осмотревшись, ночная аликорна поняла свое проигрышное положение — ещё три таких же тёмно-зелёных фигур встали на месте их бывшего лагеря, у одного из которых из капюшона плаща выпирал пурпурный рог. «Что ж, теперь они скорее всего попытаются меня окружить или истощить поочередными атаками, пользуясь количеством.» — Бегло поняла Луна, став уворачиваться от новых потоков магии и, видя, как остальные трое стали стремительно бежать в её сторону. — «Архг, Тартар их побери, сколь же беспомощна я, что четыре пони теперь для меня проблема! Не смогли мы уйти от этой дискордовой погони и даже сбежать толком невозможно!» Надеется на Трикси в данный ситуации было бесполезно, ведь даже проснувшись, вряд-ли та продемонстрирует какие-либо боевые навыки, так что действовать бывшая принцесса незамедлительно. В этот момент вздрогнувшая Луна тут же отпрянула в сторону, только сейчас сообразив, что секунда и клинок, выскользнувший из рукава одного из напавших, рассек бы ей лицо. А судя по уже знакомому свистку воздуха, сверху уже на неё собирался приземлиться ещё один. «Что ж, посмотрим, на что я ещё пригодна!» — Тёмно-синий рог осветился магией и удачно схватив «прыгуна» за голову приготовленным заклинанием, она резко кинула его в сторону обладателя клинка, застигнутого в расплох внезапной контратакой, с грохотом повалился на землю, прихватив заодно и «прыгуна». Однако оставались ещё два: удачно отпрыгнув от ещё одного луча, властительница ночи, пользуясь секундной задержкой, сделала резкий рывок в сторону, при помощи него сумев существенно сократить расстояние, что отделяло её от вражеского мага и замахнулась копытом по его удивленной мордочке. Но, вместо него копыто ударило пустоту и на роге успевшего увернувшегося единорога уже засияло новое заклинание. Лишь при помощи вовремя сотворенного щита Луна смогла уберечь себя от огненного потока и в этот раз копыто уже смогло найти свою цель, судя по легкому хрусту успешно разбив пурпурному жеребцу нос и опрокинув его к ближайшему дереву. «Стоп, четвертый!» — Панически вспомнила аликорна, прежде чем перед ней прогремели несколько невыносимо ярких взрывов и, почувствовав резкую боль, она с болезненным вскриком упала на землю, будучи откинутой ударной волной. — Знала, что пригодятся. — Сквозь пульсирующую в тебе боль и приглушенных слух услышала где-то в далеке бывшая принцесса. Попытавшись встать, ночная властительница лишь хрипло прошипела и поняла, что острая боль в обоженной плоти была слишком непреодолимой, дабы позволить сдвинуться с места, заставляя лишь беспомощно лежать на траве и чувствовать, как регенерация отчаянно пытается справиться с возникшими ожогами. Перед ней возникла фигура нахмуренного пурпурного единорога, что наложив на неё некое заклинание, начал заковывать хрипло дышащую тёмно-синюю аликорну сформированными магией цепями, не позволявшими теперь хоть как-то свободно двигать передними и задними копытами. — Думаете, этого хватит? — Опасливо бросил один из недавних врагов, чьи фигуры показались рядом. — Может, дополнительные сдерживающие меры предпримем? — Нет, она явно не в состоянии сражаться: учитывая, что она преимущественно уклонялась от наших атак, то запасов магии у неё мало, а смотря на эти ожоги любому ясно, что сил на побег и тем более новый бой ей не хватит. — Спокойно прокомментировала явная кобылка, чью светло-жёлтую мордочку Луна смогла смутно разглядеть посреди её пленителей. — Ага, а потом все будет как в тот раз. — Недовольно заговорил единорог, вытирая с копыта текущую из носа кровь. — Нет уж, если по вашим словам, командир, она и правду та самая, то нам такое легкомысленные запрещено. Да оно в любом случае запрещено, мало ли, что эта неизвестная сможет использовать, пока мы тут болтаем! Переоценка угрозы лучше чем её недооценка, ведь так, командир? — Хм, да, ты хорошо это сказал. — Задумчиво сказала «командир», подбросив своему пурпурному напарнику шар, из которого выпирал какой-то стержень с кольцом, в которое вполне могло бы поместиться копыто взрослого пони. — Можешь сделать так, что при её резких движениях он взорвется? — Могу. — Уже более спокойно выдал маг. — Отлично, а пока мы, пожалуй, разберемся с содержимым этой злополучной тележки. И пока пурпурный жеребец начал свои непонятные Луне манипуляции над странным шаром, трое остальных под беспомощным взглядом ночной аликорны двинулись в сторону тележки. «Они ведь от неё избавятся, как от свидетеля!» — С нарастающим ужасом осознала аликорна, тщетно попытавшись вырваться из созданных оков, но лишь с отчаянием поняв, что её собственный организм поступил все силы на лечение полученных ран, а вовсе не надо то, что прямо сейчас было ей нужно. Меж тем светло-жёлтая кобылка медленно поднялась по скрипнувшим под её копытами ступеням и коротко взглянув на своих напарников, явно приготовившихся к возможной схватке, резко открыла дверь и до ушей бывшей принцессы донесся внезапный болезненный вскрик, выпущенный внутреннего помещения тележки луч поразил её прямо в мордочку и тем самым заставив невольно плюхнуться на землю. Расширенными от изумления глазами Луна увидела, как из распахнутой двери выпрыгнула Трикси и моментально выплеснула из своего сияющего синим светом рога новый луч, от которого, однако, на миг застывший противник успел отпрыгнуть в сторону. — Тварь! — Прорычал кто-то из тёмно-зелёных фигур, тут же бросившись в сторону приземлившийся фокусницы, что не успев увернуться, быстро повалилась на землю, увязнув в коротком ближнем бою, по итогу которого, как могла разглядеть ночная властительница, была придавлена к земле всеми тремя её пленителями. — Она явно с ней, вот кому эта тележка принадлежит! — Даже не старались быть тихим, бросил огрубевший от злости голос. — Командир, вы как? — Архг, в глаз попала и выжгла его своей магией. — Ответила светло-жёлтая кобылка, что одним копытом придерживая копытом свежую рану. — Ладно, залечим уже дома. А пока давайте пока покажем этой мелочи, что брыкаться было плохой идеей, а дальше доставим в штаб и там все скажет как на духу. И понадобилось совсем немного времени, дабы Луна, застывшая от наложенного на неё паралича, смогла с давящей сердце болью видя, как скрытые под плащами пони принялись беспощадно избивать тело напарницы, пока уши слышали вырывавшийся из губ Трикси пронзительные вскрики, что, казалось, приносили боль лучше любых заклинаний и ударов. «Нет, хватит, не делайте этого!» — Отчаянно кричала бывшая принцесса в собственных мыслях, не имея возможности не то как-либо спасти смелую подругу, но и хотя бы окликнуть её неподвижным ртом. Она вновь ощутила это: беспомощность, полную и беспощадную беспомощность перед тем, как тот, кто стал дорог её сердцу, теперь без всякой жалости и с явным удовольствием со стороны своих мучителей подвергается страданиям, вырывающимся прознающими само сердце криками боли, от которых хотелось закрыть уши и глаза, от которых самой хотелось вопить изо всех сил и дать волю слезам, которые, однако, все равно были бесполезны. То хрупкое счастье, которое она смогла ощутить с ней, с Трикси, с вгоняющей в отчаяние легкостью разбилось трудами этих пони и впивалось в тело, принося боль не меньшую, чем ощущала сама её несчастная напарница. «Почему, почему, ПОЧЕМУ ЭТО ВНОВЬ ПРОИСХОДИТ?!» — Повторяла самой себе Луна, вспоминая, что тоже самое каждый раз чувствовала от воспоминаний её битвы с Тией, которую хотелось уберечь, спасти родную сестру от того безумия, что тогда настигло ночную принцессу, но имея возможность лишь раз за разом вглядываться в детали этого безумного зрелища. И теперь все будто повторялось, словно она по прежнему была там, в изгнании и посматривает те самые воспоминания, видя, как кричит и чуть ли не просит о помощи дорогой для неё пони, которому, однако, нечем было помочь скованной параличом и цепями ночной аликорне. «Прошу, не надо больше! Прекратите, вы же тоже пони, это неправильно, вы не на войне, она ничего вам не сделала!» — Как скороговорку повторяла Луна, отчаянно надеясь, что её мысли каким-то непостижимым образом смогут сорваться с её губ и прекратить издевательство над Трикси, что уже не кричала, а лишь хрипела и не могла дать отдачи своим мучителям. — «Ничтожество, ради чего ты выбралась обратно, если по прежнему ничего не можешь изменить?! Лишь навлекая опять на других беды, которых они не заслужили?! Какая ты принцесса ночи, какая ты властительница Эквестрии, если можешь глупо шептать о том, чтобы эти пони одумались, вместо того, чтобы наказать их, как нужно?!» «Так сделай это, накажи их и защити ту, кто отчаянно нуждается в тебе.» — Внезапно раздалось в ответ её собственным же голосом. «Но…как?! Я не имею сил, не имею ничего, дабы это сделать, я…я ничтожество, что не имеет какой силы…» — Затухнувшим голосом бросила Луна. «Имеет, но боится её использовать. Отбрось предубеждения и страх, дабы возобладать ей и поставить на место этих мучителей.» «Не могу, я…я не хочу становиться монстром и забыться вновь…» «И ради этого ты готова терпеть боль и унижение, не так ли? Смотреть, как пони, которая стала тебе другом, теперь мучают, а ты можешь просто посматривать и подслушивать эти истязания? Зачем тогда та свобода, которую тебе подарили звёзды?» — Зло и громко отчеканивал каждое слово её собственный голос, который словно можно было услышать над ухом. — «Чего ты хочешь?! Смотреть на все это, как и при изгнании, или действовать, воспользовавшись свободой?! ВЫБИРАЙ!» «Я…» — Все, она готова. — Вдруг отчеканил холодный кобылий голос, который, как вспомнила Луна, принадлежал злополучному «командиру». — Вам не кажется, что мы…слегка перегнули? Она выглядит уже…не слишком живой. — Напряженно бросил другой пони, что уже принадлежал явно жеребцу. Как только до неё дошел смысл сказанного, сердце словно застыло, когда же в разуме сформировалась кошмарная мысль, громом обрушившись на него: мертва, Трикси была мертва, забита до смерти этими негодя…нет, тварями, пока она в своей никчемности колебалась и допустила смерть той единственной пони, кто успел стать ей дорог за недолгие дни свободы, кто принял её и доверял! «ДЕЙСТВОВАТЬ, ВОТ ЧТО Я ВЫБИРАЮ!» С вырвавшимся в тот же миг яростным криком, похожим скорее на громоподобный рев, потёмневшая до чёрноты повелительница ночи разорвала державшие тело цепи и схватив не успевший взорваться шар, покоящийся на её груди, метнула его прямиком в застывшую перед ней троицу мучителей, чьи силуэты через миг поглотит разверзшийся в воздухе огненный взрыв, разметавший горящую ткань и землю во все стороны. — Да умри ты наконец! — Отчаянно завопил оказавшийся позади неё пурпурный единорог, на мордочке которого четко виднелись смесь шока и гнева. — Не надейся на пощаду, отродье! — Прорычала отдающим эхо голосом Луна, оскалив показавшиеся изо рта клыки. Единорог же немедля выпустил из своего засиявшего рога огненный поток, что, поглотив фигуру чёрной аликорны, не смог причинить ей никакого ощутимого вреда, она сразу же сделала стремительный рывок, оказавшись прямо перед застывшем в недоумении маге, что в этот же момент встретил мощный удар прямо в голову, что будучи пробитым насквозь, окрасило почёрневшее копыто потоком горячей крови и осыпав мелкими осколками костей. — Что, уже не так сильны?! — Уже не говорила, а яростно выплевывала бывшая принцесса, откинув тело поверженного единорога в сторону и обратив внимание на место, где недавно ещё прогремел мощный взрыв. И вовремя, ведь в её сторону уже полетели ещё два странных шара, которые, однако, Луна без труда отбросила вверх и под загремевший прямо над головой взрывом, наблюдала, как трое её мучителей принялись обходить её с двух сторон, пока прямо на неё бежала, видимо, тот самый «командир» очевидно, желая отвлечь на себя все внимание. «Как глупо думать, что я куплюсь на такой дешевый трюк.» Дождавшись нужного момента, чёрная аликорна резко сорвалась с места и, приблизившись вплотную к пони, покрывшийся многочисленными ожогами и обгорелой плотью, немедленно откинула её на добрых полметра при помощи точного удара в грудь, после чего властительница ночи немедля переключила свое внимание на остальных. Правый прыгнул прямо в её направлении, однако Луна ответила на это тем, что, воспользовавшись сорвавшимся с её рога заклинанием, схватила того телекинезом прямо перед тем, как он тот повал её на землю и спустя миг с безумной силой столкнула его голову с землей, от чего та с знакомым хрустом впечаталась в почву, выделяя из себя потоки крови и ошметки мозга. И пока это происходило, другой, левый пони, отнюдь не смутившись случившемуся на его глазах зрелищу, схватился за уцелевший каким-то чудом уже знакомый Луне шар, уже приготовившись засунуть свое копыто прямиком в полое кольцо. Бывшая принцесса была слишком быстрой, дабы его план, каким бы тот не был, увенчался успехом: осветив чёрный рог новым заклинанием, ночная аликорна с яростным воем выплеснула на того заклинание, что, поглотил понячью фигуру в синем потоке, а когда тот развеялся, перед ярко сиявшими бирюзовыми глазами находился лишь почёрневший скелет, отпихнув который, аликорна как можно скорей побежала к до сих пор безмолвно валявшийся на покрасневшей зелени светло-синей единорожке. — ТРИКСИ, Я ЗДЕСЬ, ТЫ СЛЫШИШЬ МЕНЯ?! — Срывающимся и вместе с тем отчаянно задрожавшим голосом закричала Луна по прежнему двоившимся голосом. Выглядела фокусница плохо: бегло бегающие глаза с болью и гневом смотрели на нанесенные травмы, многие из которых сочились кровью, на свежие синяки на застывшей в болезненном выражении мордочке и на копыта, что явно пострадали от случившихся переломов. Но, несмотря на это она видела, что напарница была жива — слышалось её тихое спертое дыхание и едва заметные движения груди, вселявшие пусть и слабую, но, надежду, за которую хотелось вцепиться всеми зубами. — Сейчас-сейчас, все будет хорошо, обязательно будет! Не смей сдаваться и умирать, слышишь! Мои заклинания тебе помогут! — Освещая синим светом рог, говорила она, чувствуя, как по щекам начинают литься долгожданные слёзы. Светло-синее тело окутало сияние и сморщив лоб, Луна сосредоточила все свои оставшиеся силы для восстановления нанесенных ран — тех, к её глубокому облегчению, все же оказалось меньше, чем она изначально думала, однако это отнюдь не означало, что их было мало. По мере данного процесса почёрневшая шёрстка бывшей принцессы становилось прежнего оттенка, а светившееся глаза потеряли яркость. Силы истощались и это противное чувство ощущалось все отчетливее, но, жадничать в такой ситуации не было ни малейшего желания. Спустя пару минут рог угас и тяжело вдохнувшая ночная властительница наконец смогла позволить себе посмотреть на результат собственных усилий: по прежнему безмолвная Трикси теперь выглядела куда как лучше, не имея на теле ни намека на недавнее избиение, что чуть не стоило ей жизни. Но взамен этого Луна ощущала себя так, как будто провела многочасовую тренировку со Стар Свирлом, удивляясь, как такое казалось бы не слишком и трудозатратное, по крайне мере для её прежней, заклинание, теперь так нелегко дается. — Трикси, ты слышишь меня? — Тихо заговорила аликорна, осторожно встряхивая напарницу за плечи. — А, ч-что, кто… — Приоткрыв глаза, устало подала голос кобылка, почувствовавшая, как её внезапно сковали объятья. — Я…я подумала, что они тебя насмерть забили… — Наконец потерев слёзы, прошептала бывшая принцесса, будучи безгранично счастлива от возможности вновь слышать голос пони, к которой успела так привязаться. — Забили? — С недоумением повторила фокусница, но в тот же момент её мордочка помрачнела. — А, вспомнила. Получается, вы разобрались? Недавняя радость спала с Луны, как стоило ей услышать последние слова и вспомнить все совершенное. Да, она уже убивала и не испытывала шока, но…глубоко в душе было обидно и больно от того, что она вновь пролила кровь, пусть и ради спасения… — Да… — Безэмоционально бросила аликорна. — Я сорвалась и теперь они никогда не будут нас преследовать. — Эх, хорошо, что я хоть этого не видела. — На секунду вздрогнув от сказанного, сказала Трикси. — А вы, получается, меня исцелили, раз я с вами сейчас говорю, верно? — Верно, это было нелегко, но, тем-менее раны тебя не будут беспокоить. — Хех, видимо за мой должок. — Слабо усмехнулась единорожка. — Ну что ж, ладно, давай тогда…поскорей удалимся отсюда, а то вряд-ли после этого нас прекратят отслеживать. — Эх, верно. — Грустно вздохнув, согласилась нахмуренная Луна. — Давай я в этот раз я буду за тележкой, а ты лучше отлежишься, дабы здоровье поправить окончательно. — Нет, это… — Не спорь, может это и риск, но… — Бывшая принцесса робко поджала губы. — Ты итак очень много стараешься для меня, хотя должна бояться и сторониться, к тому же ты едва не погибла и лучше тебе заслуженно полежать. — Мф. — Трикси недовольно фыркнула. — Ладно, но, если из-за этого потом тебя и обнаружат, то ты сама знала о риске.