Часть 3
23 января 2021 г., 01:22
Проблемы начались у Брук, потому что пришлось осознать: просто так привечать у себя целую Алую Ведьму столько времени — уже явный перебор и глупость, а значит, статус кво надо было как-то оформлять или менять, но последний вариант ее уже не устраивал. Поэтому, подумав и посоветовавшись с приятно удивившимся ситуации Пирсом, Брук пошла к Капитану.
— Полковник, — козырнула она по старой военной памяти и, получив удивленное автоматическое «Вольно!» и кивок на стул для посетителей, опустилась, куда велели, устроив локти на столе. — Я почти по личному.
Роджерс еще сильнее удивился и, отложив бланк, который заполнял, чуть подался вперед, показывая, что весь во внимании.
— Не знаю, в курсе ли вы, но не так давно ко мне приходила Алая Ведьма.
— Ванда? — переспросил Роджерс недоуменно. — Нет, не в курсе. Зачем?
Все оказалось даже лучше, чем Брук ожидала — то есть, просто отлично. А ведь командир, и не первый год, и хороший же.
— За знаниями. Во время нашей совместной командной тренировки я взяла на себя наглость объяснить ей ее тактические ошибки, она заинтересовалась, но сама не разобралась, и пришла просить меня о повторном уроке. Я пригласила ее на теоретическое занятие моей команды, она согласилась и присутствовала уже на пяти. Я решила, что должна поставить вас в известность.
Роджерс задумчиво кивнул:
— Да, все правильно, спасибо большое, капитан Рамлоу, — кажется, рассчитывая, что Брук, доведя все, что хотела, до начальства, тихо отправиться по своим делам.
Вот только если он думал, что от нее так легко отделаться, то сильно ошибся.
— Это не все, Капитан. В процессе обнаружилась проблема, о которой я просто не могу умолчать.
И на очередной удивленный взгляд спросила:
— Я могу говорить от себя? — а, получив согласие, чуть поменяла тон и приступила, собственно, к сути. — Полковник, я не знаю, что происходит в вашей команде — не мой уровень и не мое дело. Что происходит с Ве… Вандой, я тоже не очень знаю. Но есть вещи, которые я вижу отлично, и первая — ее совершенная неподготовленность к оперативной работе. Ее, как я поняла, ничему не учили, не объясняли азы, не готовили психологически. Да, конечно, при такой силе ее незнание не ее проблема — но оно может стать проблемой тех, кто с ней работает, и гражданских.
Было видно, что тема Капитану не нравилась, и с каждым словом он хмурился все сильнее, но Брук старалась не обращать внимания ни на его мину, ни на собственное раздражение: проворонил девчонку, положил болт на свои обязанности — и личные заморочки с конкретным бойцом тут поганое оправдание, — а теперь еще и недоволен, когда ему об этом говорят. Ну, уж простите.
— Она не понимает, кто и по какой причине что-то делает, не видит обстановку чужими глазами, не чувствует и не понимает команду. Я не знаю, отдаете ли вы ей приказы во время операций или она сразу получает задачу и дальше работает по ней — но я знаю, что непонимание мотивации других бойцов может привести к серьезным последствиям. И, судя по вашей реакции, вы либо тоже это видели, либо думали похожим образом.
Давить до победного Брук пока не намеревалась, озвучив последнюю фразу как неявный вопрос, который вполне можно было проигнорировать, однако честный Капитан неохотно кивнул, и она продолжила, укрепляясь в мысли, что дело вполне может выгореть прямо сегодня.
— Кроме того, я так понимаю, она не проходила никаких, даже самых элементарных курсов психологической подготовки. Саморегуляция, элементарные психотехники, — я объяснила ей пару примитивных штучек, так она на меня как фанатик на Библию посмотрела. А даже моего доступа достаточно, чтобы прикинуть размер саблезубых тараканов в ее голове. Которые, повторюсь, могут стать проблемой тех, с кем и для кого она работает.
И вот тут Брук, кажется, наступила тяжелым берцем на нехилую мозоль, потому что Капитан мгновенно закаменел лицом и сжал губы в тонкую линию, даже сев ровнее. Ну, что ж, если не одной Ванде нужен был так и не предоставленный психолог, это не проблема Брук. Больше того, может, это ее удача. Если Пирс прав, и Капитан Америка помирает от чувства вины перед обездоленной по его вине сироткой и потому не может с ней нормально взаимодействовать, возможно, он будет рад сбагрить девчонку тому, кто захочет взяться за решение проблемы.
— Если Алую Ведьму планируют и дальше привлекать к оперативной работе, она явно нуждается в обучении — хотя бы ради безопасности работающих с ней команд безотносительно ее собственного благополучия.
Брук очень старалась донести свою мысль, и, судя по всему, ей удалось, потому что дальше Капитан, выворачивая на самую благоприятную для нее траекторию, послушно спросил:
— И у вас есть какие-то предложения?
Планируя разговор, Брук опасалась, что Капитан на ее попытки поставить диагноз попробует поспорить, возможно, начнет доказывать, что с Ведьмой все в порядке если не в личном, то хотя бы в боевом смысле, что она получает достаточно поддержки — однако сейчас с удовлетворением поняла, что обманулась, а значит, большая часть вариантов с манипулированием, продавливанием и прочими сложностями отпадала, и можно было идти прямо вперед. Что до предложения — конечно, оно у нее было, обдуманное, взвешенное и даже одобренное Джеком с осторожной формулировкой «Перспективно, но можно влипнуть» и Пирсом с требованием думать, держать в курсе и советоваться при необходимости. Так что, вдохнув, Брук озвучила идею:
— Пусть побегает пока с моими. У нас пара свежих бойцов, которых нужно внимательно посмотреть, обкатать, проверить на совместимость, так что тренировки по полной программе по всем направлениям. Плюс сейчас для моих и полицейских из антитеррора пойдет группа психподготовки. Настройка, саморегуляция, распознавание разных типов противника и работа по ним. Не помешает, в общем. А недели через две можно будет посмотреть, что получается. Или приходите сами в любой момент. Не срастется — ну, значит, не судьба, разберетесь сами иначе. А, может, и сложится. Вреда, по крайней мере, не будет.
— Вероятнее всего, не будет… — задумчиво протянул Капитан, а потом попрощался, уже четко и без вариантов давая понять, что разговор закончен.
Зато следующим утром пришел к Брук и дал свое формальное бумажное согласие и неформальное словесное благословение на временную приписку Алой Ведьмы к С.Т.Р.А.Й.К.у с рекомендацией обращаться лично к нему при любой возникающей проблеме.
Так Ведьма и оказалась у них: очень удачно и вполне себе успешно. После той памятной драки дела пошли на лад, ребята, увидевшие, наконец, бойца вместо волоокой телочки, перестали выпендриваться, девчонка же, поймав волну, через некоторое время заскользила по ней вполне уверенно, перестав выглядеть так, как будто расплачется от любого грубого слова, и научившись получать за дело, чтобы потом попытаться исправиться, и прямо посылать с пустыми наездами.
Где-то когда Ведьма в первый раз твердо и бодро предложила попробовавшему было зацепить ее для развлечения по старой памяти Люку пойти на мужской половой орган для поднятия настроения, Брук и решила, что трахнет девчонку, если та решится. Зря сомневалась: как показали дальнейшие события, Максимофф вообще была очень решительной. Просто решалась долго.Но уж когда дозревала — исполняла до конца.
Через неделю после первого похода с ребятами в бар она сначала напросилась к Брук в машину с просьбой подбросить в Башню, а потом, почти заикаясь, но упорно договаривая, позвала в ресторан. И, зная заведение, Брук изо всех сил постаралась не думать, у кого дурочка просила совета, и не представлять, что бы та делала, согласись она и заявись в открытом вечернем платье по дресс-коду со своим прокачанным плечевым, грудью минус первого размера, шикарным шрамом на плече, повадкой или солдата на плацу, или морячка в порту на стоянке и полным отсутствием женских прибамбасов от косметики до побрякушек — уж слишком нехорошо было ржать в такой момент.
Просто спросила «Зачем?», дождалась дрожащего «На свидание…», снова спросила то же самое, вырвала еще более дрожащее и менее слышное «Вы мне нравитесь… Я хотела бы…» — и сжалившись, поцеловала-таки первой.
Отпусти Брук себя так же, как это вышло — вряд ли сознательно — у девчонки, до дома они бы не доехали. Однако где-то в процессе, одну руку уже запустив дурочке под юбку, а второй сжимая, и вполне ощутимо, ее загривок, Брук осознала, что кроме жадной голодной страсти не улавливает ничего, включая очень важное — опыт. А уж когда на откровенный вопрос в самое ухо девчонка, едва дыша и вряд ли что-то понимая, честно призналась, что нет, никогда и ни с кем, пришлось взять себя в руки и сделать все как положено: отвезти домой на чистую постель с задернутыми шторами, приглушенным светом, шепотом про красивых желанных девочек, несколькими голодными пробуждениями ночью и теплым затянувшимся душем на двоих с утра. Отчаянно скучно, если бы не легкий адреналин от мысли, какие возможности все это открывает. И не четкое понимание, что девчонку не понадобится даже подталкивать, наводя на мысли о Теме, интригуя, закручивая интерес, соблазняя, как Брук несколько раз проделывала с наивными, не знающими себя, но отчетливо видными знающему глазу нижними — она уже была совершенно и полностью готова. И когда в том же приторно-сладком скучном душе Брук все же рискнула опустить девчонку на колени твердым нажимом, а потом, собрав ее волосы в кулак, вжала лицом себе между расставленных ног, она отлично расслышала захлебывающийся от возбуждения стон. А потом, когда решила, что на первый раз хватит, и подняла девчонку со дна ванной так же за волосы, не потратила и трех минут, доводя ее до оргазма.
В общем, снисходительно отвечая ластившейся к ней утром мурчащей кошкой Максимофф за совсем уж скучным совместным завтраком, Брук утешала себя мыслью, что принятое решение обещало очень приятное, пусть и неочевидное, будущее и возможности, от которых, если подумать всерьез, кружилась голова. Наверное, как-то так и должна была ощущаться атомная бомба в твоей постели. Спертая и спрятанная у всех на виду атомная бомба, потому что афишировать ситуацию Брук не испытывала никакого желания, сообщив только тем, кто должен был знать: Пирсу и Джеку.
Остальное тоже шло хорошо. Заглянувший к С.Т.Р.А.Й.К.у пару раз Капитан искренне одобрил, уважительно посмотрев на Брук, забредшая после него Вдова поводила носом, кивнула ей то ли одобрительно, то ли предупреждающе, и утащила Ванду с собой ужинать, а на самом деле выспрашивать; даже Старк спустился со своего Парнаса, дабы лицезреть, как обращаются с его протеже, и в целом удовлетворился, хотя и позубоскалил от души. Пирс не объявлялся, но он и не любил личные визиты, кажется, побывав у С.Т.Р.А.Й.К.а раза два за все время, но то, что он следил, Брук знала точно, и ему нравилось то, что он видел. В общем, внешних проблем не возникало, что было приятно.
С внутренними дело обстояло примерно так же. В постели девчонка радовала, послушно учась и оказавшись именно такой, какой Брук и ожидала: наивной, податливой и до безумия голодной. Вероятнее всего, собственный ее темперамент не был таким уж знойным, но годы вынужденного самоограничения и неудовлетворенных желаний на некоторое время, необходимое, чтобы хоть немного насытиться, превратили дурочку в перегретую спичку: хватало нескольких слов или движений, и она вспыхивала, мгновенно и вся. В любой другой ситуации Брук бы очень скоро заскучала — она давно вышла из возраста, когда количество заменяет качество, и любой секс лучше его отсутствия, да и удовлетворять чужие желания безвозмездно она не считала нужным, сама же разгоралась долго и с условиями — однако тут спасали перспективы и безоглядность, с которой девчонка доверялась. Она легко подставляла голову под повязку на глаза, кончала с рукой на шее и, кажется, согласилась бы дать Брук в центральном холле на первом этаже, скажи та, что очень этого хочет и обещает полную безопасность. А это заводило уже Брук: и глубоким морем возможностей, и не самым хорошим зудом дойти до грани, которую сама девчонка, кажется, не знала.
И от этого сейчас становилось еще хуже. Ведь были все признаки, и сама Брук уже думала об этом: о том, что никаких границ дурочка и не хочет, о том, что это опасно, о том, что таким вот сладострастным способом она умудряется и ловить кайф, и наказывать себя, вдобавок наслаждаясь освобождением совести. В конце концов, наивные целочки с проблемами не ложатся в постель с жесткими тетками в шрамах и не смотрят с таким жадным восторгом на стек просто так. А что проблемы у Ведьмы покруче сиротства и покинутой родины, стало понятно достаточно скоро.
