Под покровом Выручай-комнаты

      Уизли.       «Хогвартс Экспресс» встал на конечную остановку уже вечером, когда густо стемнело и небо обсыпало стадом мерцающих, казалось, что живых, звёзд, похожих на россыпь крупных и мелких стразов. Яркие блики отражались в широко раскрытых глазах маленькой Ибис, с изумлением исследовавшей любопытным взглядом вокзал и платформу, быстро заполнившуюся учениками разных возрастов и факультетов.       В темноте, в свете привокзальных фонарей и того, который держала здоровая рука Хагрида, выделялись цветные шёлковые галстуки. Великан громогласно подозвал к себе первокурсников, и дети тесно столпились вокруг него огромным чёрным роем. На фоне моря мантий цвета ночи выделялось столько же детских голов, и выглядело это жутковато, точно макушки сами по себе парили в воздухе.       — Эй, ты идёшь? — Фред или Джордж, Ибис пока не научилась их различать, окликнул и вытолкнул её из бури крышесносных, как она бы выразилась, впечатлений. Подумать только, здесь она была одна наедине со всеми, без ворчливой мамы и визгливого брата!       Прежде чем попасть в здание школы, пришлось порядком так пройти ногами по скользкой от сырой травы тропинке, а потом студентов рассадили по лодкам. Кажется, Перси говорил о какой-то там традиции для первокурсников, пока братья благополучное его не перебили рассказами о том, как впервые проявилась их магия. К слову, Ибис неотлучно следовала за, как ей казалось, чересчур жизнерадостной парочкой (Перси растворился в толпе ещё на вокзале), с ними же пришлось сесть в одну лодку.       — В этом озере живут русалки. И недостойных они утаскивают на дно и зомбируют их, делая похожими на себя, бу-у… — Жутким голосом рассказывал один из мальчиков, судя по всему, сочиняя на ходу, но вполне успешно. Но этот факт делал его слова не менее пугающими, и Ибис всё же старалась пореже смотреть в воду и вообще не двигаться, чтобы не раскачивать лодку. Вдруг кто-то действительно высунется из воды и утащит её на дно?       — А под этим мостом живут кровожадные тролли. И они любят свежую человечину на завтрак, обед и ужин, — продолжил второй из ребят, когда история про русалок перестала производить должного впечатления.       — Особенно девчонок, — подмигнул ему тот, который начал всю эту страшилку, и мальчики окатили Ибис парой зловещих взглядов, от чего она нервно поёжилась и сглотнула. Одному даже показалось, что в её глазах застыли слёзы паники, готовые хлынуть нескончаемым потоком вместе с протяжным девчачьим нытьём.

***

      В Большом Зале было много народа, а от того — и шума, стояло четыре длинных стола и перпендикулярно им — в ряд ещё несколько, видимо, учительских, перед которыми возвышалась кафедра с изображением совы. Напротив учительских столов из неоткуда появился высокий табурет с лежащей на нём старинной остроконечной шляпой, явно уставшей от этой жизни.       — Это Распределяющая шляпа, — раздался над ухом знакомый голос, и Ибис раздражённо закатила глаза, готовая к очередной глупости. — Если она не сможет определить, на каком факультете будет учиться студент, его отправят прямиком в Азкабан и там его съедят дементоры, у-у-у…       — Может, уже хватит молоть чепуху? — Возмущённо выпалила девочка, резко обернувшись и случайно, но очень кстати хлестнув надоедливых близнецов волосами. Мальчики замолкли, расплывшись в довольных усмешках. Как говорится, шалость удалась.       Распределение оказалось скучным процессом, хоть оно и сопровождалось морем аплодисментов и радостных выкриков, Ибис не находила в нём ничего особенного, но когда профессор МакГонагалл назвала её имя, по позвоночнику вёрткой змейкой проползла волна тревоги. Сейчас, да, в эту минуту она пройдёт вперёд, неуклюже сядет на этот высоченный табурет и Шляпа определит её дальнейшую судьбу. На ум сразу пришла недавняя страшилка от кого-то из близнецов.       — Ибис Сайлент? — Повторила профессор, всматриваясь в толпу сбившихся в тесную кучку первокурсников. — Нет такой?       — Ну давай же! — Грубый толчок в спину вывел её из состояния ступора и позволил сделать шаг вперёд.       — И-извините, это я… — Ибис в миг залилась краской под суровым взглядом учительницы и, стараясь смотреть в пол, на носки лаковых туфелек, на негнущихся ногах прошагала к табурету.       Шляпа опустилась на голову и сползла на глаза. Девочке на секунду показалось, что кто-то в зале громко хохотнул, но она убедилась в обратном, когда услышала хихиканье со стороны ещё не распределённых. Вот сто пудов, это были Уизли, Ибис готова была поклясться, что эти двое стояли и обсуждали то, какая она растяпа. Между тем Шляпа на лохматой макушке медленно поёрзала, словно оттягивая время для того, чтобы подумать, пару раз крякнула и громогласно объявила:       — Гриффиндор!       Зал залился аплодисментами, и взору открылся вид радостно рукоплещущих студентов за одним из столов. Судя по всему, там сидели студенты с теперь и её факультета. Где-то в море рук и голов в чёрных остроконечных колпаках Ибис заметила лениво похлопывающего Перси. Перед ним лежал тот же учебник, что он читал в поезде. Облегчённо выдохнув, девочка неуклюже соскользнула с табуретки и вприпрыжку побежала к свободному месту. Спустя какое-то количество учеников настала очередь Уизли. Профессор деловито поправила пенсне, к слову сидящее достаточно плотно на её сухой переносице, и чётко проговорила:       — Фред Уизли.       Воцарилась секундная тишина, и к табурету, уверенно и непринуждённо вышагивая, вышел один из братьев. Ибис машинально оглянулась на Перси — тот озадаченно прищурился, точно заподозрил неладное.       «Что не так?» — Девочка вновь взглянула на Фреда. Вроде бы, ничего такого, прошёл, спокойно сел, сейчас ему на голову опустится Шляпа и…       — Оу… У вас проблемы со слухом, молодой человек?       — Мерлин всемогущий, дай мне сил… — Донёсся жалобный шёпот, и, вновь оглянувшись на Перси, Ибис с удивлением обнаружила, что тот, вперив взгляд в деревянную столешницу, напряжённо потирает висок.       — Да нет, — беззаботно ответил мальчишка, болтая ногами, которые с трудом доставали до пола. — Не жалуюсь.       — В таком случае, возможно, у вас провалы в памяти? — Продолжала Шляпа.       Уизли мотнул головой.       — Тогда что здесь делаешь ты? — Складки Шляпы, напоминающие брови, вопросительно изогнулись, и она произнесла имя: — Джордж? По залу пронеслась несмелая волна смешков и резко утихла под строгим взглядом МакГонагалл.       — Но я Фред. — Делано обиженно возразил мальчик.       — Мистер Уизли, не валяйте дурака, — отчеканила профессор сквозь сжатые морщины губ, но «Фред» посмотрел на неё с таким непониманием, что она и сама усомнилась в уверенности Шляпы, потому и осеклась. Между тем в зале то тут, то там проскакивали смешки. Перси снова уткнулся в учебник, делая вид, что с рыжей парочкой не знаком, и вообще видит их впервые, а Ибис в недоумении хлопала глазами, переводя взгляд то на одного, то на другого, то на затерявшегося в толпе третьего.       — Я пошутил! — Тучка первокурсников расступилась, оставив впереди до жути довольного близнеца. — Я Фред!       По залу прокатилась волна хохота и аплодисментов, Шляпа прокряхтела какое-то невнятное нравоучение, а многоуважаемая Минерва, как и все присутствующие за её спиной преподаватели, в том числе и профессор Дамблдор, в душе горестно вздохнули, предвкушая неизбежное — следующие семь лет точно не будут скучными ни для них, ни для студентов, ни даже для Филча с Миссис Норрис, наблюдавших через щёлочку между створками громоздких дверей за церемонией распределения.

***

      — Ну, да, кто ж знал, что это только начало? — Иронично протянула Ибис, откашливаясь нервной усмешкой.       — Ох, Сайлент, ну как тебе сказать, — задумчиво прикусив губу и возведя взгляд к потолку, начал Фред, а Джордж с выражением за него продолжил, — ты должна была это понять ещё на вокзале, когда твоя многоуважаемая мама, дай Мерлин ей здоровья, случайным образом наступила на одну из наших хлопушек-невидимок.

***

      После пышного ужина старосты отвели новых первокурсников в соответствующие гостиные, а там — провели инструктаж по всем параметрам: что можно, что нельзя, во сколько занятия, во сколько отбой и всё тому подобное.       Ибис не следила за временем — свои наручные часики она забыла дома — но после сытной трапезы её жутко клонило в сон, а это означало, что час уже достаточно поздний, чтобы с чистой совестью отправиться в кровать. С группой щебечущих девочек она прошла в спальню, кое-как переоделась в пижаму и плюхнулась на заправленную постель, даже не потрудившись накрыться одеялом, и тело вязкой субстанцией обволокла слабость.       Ночью ей снились уродливые русалки с острыми, как колья, зубами и не более привлекательные тролли с дубинками наперевес. И ещё дементоры, гоняющие её по всему Азкабану, который Ибис ни разу в своей жизни не видела, но почему-то представляла себе, как мрачную каменную тюрьму на вершине одинокой скалы.       И проснувшись утром девочка была, безусловно, «благодарна» за свои красочные сновидения Джорджу и Фреду и готова была прочитать им целую речь о том, как ей было страшно и плохо, но сочла это неблагоразумным. Вдруг этим она подаст им идею для новых страшилок?