Чувства и искупление

Горькие рыдания не прекращались уже больше часа, сколько Рея не старалась успокоить подругу. Остальным девочкам в спальне надоело слушать всхлипы и пошмыгивания, и они тихо ретировались в гостиную, прихватив с собой несколько новых безделушек из лавки Зонко. Когда Эбби в очередной раз громко завыла, Рея решительно оторвала ее от подушки, переворачивая на спину. — Он не стоит ни единой капли твоих слез, — ласково сказала девушка, стирая соленые дорожки со щек подруги. Эбби потянулась к девушке, обнимая ее и щекоча нос белокурыми волосами. Рея осторожно гладила ее по спине, пока всхлипы не стали тише и наконец не прекратились. — Одевайся. Тебе нужно проветриться, и на улице теплая погода. Я угощу тебя сливочным пивом, — Рея заговорщечиски подмигнула и принялась выбирать подходящий наряд для Эбби, пока та умывалась и приводила себя в порядок. Они вместе вышли из замка, направляясь по извилистой тропинке в Хогсмид, и Рея шутила всю дорогу, чтобы отвлечь подругу от мыслей о бывшем парне. Эбби еще переживала, но на ее губах иногда проскальзывала улыбка. В пабе в выходной день все места оказались заняты, поэтому пришлось тесниться с пятикурсниками, но Эбби это только обрадовало. Пересекаться с однокурсниками, уже знающими о ее неудавшихся отношениях, совсем не хотелось. В глубине паба Рея заметила директора в окружении других учителей и поприветствовала их легким кивком головы. Дамблдор отсалютовал ей бокалом и еще несколько мгновений не сводил с девушки глаз, отчего ей стало не по себе, но Рея сразу переключилась на разговор. Немного захмелев и словив парочку заинтересованных взглядов, Эбби, чувствуя уверенность, активно вступила в дискуссию, и Рея довольно наблюдала за подругой. Она решила, что привести ее в паб — отличная идея, но когда в «Три метлы» зашел Генри со своей новой пассией, сильно пожалела об этом. Взгляд Эбби молниеносно устремился ко входу, и вся ее выдержка улетучилась. Она выбежала из заведения настолько быстро, что Рея не успела сразу отреагировать. Она догнала подругу у входа в деревню, схватив ее за плечо, но Эбби сбросила руку, явно намереваясь остаться в одиночестве. Рея тихо выругалась, поднимая глаза в небо, и недовольно покачала головой. Похоже, она сделала только хуже. — Она слишком чувствительна, — раздался голос Генри за спиной, держащий длинноногую девушку рядом за талию. — Конечно. Ей очень жаль твою новую возлюбленную, — Рея гаденько усмехнулась, складывая руки на груди. Генри фыркнул и прошел мимо, и Рея, выждав несколько минут и спрятавшись за ближайшим старым домом, искала подходящий момент для своего замысла. Когда Генри проходил около большой грязной лужи, девушка тщательно сосредоточилась и привычным движением руки заставила воду подчиняться, и она тотчас окатила парня с ног до головы, пачкая белоснежный свитер. — Интересные фокусы, — проговорил рядом уверенный голос. Рея узнала его, мысленно проклиная себя за неосмотрительность и легкомыслие. Она так увлеклась процессом, что совершенно позабыла о безопасности и конспирации, тогда как Снейп несколько раз предупреждал ее действовать осторожнее. — Да, это невербальная магия, — солгала Рея и гордо вздернула подбородок, выходя на свет. — Хотела проучить его за подругу. Он заслужил. — Что ж, твой порыв ясен, но я искренне прошу тебя больше не применять свои навыки на беззащитных, хорошо? Это может быть опасно, — пожурил ее Дамблдор, странно глядя на руки девушки. — Минус пять очков Гриффиндору. Действовать исподтишка некрасиво. Он улыбнулся сквозь густую бороду, взглядом голубых глаз давая понять, что все понял, и, насвистывая веселую песенку, скрылся в «Кабаньей голове». Рея снова возвела глаза к небу, выругавшись во второй раз, и поплелась в замок, подгоняемая злостью на себя и на загадочное поведение директора. На промокшего и грязного Генри она уже не обратила внимания, потому что девушку занимала только одна мысль, — Снейп убьет ее, когда узнает, что случилось. А он узнает, в этом Рея не сомневалась.

***

— И когда ты собирался рассказать мне? — Дамблдор пригвоздил Снейпа к месту жестким взглядом голубых глаз. Северус ответил равнодушием и совершенно непроницаемым выражением лица, упрямо держа губы поджатыми, а рот на замке. Он не скажет ни слова, пока директор не даст внятных объяснений. — Она слишком хорошо владеет своим навыком. Ясно, что ты наставлял ее. Отрицать это бессмысленно. Сама бы она не добилась таких успехов, — Альбус продолжал наступать, следя за реакцией зельевара. — Как я мог догадаться, что способность управлять водой — это то, чего вы от нее ждете? Я не знаю ваших планов, потому что вы меня в них не посвящаете, — резче, чем следовало бы, парировал Снейп. Дамблдор терпеливо улыбнулся уголками губ, невозмутимо поправляя густую бороду, и сложил руки в замок. Северус впервые укрыл от него правду, и его поступок заметно насторожил директора. Альбус долго размышлял над поведением зельевара и выявил для себя две причины его неповиновения: либо Снейп хотел воспользоваться девчонкой в своих интересах, либо она стала ему настолько небезразлична, что он решился утаить информацию для ее защиты. И то, и другое рушило все намерения Дамблдора и ставило их под угрозу, чего директор никак не мог допустить. — Что вы теперь с ней сделаете? — холодным равнодушным тоном спросил Снейп, хотя внутри все кипело от злости. — Мне нужно подумать, — Альбус нахмурил кустистые брови, погружаясь в глубины своих мыслей. — А мне нужны объяснения, — еле сдерживаясь, процедил Северус. — Их не будет, — простодушно ответил директор и жестом руки дал понять, что разговор окончен. Северус гордо вздернул подбородок, разворачиваясь на каблуках, и в несколько резких шагов покинул кабинет директора. В его жизнь опять вмешивалась судьба, руша хрупкое подобие счастья и радости, которые Снейп с трудом построил на обломках израненной души. Провидение не могло забрать ее у него. Только не снова. Он оставил записку в библиотеке, назначив встречу на Астрономической башне после отбоя. Чудесным образом Северус как раз дежурил ночью в Хогвартсе, что не позволило бы нарушителям устава помешать их разговору. Весь ужин он сидел словно на иголках, наблюдая, как играет огонь от свеч в волосах Реи, и как заботливо она утешает подругу, уговаривая ту съесть несчастный десерт. Она слегка улыбнулась, когда их взгляды встретились, но быстро вернулась к разговору с Эбби, одарив его взмахом руки, убравшим волосы назад и открывшим тонкую шею. Снейп пригубил холодное вино, остужая голову от не самых приличных мыслей, и отправился на дежурство, по-прежнему переполняемый решимостью и гневом. За ним незаметно наблюдал Дамблдор. Когда настало долгожданное время встречи, Северус восходил к Астрономической башне, перелетая через ступеньки. Рея стояла в одной шелковой серебристой сорочке, оперевшись на ограждение, и легкий весенний ветерок обдувал ее нежную кожу. Она услышала шаги позади и обернулась с мягкой улыбкой на лице, которая пропала, как только девушка увидела серьезный и хмурый взгляд Снейпа. — Что-то случилось? — вкрадчиво спросила Рея. Она догадывалась, что ему уже рассказали о ее выходке с Генри, и именно поэтому в глазах зельевара плескалась суровость и злость, но девушка не торопилась признаваться. Стояла теплая майская ночь, страшные раны остались в прошлом, и рядом находился человек, которого Рея впервые полюбила. Ей не хотелось думать ни о чем другом, и девушка, расслабившись, сделала несколько осторожных шагов босыми ногами, подходя к мужчине ближе. Волнение и трепет охватили ее юное тело, и Рея застенчиво закусила нижнюю губу. Снейпа же терзали гнев и страх, побуждаемый обвинять себя, Дамблдора и злой рок в том, что он может потерять Рею навсегда. И, когда мужчина заметил, как ее кожа покрылась мурашками то ли от холода, то ли от предвкушения встречи, его выдержка дала крупную трещину. Северус поддался ее чистым искренним глазам, невинным губам и очаровательному смущению и нетерпеливо набросился на девушку, сминая Рею в своих руках и с силой прижимая к себе. Он истязал ее губы, целуя жестко и властно, стискивая тонкую талию и длинные волосы в ладонях, и ее неопытность с лихвой компенсировалась его страстью. Мужчина не узнавал себя — холодный расчетливый ум дал сбой и позволил чувствам взять верх, а в голове пульсировала лишь одна мысль: «Ты дорвался, Снейп, ты дорвался». Ему следовало остановиться, потому что она все еще была его студенткой, потому что он все еще не хотел разрушать ее жизнь, но тело и душа предательски отвечали на осторожные прикосновения девушки к его щеке, шее и волосам. Он столько раз нарушал границы, что поцелуй казался лишь детской шалостью, и Северус позволил себе взять от Реи все, желая насытиться ею до последней капли. Никто никогда не смотрел на него с такой любовью, как она, и он запоминал этот момент до мельчайших деталей, чтобы погружаться в него в минуты отчаяния и бессилия. Вкус металла на языке несколько отрезвил его и привел в чувство, и Снейп оторвался от ее губ, ругая себя за то, что выместил свою злость на ней, к тому же не самым приятным образом. Однако раскрасневшаяся и смущенная Рея не выглядела недовольной и лишь слизала капельку крови, дрожа и цепляясь за плечи мужчины, чтобы не упасть. — Прости мою несдержанность, — прошептал Северус, прислонившись лбом ко лбу девушки. — Не извиняйтесь, — выдохнула Рея в губы мужчины. Она сама потянулась к нему, целуя нежно и мягко, и успокаивающе гладила по волосам, перебирая прядки в ласковых пальчиках. Северус млел от ее прикосновений, успокаивая бушующий океан ярости внутри, и теперь наслаждался девушкой неторопливо и беззаботно. Он чувствовал себя мальчишкой, прячущимся по углам со своей возлюбленной от посторонних глаз. Он чувствовал себя живым, потому что обрел то, чего его лишили много лет назад. — У меня ноги подкашиваются, — засмеялась Рея, растягивая припухшие губы в улыбке. Снейп усмехнулся, потому что от нее эти слова звучали как самый лучший комплимент. Он выпустил ее на несколько мгновений из кольца рук, чтобы накинуть на дрожащее тело свою мантию и скрыть под ней отчетливо выступающие на шелковой ткани горошины сосков, и Рея, не медля, вновь доверчиво прильнула к нему, словно оторваться от него означало для нее смерть. — Дамблдор узнал о способностях из-за меня. Я была неосмотрительна. Простите, — призналась Рея, виновато опуская взгляд на мужскую грудь. — Рано или поздно он все равно узнал бы, — сделал вывод Северус, пытаясь утихомирить распалившееся тело. — Я доставила вам неприятности? — Ты сама одна большая неприятность, свалившаяся мне на голову. Рея недовольно сморщила носик, играючи вырываясь из крепкой хватки Снейпа, и его злость окончательно отступила. Северус хотел рассказать ей о Лили, чтобы между ними не осталось секретов, но посчитал, что эта информация только расстроит ее, особенно после поцелуя. Он решил подобрать более подходящий момент. — Тебе нужно вернуться в башню, пока никто не заметил твоего отсутствия, — сказал Снейп с неохотой. Она ласково провела ладонью по его колючей щеке, прикоснувшись к губам мужчины своими в легком поцелуе, и, вернув мантию, скрылась на винтовой лестнице. Он наблюдал за ее уходом с тоской и болью и не сразу продолжил дежурство, еще ощущая руки девушки на себе, и пока Рея шла в гриффиндорскую спальню, в его голове зрел план, как надежно спрятать ее от директора.

***

Пыльная и грязная улица не встретила их гостеприимством. Дым от старых фабрик клубился неподалеку, а построенные в ряд дома выглядели мрачно и безрадостно. Это место напоминало Рее о матери, и поэтому на ее красивом лице застыли скорбь и горечь, но Северус не мог остановиться и вел ее вперед. Паучий тупик мало чем изменился с его прошлого визита домой, и потому мужчина без труда нашел нужную дверь среди многочисленных однотипных построек. Та поддалась без особых усилий, жалобно скрипнув, и двум больше не одиноким людям открылась печальная картина. Слой пыли и паутины покрывал основную часть пространства в доме, старая мебель постепенно разваливалась со временем, а сам интерьер выглядел так, будто им занимались пару веков назад. Снейп взмахнул палочкой, и гостиная осветилась тусклым светом лампы, которого едва хватало ему одному даже для чтения. Он перевел взгляд на Рею, ожидая, что девушка уйдет, напоследок одарив его презрительным взглядом, но она зябко повела плечами — комнаты давно не отапливались — и молча зашла внутрь. — Это ваш дом? — оглядевшись и привыкнув к полумраку, спросила Рея. — Это дом моих родителей. А теперь мой, да, — коротко объяснил Северус, запирая дверь на засов. — Вы выросли здесь? — удивилась девушка. Снейп кивнул, подходя к камину и пытаясь растопить его, а Рея без лишних диалогов принялась убираться с помощью бытовых чар и рук. Она заметила, как ему неприятна эта тема, и решила более не задавать вопросов и дождаться, когда Северус сам ей обо всем расскажет. Он снял мантию и сюртук, присоединяясь к ней с уборкой, когда огонь поддался его магии и начал прогревать старый сырой дом, и, мужчина, засучив рукава, начал активно колдовать, изредка поглядывая на девушку. Ее магия в бытовых вопросах оказалась несильна, но Рея с энтузиазмом справлялась с помощью подручных средств и без нее. Она не походила на принцессу, которая боялась грязи и не хотела пачкать руки, хотя и родилась с золотой ложкой во рту в семье богатого и уважаемого министерского прокурора. Должно быть, основное воздействие на ее воспитание оказала мать. — Ингредиенты для ваших зелий, — Рея достала из верхнего ящика на кухне банку с чаем, в которой умерли даже пауки, и потрясла ее в руках, едва сдерживая смех. Снейп со снисходительной улыбкой закатил глаза, поднимаясь на второй этаж по скрипучим ступенькам, и Рея с любопытством пошла за ним. Длинный коридор делил пространство пополам — слева и справа находились узорчатые двери в комнаты, а в конце коридора грязное от копоти и гари окно. Рея подошла к нему, всматриваясь в крыши домов, и взгляд ее зацепился за разрушенный домик с обвалившейся деревянной крышей. Засохший клен обессиленно накренился, опуская безжизненные ветви, и медленно тянулся к земле. Ее накрыли воспоминания, и образ маленькой черноволосой девочки, ухватившийся за подол матери, вызвал приступ тошноты и тревоги. — Мы жили в том доме, когда отец прятал нас здесь, — она кивнула в сторону обветшалого дома и опустила глаза. — Ты скучаешь по ней, — заметил Северус, положив ладонь на плечо девушки. — Очень. Мне не хватает ее любви, — призналась Рея тихо, закусив дрожащую губу. Она снова поежилась, но Снейп сомневался, что от холода, и Рея осторожно придвинулась ближе с блестящими глазами, когда он повернул ее к себе. Девушка утянула его в объятия, ища утешение и поддержки, и, хотя Северус по-прежнему не привык, когда к нему прикасались, все же положил ладони ей на спину, не ожидая такого поворота, но чувствуя тепло. Вообще он заметил, что Рея очень тактильна, и ее язык любви выражался в прикосновениях и ласке, которому Снейпу еще предстояло научиться. — Пообещай мне кое-что, Рея, — глухим голосом произнес мужчина. — Что угодно, — не отрываясь от него, сказала Рея. — Если возникнет хоть какая-то угроза твоей жизни, ты спрячешься здесь. Рея вздрогнула в его руках, прижавшись ближе, и Северус молился всем богам, чтобы ситуация, при которой ей понадобится укрытие, никогда не настала. Теперь он нес ответственность за нее, и ее жизнь стала для него ценнее собственной. — А что, если это я представляю угрозу? Что, если другие люди могут из-за меня пострадать? — маленький червячок сомнения поселился в ее неопытном разуме. Манипуляция Дамблдора сработала отлично. — Я эгоистичный ублюдок, Рея. Мне плевать, что будет с другими. Для меня важна только твоя жизнь. Чтобы ты была живая и здоровая, — рыкнул Снейп низким голосом. Рея грустно улыбнулась, почувствовав вибрацию в его груди, и нежно, почти болезненно посмотрела в глаза мужчине, в которого ее угораздило влюбиться. Она убрала несколько прядок волос с его лица, как обычно делал с ней он, и, привстав на цыпочки, прижалась своими губами к губам Северуса, отчаянно держась за его плечи. Ей никогда не говорили таких прекрасных слов, и чувство одиночества растворилось в невинном поцелуе, который совершенно не походил на тот, который случился на Астрономической башне. Они цеплялись друг за друга, заглушая терзавшую боль внутри, и исцелялись от внезапно накрывшей их любви. Северус оторвался первым, жадно глотая воздух и ощущая вкус ежевики на губах. Рея выглядела еще более притягательно с легким румянцем на щеках и растрепанными волосами, и Снейп усилием воли не позволил себе вновь накинуться на нее с поцелуем. Девушка понимающе опустила глаза, словно это она владела легилименцией, а не он, и улизнула в ближайшую дверь, которая по воле случая оказалась спальней Северуса. Он возвел глаза к небу, словно оно могло помочь, и уверенно пошел за Реей, чтобы закончить то, зачем они изначально пришли сюда. С ее появлением дом заметно преобразился, и Снейпу хотелось верить, что однажды они войдут в него, не прячась и не скрываясь, и ничто не помешает им быть вместе.

***

Темное озеро отражало яркие блики от солнца, но не приносило заветного умиротворения в душу. Неспокойная водная гладь сильнее разжигала чувство тревоги и приближающейся опасности, которое усиливалось с каждым днем отсутствия Снейпа. Директор отправил его по делам в захолустья Британии, и последние экзамены в школе проходили уже без него. Шла вторая неделя вынужденной разлуки, и Рея теряла ощущение защищенности, которым одаривал ее Северус, находясь рядом. Даже желание упражняться с новыми способностями исчезло, уступая место апатии и грусти. Она физически ощущала беспокойство магии на кончиках пальцев и приближающуюся беду, но вдалеке увидела лишь силуэт Эбби, стремительно подлетавший к ней. Рея улыбнулась подруге, которая опять лучилась радостью и весельем, и с удовольствием взяла ее под руку. — Уже завтра нам объявят результаты экзаменов. Даже не верится, — Эбби хлопнула в ладоши, чем разогнала сидящую на ветке стайку птиц. — Здравствуй, взрослая жизнь, — кисло ответила Рея, не сводя глаз с беспокойного озера. — Обещай, что будешь писать мне, — Эбби резко остановилась, хватая Рею за плечи и слегка встряхивая ее, как тряпичную куклу. — Исключительно по праздникам, — поддразнила Рея подругу, и та шутливо завалилась на нее вбок. Они дошли до замка смеясь и подшучивая друг над другом, но тягучая и печальная атмосфера не покидала их. Остальные выпускники ждали приближающегося окончания учебы с волнением и смятением, поэтому последние дни в школе приносили не только радость, но и грусть. Уходило детство и большой пласт жизни, связанный с Хогвартсом, который у большинства останется лишь в воспоминаниях, ведь мало кто вернется в эти стены вновь. А некоторые ученики и вовсе никогда больше не встретятся. В Большом зале царила суматоха и беспорядок. Ученики обменивались адресами напоследок, гоняли сов в родительский дом и будущие места учебы или работы, и хаос несколько отвлекал от назойливых мыслей. Рея взглянула на преподавательский стол с надеждой, что отыщет среди пестрых мантий ту, что принадлежала Северусу, но его место оказалось пустым. И место директора тоже. Пока Эбби с энтузиазмом рассказывала о своих планах на лето однокурсникам, Рея решила вернуться в башню, чтобы упаковать остаток вещей. Неизвестность будущего пугала ее, и еще больше пугало то, что чувства к зельевару останутся в замке и не выйдут за его пределы, поэтому она рвалась поскорее отвлечься, пока негатив не накрыл ее лавиной цунами. Повода думать именно так Северус ей не давал, но жизнь научила девушку готовиться к худшему, поэтому тихие шаги сзади Рея восприняла как злую насмешку судьбы. — Какой чудесный вечер, не так ли? — директор поравнялся с ней на лестнице, и сердце Реи, как птица в клетке, забилось быстрее. — Да, действительно, — Рея вымученно улыбнулась и двинулась дальше, но Альбус не отставал, что несколько поражало, учитывая его возраст. — Не составите компанию старику в интересном диалоге напоследок? — мягким, но не требующим возражения, голосом сказал Дамблдор, и у Реи засосало под ложечкой. — Мне нужно собирать вещи, директор, — попыталась сбежать Рея. — Вам хватит времени, чтобы их собрать, — заверил ее директор, и они двинулись в сторону его кабинета. У Реи дрожали руки от предчувствия чего-то плохого, и каждый шаг давался с трудом. Ватные ноги несли ее на погибель, мысли кружили вокруг Северуса, и дышать стало тяжелее. Она обернулась, словно в конце коридора мог появится тот, кто вырвет ее из лап страха, но перед глазами мельтешили только первокурсники. В кабинете Дамблдора почти ничего не поменялось с ее последнего визита, и мерно отстукивающие время часы в разных местах комнаты вместе с шорохами старинных приборов порождали в груди девушки опасения и панику. Альбус же вел себя беззаботно и спокойно сел на свое излюбленное кресло, любезно предлагая Рее чай, от которого девушка мгновенно отказалась. — Присядьте, Рея, — Альбус указал на стул рядом с его столом. — Разговор будет долгим. Она прошла к отведенному месту на негнущихся ногах и села на край стула с дрожью в коленях, но упорно держала спину прямо, чтобы не потерять лицо. Какие бы слова не сказал директор, она выслушает его с достоинством. — Я знаю, что с недавних пор профессор зельеварения испытывает к вам нежные чувства, — Дамблдор предупреждающе вытянул ладонь, видя, как Рея открыла рот, чтобы возразить. — Не отрицайте. Все становится ясно лишь по одному его взгляду на вас. — Я больше не его ученица. Он не делал ничего противозаконного, поэтому вам не в чем его обвинить, — первой реакцией девушки оказалась защита. — В том, что Северус вел себя достойным образом, я не сомневаюсь. Вопрос состоит в другом, — без тени негодования ответил Альбус. — И в чем же? — Рея нахмурилась, ожидая от директора чего угодно. — Его чувства могут помешать моим планам. Рея непонимающе посмотрела на директора, пытаясь отыскать в его глазах следы безумия, но он с привычным спокойствием перебирал седую бороду. — Он навсегда останется Пожирателем смерти, Рея. Ваша любовь ослабнет под натиском осуждения, и вы пожалеете, что связали свою жизнь с ним, — проговорил директор с участием в добродушном голосе. — Этого не случится, уверяю вас, — резко бросила девушка. — Вы так уверены? — губы Альбуса тронула снисходительная улыбка. — Вы не сможете убедить меня отказаться от него из-за какого-то глупого мнения окружающих, — Рея продолжала стоять на своем. — Что ж, это я тоже предвидел. Дамблдор разочарованно вздохнул, вставая из-за стола и подходя к стеллажу позади себя. Он быстро отыскал нужную книгу, осторожно вытаскивая старый потертый фолиант с полки, и, смахнув многовековую пыль, положил ее на стол перед Реей, ничего не объясняя. — Что это? — спросила девушка, тщетно пытаясь прочесть название книги на незнакомой латинице. — Я не предполагал, что ваша с ним связь зайдет так далеко. Что ж… — Дамблдор проигнорировал ее вопрос, вновь опускаясь на кресло и хмурясь, словно раздумывая над чем-то. — Вижу, что договориться иным способом с вами будет сложно, или, скорее всего, невозможно. Вам все равно, что я сделаю с вами, но вы не допустите, чтобы я причинил вред ему. Не так ли? — Вы не посмеете, — ощетинилась Рея, резко вставая и хватаясь за палочку. — Вы не оставляете мне альтернативы, — пожав плечами, сказал директор, невербальным Экспелиармусом выбивая палочку из рук девушки. — Я могу уничтожить Северуса, опровергнув сказанные мною слова в его защиту на суде. И тогда самым благоприятным исходом для него станет поцелуй дементора. Рея обессиленно села обратно, принимая поражение. Холод медленно проникал в душу завладевая мечтами и надеждами, связанными с Северусом. Ее мир вновь разрушили обстоятельства, и на руинах тлел лишь огонек отчаяния и безысходности. Лучше бы она умерла в больничном крыле, глядя на белоснежный искрящийся снег за окном, когда рядом находился Северус. — Чего вы хотите от меня? — вымученно спросила Рея надломившимся голосом. — Вы должны исчезнуть из его жизни. Чтобы он забыл все, что связано с вами, словно вас никогда не существовало, — страдания Реи не тронули Дамблдора ни на секунду. — Вы хотите стереть ему память обо мне? — Рея взглянула на директора затравленным взглядом загнанного в угол зверя. — Мне он этого не позволит. Северус отменный легилимент, поэтому успеет возвести блок, прежде чем я проникну в его разум, но вы… Вам он доверяет. — Я не умею проникать в чужой разум и стирать воспоминания, — глухо произнесла Рея. — Я вас научу, — добродушно ответил Дамблдор, мысленно ликуя. — Он заслуживает счастья, — с мольбой в голосе отозвалась девушка. — Я не против его счастья, но только после того, как он исполнит свое предназначение и сделает то, что должен. — Для чего вы его используете? — Вас это не касается. Рея не имела ни малейшего представления, как поступить правильно и по совести, потому что последствия любого выбора превратят ее жизнь в ад. Если она расскажет о разговоре с директором Северусу, и они все-таки останутся вместе, то зельевара ждет суд и Азкабан. Если же она подчинится директору и сотрет Снейпу память, то отречется от него навсегда, и, возможно, больше никогда не увидит. И то, и другое разорвало бы ее сердце на куски, но какой исход лучше для Северуса? — Взгляните на книгу, — прервал ее мысли Дамблдор. Девушка стеклянным взглядом посмотрела на потрепанный фолиант, даже не прикасаясь к нему и не выражая никакой заинтересованности. На мгновение ей показалось, что нарисованное на книге море двигается, но не придала этому значения, списывая увиденное на опечаленное горем воображение. — Очень зря, потому что я знаю историю вашего происхождения, — директор умело бросил наживку, и Рея успешно попалась на крючок. Она встрепенулась, но глаз на Альбуса не подняла. Ненависть к нему перебивала другие чувства, и ей меньше всего хотелось видеть директора. — Ваша мать была нимфой, которая жила в море, — без предисловий начал рассказ Дамблдор. — Уильям встретил ее, когда находился в очередном отпуске от министерства на Крите и пытался пробить в Греции совместный с Британией законопроект. Нереиды редко выходят к людям, но на берегу Эгейского моря ваш отец все-таки познакомился с ней. Они полюбили друг друга, потом родились вы, и Дера покинула море, чтобы жить вместе с Уильямом. Рея вся обратилась в слух, ошеломленно запоминая каждое слово, сказанное директором. Она не успела отойти от навязанного ей ультиматума, как за ним последовала правда о матери, которая любого повергла бы в шок. — Нереиды не должны колдовать вне своей стихии, и Дера умерла именно от этого. Сам брак был недопустим, поэтому отец стер почти все ваши воспоминания о матери из соображений безопасности. Дети от нимф редкость, потому что большинство из них не выживают или умирают уже будучи детьми. Технически сила вашей матери не предназначена для человеческого тела, поэтому у вас появлялись раны от волшебства. Это не болезнь, а особенность вашего организма, — объяснял Дамблдор, откинувшись на спинку кресла. — Значит я все же умру? — в ее голосе даже промелькнула надежда, потому что в смерти Рея видела единственный выход. — Нет. Я отправлю вас туда, где вы сможете взять магию под контроль, потому что вне воды она становится неподвластной. Вас научат не только управлять своей стихией, но и другим важным мудростям. — А как же отец? — бесцветным голосом спросила Рея. — Ваш отец уже в курсе. Ее теперь мало волновала будущая судьба, поэтому Рея с удовольствием отправилась бы хоть на край света, лишь бы не чувствовать боль в груди. Мир оказался не черно-белым, как она думала, и, чтобы спасти жизнь любимого, ей придется предать его. — Я могу идти? — Рее хотелось сбежать из кабинета как можно скорее, но она стойко держалась из последних сил. — Да, ступайте, — Альбус кивнул, пододвигая фолиант ближе к девушке. — Можете взять книгу. В ней вы найдете все ответы. Рея медленно поднялась, дрожащими пальцами хватаясь за фолиант и выбитую из руки палочку, и, глубоко вздохнув, прошла к выходу. Собственные шаги казались чужими, настолько неуверенно они звучали, и голова болезненно закружилась. — Вы сделаете то, о чем я прошу вас, Рея. Ведь жизнь Северуса вы считаете важнее, чем ваше разбитое сердце? — с улыбкой спросил директор, когда Рея взялась за ручку двери. Она не ответила, молча выходя за порог и переходя на бег, когда дверь в кабинет Дамблдора захлопнулась. Непролившиеся слезы застилали глаза, и Рея не понимала, куда ведут ее ноги, но продолжала бежать все дальше и дальше до сбитого дыхания и горящих огнем легких. Она очнулась в подземельях у двери декана Слизерина, и, не узнавая себя, завыла, словно раненое животное, и ее сдавленный крик разнесся по пустому коридору. Едва держась на ногах, Рея прислонилась затылком к холодной шершавой поверхности стены и обессиленно сползла вниз, снова оставаясь совершенно одна в большом и жестоком мире. Здесь она обрела долгожданное счастье. Здесь у нее его и отобрали.