Та, кто вернет ночь

Обе кобылки шли в мрачном молчании: выйти из города, к счастью, оказалось вполне преодолимой задачей и, пусть на это потребовалось время, а так же изрядное терпение, дабы дождаться, пока закованные в броню стражники пропустили злополучную тележку, позволив Трикси и Луне наконец-то уйти прочь от города, в котором, как последняя успела изрядно убедиться, творилась если не паника, то нечто определенно схожее с этим. И этим заставляя испытывать на душе тягучую тяжесть вины от мысли, что причиной всего происходящего была никто иная, как она сама — бывшая принцесса, что по своей глупости и эмоциональности не смогла молча уйти прочь с той площади, вместо этого став выслушивать ту гадкую речь, в результате которой она не просто раскрыла саму себя, но и ещё распугала всех окружающих. «Теперь уж я точно заслуживаю того, чтобы пони во мне видели Найтмер Мун…» — Из губ тёмно-синей аликорны вырвался еле слышный вздох. Если бы у неё прямо сейчас был свиток времени, то она бы им сейчас охотно воспользовалась, дабы дать самой себе из прошлого хороший такой удар в лицо, но, к сожалению его сейчас не было, заставляя горько примеряться с последствиями своей дурости… — Ну, думаю можно и остановиться на привал. — Вслух заговорила находящая левее неё фокусница, что вместе с Луной таскала на своей спине деревянную дугу, что плавно соскочила с их спин под воздействием заклинания светло-синего рога. — От города мы уже достаточно ушли, а копыта наши стоит немного да беречь. — И надолго мы тут останемся?.. — Тихо спросила принцесса, что пусть и не горела желанием говорить, но, вместе с тем и понимая необходимость прекратить свое затянувшееся молчание. — На час или два, наверное. Надолго останавливаться не вижу смысла. — Пожала плечами единорожка, ушедшая внутрь своей тележки. Спустя минуту послышался грохот и вскоре она вышла уже с левитировавшими рядом двумя металлическими баночками, на красно-белой поверхности которой можно было отчетливо прочитать «Вермишелевый суп», а так же большую зелёноватую флягу. — Покрепимся, отдохнем, да и продолжим путь. Хоть планы частично и успели накрыться крупом, но, к счастью немного битов после наших покупок у меня осталось, а припасов же нам хватит на достаточное время. — А это ещё что? — Несколько озадаченно вопросила Луна, глядя на металлические банки и не понимая, с чего вдруг на них было написано что-то про суп. — Эм, да консервы это, Селена. — Неловко усмехнулась светло-синяя кобылка, без всякого труда скрывая крышки банок, а потом начав заливать их водой из фляги. — В них хранят специально приготовленную еду, дабы потом эти банки можно было вскрыть и либо добавить воды, а потом разогреть, дабы эту еду можно было есть, либо ничего не добавлять вообще и тоже есть. Смотри и учись, моя ассистентка. — На губах Трикси заиграла ухмылка и напрягая лоб, она заставила налитую в банки воду прямо на глазах Луны забурлить, а потом и быстро закипеть, заставляя ощущать идущих в мордочки обоих кобылок жар. — Придумали же… — С долей восхищения бросила ночная властительница, не понимая, как пони смогли создать такое чудо, но, безусловно находя это достойным исключительной похвалы. — Все, прокипело, а значит уже и можно есть! — Торжествующие воскликнула фокусница, телепортируя к ним две пары металлических вилок, одну из которых неуверенно взяла Луна. — Не бойся, Селена, от обычной вермишели она не отличается. — Явно заметив колебания своей напарницы, усмешливо добавила единорожка. Ночная аликорна вяло кивнула и навертев на вилку часть бледно-жёлтой вермишели, осторожно преподнесла её к своему рту, но, минуту помедлив, так и не смогла заставить себя это испробовать, молча опустив вилку в банку. — Что ты нос воротишь, Селена? Не нравится тебе вермишель? — Озадаченно вопросила Трикси — Нет во мне желания что-либо есть. — Горько вздохнув, призналась властительница звёзд. — Извини, Трикси, не хотела тебя обидеть… — Не тревожь себе этим голову, я тебя не заставляю ведь. — Взяв банку своим телекинезом, дабы притянуть её уже к себе, отмахнулась фокусница. Луна в ответ снова вздохнула и опустила взгляд вниз, принявшись разглядывать зелёноватую траву, пока её мысли вновь окутались воспоминаниями о произошедшем, к которому она возвращалась раз за разом, все больше утверждаясь в желании растерзать саму себя. — Эх, Селена, что тебя вновь гнетет? — Не желая вновь сохранять взаимное молчание, обеспокоенно бросила светло-синяя единорожка. — Да ничего, все хорошо, не обращай внимание. — Вяло отозвалась Луна, не поднимая головы. Промолчав минуту, Трикси более тихо и грустно сказала. — Это ведь из-за тех событий в городе, да?.. — Да… — Едва слышно подтвердила ночная принцесса, решившая, что в этот раз утаивание правды будет уже бессмысленным и глупым. — Не грусти, Селена. — Слабо улыбнувшись, попыталась подбодрить её Трикси. — Все хорошо ещё у нас будет ведь, а насчет же этих пони не переживай — стражники порядок наведут и если там действительно что-то произошло, то разберутся вмиг. — Не разберутся… — Грустно бросила властительница звёзд, что по прежнему не поднимала на светло-синюю единорожку свой взгляд. — Не разберутся? С чего вдруг? — Скептично и вместе с этим озадаченно сказала фокусница. Луна в тот же миг с силой прикусила себе губу, только сейчас поняв, что из её рта вновь вырвалась очередная глупость, за которую в бессильной злобе хотелось оторвать свой же язык, дабы тот перестать подставлять свою хозяйку такими вот «лишними словами». — Селена? — Окликнула тёмно-синюю аликорну Трикси, приподняв её мордочку и махая перед ней своим копытом. — Забудь… — Глухо вздохнув, пробормотала принцесса, вновь стараться опуская взгляд, дабы окончательно себя не разоблачить. — Нет уж, не забуду. — Внезапно заявила светло-синяя кобылка, скрестив возле груди свои передние копыта. — Лучше объясни, о чем ты, а то уж хватит с меня всяких недомолвок со твоей стороны, когда я требую ответы. — Какие ещё ответы?! — Ощущая, как все в её душе от услышанных слов боязливо сжалась, резко воскликнула Луна, пытаясь изобразить недоумение. — Нет у меня никаких ответов, я сама не понимаю, что вообще здесь происходит! В ответ же последовал красноречивый и говорящий лучше всяких слов хмурый взгляд тёмно-фиолетовых глаз фокусницы, на которые ночная принцесса смогла издать лишь беспомощный вздох, понимая, что ситуация стала только хуже. — Я жду, Селена. — Ладно… — Едва слышно произнесла Луна, чувствовавшая в этот миг то, как отчаяние, страх и беспомощность слились в её душе в одну сплошную массу, не оставившей ей выбора, кроме как произнести заветное слово, предвосхищавшие то, что ей так или иначе придется рассказать правду. «Вот только если даже признаюсь, то каковы шансы, что она мне поверит?» — С горькой иронией пронеслось в её мыслях, прекрасно понимавших, сколь абсурдно окажутся её самые слова признания, тем более учитывая то, что все окружающие видели так не говорят, что успела стать для пони чем-то сравни тому же Сомбре. — «Хотя, если это так, то может не говорить эту самую правду, в которую она все равно не поверит?» — Эта внезапная и вместе с тем простая мысль показалась для Луны настоящим спасением. Её губы уже готовили были сочинить очередную тут же услужливо придуманную разумом ложь, однако нечто так и не позволило тёмно-синей аликорне, почувствовавшей внезапный всплеск сомнений, произнести эту самую ложь. «Нет, любая правда вскроется, как бы я не хотела сейчас обратного.» — Напомнила себе премудрость своего учителя ночная принцесса. — «И лучше уж я скажу истину сейчас. Пусть она мне не поверит или отвернется от меня, но, не будет слышать больше лжи из моих уст…» — Трикси, я вовсе никакая не Селена, что потеряла память. — С трудом выдавливая из своих губ каждое слово, заговорила сжавшая плечи ночная аликорна. — И зачем же тогда тебе было нужно врать? — Мрачно спросила фокусница. — А затем, что мне более чем есть смысл в том, чтобы не говорить правду, в которую ты все равно вряд-ли поверишь. — Горько вздохнув, бросила Луна. — Ведь я никто иная, как та, кого вы зовете «Найтмер Мун» и именно меня ты видела тогда на небе, когда я возвращалась в Эквестрию… Светло-синяя единорожка хотела сперва что-то сказать, но, в тот же момент замолчала и задумчиво потерла копытом свой подбородок. — Ох, неужели ты сама веришь в эту чушь?.. — Наконец произнесла Трикси, смотря на свою собеседницу не как иначе, как на сумасшедшую. — Прежде, чем судить, послушай меня, прошу. Я прекрасно понимаю, почему ты не веришь, но, это правда и именно из-за того, кто я есть, моя грива на твоем представлении начала вести себя именно так, а события же в городе… — Ночная принцесса отвела взгляд и заговорила более тихо. — Произошли по моей вине, когда я непреднамеренно использовала свои силы, показав свою истинную личину и тем самым распугав тех несчастных пони, а перед этим, показав её и тебе, когда моя грива под воздействием твоей магии приобрела первоначальный облик… Фокусница смотрела на неё сначала со скепсисом, но, потом, её мордочка приобрела задумчивое, а потом и нервно-пугливое выражение, пока светло-синие копыта принялись медленно отводить единорожку прочь от фигуры ночной аликорны. — Н-Нет, это ведь глупость, ты п-пошутила, да?! — С нездоровым смешком и переплетающимся языком заговорила Трикси дрогнувшим голосом. — Ты же пошутила, желая уйти от правды или искренне веря в какую-то идиотскую чушь, которая не может быть правдой! Луна грустно опустила взгляд, с каждым мигом все нагляднее убеждаясь в правдивости своих опасений, витавших вокруг подобного откровения перед той, кто ещё недавно называл её «ассистенткой». «Надеюсь, хотя бы это сможет сработать и убедить её. А дальше…будь как будет.» — Промелькнуло в мыслях глухо вздохнувшей повелительницы звёзд, сосредоточившей всю имеющиеся у неё сейчас магию в заискрившим роге. Светло-синяя единорожка желала что-то сказать, однако в этот же момент её глаза ослепила белоснежная вспышка, после которой её взору предстало зрелище, от которого итак начавшее учащенно биться сердце буквально замерло в наступившем шоке: васильковая грива её напарницы исчезла, уступив место тому, что тёмно-фиолетовые очи видели ещё в городе — развивающая по небу плавными волнами синий эфирный сгусток, в котором мягко поблескивали белые точки, что порой соединялись почти невидимыми на границе зрения линиями. Ночная принцесса болезненно выдохнула, ощущая, что для подобного «трюка» ей пришлось потратить все свои итак скудные запасы магии и с тусклой надеждой смотря на ошеломленную Трикси, ожидая, что та либо убежит прочь, либо потеряет сознание, а может начнет просить пощады, наконец-то поняв, что слова той, с кем она ещё недавно разделяла лапшу, были вовсе никакой не ложью… — Как?!.. — Еле слышно вырвала из своих губ фокусница, застывшая толи от страха, толи от изумления. — Пусть я и сама верила, что мое изгнание будет вечным, но, это к счастью или может к сожалению оказалось не так, Трикси. — Со спокойствием сказала Луна, медленно прижавшая ушки к голове и бросив взгляд в сторону. — Мне дали шанс и благодаря ему я вернулась в Эквестрию, а наша встреча стала возможной. — Н-Найтмер Мун… — С пронизывающим все её тело ужасом проблеяла кобылка. — Да, я та, кого все вы зовете Найтмер Мун, справедливо помня обо мне как о чудовище, что пыталось обречь весь мир на вечную ночь… — С глубокой виной и стыдом подтвердила ночная принцесса, усиленно жмурясь, дабы хотя бы немного не ощущать на себе взгляд бывшей напарницы. — Однако вернулась я не ради мести, но ради искупления за совершенное зло. И ради этого я прибилась к тебе, Трикси, увидев в тебе добрую пони, что поможет мне в этом пути. — Голова Луны опустилась вниз. — Однако, я пойму, если ты теперь считаешь меня не больше, чем древним монстром… В воздухе повисла тягучая тишина: успевшая отчасти успокоится Трикси по прежнему со страхом смотрела на свою собеседницу, едва дрожа и готовая будто в любой момент попытаться сбежать, ожидая со стороны той, кого знала как воплощение истинного зла, какой-либо уловки, что вмиг бы разрушил созданный в глазах фокусницы образ грустной тёмно-синей кобылки. В этом напряженном ожидании она так и продолжила смотреть на принцессу ночи, однако, так и не дождавшись по итогу подобных действий с её стороны, позволила вылететь из своих губ глухому и тяжелому вздоху. — Если вы не врете, то, я все равно не могу увидеть в вас эту самую Найтмер Мун, как бы не старалась это сделать… — С переставшим дрожать голосом, сказала единорожка с нотками неуверенности. Привстав, она осторожно двинулась в сторону принцессы и приподняв её мордочку, протянула переднее копытце. — Эх, вставайте, «владычица ночи», как бы я вас сейчас не боялась, но, вы уж никак не создаете образ этого самого древнего монстра, отнюдь не выглядя и не видя себя так, как должна та, кем меня пугали в детстве Луна с неверием и молчанием посмотрела на видневшееся перед ней копыто, в глубине души бесконечно радуясь, однако, вместе с те и изумляясь такому жесту со стороны той, кто ещё минут назад отпрянул от неё, боясь каждого её слова. «Шанс, она мне дала шанс…» — Пронеслось в голове осознавшей это властительницы звёзд, прежде чем она взяться за протянутое копыто, дабы встать на все четыре ноги. — «Воистину, мне встретилась добрая пони…» — Радостно промелькнула новая мысль, убравшая из сердца принцессы всякую грусть, вместо этого наполнившись радостным ликованием и облечением от той мысли, что несмотря на увиденное, у неё был шанс на то, чтобы пони не видели в ней исключительно чудовище. — Ты…ты действительно не отвернешься от меня, Трикси? Даже после…после всего услышанного?.. — Тихо спросила Луна, все же чувствуя глубоко внутри боязливое сомнение, питавшее её страх того, что сказанное в её адрес слова были обманом. — Ну, пока вы не даете мне повод думать иначе, то да. — Нервно усмехнулась светло-синяя кобылка. — В конце-концов я та, кто судит по делу любого пони и дела эти мне четко говорят, что вы сейчас это доверие заслуживаете. — Спасибо, я…этого не забуду. — Сделав на своих губах слабую, но полную радости, улыбку, сказала ночная аликорна. После чего тут же обняла замершую от неожиданности Трикси, что, однако, вскоре так же неуверенно, но, обняла напарницу, пока спустя несколько секунд Луна сама не прекратила объятья, сияя все той же счастливой улыбкой. — Правда, теперь я понятия не имею, что нам делать… — Тяжело вздохнув, сказала Трикси, бросив задумчивый взгляд на обнимающую её Луну. — Если уж в городе действительно вы напортачили, то это явно просто так не спустят и начнут расследование, а там… — Доберутся до нас… — Закончила опустившая голову принцесса, стыдливо прижавшая к своей голове ушки. — Верно. — Угрюмо подтвердила фокусница, чья мордочка, через мгновение вновь просветлела. — Впрочем, у нас пока есть фора и если получится, то найти они нас не успеют и мы затеряемся, да и к тому же всегда есть шанс, что на нас решат не обращать внимания. — Воодушевленно добавила она. — Но…что нам делать? — Неуверенно протянула Луна. — Эх, ну, причин как-либо изменять первоначальный тур у нас нет, разве что повернуть на другую дорогу, на всякий случай, а там денег заработаем и, может, на время сможем укрыться где-нибудь на постоянное жительство. — Думаешь, скрываться и надеется, что нас не найдут, будет удачной идеей? — Я не знаю… — Бессильно бросила Трикси, посмотрев на свою тележку. — Если у тебя есть план получше, то с радостью выслушаю, а то ведь ты как-никак младшая сестра нашей императрицы и явно имеешь достаточно острый ум. В ответ властительница ночи могла лишь беспомощно поджать губы: первоначальной её идеей было добраться до Кантерлота для встречи с Тией и пусть она до сих пор надеялась на этот план, но при этом отчетливо понимала, что на данный момент нужно притаится, ибо судя по увиденному, вряд-ли её будет ждать хорошая участь при плене, хоть тот и давал шанс на преждевременную встречу со старшей сестрой. Но, к её стыду, в голове не вспыхивала какая-либо достойная альтернатива предложенному Трикси, ибо сомнительно, что можно было действовать иначе в условиях собственной бессильности и отсутствию всяких союзников, помимо самой фокусницы. Хотя…голову Луны в ту же секунду вспыхнуло озарение. — Трикси, а разве у тебя нет тех, с кем ты достаточно дружна, дабы на это время мы поселились у них? — Ох, если бы. — Закатила глаза светло-синяя единорожка. — Может, я самая великая и могущественная Трикси, но, к сожалению это не помогло мне в поиске друзей. Хотя, великие пони всегда одиноки, верно? — Да… — Тихо согласилась погрустневшая Луна, почувствовавшая, как её шею внезапно обняло дружеское копыто. — Не грустите, принцесса, уж я с вами. — Мягко улыбнулась фокусница, вызвав у повелительницы звёзд ответную улыбку. — И мы вполне разберемся со всем этим крупом. — Насколько мы здесь, Трикси? — Поинтересовалась властительница звёзд. — Ну, пожалуй нам уже стоит отправляться: не стоит терять ту фору, что у нас пока есть в конце-концов, да и пожалуй нам обоим не будет лишним переварить весь этот разговор в дороге. — Мне помочь? — Оживленно произнесла Луна, не желая на этот раз невольно заставлять обычную кобылку нести такую тяжесть, как телега, пока она, аликорн, будет молча отлеживаться внутри. — Лучше уж лежите, принцесса. — С легкой усмешкой бросила единорожка. — Вам лучше уж теперь не выходить на всеобщее обозрение без нужды, а за меня не беспокойтесь — в конце-концов я ведь Великая и Могущественная, а это значит, что какая-то телега мне по силам!

***

В царившей ранее тишине тихо разносились звуки шагов нескольких пар копыт, что эхом отражались от белоснежных стен коридора: трое фигур безмолвно шли в пустующем помещении, будучи одетыми в простые плащи, скрывая свои мордочки за капюшонами и размеренно ходя по, чистому до блеска, полу, пока не предстали перед дверьми, возле которых их оставили две мрачные фигуры, одетые в скрывающие их тела и лица жёлтые доспехи, а так же вооруженные копьями. — А ну стойте. К градоначальнику без веской причины запрещено идти. Назовитесь и объясните причину, по которой вы здесь. — Четко и строго объявил стражник. По прежнему молчащие фигуры переглянулись меж собой и через миг одна из них выступила вперед, заговорив ровным кобыльим голосом. — Градоначальник сам нас вызывал заранее, поэтому мы имеем право здесь присутствовать. Я Перси Пинк, являющаяся, как и мои коллеги, инквизиторами. — Та приблизила свое левое переднее копыто к шеё и через несколько секунду на нем перед всеобщим обозрением висел медальон, выглядящий как сделанное из золота солнце, в центре которого на стражников смотрел оранжевый глаз с вертикальным зрачком. — Этого досточно? — Что ж, о Перси Пинк меня предупреждали, как и о «инквизиции». — Недоверчиво протянул одетый в доспехи жеребец. — Однако вашим «коллегам», уж простите, я пройти не дам, ибо о них меня не предупреждали. — Ничего, они подождут у входа. — Сухо бросила одетая в плащ кобылка, тут же получив в ответ утвердительные кивки от стоящих позади неё фигур пони. Стражники скептично фыркнули и один из них открыл одну из дверей, открывающую доступ к личному кабинету хозяина всего города, куда незамедлительно проскользнула Перси Пинк. — Ну что ж, здравствуйте, мистер Пенг. — Холодно поприветствовала инквизиторша спешно подходящего к ней малинового цвета пегаса, что явно был доволен её прибытием. — Ох, какое облегчение, что вы наконец-то прибыли! — Возбужденно объявил тот, потряся светло-жёлтое копыто, принадлежавшее Перси Пинк. — Что-то вы сильно не спешили. Я, знаете ли, подумал, что вы решили нас всех бросить… — Не моя вина, что на момент вашей просьбы мы были на некотором расстоянии от границ города. — Непринужденно пожала плечами кобылка. — Впрочем, теперь я здесь и вы можете посвятить меня в причины, по которым я здесь, не так ли? — О да, ещё как могу, инквизитор! — Нервно бросил градоначальник, не находящий себе место. — Ведь именно нашему городу столь не повезло встретить возможно никто иную, как ту, чьего возращения мы боялись всю эту тысячу лет! Сама… — Говорите четко и по делу, мистер Пенг, не надо тут поддаваться панике. Времени у меня и моих коллег итак всегда в обрез. — Эх, прошу извинить. — Горько вздохнул, а потом и помотал головой малиновый пегас. — Думаю, что стоит начать сначала. Вы видели произошедшее на небе во время недавнее солнечного затмения, что было во время тысячелетней годовщины? — Да, видела. — Коротко согласилась инквизиторша, припоминая странное явление, которое ей с группой пришлось наблюдать в тот день. Странно, что градоначальник упоминает об этом именно сейчас. — И вот, не успело минуть и недели с этой годовщины, как прямо в городе у нас произошло нечто совершенно невообразимое! — Вновь нервно заговорил жеребец. Перси Пинк сразу же напряглась от подобной новости, что сразу же веяло возможной проблемой, хоть и не подав на то никаких внешних признаков. — Где-то пять или уже даже более часов назад на одной из площадей, где по плану выступал один из наших священников, появилась та, которая, видимо, есть никто иная, как сама Найтмер Мун! — Чушь. — Тут же сорвалось с губ повидавшей многое кобылки, что хмуро повела бровью, уже жалея, что стала на подобное тратить свое время. — Чушь?! А вот здесь вы ошибаетесь, инквизитор! Очень сильно ошибаетесь! — Гневно вспылил градоначальник. — Думаете, что я сам не понимаю, что несу?! Вот только за это время мои пони успели собрать доказательство обратного! Его копыто указало на лежащие на тёмно-коричневом столе стопку бумаг, аккуратно сложенных в единую тонкую обложку. — Там вы в полной мере сможете понять, что появившаяся из ниоткуда пони, обладающая рогом, крыльями, кидающаяся молниями направо и налево, а так же самолично объявившей себя властительницей ночи именно та, о ком я говорю! Глаза инквизиторши с сомнением смотрели на явно доведенного до срыва нервов мистера Пенга, а так же на собранные бумаги, на которые тот остервенело указывал: сказанное им было откровенно безумным и невозможным, в которым Пинк не имело ни малейшего желания верить. Но, опыт и интуиция, как назло, склоняли её чашу весов к тому, что данные слова явно не были сказаны на пустом месте. А если учесть увиденное ими всеми совсем недавно… — И вы хотите, дабы мы в этом разобрались? — Холодно бросила кобылка, сохранявшая стойкую спокойность, несмотря на то, что глубоко внутри она стала напряжена не меньше, чем тот, с кем она имела несчастье разговаривать. — Я хочу, дабы вы делали то, ради чего существуете! — Вновь выпалил пегас. — Что угодно, но сделаете, дабы уже завтра на наши стены не хлынули чудовища ночи! Перси Пинк тяжело вздохнула, уже поняв, что в ближайшие дни её ждет работенка, не предвещающая ничего хорошего. Впрочем, какая она может быть у инквизитора? Особенно, если безумные слова насчет возращения тысячелетнего кошмара для всей их расы будут иметь почву. Во что, впрочем, отчаянно хотелось не верить… — Ладно, давайте уже посмотрим ваше дело… — Сказала кобылка, подходя к лежащей на письменном столе папке и деловито открыла её. И чем больше она углублялась в её содержимое, тем более мрачным становилось светло-жёлтая мордочка инквизиторши, в голову которой шли очень недобрые мысли. Наконец, она закрыла папку и глухо вздохнув, посмотрела на нервно ожидающего её ответа пегаса. — Что ж, видимо не зря вы меня вызвали…