То что скрыто.

Сторона Серафима Портал захлопнулся за нашими спинами, оставив за собой искрящееся марево. Мы с Анфисой и Стар оказались на опушке хвойного леса. Здесь пахло смолой, старой древесиной, прелыми иголками и… тоской. Лес был древним. Не просто старым — он пережил, казалось, всё: времена великой магии, забытые войны, корни древних королевств. Он знал больше, чем могли бы рассказать учебники. Он чувствовал. И он сейчас страдал. Я не выдержал. Тысячи голосов, шепчущих, скулящих, рыдающих — поток боли обрушился на меня с такой силой, что я упал на колено, вцепившись в голову. Их крик не был слышим обычным слухом, но мой разум распахнулся как чаша, и меня едва не затопило. — Сераф, ты как? — Стар уже стояла рядом, её ледяные глаза смотрели с тревогой. — Серафим, — прошептал я, по привычке исправляя её, хотя знал, что она не запомнит. Или не захочет. — Значит, в порядке. — Она скользнула взглядом по деревьям, потом вверх, к светлому просвету между кронами. — Здесь что-то очень злое. Оно как пиявка. Высасывает всё живое. Воздух… земля… вода. Всё отравлено этим… чем-то. — Это и есть Хвойник, — проговорила Анфиса, усаживаясь ко мне на руку. — Люди дали ему имя, когда начали исчезать деревни. Три уже стёрты с лица земли. Ни тел. Ни выживших. Только мрак. — Он питается людьми? — спросил я, с усилием вставая, сосредотачиваясь. Вспомнил наставления — "закрой разум, стань корой дерева". Постепенно больные голоса утихли, стали фоновым шёпотом. — И не только. — Анфиса склонила голову. — Он забирает и силу мест, вытягивает само естество. Это уже не просто миф, это — чума. — Нас должна была ждать группа «Омега-3», — сказал я, озираясь. — Где они? Стар чуть приподняла ноздри, словно ловя ветер. — Запах крови… много. И… это свежая смерть. Прежде чем мы успели что-либо сказать, лес ответил сам — яростным, нелюдским воем и короткими очередями выстрелов. Треск веток, шорох паники, и снова тишина. Мы переглянулись. И бросились на звук. Когда добрались — уже было поздно. На поляне лежала трава, залитая алым. Ни тел. Ни гильз. Только пятна крови… и груда из пяти правых человеческих рук, сложенных с пугающей аккуратностью. — Мне кажется, или они все… правые? — прошептала Стар, морща лоб. — Не кажется, — ответил я глухо. Снял перчатку, опустился на одно колено и коснулся ладонью земли. — Поведай мне, что видела. Тело сразу прошиб холодок. В мозгу зазвенело — не звук, а эхо чьей-то истерики. «Страшно… больно… больно… з-злой дух… он ест нас… он сожрал братьев… он гнилой… гнилой… он убьёт и нас… спаси… Страж, услышь… останови его… останови его…» Это был голос сосны. Последний из тех, кто ещё не забыт лесом. Я открыл глаза и медленно встал. — Растения в ужасе. Они почти ничего не понимают. Всё, что уцелело — дрожит. Это не просто тварь. Это — проклятие. — Может, мне осмотреться с воздуха? — предложила Стар. — Или спросить у ветра? — Нет. Разделяться опасно, — отозвалась Анфиса и сердито шевельнула хвостом. — Р-р-р. Значит, спрошу ветер, — хмыкнула Стар, и её тело тут же окутало мягкое, завораживающее свечение. Вокруг закружился ураган — не разрушительный, а поющий. Её волосы и одежда поднялись, будто в невесомости. Через несколько секунд ураган стих. Принцесса-дракон открыла глаза. — В трёх километрах к юго-западу — озеро. На его берегу — старая хижина. Там люди с металлическими палками оставили бумаги с рунами. Возможно, они — единственная зацепка. — Тогда туда и держим путь, — кивнул я, и мои пальцы сомкнулись на амулете в форме дубового листа. — Лес просит помощи. Мы не имеем права отказать. Спустя полчаса блужданий по всё сгущающемуся лесу, мы достигли цели. На берегу озера стояла хижина — старая, покосившаяся, как будто сама природа пыталась её поглотить. Стены, заросшие мхом и лишайником, дышали тревогой. Я опустился на колено и коснулся ладонью мягкого, влажного ковра из мха. Он дрожал. «Беги… беги, Страж… злой дух рядом… он следит… он голоден…» — прошептало зелёное существо, исчезая под моей рукой. — Ребята, он здесь. Близко, — прошептал я. Лес задержал дыхание. — Нашла! — воскликнула Стар, разбирая завал у входа. — Вот, послание. Она начала читать: «Если ты держишь этот лист — меня уже нет. Хвойник реален. Это не миф, а дух, охраняющий древние лесные тайны. Сокровищ нет — главное не умереть. Он боится воды. Это может быть ключом… Уходи, пока можешь. Хотя, если ты уже здесь — он идёт за тобой.» И в этот миг сквозь деревья прошёл низкий, изломанный рёв, будто кто-то выдыхал боль тысячами голосов. «СТРАШНО! Он здесь!» — завопили под ногами травы. Я даже почувствовал, как мхи отпрянули от моих ботинок. — Хвойник… — прошептала Анфиса, увеличиваясь в размерах, как буря, сдерживаемая плотной кожей. Глаза её сверкнули янтарём. Я обернулся. Из тени выступило существо. Высокое, гуманоидное, покрытое корой и тенью. У него не было лица — только зияющая впадина, откуда тянуло тьмой. Длинные когти, извивающиеся хлысты на спине, и кожа цвета тёмного болота. Он открыл пасть, и лес застыл от этого нечеловеческого воя. — Так ты и есть Хвойник… — холодно сказала Стар. Её рука сжалась, и вихрь сомкнулся в серебристый клинок. — Тогда потанцуем. — Стар! Осторожно! Если с тобой что случится, Титания нас живьём сожжёт! — рявкнула Анфиса, но было поздно. Стар бросилась в бой — ветер разрезал воздух, но существо было быстрее. Оно переместилось — как тень, перескакивающая между точками. Удар. Стар с грохотом отлетела к озеру, разорвав берег. Следом — Анфиса, бросившаяся на него, но тоже получившая удар хлыстом. — Он слишком быстр… Или перемещается? — пробормотал я. И тут… ясень прошептал: «Руки… правая сила… знак жертвы…» Я вспомнил грудку правых рук, что мы нашли. Зловещее подношение? Ключ? Сомнений не осталось. Я осторожно вытащил одну руку из мешка и спрятал под плащ. — Стар! Отвлеки его! — Сейчас покажу этому куску коры, кто здесь главная! — рявкнула она и рванула вперёд. Её клинок вновь запел. Я метнулся за существо, пока оно отражало удары драконицы. Вскочил на спину — мерзкая, вонючая кора шипела под моими руками. Я взял правую руку… и сунул ему в пасть. Он захлопнул челюсти, хрустнул… И замер. Его тело задрожало. Он схватился за горло. В этот момент я нанёс удар по брюху, с другой стороны появилась Стар — её вихрь разрубил воздух, клинок вспыхнул. Словно стрела, он прошёл через шею существа, снося голову. Анфиса, подоспев, вцепилась когтями и разодрала её в клочья. Тело ещё извивалось. — Читай! Читай заклинание! Он регенерирует! — завопила Анфиса. Я схватил амулет и начал читать. Голос дрожал, но слова лились: древний друидский язык, зов Земли. Существо вздрогнуло, заколебалось… и застыло. Мох пополз по коже. Ветви проросли сквозь тело. Белые цветы раскрылись там, где была грудь. А потом — тишина. Он умер. И лес… вздохнул. — Это было что-то… — прошептала Стар, тяжело дыша и опускаясь на колени. — Мне такого ещё не попадалось. — Молодцы. Вы вдвоём справились лучше, чем рота бойцов, — прошептала Анфиса уменьшаясь в розмерах. Я опустился и прислушался. Лес пел. Он благодарил нас. Тихо. Шепотом. Но каждая ветка звучала как хор. — Домой? — спросил я, глядя в глаза Стар. — Домой, — кивнула она. Спустя полчаса мы вернулись в точку перехода. Оскар встретил нас: — Поздравляю. Вы первые. С возвращением домой. — Мы дома. Как остальные? — спросил я. — Справятся. Наша задача — ждать. — Ожидание — худшее, — рыкнула Стар, плюхаясь в кресло. Анфиса прыгнула к Оскару на руки, громко замурлыкала. Я сел прямо на пол. Нужно восстановить силы… Я тогда ещё не знал, что худшее — только приближается…