Закон Мёрфи

Не жалейте мёртвых. Жалейте живых — Лейтенант Пак — обращается к нему американский командир своего взвода — нам поступило сообщение, что вы от лица Южной Кореи будете воевать с нами бок о бок в предстоящем задании. Произошли изменения. Враги начали атаковать раньше времени. И, как говорил командир первого взвода Южной Кореи, они начали атаковать весь Нью Йорк. К сожалению, первый взвод Южной Кореи не сможет прибыть сейчас. Только через неделю. Поэтому вам придётся воевать одному от лица Южной Кореи. Через 4 часа выдвигаемся. — так точно. — отвечает ему Пак, хотя внутри что-то колит. Битва не на жизнь, а на смерть. В каждом задании есть высокие риски умереть. А в этом он в 2 раза повышается Боязнь умереть? Чимин никогда ею не страдал. Ему было всё равно, если однажды он умрёт на поле боя. Страх больше не увидеть своего Гукича и не услышать его голос? Этот страх появился у него с самого начала их знакомства и только росла с каждым днём. На часах уже за полночь. Через 3 часа они выезжают на задание, которое определит участь Чимина. Заслуживает ли он жить? Жить счастливо вместе с ЧонГуком, который, наконец, вспомнил. Сердце которого вновь начало излучать любовь к старшему. Чимин стоит, облокотившись о дверь, и размышляет. Думает о их первой встрече, думает о том, как они встречали друг друга после работы. О невинных глазах Чона, которые не знали о страшном мире. Судьба так играет с ними, что сил не остаётся спокойно вздохнуть, ведь постоянно что-то происходит. — это необратимо? Неужели мы больше никогда не сможем быть вместе? — шепчет Пак дрожащим голосом. Он держится, чтобы всегда оставаться сильным. Но, когда он слышит родной голос, видит его, Чимин ломается. Внутри всё рушится, переворачивается. В голове только ЧонГук. Даже отвлечься на что-либо крайне тяжело. Невозможно Простояв на свежем воздухе на одном месте час, Чимин берёт себя в руки и идёт к себе, чтобы подготовиться и к главам, которые осведомят его обо всех позициях и планах. Проходят ещё 2 часа, как Чимин готовился и всё разузнавал — выдвигаемся — слышит он от американского старшего лейтенанта Барнса, с которым держится вместе, так как они имеют одинаковое положение и звание, а также возраст. Машины заводятся, вертолёты и самолёты на готове. Чимин садится в вертолёт, который высадит его в центр небоскрёба в Нью Йорке, в котором будут находится те самые террористы Вместе с Лейтенантом Барнсом Чимин летит на вертолёте к месту назначения. К месту, где будет вершиться его судьба — за всё наше время мы обращались друг к другу официально. Я — Джеймс Баки Барнс. Можешь просто звать меня Баки — он подносит руку к Чимину, чтобы они пожалили их друг другу. — Пак Чимин. Просто Чимин — отвечает взаимностью, пожав руку. Баки дарит ему тёплую улыбку и продолжает — каждое наше задание такое рискованное. Зачем ты пошёл воевать? У тебя нет семьи? — интересуется тот, искренне не понимая, почему такой молодой парень идёт жертвовать собой, когда может посвятить себя менее опасному и быть рядом с семьёй. — у меня нет семьи. Мой любимый человек потерял память и полюбил другого. Мой враг тоже пал. Поэтому я посвятил свою жизнь войне. — спокойно объясняет Пак, хотя если вникнуть в детали, такое спокойствие улетучится в миг — ого. Жизнь у тебя вижу не сладкая — отвечает Баки, кивнув — у меня тоже так. Тоже нет семьи, друг лучший тоже умер недавно. Любимых нет. Я тоже один — понимаю — сочувствующе говорит и смотрит в окно, где виднеется огромный город весь в огоньках Вертолёт приземляется спустя час на крышу здания Нью Йорка, внутри которого поджидают террористы. Кто-то сверху, кто-то снизу заходит. Пак выпрыгивает из машины и идёт к двери, крепко держа в руке UTAS UTS-15. Подходя к двери вместе с Баки, Чимин быстро открывает дверь. Никого. Неожиданно начала играть музыка. — что это? — обращается Баки к Чимину. Тот сразу опускает голову и достаёт из кармана телефон. — секунду. — показывает жестом Баки и отвечает на звонок, тем временем тот стоит и ждёт, находясь на готове. — Пак Чимин слушает — отвечает быстро и выразительно. Номер неизвестный. Возможно, что-то важное думает Пак — Мини… Чимина будто током вышибло. Он стоит, как вкопанный, услышав то самое «Мини», которое он не слышал 5 лет — кто это? — спрашивает Барнс, смотря то на Чимина, то на дверь и не отпуская оружие. — вы ошиблись номером — бросает Пак, пытаясь быть как можно холоднее. Выпал такой шанс услышать любимый голос, который так не хватал. Вертолёт в это время вновь поднимается в воздух, создавая шум — выслушай меня, Чимин. Я хочу сказать тебе кое-что. Пожалуйста. Дай мне шанс Чимин знает, что выяснения отношений сейчас ох как не кстати, поэтому быстро и твёрдо тараторит в ответ — у тебя уже был шанс, ЧонГук. Ты сделал свой выбор. Не звони мне больше. У меня дела — Чимин сразу сбрасывает трубку. Ставит на авиарежим и прячет в карман. — что-то важное? — спрашивает Барнс, ни хера не поняв на корейском что он только что говорил и кому — нет. Пойдём — коротко отвечает Пак на английском и идёт рядом с Баки, который заходит внутрь здания. 103 этажа. Вид конечно не хилый Они вместе заходят внутрь, держа оружие на готове. Палец находится на спусковом крючке. Чисто. Они проверяют комнаты, разделившись. Выходят и них, показывая пальцем вверх, говоря тем самым «чисто». Спустившись на 102 этаж они застают несколько террористов и быстро стреляют. Те даже не успели среагировать, как оказались на полу. Мёртвыми. Они вновь начинают спускаться по лестницам, встретив их там. Перестрелка началась. 5 террористов против двух лейтенантов, которые не знают слова «поражение». Чимин прячется за лестницей, пока они стреляют и как только те затихли, он сразу выскочил и начал расстреливать вместе с Баки. Барнс быстро выбегает вперёд, следом идёт Чимин. Они смотрят друг на друга, остановившись у двери с обеих сторон и считают до трёх. Дверь открывается. Снова началась перестрелка. Чимин прячется за стену, затем смотрит на Баки — я первый — тихо шепчет он. Затем считает до трёх и вылетает из двери, стреляя в упор. Через пару секунд быстро прячется за другой стеной, ближе к террористам. Баки всё ещё за дверью. Чимин даёт ему 5 секунд, чтобы он вылетел оттуда и спрятался за другой стеной. Пак выходит из-за стены и стреляет. Пока кто-то падает от пуль, а кто-то прячется, успев увернутся, Баки выходит из-за стены и стреляет вместе с Чимином, затем становится за стеной напротив Чимина. Осталось всего-то 5 человек из 9-ти. 4 из которых Чимин успел застрелить. Силы на каждом этаже. Сколько они смогут продержаться вдвоём? — действуем быстро и незаметно. Поменьше перестрелок напрямую. Лучше убивать с тихаря, иначе к нам придут гости с других этажей в 10 раз больше — командует Пак и Барнс с ним соглашается, кивнув в ответ. Снова начинается стрельба. 5 террористов. 2 Лейтенанта. Они выходят из-за стены и начинают стрелять, пока все не умирают. Баки задела пуля, которая пролетела мимо груди. Немного кровоточило, но не так сильно, чтобы он лишился сил. Чимин посмотрел на него, когда тот прилипнул к стене спиной и зажмурил глаза от жжения, поднимая голову — всё в порядке? — произносит Пак, смотря на него. Террористы успешно устранены. Правда только 16, а в здании 103 этажа. Неизвестно, как много их собралось здесь. Но Паку и Барнсу известно только то, что им нужна помощь. — всё хорошо. Давай продолжим — уверенно отвечает Барнс, отрываясь от стены. Они направляются к лестнице. Нужно убить каждого террориста во всём здании. Время операции будет длительное, если их не увезут раньше времени, когда террористы всё-таки прострелят их. На лестнице никого не оказалось. Возможно, точнее скорее всего, террористы поджидают их на следующем этаже. Ждут, пока они спустятся к ним. Чимин медленно подходит к двери вместе с Баки. Тот смотрит на Пака, показывая пальцами, что пойдёт первым. Как только Баки сделал шаг, чтобы прикоснуться к двери и открыл дверь, никого не было. Он вышел из-за двери, и начали стрелять. Он не успел среагировать, как пули попали ему в ногу, грудь и руку. Чимин, увидев это, быстро затащил Баки обратно. — чёрт, чёрт, чёрт — шипит Чимин, рассматривая Барнса, который истекает кровью сразу с трёх сторон. — прости… — шепчет Баки, не в силах что-то более сказать. — о господи. Держись, Бак. Я вызову подмогу — Чимин быстро достаёт рацию и докладывает ситуацию. Вызывает вертолёт. — быстрее нужно на крышу идти. Ты сможешь ходить? — волнуется Пак, не собираясь терять Баки Баки отрицательно мотает головой, дыша через раз — хорошо. Я подниму тебя. Помоги мне, ладно? — Чимин смотрит на Баки. Тот кивает головой в знак согласия и Пак поднимает его на руки. Наверху нет террористов, так как они прочистили верхние этажи. Это даёт им большие шансы на то, что с Баки всё будет в порядке. Чимин быстро идёт наверх, неся Баки на своих руках. Барнс держит их ружьё и направляет вперёд в случае чего. Силы быстро покидают его, но он изо всех оставшихся сил пытается не отпускать оружие. Лестница на крышу виднеется сдалека. Пак облегчённо выдыхает и ускоряется. Быстро выходит на крышу и закрывает двери. Вертолёта ещё нет. Чимин сморит на время на своём запястии, где находятся его ручные часы. Подойдя ближе, где нужно ждать вертолёт, Чимин опускает на пол Баки и убирает оружие в сторону. Быстро задирает одежду в области груди Барнса и рвёт ткань на себе, чтобы приложить к месту выстрела, где сильно кровоточит, забирая с собой силы Баки — всё будет хорошо, Бак — шепчет утешительно Пак, веря в свои слова. Каждая минута дорога. Проходят 20 минут, как нет никого подкрепления и вертолёта, а Баки настолько плохо, что он задыхается, нежели дышит. Кровотечение не останавливается. Чимин сильнее зажимает ткань. — держись, Бак. Ещё немного. Сегодня ты точно не умрёшь. — успокаивает скорее себя, чем Баки. Баки сейчас ничего не чувствует, в отличие от Чимина. Его разрывает изнутри. Нет помощи, нет никого, кто смог бы вытащить их. Кто смог бы помочь. На рацию не отвечает вертолёт. Внизу слышится стрельба и шум машин. Холодный ветер ударяет Чимина в лицо. Он протёр нос своей кровавой рукой, оставляя след крови Барнса на своём лице, которая быстро застывала. Баки лежит неподвижно. Проходят ещё полчаса. Никого. Никто не отвечает, а Барнс уже близок к летальному исходу. Он заснул, едва дыша и не ожидая больше подмоги. Он уверен, они не успеют. Чимин же всячески пытается поймать с ними связь, крича «ДА ГДЕ ВЫ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ», и зажимает рану Баки тканью, шепча утешительные слова, которые приглушённо слышатся Барнсу Вместе с Баки они просидели ещё час. Чимин заметил, что тот подозрительно спит — Баки? — шепчет Пак, немного тряся. Он всё также лежит, ничего не отвечая — Баки — громко повторяет, пытаясь разбудить его — БАКИ — крикнул Пак, но тщетно. Мёртвого не воскреснешь. Подмога не успела. — нет нет нет. Баки. Слышишь? Ты не можешь умереть, понятно? Баки — Чимин не верит, что Баки больше нет. Полчаса назад он был. Дышал. 3 часа назад знакомился ближе с Паком, пожимая тёплую руку, а сейчас его нет. Просто нет… — пожалуйста, не умирай — дрожащим голосом шепчет Пак, глаза которого наполнились слезами. Он прислонился к его груди головой, жадно ловля воздух ртом. Пак больше не кричал, не говорил, не плакал. Он закрыл глаза, представляя себя не на задании, а рядом с ЧонГуком. Прямо сейчас дверь может открыться. Террористы на открытом пространстве поймают Пака и убьют. Но Чимин уже не думает об этом. Он думает о прекрасной жизни, которую 5 лет назад он перестал проживать. Медленно, но верно Чимин погружается в сон, оставляя мысли позади. До Чимина доходит приглушённый звук, который усиливается с каждой секундой. Наконец, когда шум стал сильнее, Чимин открыл глаза и увидел перед собой приближающийся вертолёт. Вертолёт спустя 5 часов после вызова. Чимин чувствует не облегчение, а злость. Злость на тех, кто не прилетел раньше, кто задержал. Какая может быть причина сраного опоздания?! Он вскакивает на ноги и когда вертолёт приземляется, оттуда выходит командир. Пак быстро приближается к командиру и ударяет его со всей силы — где вы были? — начинает спокойно Пак, сразу переходя на рычание — ГДЕ ВЫ БЫЛИ, Я ВАС СПРАШИВАЮ?! — снова ударяет, командир падает — ПОКА ВЫ ПОДНИМАЛИ СВОИ ЗАДНИЦЫ, ЛЕЙТЕНАНТ БАРНС СКОНЧАЛСЯ! — снова рычит, сжав зубы от злости. Руки Пака в застывшей крови Баки чувствуют прохладный ветерок, который режет — мы не смогли приехать раньше — начинает оправдываться командир, вставая с земли — не смогли приехать раньше? — тихо повторяет Чимин, ещё сильнее злясь и раздражаясь — чем вы тогда были заняты?! Какого чёрта вы нас бросили на произвол судьбы?! Посмотри на него — указывает пальцем на мёртвого Барнса — и повтори ещё раз своё жалкое оправдание — выплёвывает с горечью Пак. Командир смотрит на лейтенанта, тяжело выдыхая — мне жаль… — тихо шепчет он, Чимин его услышал — жаль? — усмехается, не веря его словам — поэтому вы так быстро прилетели? — Чимин сходит с ума от тупости командира — вертолёт, который должен был прилететь через 10 минут после твоего вызова, был подбит. Его взорвали, Чимин — спокойно отвечает командир, чувствуя свою вину — не называй меня так. Я для тебя Лейтенант Пак и знаешь что? Будь я генералом, я бы отозвал нашу помощь Америке. Вы не можете даже своих людей защитить. О чём тут вообще разговаривать? — в американском взводе Чимин сильно разочаровался. Он просто пошёл в вертолёт, не желая более открывать свой рот перед неумелым командиром, которого и командиром назвать сложно Командир позвал ещё одного, который был в вертолёте и они вместе унесли Баки в вертолёт, дабы похоронить его с честью. Террористы брали верх над государством. Первая операция провалена. Чимин вернулся на американскую базу. Быстрым шагом он преодолевал метры расстояния до главного зала, где находятся генерал, младший лейтенант и остальные. Дверь открывается. Пак заходит, зло смотря на этих крыс, которые даже носом не пошевелили, когда он столько раз с ними связывался и пытался вызвать помощь. А те, будто не слышали его. Не отвечали на его сообщения, когда эти сообщения они все прекрасно слышали. — Генерал! — громко, чуть не крича, рычит Пак, подходя к нему вплотную. Он без церемоний взял у него рацию и начал говорить в свою, чтобы убедиться, что они действительно не слышали. — вы слышали. Всё слышали — усмехается Пак, внутри которого боль вперемешку с ненавистью и злостью пылают — значит, вы слышали последние вздохи Лейтенанта Барнса, но даже пальцем не шевельнули. Что ж. Мне стоит вам всем похлопать за ваше ничтожество? — дарит всем свой враждебный взгляд — это называется взводом? Вот так у вас операции проводятся? Да? Скольких вы хороните за операцию? А за какой срок быстро находите им замену? — в глазах и словах Пака разъярённость, которую видят и слышат все. — мы не могли прислать вам вертолёты, потому что их сбивали! — оправдывается генерал — что? Сбивали? Откуда сбивали? Я что-то ни одного вертолёта не заметил. Ни того, кого сбили и ни того, кто вообще хоть сдалека показался. Вы хотите, чтобы я поверил такой очевидной лжи? — воля Пака и всех бы он тут до смерти избил за их бесчеловечность. — наверное, вы уже сами поняли какой ваш план был отстойным, генерал. Только жертвы и нет продвижения. Двое сверху, основная сила снизу? Какая глупость, генерал. Как вы вообще удостоились звания генерала с вашими причудами? — огрызается Пак и ему всё равно, что это непозволительно. — вы все — трусливые крысы — бросает взгляд на каждого сидящего, указывая испачканным кровью Барнса пальцем, и покидает зал, заметив, что генерал всё это время смотрел в пол с невозмутимым видом. Чимин от злости швыряет стол, что стоит у него в комнате, и кулаком ударяет в зеркало. Он садится на пол, закрывая лицо всё ещё испачканными кровью руками. Не так он представлял операцию вместе с Америкой. Он был бы рад погибнуть на поле боя, когда все борются за жизнь, за Америку, жертвуя собой и всегда прикрывая друг друга. Но реальность так ужасна. Где патриоты страны? Только крысы, которым нужны деньги и статус. За годы своей службы Чимин заработал так много денег, что мог бы обеспечить себя до конца жизни, но он ни разу не потратил что-то в своё удовольствие. Деньги как лежали на карточке, так и лежат. После ЧонГука, которому он не мог обеспечить нормальную жизнь, Чимин не может потратить эти деньги. Не может позволить себе удовольствия Он медленно достаёт из кармана телефон и смотрит на экран, убирая режим полёта. 56 пропущенных от ЧонГука На лице Чимина растягивается слабая от усталости улыбка, наполненная теплотой. Он не сдавался и звонил, зная, что Чимин не ответит, но всё-таки верил. Верил, что хоть на какой-то звонок ответит. Чимин не знает, точнее не успел узнать из-за своей агрессии, что ЧонГук в это время летит на самолёте к нему. Не знает, что тот боится так сильно, что не переставал звонить, даже после того, как Чимин сказал, что у него дела. ЧонГук узнал, что он на операции и боится, что потеряет его. А то, что Чимин не отвечает на звонок давит и делает только хуже, заставляя накручивать себе ужасные мысли. Чимин не знал, что ЧонГуку сейчас так же хреново, как и ему. Пак сейчас ничего не хотел так, как спать. Он не стал перезванивать ЧонГуку, думая, что он снова начнёт разговор, который Чимин не сможет пока что осилить. Он слишком слаб на данный момент. Он медленно встаёт и также медленно двигается к кровати. Слёзы. Как же Чимин устал от всего. Даже слёз не осталось оплакивать. Он просто упал на свою кровать и закрыл глаза, погружаясь в крепкий сон. — «всё будет хорошо, Бак. Держись, Бак. Ещё немного. Сегодня ты точно не умрёшь. Нет нет нет. Пожалуйста, не умирай — слышится приглушённо. Перед глазами Баки, что смотрит безжизненными глазами куда-то вдаль. Шёпот переходит в крик. — ты не смог спасти меня! Ты сказал, что я не умру сегодня, Чимин! — кричит Барнс, тыкая пальцем ему в грудь. — я… не… — запинается Пак, не зная, что ответить. — я умер из-за тебя, Чимин! — Чимин смотрит на Барнса, слыша сзади ещё один голос. Голос…маленького Гукича, что стоит у обрыва скалы — ЧонГук? — тихо спрашивает Чимин, округляя глаза от удивления и ужаса. — почему ты стоишь там? ЧонГук, отойди от обрыва! — Чимин делает к нему шаги — ты не спас меня, Мини. Ты дал мне умереть — бросает в лицо Пака, на котором читается жалость, злость и агония, которая не даёт ему покоя — нет, Гукич. Я не… — теряется Пак, не зная, что ответить — ты жалкий неудачник, Чимин. И всегда им был. — ЧонГук медленно расправляет руки, точно крылья, и смотрит Чимину в глаза, улыбаясь и расслабляясь. Он падает в обрыв, когда Чимин не может пошевельнуться больше с места и кричит, чтобы тот этого не делал. Но слишком поздно. Сзади мёртвый Баки, застреленный от пуль. Спереди ЧонГук, упавший со скалы.» Жалкий неудачник — проносится в голове Пака. Чимин быстро открывает глаза от ужаса и вскакивает, тяжело дыша и глотая ртом воздух, который быстро начал заканчиваться в лёгких. Он с ужасом в глазах смотрел в одну точку, затем достал телефон, чтобы взглянуть на время. Прошло ещё 5.3 часов с того времени, как он лёг спать Чимин встаёт с кровати, медленно ставя на пол ноги, затем смотрит на свои руки. Всё ещё испачканные. Он направляется в душевую, по пути взяв с собой форму лейтенанта Пака, в которой ему ещё предстоит сражаться сегодня. Чимин крутит кран. Струйки горячей воды капают на голову и тело Пака, что требует не только сна на пару часов. А максимального отдыха, которого у него 5 лет не было. Как бы сейчас он хотел обнять ЧонГука и не отпускать. Всё, чего он желает, чтобы тот был рядом, даже если вместе с его любимым Тэхёном. Пак отбрасывает все мысли из головы, пытаясь сосредоточиться на своём дыхании и шуме воды. Простояв под душем 20 минут, Чимин закрывает кран и выдыхает шумно, закрывая глаза и представляя, что уже его ждёт. Отказаться он, к сожалению, не может. Ведь он от лица своей страны на какое-то время, пока они не прилетят. Пак направляется в главный зал, где его просветят новым планом. — Лейтенант Пак — стоит у карты Генерал — генерал — слабо выдаёт Чимин с полным спокойствием. — через час нужно выдвигаться на операцию. Я разъясню сейчас, что нужно будет делать — как долго вы составляли этот план? — с безразличием спрашивает — я придумал его, как план Б уже тогда, когда был готов план А — мы будем наверняка использовать все буквы алфавита — усмехается Пак, не в силах даже выдавить улыбку — я понимаю ваше состояние, Лейтенант Пак. Но не забывайте, что генерал тут я. Выше вашего звания, поэтому я более не желаю слышать издёвки и усмешки в свой адрес. Вам понятно? — так точно — также безразлично отвечает. — хорошо. Вот как мы поступим… *** — Лейтенант Пак — встречает его командир. — тебе повезло, что тебя не определили со мной — вместо приветствия выплёвывает с ненавистью Пак и идёт в свой вертолёт, держа в руке UTAS UTS-15*. Вместе с ним едет младший лейтенант, который совсем недавно стал старшим. После смерти старшего лейтенанта Джеймса Баки Барнса — мы ещё не познакомились, как следует. Я Сэм — протягивает руку, но так и остаётся без взаимности. — лейтенант Пак — коротко отвечает и более не смотрит на него. Потому что стоит только посмотреть, как он вспоминает, как звал на помощь, когда Баки умирал на его руках, а этот лейтенант стоял вместе со всеми и слушал, ничего не предприняв. Чимину мерзко от него. Вертолёт взлетает. Эта миссия принесёт победу. Победу ценой жизни простых людей. Чимин знает это и не может помочь. Процесс пошёл уже. Его не остановить. В здании заложники, которых могут убить эти террористы. Непонятно чего они ожидали, когда так необдуманно поступали. Ведь государству всё равно на сотни людей. Они лучше убьют террористов, ценой их жизни. Генерал не знает пощады. — я не монстр, Лейтенант Пак. Я не мог ничего поделать. У меня не было разрешения, чтобы вызвать подмогу. Думаешь, я рад, что стал старшим Лейтенантом? Баки был моим другом, Лейтенант Пак. Мы служили долгое время вместе. Держались рука об руку, и когда ты звал на помощь. Я пытался достучаться до генерала, что нужно выслать помощь. Они начали повторять одно и то же. Это рискованно. Мы их не можем сейчас спасти. — смотрит в глаза Паку, чтобы до него дошла искренность, которую показывает Сэм. — Лейтенант Пак, я обошёл каждого, чтобы хоть кто-то встал на мою сторону и помог мне выслать вертолёт. Прошу поверить мне, потому что я ни разу вам не солгал. Чимин в ответ молчал. Он посмотрел на Сэма, затем отвёл взгляд в другую сторону. Стояла глубокая тишина. Час полёта и они вновь на крыше. Только Пак уже с Лейтенантом Сэмом, а не Барнсом. Следом прилетел ещё вертолёт. Они были прикрытием для них. Их было четверо. Все с парашютами, которые они применят в конце операции. Все шестеро под руководством Лейтенанта Пака направляются к знакомой двери, проходя место, где умер Лейтенант Барнс. — скорее всего, они удвоили охрану, потому что поняли, что крыша уязвима. — что будем делать? — твёрдо произносит Сэм, без какого-либо страха. Он готов умереть хоть сейчас, чтобы доказать, что Барнс был настоящим другом, которого он ни разу не предавал. — нам нужно атаковать с тихаря. Тараном не идём, всё понятно? — так точно — повторили все — хорошо. Я захожу первым, а вы прикрываете. Затем я прикрываю и вы заходите. Все разом кивнули в знак согласия. Чимин делает глубокий вдох и распахивает дверь, направляя оружие. Никого. Он зовёт рукой, показывая, что всё чисто. — никого? — удивляется Сэм. — как такое возможно? Они ведь знали, что мы придём отсюда… — я сомневаюсь, что нас не ждёт сюрприз — отвечает Пак, держа в руке оружие и направляя вперёд. — нужно к лестницам. Мы должны освободить пленных — они должны погрузиться в самолёт. Сколько у нас осталось времени? — 40 минут. — кошмар — вздыхает Сэм. Они направляются по лестницам на следующий этаж. Снова никого. Следующий. Снова. Снова. Снова. Снова. 96 этаж. Чимин стоит на готове в очередной раз, не теряя бдительности и открывает дверь, как начинается перестрелка. Один подбит был сразу же, как дверь распахнулась и они стали прикрывать Пака, пока тот спрятался за стену, чтобы подобраться поближе и помочь остальным. Дверь открыта. Чимин кивает Сэму. На войне нет места обиде. На войне есть только друзья и враги. Сэма врагом он не считает. А особенно сейчас Сэм кивает в ответ. 3… Чимин держит крепко своё оружие, готовясь стрелять 2… Сэм и Чимин делают глубокий вдох. На кануне жизнь их обоих. 3… Чимин быстро выходит из-за стены и стреляет в упор по врагам, убивая троих. За это время Сэм и остальные проходят напротив Чимина. Чимин прилипает к стене, когда все спрятались. Он опускает свою голову, чувствуя, что дышать стало тяжелее обычного, а сила держать оружие немного уменьшилось. Бок Его застрелили в бок, откуда кровоточит. — Лейтенант Пак — увидев эту картину, как Чимин подносит свою руку к боку, а когда убирает, она вся в крови. Сэм пугается — всё в порядке — уверяет его Чимин, зная, что не в порядке. Теперь-то каждая минута точно на счету. Они должны успеть во что бы то ни стало — размышляет Пак, затем берёт себя в руки и снова выходит из-за стены вместе с солдатами и Сэмом, которые не дают всё внимание обратить на себя. Перестрелка, в которой погибают террористы. Они двигаются дальше. Сэм подходит ближе к Чимину, чтобы прикрыть его, если вдруг Чимин не успеет из-за слабости, которая настигает с каждой минутой. — 25 минут — говорит Пак, смотря вперёд. Сэм кивнул. 95 этаж. Они ходят со средним темпом, осматривая каждую комнату, в которой могут быть заложники. Как только Сэм открывает дверь, террористы начинают стрелять. Сэм уворачивается, закрывая дверь и прячась за стеной. Чимин быстро приготовился вместе с остальными солдатами. — я пойду первым. Прикройте меня — говорит Пак и хочет сделать шаг вперёд, как Сэм его останавливает. — нет, я пойду первым. Побереги свои силы, Лейтенант Пак — Сэм до конца сохраняет своё уважение к Чимину. К тому, кто не бросил его лучшего друга Баки одного умирать. Чимин уступает Сэму, немного напрягаясь, ведь младший лейтенант не был на столь опасных заданиях. А Чимин уже 5 лет на страшных операциях. То там, то тут. Но везде остаётся живым. Потому что знает, как надо действовать. Сэм открывает дверь. Солдаты вместе с Паком прикрывают его и он заходит. 3 террориста. Сэм убил их. Они вновь начали идти вперёд, не опуская оружия вниз, но не тут то было. Из ниоткуда выходит террорист никем незамеченный и быстро направляет свою пушку на Чимина, заставляя бросить оружие. Все мигом направили свои пушки на террориста. Он улыбается — я убью вашего лейтенанта, если вы вздумаете убить меня. Вам понятно? Опустите стволы! Опустите! — чуть повысив голос на последней фразе, рычит он, зажимая лейтенанта другой рукой. — сейчас вы будете делать то, что я вам скажу. Понятно? — все кивают в ответ. Чимин смотрит на свои ручные часы. 15 минут. До катастрофы — отдавай мне свой парашют — рычит на Пака. Тот под прицелом террориста отдаёт ему свой парашют, который был ключом для спасения его жизни. — хорошо. А теперь не двигайтесь. — он обходит их всех, держа Чимина, как заложника, и выходит из-за двери, затем слышится выстрелы. Террорист мёртв. Пак быстро оборачивается на того, кто стрелял — Ч…онГук…? — недоумевает Пак, приходя в шок — Чимин? Что с тобой? — ЧонГук сразу заметил его кровь на руке. Он быстро подходит к нему вплотную и смотрит на руку. — ты ранен? Где? В каком месте? — тараторит Чон, когда Пак всё ещё в шоке — что ты здесь делаешь? — тихо проговаривает. — ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ, ТВОЮ МАТЬ?! — кричит Пак в лицо Чона, оттолкнув его рукой. Тот стоит как вкопанный, не понимая его реакции. — я пришёл помочь тебе, Чимин. Что с тобой? — ЧонГук волнуется и видит, как Чимину сейчас хреново, пусть он и притворяется сильным. — КАКОГО ЧЁРТА, ЧОНГУК? КАКОГО ЧЁРТА ТЫ ТУТ ДЕЛАЕШЬ? СЕЙЧАС ЖЕ УХОДИ! СЕЙЧАС ЖЕ, ЧОНГУК! НЕМЕДЛЕННО! — всё также кричит Пак, пихая его в плечо — да что случилось?! Почему ты так ведёшь себя? Что я сделал?! — немного повышает голос Чон. — я пришёл к тебе на помощь, а ты прогоняешь меня! Отталкиваешь нас! Что с тобой?! Это из-за моей мести? Ты так думаешь? да? — ЧонГук не выдерживает и высказывает, что тревожит его — тут дело не в мести, ЧонГук. Тебе нужно быстро уходить. У нас осталось жалких десять минут! — 10 минут? До чего? Что происходит? — ЧонГук бы хотел знать то, чего Чимин не договаривает. — чёрт чёрт чёрт. ЧонГук, ты всё обламываешь. Ты переворачиваешь нашу операцию! — рычит Пак. — как ты прилетел сюда? — на самолёте. Меня высадили и улетели — у тебя есть парашют? — Чимин заглядывает в глаза любимого, затем спустя секунды молчания начинает переворачивать террориста и брать свой парашют. — держи — протягивает Пак Чону — что? Нет. Я не возьму. Это твой парашют — отнекивается Чон, прекрасно зная, что в таком случае Чимин останется без того, что спасёт ему жизнь, скорее всего. — возьми его, ЧонГук — рычит Пак, но ЧонГук не берёт. Одна рука Чимина быстро прикасается к раненному боку, когда чувствует, что кровотечение только усиливается — чёрт, Чимин. Твой бок — ЧонГук с этими разговорами не заметил, как Чимину становится хуже. Не заметил, что тот теряет кровь. Чимин хочет упасть из-за слабости, которая охватывает его с головы до кончиков пальцев. ЧонГук ловит его и поднимает на руки, тем временем Сэм и солдаты наблюдают за этой трагичной драмой — Гук-и…возьми это. Прошу. Мне нужно ещё успеть спасти заложников — шепчет Пак, веки которого тяжелеет, а дыхание сбивается — нет. Чимин. Какие заложники? Ты себя видел вообще? Ты не продержишься и 5-ти минут. И у меня есть парашют. Я оставил его наверху. Не переживай. Давай я помогу тебе. Всё будет в порядке. Доверься мне — ЧонГук аккуратно ставит его на пол и одевает парашют, затем вновь берёт и быстро направляется вместе с остальными на крышу, где парашюта у него, конечно же, нет. Чимин расслабляется в его крепких руках, потому что ЧонГук никогда не даст его в обиду. Быстро добежав до крыши, Чимин смотрит на время. — 5 минут. Гук-и. Сейчас всё взорвётся к чертям — слабо выдыхает Пак. Вот почему он грезил, что Чон здесь не должен был появляться. Не из-за мести. А из-за боязни потерять любимого. — мы успеем — улыбается фальшиво Гук и смотрит на других, которые уже готовы прыгать. Он ставит на пол Чимина, подзывая к себе солдата, чтобы тот присмотрел на минуту. ЧонГук подходит к Сэму. — парашют сможет выдержать обоих? — к сожалению, место только на одного рассчитано. Если двое захотят на одном, полёт будет слишком рискованным для обоих. — Сэм смотрит на него с сожалением, но ЧонГук не испытывает к себе жалости. Он рад умереть за Чимина, а не за государство. — хорошо. Позаботьтесь о Лейтенанте. Внизу должна быть подмога моего человека. Отведи к нему его и пусть он везёт его сразу в больницу. Всё понятно? — командует Чон напоследок. Сэм кивает и смотрит на Чимина, который еле дышит — Гук-и…Ты же со мной вместе прыгнешь? — шепчет Пак. ЧонГук к нему подлетает. — всё хорошо, малыш. Конечно. Мы сделаем это вместе. Я рядом. Давай, Чимин, вставай. Я помогу — ЧонГук гладит его по лицу и помогает подняться на ноги. Они стоят у обрыва. — я люблю тебя, Мини — шепчет Чон и целует пухлые губы старшего в последний раз. На губах чувствуется соленоватость. Слеза ЧонГука, что одиноко прокатилась по его щеке, капнула им в поцелуй. — я люблю тебя, Гук-и — не зная, что сейчас это их прощальные слова, шепчет Пак и заглядывает в глаза напротив, в которых читается нежность, любовь и самые искренние светыле чувства, которые только могут быть. ЧонГук слегка улыбается. Он не хочет расставаться с Чимином, но выбора здесь нет. 2 минуты Чимин всё ещё не отрывает взгляд от Гукича, наслаждаясь моментом. Затем он чувствует сильнейший страх, когда Чон толкает Чимина в пропасть и раскрывает его парашют. Сэм поднимает руку к голове в знак уважения и почтения, прыгая следом за Чимином, который пытается кричать, увидев Чона всё ещё на крыше. Соврал. ЧонГук растягивает слабую улыбку. 1 минута до взрыва Он смотрит в другую сторону. Подходит к другому краю крыши. — Бассейн — шепчет Чон, обдумывая идею, которая моментально образовалась в голове. Всё решено. Он делает глубокий вдох, прикрывая глаза на 5 секунд. Затем распахивает их и быстро бежит навстречу судьбе. ЧонГук набирает скорость и прыгает в пропасть с 103-его этажа в бассейн. Неизвестно глубокий он или нет. Это 30% на выживание. И ЧонГук им воспользуется. Он чувствует, как холодный ветер бьёт по лицу. Расправляет руки, точно крылья, и закрывает глаза, думая только о Чимине. — «во что бы то ни стало, Мини, я буду любить тебя вечно» — шепчет Чон, жмуря глаза сильнее, когда уже вот-вот упадёт. — ЧонГук, ответь. Ответь, ЧонГук — повторяет Пак со слезами на глазах, пытаясь дозвониться до ЧонГука, даже не приземлившись ещё. Он не видит ЧонГука нигде. Кровавые пальцы нервно набирают номер младшего снова и снова. Настала очередь ЧонГука не поднимать трубку и, кажется, ЧонГук продержится намного дольше. Навеки…