Третий не лишний

      Прошла почти неделя, как Кристиан вернулся домой. Он пытался разыскать ребят, но никого так и не смог найти. По старым адресам жили только Себастьен и Николя, но первый по словам соседей уехал в командировку, а второй — на какую-то конференцию.       Кристиан каждый день разбирал вещи в своей комнате. Удивительно, но мама все оставила, как было в тот день, когда он исчез. Словно пропадал не на десять лет, а вышел на минуту. В один из таких дней среди запылившихся пожелтевших писем Кристиан нашел конверт и сразу узнал почерк. Понадеявшись, что ее родители консерваторы и за столько лет не сменили место жительства, Кристиан купил билет. Впрочем, других вариантов у него не было.       И вот однажды вечером отец постучал в его дверь.       — Да, входи.       — Что ты так долго? Мать уже два раза звала к ужину, — войдя, отец увидел рюкзак на кровати, паспорт и билет на столе. — Что это значит? — подойдя к столу, он взял билет. — Даллас? Ты летишь к ней? — Кристиан молча забрал билет из рук отца. — Ты что делаешь? Всего неделя, как ты вернулся, и снова уезжаешь? Ты хоть знаешь, каково нам было эти десять лет?! Каково было матери?! Она поседела в момент! Каждый день только и жила тем, что ждала, надеялась увидеть тебя. Все вокруг твердили, что ты не вернешься, а она все равно ждала. А каково было мне каждый день слышать, как она плачет в подушку?!       — Отец…       — Что отец?! — Рокье-старший смотрел на сына, и в его глазах застарелая боль смешалась с упреком и непониманием.       — Я должен найти ее, — Кристиан упрямо продолжал укладывать вещи, — найти и вымолить прощение.       — А у матери ты не хочешь вымолить прощение? За каждый седой волос, за каждую слезинку, за эти рубцы на сердце! Я уже молчу про себя, переживу. Но она…       — Отец! — Кристиан повернулся к нему и было что-то такое в его глазах, что отец замолчал, обреченно махнув рукой, и сел на кровать. Кристиан бросил на стул то, что держал в руках, подошел к отцу и сел рядом. — Если бы я мог повернуть время вспять, я бы не наделал столько глупостей. Но, наверное, пока не обдерешь коленки, ничему так и не научишься. Я никогда себе не прощу ни один из маминых седых волос, и каждый рубец на сердце будет моим наказанием до конца жизни. Это я уже не могу изменить. Но я должен попробовать изменить хотя бы то, что пока ещё в моих силах, — Кристиан повернул голову к отцу. — Я хочу вернуть любимую женщину. Я должен попытаться это сделать. Она — часть меня, я не могу без нее жить, дышать. Десять лет назад я предал ее, ее чувства, нашу любовь, но я хочу попробовать вернуть все назад.       — А если она не простит тебя? — отец посмотрел на Кристиана, он больше не кричал и не упрекал сына. — Если прогонит?       — Я буду пытаться снова и снова.       — Но если она будет непреклонна…       Кристиан поднялся, подошел к столу и взял склеенную Рэем фотографию:       — Я буду пытаться снова, пока жив, пока бьется сердце. Без нее моя жизнь не имеет смысла. Прости… не знаю, поймешь ли ты…       Рокье-старший поднялся и подошел к сыну, взял из его рук фотографию.       — Красивая… — он обнял Кристиана за плечи и устало вздохнул. — Матери-то как скажем?       Кристиан не успел открыть рот.       — Когда ты улетаешь? — послышалось от двери.       Отец и сын обернулись. Когда она вошла? Как долго слушала их разговор? А, впрочем, какое это имеет значение… Кристиан подошел к матери:       — Завтра. Прости меня…       Она ласково погладила его по волосам, улыбнулась.       — Я буду молиться за тебя… И пусть ее сердце смягчится.

***

      После зимнего Парижа пекло Далласа было непривычно. Кристиан поймал машину и показал водителю адрес.       — Это недалеко, полчаса, не больше, — высокий чернокожий парень в белой майке и желтых шортах был больше похож на баскетболиста, чем на водителя такси. — Интересно, какие у вас дела к старику Джону?       — Вы знаете эту семью? — Кристиан сел рядом с парнем.       — Кто ж не знает старину Джона Маккормика, — весело усмехнулся тот. — Тот еще характерец. Надеюсь, вы ему ничего не должны? — засмеялся паренек, выруливая со стоянки.       — А что, он так суров к должникам? — спросил Кристиан, а про себя подумал «должен, еще как должен»…       — Ну, как сказать… — парень достал сигарету. — Не возражаете? — Кристиан покачал головой. — У него вообще короткий разговор с теми, кто ему не по душе. У него тут прозвище даже есть — Великан. Тут, помнится, один лишнее сказал его дочери, так потом еле ноги унес. Наверное, решил, что Джо сумасшедший.       Кристиан молчал, но повернуть назад даже в мыслях не было. Всю оставшуюся дорогу он не сказал ни слова, а паренек и не докучал, нацепил наушники и подпевал что-то, отбивая ритм на руле.       — Приехали.       Кристиан недоуменно посмотрел в окно машины. Они остановились на какой-то площади, здания которой были построены в стиле времен Дикого Запада, и только современные машины и люди выдавали двадцать первый век.       — Я не повез вас сразу к нему на ранчо, — предвосхищая вопрос Кристиана, обернулся парень, — потому что в это время он обычно в пабе, — и кивнул в направлении здания, на котором красовалась вывеска «У Луи». — Удачи.       — Спасибо, — коротко ответил Кристиан, подумав, что она ему сегодня понадобится.       Кристиан вошел в паб и огляделся. Несколько мужчин среднего возраста в ковбойских шляпах и жилетах, пара клерков, видимо, заглянувших на обед, да скучающие мальчишки. Кристиан подошел к бармену.       — Что желаете? — не прекращая вытирать бокал, спросил тот.       — Где мне найти Джона Маккормика?       — Джона? — замерев на секунду, бармен посмотрел на Кристиана. — Вы не похожи на американца. Откуда приехали? — бармен продолжил полировать пузатое стекло.       — Из Франции, — подтвердил догадку бармена Кристиан. — Мне нужно поговорить с ним.       — Кому это понадобился Джон Маккормик? — послышался бас за спиной Кристиана, он обернулся. Мужчина был почти на голову выше него, крепкого телосложения, знакомые с работой руки были накачаны получше, чем в любом спортзале. Несколько секунд он смотрел на Кристиана и вдруг, поняв что-то, изменился в лице. — Да как ты посмел… — произнес он тихо, но таким голосом, что стоявшие рядом с ним люди отошли подальше, а бармен предпочел исчезнуть из поля зрения в подсобке. — После всего, что ты сделал, у тебя хватило наглости или глупости явиться сюда?       — Мне нужно с вами поговорить, — Кристиан решил, что он не уйдет, пока не узнает все о Джоанне.       — Поговорить?! — Джон схватил стоявшую на столе большую керамическую пивную кружку и швырнул ее в голову Кристиана. Тот увернулся в последний момент, и кружка звонко влетела в витрину за стойкой.       — Джон, семьдесят долларов каждая бутылка, — выглянул на секунду бармен и тут же исчез обратно.       — Поговорить???!!! Да я сейчас размажу тебя по стенке! Щенок! — вторая кружка полетела в том же направлении. — После всего, что ты сделал с Джо, ты еще имеешь наглость появляться здесь! — Третья кружка. Окружавшие их люди отошли еще дальше, Кристиан не двигался с места. — Где ты был, когда мы вытаскивали ее из депрессии? Где ты был, когда она медленно угасала, моя всегда веселая девочка? Где ты был, когда… — кружки закончились, и тут Джон увидел стоящее рядом с соседним столом ружье. Он оказался проворнее хозяина.       — Мистер Маккормик…       — Замолчи! — Джон вскинул ружье и направил его в сторону Кристиана.       — Джон, кончай дурить, — снова выглянул из-за стойки бармен, но тут же скрылся обратно на всякий случай.       — Джон Маккормик, немедленно опустите ружье, — раздался голос от двери. Молодой мужчина в форме шерифа подошел к Кристиану.       — ЭйДжей, не мешай мне, — Джон продолжал держать Кристиана под прицелом.       — Я сказал, немедленно опустите ружье, или мне придется вас арестовать. Считаю до трех, — спокойно повторил тот, кого Джон назвал ЭйДжеем.       — Ты что, не понимаешь, кто это? Это он сломал нашу девочку! Он погасил наш огонек! Он…       — Раз.       — ЭйДжей, я не понимаю тебя…       — Два.       Джон тихо чертыхнулся, бросил ружье на стол и быстро пошел к выходу, лишь на мгновение замерев напротив Кристиана.       — Только попадись мне на глаза еще хоть раз… — и он вышел из паба, громко хлопнув дверью.       Бармен вылез из-под стойки.       — Выпиши на меня чек, — предвосхищая его вопрос, произнес ЭйДжей и повернулся к Кристиану. — Иди за мной.       Они вдвоем вышли из паба и подошли к полицейской машине.       — Садись, — ЭйДжей кивнул в сторону сиденья рядом с водителем. Кристиан беспрекословно сел в машину.       — Куда мы едем? — спросил он, когда машина тронулась с места и направилась к выезду из города.       — Оставаться здесь тебе нет смысла, — ЭйДжей даже головы не повернул в его сторону.       — Я не уеду, пока не выясню все о Джоанне.       — У кого? У Джона? Да он тебе голову снесет в следующий раз.       — Плевать. Я не уеду, пока не выясню, где…       — Дурак ты, — перебил ЭйДжей. — Молодой влюбленный дурак, — ЭйДжей затормозил возле автостанции. — Автобус до аэропорта через двадцать минут. Выметайся…       Кристиан удивленно посмотрел на ЭйДжея. Тот сидел и смотрел перед собой, потом вдруг врезал по панели автомобиля кулаком и, достав из внутреннего кармана конверт, протянул его Кристиану.       — Это самое свежее из ее писем, точнее, конверт от него.       — Торонто? — Кристиан взял конверт, подержал в руках и спрятал в карман. — Почему вы это делаете?       ЭйДжей впервые за это время повернулся и посмотрел на Кристиана.       — Ты, конечно, сволочь последняя и по сути отец прав. Но это ее жизнь, и пусть она сама решает. Но если ты снова причинишь ей боль, я тебя раньше отца достану. Понял?       Кристиан молча кивнул, вышел из машины и пошел в сторону автобусов.

***

      Третий день снегопада превратил Торонто в один большой белый сугроб. Спасатели не успевали чистить улицы. Водителей просили без крайней необходимости не пользоваться машинами. На радость детворе отменили занятия в школах. И если Николя и Крис с чистой совестью могли остаться дома, то Джоанне пришлось выйти в эту бурю. Она работала в миграционном отделе посольства США в Канаде, и сегодня ей необходимо было встретить в аэропорту коллегу из ЮНЕСКО.       Аэропорт принимал и отправлял рейсы с большими задержками, в расписании царил полный кавардак. На табло можно было не смотреть, всю оперативную информацию передавали по громкой связи.       — Только что совершил посадку рейс 5387 Даллас-Торонто. Рейс 0947 Брюссель-Торонто задерживается ориентировочно на тридцать минут.       Джоанна увидела свободное кресло в зале ожидания и устало опустилась в него. Сейчас в аэропорту найти место, не то что сидячее, а хотя бы стоячее, было чем-то из разряда фантастики. Связь тоже работала с перебоями, но Джоанне удалось дозвониться до своих.       — Вы как там? — она улыбнулась, услышав в трубке веселую возню.       Крис на удивление быстро принял Николя. Джоанна с Николя не пытались навязать ему какое-то особое к нему отношение. Они понимали, что место отца, пусть и незнакомого, в сердце мальчика, что бы тот ни говорил, все равно никто не сможет занять. Поэтому Николя старался быть Крису просто другом. Но появление мужчины в доме все равно сказывалось положительно. Крис стал серьезнее и как губка впитывал все, что ему рассказывал Николя.       — Все нормально, — засмеялся в трубке голос Николя. — Мы уже слепили двух снеговиков, сейчас лепим им подружек.       Джоанна невольно засмеялась, представив эту картинку. Вообще рядом с Николя ей было удивительно спокойно. Он был такой надежный и предсказуемый — полная противоположность Кристиану.       Господи, почему она постоянно вспоминает о нем…       Продолжая думать о своем, Джоанна отрешенно скользила взглядом по толпе. Конечно, с Николя все было не так, как с Кристианом. Джоанна пока не могла с уверенностью сказать, есть ли у их отношений будущее, но сейчас ей было хорошо, и она решила не торопить события, а просто жить сегодняшним днем. Тяжелее всего было, когда перед ее глазами вставало лицо Кристиана. Ей казалось, что она постоянно видит его в толпе, но, приглядевшись, каждый раз она понимала, что это был просто очень похожий на него человек. Вот и сейчас. Она даже вздрогнула, настолько мужчина, выходивший из дверей с рейса Даллас-Торонто был похож на Кристиана. Джоанна даже зажмурилась, но, открыв глаза, уже не увидела его и снова подумала, что ей почудилось.       — Рейс 0947 Брюссель-Торонто ожидается посадкой через десять минут.       Ну, наконец-то… Джоанна встала и пошла поближе к дверям, в которые ожидался выход пассажиров.

***

      Кристиан вышел из здания аэропорта и поднял лицо вверх, подставляя его падающему снегу, потом нащупал в кармане конверт с адресом Джоанны. Сначала он думал найти какой-нибудь хостел и передохнуть, но, оценив погоду, решил не тянуть и сразу ехать к ней. Что он ей скажет, Кристиан не знал. Последний год каждый день прокручивал в голове их встречу, но сейчас вдруг понял, что не может найти нужных слов. Сердце подскажет — решил он.       Через какое-то время рядом затормозило такси.       — Куда едем? — из окна высунулся водитель. Кристиан сел в теплую машину и протянул конверт. — Это за городом, — понятливо кивнул средних лет таксист. — Поехали. Неизвестно еще, сколько добираться будем. Видите, что творится. Третий день метет.       Водитель включил зажигание, и машина, медленно лавируя между другими такси, начала выезжать с парковки. В какой-то момент Кристиану показалось, что они проехали мимо женщины, удивительно похожей на Джоанну. Та садилась в машину с пухлым мужчиной среднего возраста. Кристиан даже повернулся, оглядываясь, но сквозь плотную завесу снега ничего уже не рассмотрел.

***

      Домой Джоанна вернулась, что называется, без задних ног. То, что в обычное время взяло бы максимум часа два, сегодня заняло все шесть. Джоанна парковала машину уже в полной темноте. Снег все еще падал. Она вышла из машины и, оскальзываясь, пошла к дому. Увидев возле подъезда двух снеговиков и их «подружек», улыбнулась. Стряхнула снег с носов-морковок, поправила ветки-ручки и вошла в дом.       — Ну, наконец-то, — Николя одной рукой принял у нее пальто, а второй обнял и притянул к себе, целуя. — Я уже собирался звонить.       — Все нормально, — Джоанна обняла его за шею и поцеловала в ответ. — Просто все замело, пешком и то быстрее сейчас передвигаться.       Они прошли в комнату. Крис сидел на полу и что-то сосредоточенно писал в блокноте.       — Привет, милый, — Джоанна подошла к нему, растрепала волосы и поцеловала в макушку.       — Привет, мам, — Крис поднял на нее глаза. — Мы с Николя пишем песню.        — Песню? — Джоанна удивленно посмотрела на Николя.       — Ну, да, — улыбнулся тот и сел на кресло возле Криса. — Крис решил написать тебе песню. Я помогаю ему. Впрочем, мой вклад достаточно скромен. У твоего сына удивительное чувство слога.        «Что, впрочем, неудивительно, есть в кого…» — подумал Николя уже про себя. Почему-то сразу вспомнилась песня, написанная Кристианом для Джоанны много лет назад.       — Есть хочешь? — Николя посмотрел на Джоанну.       — Безумно хочется суши, — та села на диван и устало вытянула ноги. Почти пять часов в машине не прошли даром. — Здесь недалеко есть японский ресторанчик, должны быстро доставить, — Джоанна взяла телефон, нашла нужный номер и продиктовала несколько пунктов заказа. — Да, спасибо, ждем. Ну вот, сказали максимум четверть часа. Пойду пока переоденусь.       — Николя, — Крис повернулся к новому другу, — помоги, я никак не могу найти рифму.       — Давай, что тут у тебя, — Николя присел рядом с Крисом на ковер. Джоанна улыбнулась, глядя на них и побрела в комнату.       Она возвращалась в гостиную, когда раздался звонок в дверь. «Как быстро…» — удивилась Джоанна и пошла открывать.       Щелчок замка.        «Я схожу с ума», — успела подумать она, прежде чем ноги подкосились, и наступила темнота.

***

      Резкий запах нашатыря ударил в нос. Джоанна вздрогнула и открыла глаза. Она лежала на диване, рядом сидел Николя, а перепуганный Крис вжался в спинку кресла. Джоанна приподнялась.       — Привидится же… — прошептала она, вспоминая, что случилось.       — Прости… — вдруг раздалось за ее спиной.       Она резко повернулась. Кристиан стоял за спинкой дивана и виновато смотрел на нее. Десять лет она представляла этот момент, но все равно оказалась не готова…       Николя поднялся и отошел к окну. Кристиан обошел диван, присел рядом с Джоанной. Она медленно протянула руку и провела по его лицу. Хотела что-то сказать, но лишь хватала ртом воздух. Ее губы задрожали, Кристиан придвинулся ближе, и она вдруг порывисто обняла его. Перебирала руками его волосы, вдыхала его запах и не могла поверить…       Все молчали, никто не торопил и не одергивал ее. Наконец, она смогла отстраниться.       — Прости, что так напугал…       Кристиан взял ее руку в свою, и снова это знакомое ощущение, когда при одном его прикосновении словно пробивает электрический ток.       А он не знал, что и сказать. Едва открылась дверь, и он увидел Джоанну, тут же заметил, как она покачнулась. Успел ее поймать и внес в комнату. Николя подскочил, глядя на него так, словно увидел призрак. Впрочем, быстро пришел в себя, помог Кристиану уложить Джоанну на диван и пошел за аптечкой. И только тогда Кристиан увидел сидящего на полу мальчика — словно зеркальное отражение его самого в детстве. Оцепенев, Кристиан стоял и смотрел на него… Тот тоже не сводил с него глаз. Потом появился Николя с нашатырем.       — Ты… откуда? — только и смогла сказать Джоанна, прерывая свежие воспоминания Кристиана.       — Длинная история, — улыбнулся тот.       — Да уж… десять лет, — раздалось от окна.       Кристиан поднял голову, их с Николя взгляды пересеклись. Для него было неожиданностью и даже шоком то, что Николя и Джоанна вместе. Конечно, он предполагал, что Джоанна может быть не одна, но уж никак не ожидал, что это будет старый друг.       — Надеюсь, я смогу все объяснить, и ты простишь меня… — Кристиан посмотрел на Джоанну и вдруг перевел взгляд на кресло, — вы… простите меня…       — Полагаю, знакомить вас не нужно, — махнув рукой, выдохнула Джо. — И так все понятно…       Не так, не так она представляла их первую встречу. В глазах сына читались одновременно радость, боль, обида. Кристиан поднялся и сделал к нему шаг. Крис вдруг подскочил и, побледнев, выбежал из гостиной. Кристиан хотел было пойти за ним, но Николя остановил его.       — Дай ему время…       Кристиан вздохнул и опустил голову. Второй шок за день. Все эти годы у него оказывается был сын. Если бы он знал об этом… Может, и не было бы этих десяти лет. Но упрекать за что-то Джоанну у него даже в мыслях не было.       — Все. На сегодня с меня достаточно призраков, — Джоанна решительно поднялась с дивана. — Я иду спать.       — Джоанна, — Кристиан мягко остановил ее, когда она проходила мимо него, — я вернулся, чтобы все объяснить, и я не уеду, пока ты не выслушаешь меня.       Он притянул ее к себе рукой. Джо почувствовала его дыхание. Ей уже казалось, что она чувствует такой знакомый вкус его губ, но он просто поцеловал ее в щеку.       — Я не прощаюсь, — он пошел к дверям.

***

      — Кристиан! — Николя выскочил на улицу в одном лишь свитере и наспех накинутой на плечи куртке.       Кристиан остановился, услышав, как заскрипел снег за его спиной, обернулся.       — Знаешь, — во взгляде Николя Кристиан вдруг увидел что-то новое, незнакомое ему раньше, — десять лет назад я бы сразу просто ушел в сторону и уступил тебе место. Но за последние недели я понял, какая она на самом деле удивительная, уникальная женщина. Быть рядом с ней радость, честь, счастье. Ты — мой друг, я тебя люблю и рад, что ты жив и вернулся, но, чтобы занять место рядом с ней, тебе придется очень постараться.       Николя похлопал Кристиана по плечу и вернулся в дом.

***

      Джоанна тихонько поскреблась в дверь, осторожно отворила ее и вошла. Крис сидел на кровати, обхватив коленки руками. Джоанна подошла и села с ним рядом.       — Крис… — она не знала, какие слова подобрать. Кристиан появился так же неожиданно, как и исчез когда-то. Она не успела подготовить сына к этой встрече, и что сейчас творилось в голове этого, по сути, совсем маленького человечка, могла только догадываться. — Сынок, просто дай ему шанс все объяснить. Каждый человек, какие бы ошибки он ни совершил, имеет право на еще один шанс.       Крис все так же молчал, казалось, что он не слышал слов матери. Джоанна поцеловала сына и вышла из комнаты. Едва за ней закрылась дверь, как Крис просунул руку под матрас и вынул оттуда фотографию.       — Как же долго я тебя ждал… — прошептал он и вытер маленькой ладонью предательски покатившуюся по щеке слезу.

***

      Кристиан стоял на мосту Bathurst Street и, глядя на воду, вспоминал, как вот так же он стоял много лет назад, готовый сделать шаг вниз. Тогда Рэй буквально снял его с парапета. Его ангел-хранитель, пролетавший, точнее, проезжавший мимо.       «Вернуть душу, вернуть себе себя самого сможешь только ты. Я знаю, что у тебя получится. Я уверен в этом. Иначе бы не отпустил».       Кристиан улыбнулся. Да, будет тяжело все вернуть. Но у него сегодняшнего в отличие от него десятилетней давности, была веская причина жить — Джоанна и их сын.