Чувства и искупление

Северус шел к директору с тяжелым сердцем. Его мысли кружили вокруг Реи, болезненно напоминая об очередном неверном выборе и хрупком существе, которое он не смог защитить от самого себя. Видеть девушку почти каждый день превратилось в персональную пытку, и Снейп намеренно истязался снова и снова, ища с ней встреч и задерживая на студентке долгий пронзительный взгляд. Она страдала тихо. Без слез и истерик, держа все рвущие на куски чувства глубоко внутри и не позволяя им вырваться наружу. Как он ненавидел себя в моменты, когда замечал ее полные горечи и печали глаза, но не мог позволить испытывать любовь к ней. Снейп отчаянно боролся и противостоял порывам сердца, потому что боялся испачкать Рею собой и своим темным прошлым. И она все еще оставалась его студенткой с разницей в возрасте, достигавшей почти десять лет, и эта пропасть увеличивалась тем, что он служил у Темного лорда, когда она держала в руках игрушки, и на протяжении всего обучения росла на его глазах. Горгулья громко скрипнула, поднимая Снейпа наверх, и он обессиленно облокотился на ее крыло, прикрывая глаза и заворачиваясь в мантию. Директор вызвал его еще утром, но он искал оправдания, чтобы не спешить к нему и успеть подготовиться к встрече. Безупречный легилимент терял хватку. Кабинет Альбуса пестрел различными артефактами, работающими практически беззвучно и нарушая тишину лишь легким тиканьем. Не стучась, Снейп зашел внутрь, и Дамблдор поднял на него умудренные опытом голубые глаза. Директор улыбнулся сквозь длинную густую бороду и поприветствовал вошедшего легким кивком головы, сразу же возвращаясь к изучению раскрытого на столе фолианта. — Может быть чаю, Северус? — мягко поинтересовался директор, отпивая горячий напиток из своей разноцветной чашки. — Я воздержусь, Альбус, — отчеканил Снейп твердо и уверенно. — Очень зря. Между прочим, дивный чай с кусочками малины, — волшебник не оставлял попыток напоить своего собеседника. — Альбус, — тихо прорычал Снейп, — ты не за чаем меня вызвал. Дамблдор вздохнул, хмуря кустистые брови, и отложил книгу к краю стола. Оттягивать неприятный разговор больше не имело смысла, и тогда Альбус решил выдать все сразу и без предисловий. — Твоя статья относительно мутаций в магическом мире была отклонена Министерством, — с большой неохотой сказал директор. Снейп не ответил. На его скулах заиграли желваки, но внешне он оставался совершенно спокоен. Министерство никогда не признавало трудов, над которыми зельевар проводил бессонные ночи, и Северус не ждал, что очередное открытие сразу кого-нибудь заинтересует, но полное неприятие его исследований уже выходило за все рамки. Чистая злость полилась по венам Снейпа, и стоящие вокруг магические приборы опасно засверкали. — Мы попробуем еще раз, Северус. В конце концов, есть еще больница Святого Мунго, — произнес Дамблдор, поглаживая бороду и наблюдая, как зельевар мерит шагами его кабинет. — В больнице Святого Мунго ей даже не смогли поставить диагноз, — огрызнулся Снейп. — А как продвигаются ваши тренировки с ней? — с любопытством, свойственным только Дамблдору, спросил он, отпивая приличное количество чая. — После приступа я решил все прекратить, — Снейп остановился посередине кабинета и намеренно смотрел в окно, а не в глаза директору. Он нагло лгал, хотя всегда оставался честен с Альбусом. Ему все еще казалось, что директор не договаривает важную для исследований часть, да и правда вряд ли ему понравится. Северус не мог сказать, что в процессе лечения у него появились чувства к Рее, которые, кстати, он до сих пор отрицал. — Ее способности уже проявились? — Дамблдор с интересом наклонился вперед, сцепляя длинные пальцы в замок. — Вы что-то знаете об этом? Снейп с подозрением перевел взгляд на директора, и его интуиция гудела от напряжения, не позволяя ему раскрыть тех фокусов, что Рея совершала с водой. Дамблдор промолчал, и тогда Северус решил привести аргумент, из-за которого у Альбуса не останется причин скрывать ответы. — Я должен знать, кто она, чтобы продолжить исследования, иначе ее жизнь будет под угрозой, — проговорил Снейп, впиваясь взглядом темных глаз в голубые глаза директора. — Не нужно, Северус. Пусть ее происхождение пока останется тайной, — задумчиво ответил директор, устремляя свой взор на песочные часы, и ловко поднялся с места. — Как быстро летит время! Мне пора, мальчик мой. Директор дружелюбно открыл дверь, тонко намекая Северусу, что разговор окончен, и вышел к горгулье вместе с ним. Они спустились вниз в тишине, а затем разошлись, и каждый устремился своей дорогой. Терзаемый мыслями Снейп не нашел ответов, но одно знал точно — Альбус скрывал от него что-то важное, и это не к добру. Он устал от бесконечных загадок и тайн, но Рея по-прежнему находилась в опасности, и поэтому он не собирался сдаваться. Даже если она никогда не попросит его помощи. Даже если она никогда его не простит.

***

Вечерний Хогвартс нравился Рее за тишину и покой. Постоянный калейдоскоп звуков и движений угнетал, особенно при подготовке к экзаменам, и потому девушка с нетерпением ждала сумерек. Эбби давно скрылась в гостиной, вдоволь налобызавшись с Генри, и Рея одиноко шла по замку из библиотеки и вспоминала последнее столкновение со Снейпом. Она делала так всегда, когда появлялась свободная минута, каких теперь становилось все меньше и меньше, потому что Рея намеренно взяла нагрузку по максимуму и готовилась к Ж.А.Б.А. Это отвлекало от чувств и помогало сосредоточиться, но любая встреча с зельеваром выбивала из равновесия. Так случилось и в последний раз. Она шла на разговор с Дамблдором, а Снейп даже ее не заметил. Слова наставления и гордости от директора Рея слушала как в тумане, пока ее сердце обливалось кровью. Очередной поворот, и до гостиной Гриффиндора оставалось подать рукой. Рея услышала приближающиеся шаги и два громко шепчущихся голоса, один из которых показался ей знакомым, и инстинктивно спряталась за ближайшей нишей, чтобы не попасться дежурным старостам. Факелы трепетали, из окон лился лунный свет, поэтому происходящее рядом Рея отлично могла разглядеть, и, когда увидела Генри, целующегося с девушкой из Райвенкло, буквально потеряла дар речи. Парень ее лучшей подруги слишком вовлекся в процесс, чтобы смотреть по сторонам, и продолжал жадно касаться чужого тела везде, куда мог дотянуться. Рея вышла из укрытия резко, и в одну секунду заставила двух голубков отцепиться друг от друга. Ее переполнял гнев, и девушка искренне искала причины, по которым не может применить свою силу и не утопить Генри прямо сейчас в Черном озере. Она метнула злобный взгляд на стоящую рядом с ним барышню, и та побежала прочь со скоростью света в направлении башни Райвенкло. Теперь Рея осталась с предателем наедине. — Мерзавец! — выплюнула она ему в лицо, и ее рука горела, чтобы дать ублюдку пощечину, но Рея берегла эту привилегию для Эбби. — Не делай поспешных выводов, — бесцеремонно вытирая с губ остатки помады, сказал Генри. — А я сейчас расскажу обо всем Эбби, и пусть уже она делает выводы, — победоносно усмехнулась Рея и направилась в гостиную. Однако завершить начатое ей не дали. Генри внезапно схватил ее за плечи, останавливая, и грубо встряхнул в своих руках. Рея зашипела от боли, вырываясь и все-таки собираясь как следует врезать этому негодяю по самому больному месту. — Только попробуй ей что-нибудь рассказать, — злобно прошептал Генри и усилил хватку. Рея извернулась для удара, но оказалась прижата к противнику спиной. Она шарила по карманам в поисках палочки, которую предусмотрительно забрал Генри, и безрезультатно колотила его по рукам. Снейп предупреждал на тренировках, что не стоит вступать в бой без магии с противником, физически сильнее нее, и вот во что это обернулось. Осознание того, что зельевар снова оказался прав, ударило по гордости и вызвало новый приступ злости. — Какая потрясающая картина, — мягко пророкотал рядом убийственный голос. Генри обернулся и, как ошпаренный, отлетел от Реи. Он переводил ошалелый взгляд с девушки на мужчину, и его русые волосы окончательно пришли в беспорядок. Рея потирала запястья, которые с силой удерживал Генри, и впервые обрадовалась появлению зельевара. У него вошло в привычку спасать ей жизнь. — Я п-пойду, сэр, — заплетающимся языком пролепетал Генри и вымученно улыбнулся. — Не торопитесь, Фостер. Целый месяц будете перебирать флоббер-червей в моей кладовке. И если хоть один ингредиент пропадет, моя отработка покажется для вас раем, — оскалился Снейп, видя испуг в глазах дрянного мальчишки. — Теперь можете идти. Удаляющиеся шаги быстро перешли на бег, и Рея осталась со Снейпом вдвоем. Смотреть ему в глаза оказалось намного сложнее, чем девушка предполагала, — одновременно и страшно, и неловко. Северус же совсем не стеснялся сверлить Рею осуждающим взглядом, и странное чувство ревности зародилось глубоко в его груди. — Как быстро вы нашли утешение в объятиях другого, — едко усмехнулся Снейп. И на что он надеялся? На то, что юная девчонка будет любить его так же долго и сильно, как он любил Лили все эти годы? Несколько отрезвляющих фраз в ответ на признание, и энтузиазм гриффиндорской особы поугас. Однако Рея выглядела более чем оскорбленной, и злоба, предназначавшаяся изменщику и подлецу, нашла новую цель. Она не позволит обесценивать свои чувства, из-за которых девушка так много страдала. — Не стоит судить меня по всем женщинам, которые встречались на вашем пути, — девушка гордо вздернула подбородок, смело переводя взгляд на зельевара. Его глаза налились кровью, словно у дикого зверя перед схваткой, и Снейп приблизился к Рее вплотную, намереваясь вызвать в ней страх, но она слишком хорошо успела изучить мужчину, чтобы бояться хитрых уловок. Ее окутал мускусный аромат его духов, и обида, плотно засевшая под ребрами, уступила место желанию. Рея громко сглотнула, принимая поражение собственного тела, и вздрогнула, когда Снейп почти ласково заправил прядь ее шелковистых волос за ухо. — Я никогда не видел в вас женщину. И никогда не увижу, — с ухмылкой произнес он, продолжая играть свою роль. Она часто заморгала, сдерживая слезы, и убежала прочь, скрываясь в темноте коридора. Северус еще ощущал бархат ее кожи и подавлял острое желание догнать девушку, пропустить через пальцы ее шелковистые волосы, сжать хрупкое тельце в своих руках и впиться в губы грубым поцелуем. Он не мог хотеть ее. Не свою ученицу. Он не мог сломать ей жизнь, потому что незаметно и внезапно Рея превратилась для него в нечто драгоценное и дорогое — в то, что Северус поклялся защищать. Уже в своих покоях Снейп уверял себя, что поступает правильно, игнорируя боль в сердце. Он засыпал с печальными мыслями о зеленых глазах, но перед взором упорно вставали голубые.

***

Колеса поезда уносили ее прочь от замка. Рея без особого энтузиазма возвращалась в родительский дом на пасхальные каникулы, но лучше она встретиться с отцом, чем еще раз увидит Снейпа. Казалось, что он окружал ее повсюду, напоминая о себе дуновением мантии в проходе, низким голосом из классных комнат и легким мускусным ароматом, витавшим в воздухе после него. Даже в гостиной Гриффиндора Рея не сумела скрыться — прямо перед отъездом на прикроватной тумбочке она заметила зелья, которые в записке Снейп приказывал выпить незамедлительно. Она не ослушалась лишь потому, чтобы не навредить своему организму, а не из-за ослеплявших ее чувств. По крайней мере, Рея всю дорогу внушала себе именно это. В таком же подавленном состоянии встречала весну и Эбби, устроившаяся в кресле напротив. Ее красные заплаканные глаза равнодушно высматривали пейзаж за окном, а раскрытые шоколадные лягушки давно покинули хозяйку. Рея вздохнула, отложила газету, на первой странице которой красовался ее отец, и с сожалением взглянула на подругу, пересаживаясь к ней. — Как он мог так со мной поступить? — Эбби шмыгнула носом, рисуя на стекле разбитое сердце. — Не взывай к совести тех, у кого ее нет, — Рея потянулась, раскрывая лежащий на верхней полке плед, чтобы укрыть подругу. — Я думала, мы любим друг друга, — Эбби благодарно закуталась в плед, пряча лицо на плече у Реи. — Я тоже так думала, — тихо ответила Рея, плача внутри вместе с всхлипами Эбби. Она поглаживала по спине постепенно затихавшую подругу и думала, что терзания сердца на самом-то деле мелочи по сравнению с жизнью, которой в один момент Рея легко могла лишиться. Она вспомнила страх, поселившийся в ее детском разуме во время правления Темного лорда, угрозы, поступавшие в адрес отца нескончаемым потоком, и смерть матери, которая сильно отразилась на маленькой девочке, и все остальное показалось Рее таким незначительным. Стук колес и завывания ветра мерно убаюкивали ее, и девушка, не в силах сопротивляться, последовала примеру Эбби и тоже задремала. Ей не снилось ничего, и чувство спокойствия накрыло ее, когда поезд подъезжал к Лондону. Открыв глаза и сонно проморгавшись, Рея поняла, что накрыло ее вовсе не спокойствие, а плед, с заботой оставленный на ее плечах незнакомцем.

***

Рея не выносила шумных компаний, зазнавшихся снобов и балы, и в место, где собирались эти три составляющие, девушка шла как на каторгу. У входа в огромный особняк ее уже ждал отец, окруженный стаей репортеров и купающийся во вспышках камер. Появление дочери он встретил осуждающим взглядом, поджатыми губами и бровями, хмуро сошедшимися на переносице. — Я специально оставил для тебя платье, — тихо прорычал старший Уайт. — А я специально дала понять, что не надену его, — закрывая глаза ладонью от вспышек, Рея прорвалась вперед, теряясь в толпе. Услужливый слуга попросил ее бежевое пальто, и Рея протянула ему единственный не черный элемент ее гардероба на сегодняшний вечер. Среди вычурности, напускного богатства, дорогих нарядов и изысканных причесок в простой черной футболке, пиджаке и джинсах с волосами, заплетенными в обычную косу, Рея выглядела блекло. В этом и заключалась ее цель вынужденного визита на мероприятие, от которого в желудке все сворачивалось в узел, — стать для всех невидимкой. Играющую классическую музыку и удушливый запах смешавшихся парфюмов Рея считала несовместимыми вещами, но высшее общество и элита превращали в безвкусицу все, к чему приложили руку. Отец чувствовал себя в своей стихии, когда присоединился к ней, в то время, как Рея убеждалась, что она не принадлежит этому миру и не желает стать его частью. Протянутый официантом бокал с шампанским девушка выпила залпом для поднятия боевого духа в предстоящей схватке с высокопоставленными чиновниками. Стоя в тени, Снейп заметил ее сразу. Она, как и он, черным пятном огибала залу с бесстрастным выражением лица. Общение с ним определенно пошло ей на пользу. Когда отец взял ее под руку и потащил в эпицентр сосредоточения верхушки магической власти, Рея ощутимо напряглась, и Северус решил не терять ее из виду. Он до сих пор подсознательно нес ответственность за нее. Когда отец остановился перед высоким широкоплечим мужчиной, Рея ожидала очередной неприятности. Мистер Уайт прошептал что-то на ухо незнакомцу, тот обернулся и оценивающим взглядом стал разглядывать лицо девушки. Его белоснежный оскал не оставил сомнений, какую именно цель он преследует. — Это моя дочь Рея, я рассказывал вам о ней, мистер Оуэн, — с легкой улыбкой обратился Уайт к мужчине. Рея давно не видела улыбку отца, и поэтому подаренная эмоция для лести заставила ее насторожиться. Этот Оуэн несомненно вел себя очень уверенно и с достоинством, словно всю жизнь проводил переговоры. Его внешность многие назвали бы привлекательной — подтянутое тело, длинные пшеничные волосы, собранные в хвост, и изумрудные глаза притягивали внимание. Рея же видела за красотой хищника, готового разорвать свою жертву на куски. — Теодор Оуэн. Глава аврората, — представился мужчина и без лишних колебаний взял руку Реи, запечатлев на тыльной стороне легкий поцелуй. Рея приложила неимоверное усилие, чтобы не скривиться, и незаметно убрала руку в карман. Предчувствие не покидало ее, и, пока отец принялся обсуждать с мужчиной министерские вопросы, она поспешила улизнуть и спрятаться во внутреннем дворике. Она вдохнула холодный весенний воздух, как спасение, и зябкость почувствовала лишь спустя несколько минут, но возвращаться не собиралась. Перспектива замерзнуть до смерти нравилась ей куда больше, чем еще раз увидеть хоть одно размалеванное косметикой лицо. Рея выдохнула облачко пара, обнимая себя руками и проклиная неудавшийся вечер. Она прекрасно знала, куда шла, но не могла отказать отцу, потому что отдавала своим присутствием на балу последний долг, прежде чем окончательно вступить во взрослую жизнь и пресечь любое влияние на нее с его стороны. Уильям Уайт обладал огромной властью и мог одним щелчком разрушить все, над чем Рея упорно трудилась, и единственное верное решение из ситуации она видела в намерении исчезнуть раз и навсегда. Шорох, донесшийся из-за угла, отвлек Рею, и девушка резко обернулась, высматривая того, кто нарушил ее уединение. Но сделать шаг она не успела — локоть крепко сжала чья-то чужая рука. — Я искал вас, — сказал, как выяснилось, Глава аврората с улыбкой на губах. Рея промолчала, ожидая, что мужчина соизволит поделиться, зачем она ему понадобилась, но между ними возникла неловкая пауза. На душе стало тяжело и тоскливо, и сгустившийся туман не добавлял радости отчаявшейся девушке. Атмосфера не располагала к разговору, но Рея из вежливости терпеливо сложила руки на груди и не показывала нервозность. — Вы очень красивы, — с придыханием произнес мистер Оуэн, делая шаг вперед. От разочарования и грусти Рея прикрыла глаза, подозревая с самого начала, что отец звал ее на бал не случайно, и теперь его благосклонное и любезное отношение к мужчине отлично объяснялось. — Вы видите лишь оболочку, — возразила Рея, стараясь не потерять лицо, и с усмешкой добавила еще несколько слов. — Хотя и она уже порядком помята. Сбоку послышался смех и говор, и Рея обернулась, видя из-за угла стоящего профессора Снейпа, обсуждающего что-то остроумное с дамой, которая рядом с ним беззаботно веселилась. А Рее казалось, что паршивее быть просто не может. — Я обещаю содержать вас, заплачу за вашу учебу. Вы никогда не окажетесь стеснены в средствах, — с жаром проговорил мужчина. — Вы хотите меня купить? — Рея резко повернулась к мужчине. — Ваш отец дал мне согласие и счел меня достойным, — гордо заявил Оуэн, вскидывая подбородок. — Разумеется. Должно быть, вы предложили за меня больше, чем остальные, — с презрением фыркнула Рея, от злости почти не ощущая холода. Глава аврората дернулся от едких слов, и по его глазам стало понятно, что он оскорбился, и уязвленное самолюбие не позволит ему сдасться. Однако Рея тоже не собиралась отступать. — Ну? Сколько вы заплатили? Сколько я по-вашему стою? — с издевкой отчеканила девушка, переставая сдерживать эмоции. — Три миллиона галлеонов, — без тени смущения ответил Оуэн. — Вы переплатили, сэр. Я не стою и одного, — с горечью проговорила Рея. — Я не намерен терпеть такое отношение, — его ноздри раздувались от злости. — Я тоже. Я не вещь, чтобы меня покупали, — возмущенно процедила Рея, смотря мужчине прямо в глаза. — Вы заключали договор с моим отцом, а не со мной. Вот с ним и стройте отношения. Ее едкая ухмылка окончательно разбила образ безупречной невинной девочки, который, вероятно, мистер Уайт в красках описал Главе аврората. Оуэн развернулся на каблуках, пробормотав под нос, что Рея еще пожалеет, и, извергая изо рта проклятия, вернулся в бальный зал. Рея облегченно вздохнула, словно после битвы, и позволила себе немного расслабиться. Она знала, что возможность вновь побыть наедине продлится недолго, и отец появится через три, два, один… — Ты понимаешь, что ты натворила? — Уильям Уайт буквально влетел ураганом на веранду. — Да. Спасла себя от участи быть чьей-то любовницей. Насколько мне известно, мистер Оуэн женат, — ее слова сквозили равнодушием и печалью. — Это не имеет никакого значения. Я устроил твое будущее, — не унимался отец. — Ты продал меня! — она не выдержала, переходя на повышенные тона, и с ненавистью выплюнула сказанные слова ему в лицо. — Если бы только мама видела все, что ты делаешь… — Ты за это злишься на меня? За то, что я позволил себе жить дальше без нее? — с мрачной иронией сказал Уайт. — За то, что вычеркнул меня из своей жизни, — ее глаза наполнились слезами от обиды и боли. — Твои подчиненные видят тебя чаще, чем я, а мне остается довольствоваться крохами отцовского внимания на таких вот приемах. Он смотрел на нее сверху вниз, и на несколько секунд Рее показалось, что ее любящий отец вернулся, но он лишь упрямо поджал губы, продолжая прожигать дочь осуждающим взглядом. — Тебя никогда не было рядом. Ни тогда, когда умирала мама, ни сейчас, когда умирала я, — с укором произнесла Рея, но не надеялась, что найдет в отце отклик. — Да, я струсил. Потому что не мог видеть, как ты тоже умираешь, и искал лекарство повсюду. Я не хочу тебя терять, Рея, — пытался оправдаться старший Уайт, но оказалось слишком поздно. — Это лишь пустые слова. Твои поступки говорят об обратном, — Рея отвернулась от него, с силой сжимая перила веранды. — Ты уже давно потерял меня, отец. — Я не хотел, чтобы ты прозябала в нищете, — продолжал наступать с аргументами Уайт. — Я все равно не соглашусь быть его содержанкой. Его фразы и показная забота нисколько не подействовали на нее, и она лишь сильнее укрепилась в своем мнении, что отец хотел использовать ее в личных целях. Она смирилась с тем, что он не изменится, но смириться со своей участью не могла. — В таком случае, ты не получишь ни единого сикля из наследства, — угроза прозвучала слабо, как последняя надежда утопающего. — По-твоему мне деньги от тебя были нужны все это время? Ты так ничего и не понял, — слезы жгли глаза, губы дрожали, но Рея держалась, чтобы не проявить слабость перед человеком, которому все равно. Фамильное кольцо Уайтов лежало в кармане с самого начала банкета, но девушка до последнего верила, что оно ей не понадобится. Страх комом застрял в горле, препятствуя ее решению, но отступать в планы девушки не входило. Она пойдет до конца против системы. Ради мамы. Ради себя. Рея набрала в легкие побольше воздуха и вытащила злосчастное кольцо из кармана, которое, словно бремя, весило целую тонну. Она выбросила его на пол без сожалений, и с ее плеч упал годами носимый тяжелый груз. — Если ты уйдешь сейчас, я не позволю тебе вернуться, — холодно произнес Уайт, даже не взглянув на брошенную драгоценность. — Прощай, отец, — с разочарованием тихо сказала Рея. Сбоку снова послышался смех незнакомой женщины и Снейпа, будто вселенная издевалась над безответно влюбленной девушкой, и Рея, уже не сдерживая слез, направилась прочь, уходя все дальше и дальше от холодного мрачного поместья. Начался дождь, который символично плакал вместе с ней, и девушка позволяла каплям бить по лицу, чтобы стереть со щек соленую влагу и забрать всю ее боль. Верхняя одежда осталась внутри, но возвращаться за ней не было никакого желания, и Рея продолжала путь, а холод только придавал ей сил быстрее двигаться вперед, чтобы исчезнуть, уйти, испариться навсегда. Она услышала позади шаги двух переговаривающихся между собой мужчин, и ускорила шаг. Горечь и обида разрывали ее на куски, и Рея знала, что добровольный отказ от рода не пройдет без последствий. Если магия взбесится, то однозначно погубит ее, не оставив и шанса на спасение. Она готовилась к любому исходу, но разорвать связь с прошлым оказалось куда сложнее, чем Рея думала. Двое мужчин не отставали, и девушка на секунду обернулась, чтобы убедиться в преследовании, и в этот момент дорогу ей перегородил еще один незнакомец. Рослый и высокий он мог без магии причинить ей боль, и по недоброму оскалу Рея поняла, что все эти люди идут за ней по пятам не для того, чтобы справиться о ее самочувствии. — Мистер Оуэн не принимает отказов, — сказал один из них сзади с гаденькой улыбочкой, медленно наступая. Он схватил ее за локоть, с силой удерживая, и Рея испуганно оглянулась по сторонам в поисках помощи, но вокруг не оказалось никого. Она пыталась вырваться, но мужчина лишь сильнее сжимал руку, и тогда Рея воспользовалась невербальным, как учил Снейп. Громила скорчился от боли и отступил, и Рея, воспользовавшись замешательством других, ловко обогнула его и принялась бежать, куда глаза глядят, прямо по лужам. Она не оборачивалась, подхлестываемая первобытным страхом и паникой, и за гулким биением сердца не слышала чужих шагов. Легкие горели невыносимо от недостатка воздуха, и Рея завернула за угол, чтобы отдышаться, и буквально влетела в кого-то, едва не взвизгнув от ужаса. Она открыла рот в немом крике, готовясь к чему угодно, но не встретить Снейпа посреди темной грязной улицы, куда ее завели ноги. Во рту пересохло, одежда и волосы промокли, и ее тело била крупная дрожь. Жалкое зрелище. — Вы когда-нибудь все-таки убьете меня, или убьетесь сами, — Северус оторвал ее от себя за плечи, но вид девушки заставил его заволноваться. — Что с вами? — Там трое мужчин. Они преследуют меня. Я убежала, — Рея сбивчиво пыталась объяснить, что происходит, но от холода и страха даже зубы начали стучать. Снейпу не пришлось объяснять дважды. Он грубо потянул ее вглубь улицы, пересек несколько домов, и прислонившись к незаметной темной стене, крепко прижал Рею к себе спиной, с силой сжимая ее плечи и укрывая девушку своей теплой темной мантией. От девушки пахло дождем и свежестью, как и новый аромат его амортенции. — Ни звука, — скомандовал он, и Рея подчинилась. Она немного расслабилась, чувствуя тепло и защиту, но все ее мышцы натянулись, словно струна, когда неподалеку послышались шаги. Рея сильнее вжалась в Снейпа, зажмурив от страха глаза, но трое мужчин прошли мимо. — Я наложил дезиллюминационное, — пояснил Северус, не задавая лишних вопросов. Он отстранился, и Рея, потеряв заветное тепло и поддержку, пошатнулась, приваливаясь к стене. Она, словно разбитая красивая ваза, пыталась собрать себя по кусочкам, но лишь еще больше разваливалась по частям. Снейп смотрел на нее долгим внимательным взглядом, подмечая дрожащие плечи и ноги, бледную фарфоровую кожу и мокрые, прилипшие к лицу волосы, и его сердце дрогнуло. Глядя на то, как она страдала, Северус уже знал, что чувствовал к ней, и знал, что не оставит ее никогда. Он снял с себя мантию, накрывая хрупкое тело девушки с головой, и Рея неверяще подняла на него красные опухшие от слез небесно-голубые глаза. Северус молча взял ее ладонь в свою, и они аппарировали. Рядом с Хогвартсом дождь не шел, но погода стояла не менее зябкая. Рея осмотрела окрестности затуманенным взглядом, и без вопросов последовала за Снейпом ко входу в замок. Хогвартс теперь ее единственное пристанище, потому что ей больше некуда возвращаться — у нее нет ни дома, ни семьи, ни будущего. В один миг Рея потеряла все, и как ощутить заветное равновесие просто не представляла. Они вошли внутрь в опустевший на каникулы замок, оставляя после себя мокрые разводы на чистом полу. Рея сняла мантию Снейпа, все еще дрожа от холода, и протянула ему ткань, не глядя мужчине в глаза. Хотелось поскорее забраться в постель в башне Гриффиндора и забыть произошедшее, как страшный сон. Однако Северус не двигался и даже не думал возвращать протягиваемую мантию обратно. — Вы идете со мной, — строгим тоном произнес он. — Пожалуйста, сэр, не надо. Не мучайте меня, — ее голос звучал слабо и неуверенно, но Рея старалась сохранить остатки гордости. Находиться рядом со Снейпом после признания и отказа по-прежнему давалось девушке нелегко, но по упрямой линии губ мужчины и его свирепому взгляду Рея поняла, что не отделается просто так. — Вы идете со мной, — без колебаний повторил он и направился в Подземелья. Рея обреченно прикрыла глаза, чувствуя пустоту внутри, и на ватных ногах пошла за Снейпом, гадая, зачем понадобилась ему. Для вычета баллов или очередного наказания? Он не выглядел доброжелательно настроенным и пересекал расстояние привычным размашистым шагом, не думая о том, поспевает за ним Рея или нет. Молча открыв дверь в кабинет, Снейп впустил девушку внутрь, запираясь на засов с помощью заклинания. Она нервно заламывала руки и закусывала губу, и ее стеклянный взгляд олицетворял бессилие и отрешенность. От бойкости и стойкости не осталось и следа. Он впервые видел ее настолько уязвимой, разбитой и беспомощной, что боялся своим порывом чувств сделать только хуже и причинить ей боль, но оставить Рею в таком состоянии уже не мог. Он усадил ее в кресло, а она не сопротивлялась, и одним взмахом палочки высушил мокрую одежду на ней и волосы, но в кабинете гулял ветер, поэтому Снейп принялся растапливать камин, чтобы Рея согрелась. Когда язычки пламени разожглись, и от огня пошло ощутимое тепло, Снейп выпрямился и щелкнул пальцем, чтобы наказать домовику приготовить чай. Эльф тотчас появился и исчез исполнять поручение профессора, но Рея продолжала смотреть в одну точку на полу и не шелохнулась, когда он с хлопком аппарировал. Северус, прищурившись, наблюдал за ней и с благодарностью принял ароматную чашку чая, доставленную домовиком. Пока Рея лицезрела пол, зельевар незаметно добавил в напиток немного огневиски и буквально вложил блюдце в руки девушки. — Спасибо, — тихо ответила Рея на добрый жест профессора и отпила чай, который отдавал горечью. Она едва не выплюнула содержимое, но, поморщившись, все же влила в себя дозу алкоголя. — Что это? — Огневиски. Так быстрее согреетесь и придете в себя, — объяснил Снейп, сложив руки на груди. Рея с сомнением посмотрела на поверхность чая, но чашку не убрала, потому что горький вкус отвлекал от собственной боли. Они играли в гляделки, пока Северусу все это не надоело, и он сел на свое место, сложив руки в замок на столе. — Вам нашли партию на балу? — без предисловий спросил мужчина. Разумеется, он все слышал. Когда его глаза увидели, как Рея вышла из зала, Снейп переключился на рядом стоящую скучающую даму, которая оказалась не против его общества. Он надеялся направить мысли в другое русло, кроме Реи, и женщина с удовольствием помогала ему в этом, уводя дальше из зала и спрятавшись за верандой. Вот только новая компания не отвлекала, и его переживания за девушку лишь усилились, и он пожалел, что упустил ее из виду. Но жалел Снейп недолго, потому что сразу заметил ее на веранде и напыщенного Главу аврората, который тянул к ней свои ручонки. В нем сразу взыграл собственник, и Северус не вмешался по одной причине — Рея прекрасно могла за себя постоять. Зельевар услышал почти все, переживая горечь вынужденного расставания с отцом вместе с ней, и пересилил порыв последовать за ней. Он профессор, отвергнувший ее чувства, и его желание помочь девушка вряд ли расценила бы как доброту и заботу, однако судьба решила иначе, когда столкнула их снова на грязной улице, и тогда оставить Рею одну стало выше его сил. — Вы все слышали, — она шмыгнула носом и отпила немного «целебного» чая. Очаровательное зрелище. — Вы не пытались сдержать свои эмоции, — сыронизировал Снейп, но поспешил солгать, чтобы немного успокоить ее. — Не все. Лишь обрывки фраз. Но Рея не выглядела преисполненной спокойствия. Даже его присутствия оказалось мало. Она замкнулась в себе, раз за разом прокручивая в голове злосчастный бал, и менялась в лице, когда вспоминала отца. Северус не решался прервать ее, давая Рее время переварить произошедшее, но он не хотел, чтобы она делала это в одиночку. — Почему я вообще решила, что у меня будет брак по любви? — Рея, забываясь, выдала свои размышления вслух, и Снейпу они не понравились. Она порывисто встала, роняя чашку, которая разбилась вдребезги, и, словно в бреду, запустила пальцы в волосы, явно ругая себя и коря. Северус следил за ее метаниями с бесстрастным выражением лица, позволяя ей выплеснуть эмоции наружу. Что поделать? Юношеский максимализм в чистом его проявлении. — Рея, вам всего семнадцать. Это банально, но у вас впереди еще вся жизнь, — сказал Северус с долей усмешки, словно объяснял ребенку простые истины. Ее метания резко прекратились, и Рея села обратно в кресло, размышляя, стоит ли говорить со Снейпом на подобные темы. Она по-прежнему не понимала, зачем он привел ее в свой кабинет, но еще больше поражало то, что зельевар вел диалог о личном без тени раздражительности или злости. — У меня нет причин отказывать Оуэну. Я все равно никому не нужна, — Рея опустила голову, и ее растрепанные волосы упали на грудь. — Он не достоин вас, — его тон стал серьезнее, когда он подумал, что Рея действительно может согласиться. На секунду девушке показалось, что она не расслышала профессора, но он со всей строгостью пожирал ее взглядом. Происходящее напоминало какую-то злую шутку, потому что Снейп не мог говорить о ней такие ошеломляющие вещи. — Многие живут без любви. Да и кто меня полюбит? Все мое тело покрыто шрамами, — она привычным движением натянула рукава, чтобы скрыть выступающие бледные полосы. Северус тяжело вздохнул и поднялся, думая, как лучше преподнести заготовленные слова, но язык словно прилип к небу, и расстроенная девушка не добавляла ему уверенности в том, что он нашел правильный момент для раскрытия чувств. Но ждать стало невыносимо. — Человеку, который действительно полюбит вас, будет все равно, сколько шрамов на вашем теле. Все, что вы считаете недостатками, он обратит в достоинства, — его низкий бархатный голос обрел долю нежности, которую Рея уловила сразу. Она моргнула несколько раз, подозревая, что кабинет Снейпа и он сам ей только кажутся, но картинка не изменилась, и зельевар стоял в пару метров от нее, барабаня пальцами по столу. Жаль, что чашка разбилась, потому что огневиски пришелся бы невероятно кстати. — Я… Ты… — Северус не мог подобрать нужные слова и выразить то, что терзало душу. Он обошел стол, пытаясь взять контроль над ситуацией, но все изменилось, когда она вошла в его кабинет. Он отчаянно боролся и противостоял вспыхнувшим чувствам, но сдался во власть ее небесно-голубым глазам, очаровавшим его, казалось, с самого начала. — Я постоянно думаю о тебе. Это даже на самую маленькую часть не передавало того, что он испытывал к ней, но и это признание далось ему невероятно тяжело. Призраки прошлого еще стояли за его спиной, но Северус смог собрать волю в кулак и начать забывать о них. Только Рея удивленно и с опаской слушала его, словно ждала подвоха, и мужчина винил себя за то, как жестоко обошелся с ней, когда она решилась открыться и объясниться в любви. Он напрасно надеялся, что сможет выбросить ее из головы, похоронить мысли о ней и вырезать ее из сердца, потому что она намертво поселилась в нем. — Зачем вы говорите это? — Рея вжалась в кресло, потрясенно глядя на Снейпа. Ее сердце, наполненное надеждой, забилось быстрее, когда Северус подошел к ней и опустился рядом с креслом на колени. Он смотрел на нее снизу вверх, любуясь ее замешательством, и аккуратно взял девичью ладонь в свою, запечатлев легкий поцелуй на костяшках пальцев. Она не отняла руки и покраснела, и Снейп решил, что это хороший знак. — Потому что твои чувства взаимны, — ответил он тихо, отнимая губы от нежной кожи. Рея резко втянула воздух, растерянно раскрывая манящие пухлые губы, и положила дрожащую ладонь на щеку Северуса. Он не отстранился, не исчез, а довольно прикрыл глаза, наслаждаясь неожиданной лаской. Ее пальцы неуверенно поводили по коже — ей явно не хватало опыта, и Рея опустилась на ковер рядом со Снейпом, вставая, как и он, на колени, и исступленно обнимая мужчину за плечи. Она спрятала лицо у основания его шеи и дала волю накопившимся слезам, а он успокаивающе гладил ее по спине, вдыхая аромат ее волос и чувствуя себя самым счастливым человеком на свете. Они не заметили, как перебрались ближе к камину, когда часы пробили полночь. Северус растянулся на ковре, оперевшись спиной на основание кресла, и ласково гладил Рею по волосам, которая примостилась рядом с ним и положила голову ему на бедра. Ее слезы высохли, но она все еще была задумчива и молчалива, и Снейп не тревожил ее, смотря вместе с ней на огонь. Если бы он мог, то забрал бы всю ее боль себе, лишь бы она никогда не страдала и всегда улыбалась. — У меня нет никого, ближе вас, — пробормотала Рея, закрывая глаза. Тихое сопение донеслось до его ушей несколько минут спустя, и Северус осторожно поднял спящую девушку, относя ее в свои покои. Она прижалась к нему всем телом, и когда зельевар положил ее на свою большую кровать с балдахином и собрался уйти, Рея открыла глаза. — Останьтесь, — ее глаза умоляли его, но принципы крепко сдерживали мужчину. — Я не могу, Рея, — он покачал головой, борясь с наваждением. — Я боюсь, что утром вы исчезнете, и это только сон, — призналась Рея, не отпуская мужскую руку. — Не бойся, — он улыбнулся уголками губ. — Я буду за стеной на диване. Спи. Он снова поцеловал тыльную сторону ее руки и, погасив свечи, удалился. Сон не шел к нему и, расположившись на диване, Северус медленно пил огневиски из граненого стакана, думая о том, как сильно теперь изменится его жизнь, но в его душе впервые за много лет поселился покой. Он решил оставить мысли о преследователях Реи и о том, как сломает им шеи, до утра и тихо заглянул в спальню, чтобы убедиться, что девушка в порядке. Рея крепко спала, закутавшись в его одеяло, а Северус не мог оторвать от нее взгляд, потому что ничего прекраснее в своей жизни не видел. Он простоял бы так до рассвета, если бы усталость все-таки не одолела его, и зельевар вернулся на диван, закрывая глаза и не позволяя тревожным мыслям снова поселиться в его голове. Ему снилась Рея, притягательная и повзрослевшая, а рядом с ней стоял он с волнующей улыбкой на губах.