Вспомни меня...

«Чтобы запомнить те или иные моменты не обязательно их фотографировать… Память – это самый лучший цифровик... Самый надежный…» Двухнедельный отпуск заканчивался завтра, а ведь Соколовский до сих пор не знал, где отдыхает Дима - Египет или Вьетнам? Чье мнение в вопросе, куда лететь, оказалось решающим - Димино или Лешино? Время тянулось тягучей резиной. От встреч и тусовок Влад отказывался, предпочитая дом и размышления. - Становлюсь как Бикбаев! – как-то зло хохотнул он, разговаривая по телефону с другом детства, Пономаревым. - Сокол, просто ты слишком много времени проводил с этим чуваком. Результат на лицо! - Ты прав, Дань, ты прав! И Влад отправился на встречу. Со своей девушкой. *** Утро следующего дня для Соколовского началось вполне неплохо. Даша, оставшаяся ночевать в его квартире, с утра приготовила завтрак и сварила кофе. Влад смотрел за тем, как она хлопочет на кухне, и улыбался. Может она и есть его счастье? Но в голове зачем-то яркой вспышкой грянуло воспоминание, как они с Димой возились на кухне - чай готовили. И улыбки на лице, как ни бывало. Воспоминания, чтоб их… Надо ехать к Косте, а завтрак… Не хочется уже. *** Когда Соколовский появился в продюсерском центре, Бикбаев и Меладзе уже сидели в кабинете и не спеша, пили кофе. Дима выглядел отдохнувшим, радостным и бесконечно счастливым. А загар ему шел. «Как и раньше»,- подумал Влад. Сам же Соколовский изменился вряд ли. Может, только похудел немного. - Добрый день, - поздоровался он. Костя ему кивнул, а Дима подмигнул и снова принялся что-то оживленно рассказывать продюсеру про Египет… Значит все же Красное море! Светлов победил, и Дима его послушался! Не желая больше слушать это, Влад решил сменить тему: - Знаешь, Дим… А я сегодня утром вспомнил, как мы с тобой еще на «фабрике» чай вместе готовили… - зачем-то сказал Соколовский и заулыбался. Костя напрягся, видимо тоже вспомнив это, а вот Дима совершенно не изменился в лице. - Прости, Влад… Ты, наверное, попутал что-то. Мы с тобой там даже не общались-то почти. Я все время с Лешкой был. И всё… Мир треснул напополам. Соколовский медленно встал и подошел к Бикбаеву. - Ты это сейчас прикололся, да? - Нет, - совершенно серьезный взгляд. - Дим, с тобой все в порядке?! Ты всю «фабрику» со мной был! - Ну да, конечно! «Теоретический я твой приятель… Мне приятно быть с тобой вдвоем», - с издевкой в голосе на распев протянул Дима. Неизвестно, что произошло бы дальше, если бы в разговор не вмешался продюсер: - Эй, парни! Нам гастроли обсуждать надо и запись новой песни, а не дела дней минувших. Хватит о «фабрике», давайте о «БиС». Влад кивнул, но ничего не забыл. Он ушам своим не верил. Бикбаев это нарочно делает! Позлить его. Только вот почему? Он не верит сам себе! Тут что-то не так! Дима ведь на самом деле ведет себя так, словно он не помнит Влада. Тогда проверим, но не сейчас, а то Меладзе дерганный уже. Ему явно неприятны воспоминания о Диме и Владе на «фабрике». Потом поговорим…Но потом поговорить с Бикбаевым не получилось, ибо, как только парни вышли за дверь, их встречал, а точнее одного Диму, Алексей Светлов. Дима радостно на него посмотрел, а Владу показалось, что все это когда-то было. - Привет, Влад! Соколовский кивнул в ответ и пошел прочь. *** Так продолжалось всю неделю. Где бы ни были «БиС», их всегда встречал Светлов. Он буквально ни на минуту не оставлял Диму одного. Или не то что бы одного, а именно с Владом. Соколовский заметил это пару дней назад, когда Леша буквально бежал за ними после концерта. «Странно, он боится оставить меня наедине с Димой, хотя последнему, на первый взгляд, до меня и дела нет. Это ненормально! А с другой стороны интересно…» Поэтому больше ждать и гадать Влад не собирался. «Думаю, я знаю, кто мне поможет в этом нелегком вопросе…» И снова хитрая улыбка на лице Соколовского, а затем поиск номера телефона в КПК. - Привет! Это Влад. И я рад тебя слышать! Почему что-то нужно? А я не могу тебе просто так позвонить? Ну да, ты как обычно прав. Нужно. Давай сегодня вечером. До встречи и … Спасибо, Марк. *** С Тишманом Соколовский встретился около шести вечера в японском ресторане: - Давно не виделись, Влад! – как обычно, сдержанно, улыбнулся Марк. - Да, это точно, - просиял Соколовский. - Но ты меня не за тем позвал, чтобы обсудить это, как я понимаю… - Ты проницателен, как обычно, - синие глаза тут же посерьезнели, - у нас чертовщина какая-то творится! И самому мне ее разобрать не под силу. Тишман кивнул, а затем спросил: - Может, ты тогда и меня введешь в курс дела? У нас - это где? И с нами - это с кем? - Да у меня с Димой. Его как бы подменили. Другой человек! - Ну, Бикбаев всегда был … эм... чудаковат, что ли. - В том то и дело! А теперь совсем нормальный, блин! - Даже девушки начали нравиться? – голос стал немного ироничным. - Нет, вот тут как раз порядок. Светлов вернулся и у Димы с ним…, - Влад замолчал, словно его осенило, - Марк! Да ты смеешься надо мной! - Ну, ты видимо так рассказываешь… Влад ничего не ответил, а надул щеки. Тишман дабы еще больше не усложнять ситуацию, стал умножать в голове 140424 на 1534. Соколовский же убедившись, что у Марка серьезный вид, продолжил свой рассказ: - Дима недавно летал со Светловым в Египет, но изменения в его характере произошли еще до поездки. Он стал равнодушным и каким-то другим, непонятным мне. А неделю назад просто убил заявлением, что мы с ним и на «фабрике» не общались. У парня-то провалы в памяти пошли! Причем конкретные! И что самое неприятное Костя этому потакает. А Светлов глаз не спускает с Димы, словно чего-то или кого-то боясь. Марк молчал на протяжении всего монолога Влада и лишь когда тот закончил говорить, высказался: - Да, всё это на самом деле странно. Но куда более непонятно ведешь себя ты. Зачем тебе это? Ты ведь выкинул Диму из своей жизни. Оставил только работу между вами. Тогда в чем дело? Или это желание вернуть свою любимую игрушку? А может все же ревность к Светлову? Знаешь, прежде чем я стану тебе помогать – определись, что за чувства у тебя к Диме. И только честно. Я не тот человек, с кем стоит играть. Да и публики рядом нет. Оценивать все равно некому. - Марк! Ты чего Я-то когда играл?! - Когда на шоубиз подвязался, друг мой. Когда с Димой изображаете натянутые улыбки на камеру, а внутри… - Я понял, - перебил Соколовский, - но сейчас этого нет. И да, я не буду лукавить, сначала во мне проснулась обида – почему ему пофиг? Потом пришла ревность – опять чертов Светлов на горизонте! А теперь - желание понять: что случилось?! Марк, я, как собака на сене. Мне и с Димой тяжело и без него плохо. И скажу я тебе так – во втором случае мне намного хуже, чем когда он был рядом. - Спасибо за честность и что не стал клясться в вечной любви. Я бы не поверил тебе сейчас. - Марк, подскажи, как мне быть… Тишман задумался. - Вот чего точно делать не надо – лезть с воздыханиями. Да ты и не стал бы сейчас… Соколовский хмыкнул. - Или стал? Нет, Влад не стоит! Раз Дима настаивает, что всю «фабрику» общался лишь с Алексеем, проверь это! Начинай прямо завтра. Сейчас я тебе накидаю план действий дня на два-три, а уж, если и это не поможет, придумаем ещё что-то. *** На следующий день Влад специально пришел раньше на запись передачи, подготовил свой грим и сел в ожидании Димы. Тот появился за пятнадцать минут до начала. Быстрым шагом зашел в гримерку и завис. Соколовский сидел в обнимку с плюшевым медведем весьма приличных размеров. - Что это, Влад? – вместо приветствия произнес Дима. - Мишка… Подарили когда сюда ехал. - И ты полез его обнимать? - Я мишек очень люблю, - пожал плечами Соколовский, все еще надеясь, что Дима хоть как-то проявит свой интерес к данной ситуации. - Глупость какая! – буркнул Бикбаев и достал из пачки сигарету. Соколовский фыркнул и выкинул главный козырь сегодняшнего дня: - Ты еще скажи: «пятнадцать лет, штаны на лямках». И бац! Дима замер, а затем резко присел. - Что с тобой? – спросил Влад. - Голова сильно заболела… Вспышка какая-то в ней. - Воспоминание? – тайная надежда в голосе. - Нет, просто что-то заболела. - Ясно, - разочарование в душе, - ты пока с гримом занимайся, а я прогуляюсь. И Влад вышел за дверь, набирая на ходу Марка. - Он даже глазом не повел, прикинь! С ним явно что-то не так! Давай тогда план «Б» свой выкладывай. Тишман говорил, Соколовский слушал. - Марк, ты в курсе, что ты - псих? А если он и после этого будет молчалив, мы что снова тогда… Как раньше? Хорошо. Вечером встречаемся. - С кем это ты вечером встречаешься? - поинтересовался Дима, выходя из гримерки. - С другом, - ответил Влад. - Ясно, пошли уже. Твой выход. Соколовский угукнул и двинулся на сцену. *** На следующий день Влад и Дима должны были встретиться у Кости, а затем ехать в ночной клуб, на выступление. Влад знал, какой эффект он произведет на Меладзе своим видом, но как отреагирует Бикбаев? Наконец он открыл дверь и … - Влад, как так? – начал заикаться продюсер. А Дима молчал, но при этом осел на пол и схватился за голову. Влад... Красивый… Глаза голубые... и волосы!!! Они снова до плеч…А на нём самом широкие джинсы и толстовка, как раньше… - Почему при виде тебя у меня уже два дня по-страшному болит голова? Что ты делаешь со мной? Дима хотел еще что-то сказать Соколовскому, но последнего схватил за локоть продюсер и потащил за собой. А Дима так и сидел, держась за голову и моля только об одном, пусть уйдет боль и какие-то обрывки картинок тоже исчезнут. Он все равно не понимает этих знаков судьбы. Пока не понимает. *** - Соколовский, ты чего добиваешься? – Меладзе буквально трясло от злости, в ТАКОМ гневе Влад его еще не видел, - что это за номера со сменой прически ты тут устроил? Откуда снова длинные волосы? - Нарастил, - спокойно ответил артист, - вчера весь вечер на это убил! У Димы, кстати, тоже снова старая прическа. Почему мне нельзя?! Вопрос был столь резонным, что Костя не нашелся что ответить. - Ну, Дима их не наращивал, свои отросли, это первое. - А на второе у нас что? – с вызовом спросил бывший «фабрикант». - Меня интересует, почему на смену нормальной одежде снова пришла тинэйджерская форма?! - Концерт только вечером, а сейчас день и потом демократию у нас никто не отменял! – спокойно, но категорично произнес Влад. Костя «завис» от столь явной смены в характере младшего солиста дуэта. - Ясно, значит вот так теперь... Влад кивнул. - Но смотри у меня, если Бикбаев снова превратится в истеричку, я распущу группу. Мне нахер не надо ваших с ним разборок! Вы уж определитесь быть или не быть?! Достали оба! Но только помни, у тебя еще есть отец, который явно… - Костя, мне почти девятнадцать. Оставьте это… И Влад вышел за дверь. Где-то в карманах этих широченных джинс есть сигареты. Надо затянуться. Срочно. Блять. Лишь бы отца не вмешивал. Не сейчас. После пары затяжек рука потянулась за мобильным. - Алло, Марк. Нет, Дима глух и почти нем к моим преображениям. Да, удивиться-то он удивился. Но больше офигел от меня Костя. Думаю, ты все же должен поговорить со Светловым. Самим нам не понять, что натворил Бикбаев со своей памятью, раз та дает такие охуенные сбои. Да, держи меня в курсе. И спасибо. Я твой должник. При любом раскладе. Влад убрал КПК обратно в джинсы, достал новую сигарету и прикрыл глаза. - Что же ты наделал? Скотина моя… любимая. От последней фразы стало так тепло, а печаль снова заскребла острыми когтями по сердцу. Оказывается, отформатировать компьютер, удалив все лишнее: фотографии видео с него, это не одно и то же, что стереть чувства, эмоции из сердца. Если они есть, сбои системы все равно будут случаться. Как, например, сейчас. *** Вечером следующего дня Марк и Влад встретились на выставке недавно открывшейся новомодной галереи на станции Киевская. - Ничего в этом не понимаю, - улыбнулся Соколовский, разглядывая сложенные вместе чернила, карандаши и кусок пластилина. - Ты не умеешь тонко чувствовать искусство, - хмыкнул Тишман, - хотя вот ЭТО и я не заценил. Парни прыснули от смеха, но затем моментом посерьезнели. - Влад, я вчера пытался поговорить с Алексеем. Даже специально заехал в ночной клуб, якобы для очень важного разговора с Костей. Но Меладзе, конечно, не оказалось – зачем ему там быть?! Дима и ты выступали на сцене. Светлов сначала внимал вашему пению, затем отошел. Позвонить. Я, понятное дело, за ним. - И? – было видно, что Влад сгорает от нетерпения. - И ничего. Слышно было плохо. Но, по-моему, он говорил с врачом каким-то о Диме. Имя врача я не разобрал, зато узнал, что Алексей обеспокоен, тем, что у Бикбаева начались частые головные боли. Видимо тот алхимик что-то насоветовал Леше, тот поугукал в ответ и вернулся обратно. Как только он присел на свое прежнее место, я подошел к нему. - Дальше? – слишком сухо спросил Влад - Ничего. Светлов не был рад встрече. Не думаю, что он знает о наших с тобой разговорах и все же… Обменялись шаблонными фразами типа «как поживаешь», «как работа» и расстались. - Ясно, - отрезал Влад, - выйдем на улицу? - Покурить? - Да, умру, если не затянусь. - Эх ты, балбес, - и Марк нежно потрепал волосы на голове Влада. - Осторожнее, они же не свои! - Прости, я и забыл! - Зато я теперь помню. Твоя девушка – мастер! На такие короткие прицепить! Охренительно!!! Уже на крыльце галереи: - И что ты надумал предпринять, Влад? - А почему ты решил, что у меня уже есть идеи? – поразился интуиции Тишмана Соколовский. - У тебя глаза горят! - Марк-Марк… ты весь в этом, все видишь и чувствуешь. - А ты все тот же любимый мной ребенок… Взрослый, красивый, наглый и временами вредный, но все тот же. - Вот бы снова на «фабрику», - грустно улыбнулись синие глаза. - Ты перерос ее. И Дима тоже… - Да… - вздохнул Влад, - так вот. О Светлове. Ты угадал. Мне нужен этот врач, точнее его телефон. Я думаю, именно он прольет свет на эти секретные материалы. - И как вы, агент Малдер, намерены заполучить номер его телефона?! Влад улыбнулся, вспоминая сериал детства. - Ну, явно не подойти и не спросить: «Эй, Лех отдай телефон того врача, что Диму лечил». - А как? - Думай, Марк, думай, – глаза Соколовского блестели буквально завораживающим сиянием. - Ребенок... За это и посадить могут. - Проверим! Как только что-то нарою – отзвонюсь! И пока не забыл. А какая тебе выгода с этого Марк? Зачем ты мне помогаешь? - Ты все же не только ребенок, но и дурак, - тепло фыркнул Тишман, - Нет мне выгоды. Я лишь хочу, чтобы один мальчик, который играет в жизнь взрослого мачо, но всё же, порой, столь ранимый, был счастлив. - Ты все еще любишь? – зачем-то спросил Влад. - Да… Но не важно. Это старая история. И она моя. А у вас с Димой своя и я уверен, конец там еще не написан. И точек не поставлено, разве, что первая глава закрыта. Удачи, Владиус... - Влад… Не Владиус. Владиус я только для НЕГО. - Я понял. И Марк ушел. А Соколовский начал думать над тем, как воплотить в жизнь то, что он решил предпринять. *** Меладзе уже целый час объяснял график летних гастролей «Иньяновцам», «БиСам» и, заглянувшей на огонек, Наде из «ВиаГры». Влад не внимал сему действу абсолютно. Он думал. Сейчас Светлов, скорее всего, сидит в коридоре и мобильный при нем. Значит надо каким-то образом позвать этого недоумка сюда, но чтобы он сотовый свой оставил там или отдал кому-то. Только вот кому? Влад перевел свой взгляд на, начавшего что-то доказывать Косте, Бикбаева. Ну да, конечно… Кому он еще может дать свой драгоценный телефон? Любовнику своему! От слова «любовник» Влада передернуло. Ревность снова начала застилать глаза. Ничего… Он с этим справится. Не надо сбиваться с мыслей. Не сейчас… Пока Дима что-то продолжал «втирать» Косте, Влад встал и, пробубнив короткое «я на минуту», вышел за дверь. Так и есть. Светлов сидит на диване, словно сторожевой пес. Соколовский прошелся до конца коридора, постоял там с минуту и, возвращаясь, ударил себя по лбу. - Совсем забыл! Дима просил тебя передать ему сотовый. У него баланс в минусе… Светлов, молча, протянул мобильный. И Влад хотел было обрадоваться и уйти в кабинет, где шло совещание, как: - Соколовский, а ты свой сотовый зажал что ли? - А он меня не просил, а предложить сам я как-то не подумал, - злясь еще больше, Влад скрылся за дверью. Стараясь не привлекать к себе внимания, он уселся позади всех. Достал сотовый Светлова и принялся листать записную книжку. На его не радость там нашлось целых три врача - Светлов что, хронический больной?! Откуда столько медицины?! Но на всякий случай Влад перезабил в свой КПК телефоны всех докторов. Теперь надо как-то отдать мобильник обратно Алексею. Или лучше Диме. Вторая мысль понравилась Соколовскому больше. Не обращая внимания на рядом сидящих, Влад встал и грациозно, словно кошка, прокрался к Диминому стулу. - Это тебе. И скажи своему мальчику, что отдавать ценные вещи незнакомым дядям крайне невразумительно, - Бикбаев, молча, хлопал ресницами, а Меладзе все больше гневался. - Костя, заранее знаю, что ты скажешь. Поэтому сам даю себе пинок под одно место и "утекаю"… Продюсер ни как не прокомментировал ситуацию, а лишь плюнул в сторону. Влад же стремглав покинул комнату. Еще раз взглянул на сидевшего в холле Светлова, подмигнул ему и ринулся на улицу. У него не так много времени, но будь он проклят, если сегодня же не узнает, что за холера постигла его Диму. *** Как только Влад оказался на улице, то сразу набрал Тишмана. В двух словах он обрисовал ситуацию. - Ну и откуда ты узнал телефон этого доктора? – все еще не верил в происходящее Марк. - Из телефонной книжки. - А ее где взял? - У Светлова, где же еще! – с гордостью выпалил Влад. - И он просто так дал свой сотовый? – сам себе не веря, спросил Тишман. - Ага. И еще бантиком Диму обвязал и тоже вручил! - Влад… - Выкрал я телефон, выкрал, Марк. - Ого! - Ради Димы и не та такое пойду, - ни какого веселья, серьезный голос. - Почему? - Он мне нужен. - Зачем? - Чтобы быть вместе. - Для чего? - Я ЕГО ЛЮБЛЮ!!!! – крик в трубке. - И ты в этом сознался наконец-то…. - Да..., - радостно выдохнул Влад, так как теперь и сам знал причину всей этой каши, что заварил, - а теперь к врачу этому чертову!. И идем вместе. Второго шанса узнать, что натворил этот шаман с Димой, не будет! Надо, чтобы всё прошло без косяков! *** Тишман и Соколовский встретились через час в «Макдональдсе». Влад нервно тарабанил пальцами по столу. - Ну, наконец-то! Я так устал тебя ждать! – сказал он только что пришедшему Марку. - Все хорошо, ребенок! Успокойся… - Тишман улыбнулся, и хотел было снова взъерошить волосы на голове голубоглазого чуда, но, вспомнив какой ценой тот их туда нацепил, не стал. - Вот номер этой клиники, - Влад немедля протянул листок с номером телефона, - звони! - Хорошо. Марк, неспеша, набрал нужные цифры на своем мобильном. - Добрый день, вы позвонили в профилакторий «Волна», - раздалось на том конце телефона. - А чем вы занимаетесь? – задал на редкость тупой вопрос артист. - Оздоровлением… - не менее глупый ответ он и получил. - Извините, - Марк положил трубку, - это не по нашей части, - объяснил он Владу. Тот нервно кивнул и дал следующий номер. - Здравствуйте, «Счастливая жизнь», Вероника, я вас слушаю. - Извините, а куда я попал? - В клинику для желающих сделать свою жизнь счастливой и лишенной печалей, - Марк убрал трубку и шепотом сказал Владу, - наш клиент. А затем снова в трубку: - Отлично! Я хотел бы записаться на прием. - Да, конечно. Но, к сожалению сегодня и завтра доктор Загородских занят. Он сможет вас принять только послезавтра. - Это не проблема, а можно пока приехать и, так скажем, получить общее представление о перечне оказания ваших услуг? - Да-да, конечно. Записывайте адрес… Как только Марк закончил говорить, Влад скомандовал: - Едем! Тишман кивнул, и они отправились к машине Соколовского. *** «Счастливая жизнь» встречала этих двух всё теми же светлыми коридорами, что и Диму в свое время. - Сиди тут, а я пойду всё узнаю, - сказал Тишман, оставляя Соколовского в большом холле. Сам отправился к окошку регистратуры. А Влад принялся внимательно изучать помещение, меньше минуты ему понадобилось, чтобы увидеть огромный плакат во всю стену, гласящий именно то, что ранее прочел Дима в газете: «Страдаете? Не можете забыть? Мы поможем! За пять сеансов вы раз и навсегда сотрете воспоминания о том, кто приносит вам боль. Ищите новую любовь и забудьте о старой!» Влад вмиг стал малиновым. - Дурааак ты, Бикбаев! Какой же ты придурок… - провыл Соколовский, так как голова начала работать на полную, и там рождались все новые и новые домыслы о том, как Дима методично стирал воспоминания о Владе. Ну да, это логично и тогда все становится по своим местам… Ясно, почему Бикбаев не помнит «фабрику»… Любовь Соколовского к медведям… Ничего же не помнит!!! Хотелось разнести к чертовой матери эту хибару, но останавливало одно «но»… Панацея для Димы. Она должна быть. Поэтому Влад вышел на улицу, залез в машину и хотел было со всей дури нажать на газ, чтобы понестись по улицам, когда на его дорогое возник Марк. - Стой, Соколовский! Остановись немедленно – заорал он во все горло. Влад ватными руками остановил ключ зажигания, Тишман открыл дверь и ужаснулся. То, что полчаса назад было ярким солнцем, теперь напоминало мертвую мумию. - Ты уже все знаешь, – понял Тишман по бледному выражению лица своего друга. Соколовский ничего не ответил, лишь откинулся на спинку сиденья. - За что? Зачем он так со мной, Марк? Влад плакал. Беззвучно… Просто слезы по лицу. Он не стыдился, того, что не один сейчас. Боль от осознания того, ЧТО натворил Дима, перекрывала все чувства, лишая способности думать и уж точно не до контроля над эмоциями в данную минуту! Тишман не пытался обнять того, кто угасал прямо на глазах… Владу сейчас никто не нужен. - Мы вернем ему память… - лишь тихо проронил Марк. - Он этого не хочет, - замотал головой артист, вытирая рукавом слезы. - А ты, Влад? Ты хочешь? - Я сдохнуть хочу, - сказал Соколовский, и положил голову на руль. *** Весь вечер Марк провел у Влада дома. Тот отключил телефон и долго смотрел в одну точку. Тишман терпеливо ждал, когда первый шок закончится, и Влад начнет действовать. А то, что он начнет Марк и не сомневался. Где-то ближе к двум ночи Соколовский устало потер глаза, посмотрел на Тишмана, который задремал в кресле, и отправился на кухню. Курить. Марк тут же проснулся. - Разбудил? – все тем же мертвым голосом поинтересовался Влад. - Я не спал. - Кофе будешь? Тишман кивнул, и они отправились пить «антисонный» напиток на кухню. *** - Дима специально это сделал. Значит, он хотел этого, - вот уже час они переливали воду из пустого в порожнее. Соколовский хотел и не хотел что-то делать. Тишман терпеливо слушал и при этом ненавязчиво уговаривал его начать действовать. - Влад… Дима жил тобой. Это видели все… - Кроме меня, ты это хочешь сказать? – очередная затяжка и новая боль в синих газах. - Ты пользовался этим, извини, но так было, - Марк знал, что бьет сильно, но кто еще скажет правду этому парню?! Даша? Даня? Костя? КТО?... - Я знаю, Марк, что похерил все сам. - Тогда реши, что ты хочешь? Бороться за Диму или уйти?! Выбор есть всегда. Соколовский отрицательно замотал головой. - Нет выбора. В этом случае нет. Он – моя судьба. И хочется ему или нет, но мы будем вместе! Влад попытался улыбнуться, Марк приветливо кивнул ему в ответ. - Отлично, ребенок! Тогда мужайся! Тебе понадобится много сил. За вас двоих. Но ты выиграешь эту битву. Только пообещай мне не убивать любовь снова. Вам и так повезло, что вы нашли друг друга. Другие жизнь на это тратят. Просто начини ценить то, что дано свыше. Влад кивнул и отвернулся. Очередной ком подкатил к горлу. Вдох-выдох. - Что ты предлагаешь для начала? – спросил Соколовский. - Наверное, я запишусь на прием к этому шаману-врачу. На пробную консультацию, якобы будущий пациент. Посмотрю на доктора этого, узнаю его методику работы. С собой возьму портативную видеокамеру и все запишу на нее. Потом подумаем, как нам это поможет. Ты же… - Марк задумался, - продолжай в своем духе. Наугад, но мы делали верные шаги, вызывая головные боли у Димы и вспышки в его памяти. - Думаю, завтра я снова его огорошу… - задумчиво произнес Влад. - Только не сильно смотри, удивляй! А то он и так уже дерганный чересчур стал! - Сильнее, чем сегодня удивил меня сам Дима, я, при всем желании, не сумею. Марк кивнул. Завтра сложный день. Надо бы и отдохнуть. И пусть у них всё получится. Ведь когда двое любят, им на помощь приходит вся вселенная. В данном случае пока что только Марк. Что же. Уже неплохо. Даже очень неплохо. *** На следующий день, как и было решено, Марк отправился записываться на прием к доктору Загородских, а Влад поехал в продюсерский центр. Сегодня они с Димой, по идее, должны записывать новую песню, на которую в ближайшее время планировался клип. Но до того как прибыть к Меладзе, Соколовский заехал в супермаркет, на склад. Его сегодняшняя затея нуждалась в весьма специфическом дополнении. Получив то, что ему надо и поцеловав за это в щеку девушку-продавца, Влад отправился таки на студию. Легкой походкой он вышел из машины, включил сигнализацию и еще раз критично себя осмотрел: волосы распущены, кудряшки болтаются в разные стороны, на самом черная футболка, в тон ей черные спортивные штаны с белыми полосками по бокам и улыбка до ушей прилагается... - Самое оно, - хихикнул Влад, затем подмигнул сам себе, - шоу начинается! И ты, Дима не актер, ты зритель на этот раз! Доехав до нужного этажа на лифте, Влад еще раз повертел в руках то, то что взял в магазине, а затем словно молния влетел в офис. Меладзе, говоривший до этого по телефону и Дима с Алексеем пившие чай замерли, как вкопанные от увиденной картины. Во-первых, Влад стоял босиком (кроссовки мирно покоились на первом этаже здания). Во-вторых, волосы распущены и взлохмачены. И, в-третьих, его руки держали два куска разорванного картона из под какой-то огромной коробки. А Влад, смеясь и напевая: «Ай, на-нэ, на-нэ, ай на-нэ, на-нэ», принялся кружиться, а потом в два легких прыжка оказался рядом с Димой. - Друг мой, иди ко мне в объятия, я приму тебя всегда! – промурлыкал Соколовский, как тогда… Два с лишним года назад. Бикбаев резко зажмурился. Яркая вспышка в голове… Вот он Влад, в таких же штанах и те же фразы. Это что когда-то уже было? КОГДА ЖЕ? А Соколовский продолжал дурачиться, словно не замечая идущего на него Костю и готового в любой момент ударить по физиономии Светлова. - Вспоминай, Дима! А вы не мешайте! – наконец выкрикнул он. - Что вспоминать, Влад? – начал оправляться от шока Бикбаев. Соколовский подлетел еще ближе и впечатал его в стенку. - Это вспоминай, - горячий шепот у самых губ, - мой голос… Мой запах… И наши с тобой игры. Ты это стер, но все вернется, я обещаю. - Ты - псих! – вырвался из его объятий артист. - Клиника по тебе плачет!- умозаключил Светлов. Влад рассмеялся, а затем в его глазах появился тот самый блеск, который в последнее время не предвещал ничего хорошего. - Отлично, я сумасшедший! А им можно всё! Так что… И не успел никто глазам моргнуть, как Соколовский снова оказался рядом с Бикбаевым - один короткий поцелуй, длившийся меньше секунды. Одно касание губ губами. Затем Влад вылетел за дверь и тут же вернулся, устремившись прямо на разъяренного Светлова. - А теперь объясни ему это! Заставь забыть! Стереть и это из памяти! Но знай, ОН - МОЙ! На этих словах Влад схватил с пола разбросанные картонки и был таков. Костя сел обратно в кресло и схватился за голову руками. Заебали. Оба! - У меня с постоянной сменой состава «ВиаГры» столько проблем не было, как с вами двумя! Даже Приходько ангел, по сравнению с Соколовским.... Он причитал, стонал и совершенно не замечал того, что творилось с Димой. А тот забился в самый дальний угол, закрыв ладонями лицо, испуганно что-то повторял. Светлов хотел было подойти, но Дима его отогнал. - Что со мной? Почему он мне снится? Почему он говорит такие вещи? Кто он мне? Алексей не выдержал и, не слушая крики Димы, потащил его прочь из офиса. - Влад просто сошел с ума. Ты что этого не понимаешь?! – Светлов еще что-то хотел сказать, но Бикбаев его перебил. - Не понимаю! В том то и дело, Леш, не понимаю! И не знаю, почему он мне снится! Почему мое тело ТАК реагирует на него?! Ведь я тебя люблю! Тебя! И Дима обнял его. А мысли вновь улетали к другому, к Владу. Соколовский видел, как Светлов вызывал машину и увез Бикбаева. - Это только начало, друзья мои! – и глаза вновь сияли, - я не перед чем не остановлюсь! Он мой… Влад поехал домой. Он устал. А еще... надо пересмотреть он-лайны с «фабрики». Есть новая идея… Подъезжая к дому, Влад услышал знакомую трель звонка – Костя. Что же… Полагается ответить: - Если к нему не вернется память увольнять меня не надо, сам уйду, - и артист отключился. Про уход – это окончательное решение. Или так или никак. Тут либо пан, либо пропал. *** Два следующих дня Дима и Влад не виделись. У Бикбаева были спектакли в «Луне», а Соколовский, желая себя хоть чем-то отвлечь от мыслей о второй половинке дуэта, поехал за новой магнитолой в машину, а еще он до одури ждал вечера и Марка. Ведь тот сегодня сходил на прием к алхимику и должен был все рассказать. Скорее бы. Время же, как назло ползло медленно, словно черепаха… *** - Ты готов?– начал разговор излишне загадочно Тишман. - Издеваешься, да? Рассказывай!!! - А давай лучше посмотрим… И Марк включил запись. - Добрый день, Марк Тишман, правильно? – спросил темноволосый врач на экране. - Здравствуйте, именно он. - Что привело вас к нам? - Хочу кое-кого забыть… - А точнее… - Алексея Светлова. На этом моменте врач, изучавший взглядом потолок, резко перевал его на Марка, а Соколовский, смотревший на врача уставился на рядом сидящего Тишмана. - Смотри, я тебе потом все объясню, - негромко сказал артист. - Видите ли доктор… Я люблю его еще с «фабрики звезд». Но он словно одурманен Димой. Всегда видел лишь его. А меня – нет. Тут, на днях, он рассказал, как Дима удалил воспоминания о Владе. По-дружески так поведал об этом, и я решил – может и мне тогда? Ведь теперь Алексей точно не ответит взаимностью на мои чувства… Врач слушал, не перебивая, а Соколовский лишь хмыкал. Ну, у Тишмана и фантазия! Сказочник, блин! - Хорошо, я вас понял. Думаю, Алексей не в курсе вашего пребывания тут? - Вы крайне догадливы, Игорь Сергеевич. Ему об этом знать не надо. Загоровских кивнул, а Влад, смотря на это, восхищенно бросил «Охуительно просто!», затем врач на пленке сказал, что занятий пять и завтра первое. Марку необходимо принести вещи, напоминающие об Алексее, и начнется лечение. Конец пленки. - Выходит, курс на все дни он не рассказал? – расстроился Влад. Марк отрицательно замотал головой. - Нет. Это плохо, я знаю. И вот думаю – пойти ли завтра? Но у меня ничего со Светловым не связано… - Не ходи! Это лишнее. Или приди, но устрой там цирк скажи, что еще любишь и не хочешь забывать, затем уйди. Он при любом раскладе Светлову не проговорится. А сама идея про любовь с этим придурком - охренительно, Марк!!! Спасибо, что помогаешь мне. Это бесценно, - глаза Влада наполнились влагой. Тишман боясь, что его синеглазое сокровище снова заплачет, а видеть слез из любимых глаз он не мог, сменил тему. - Расскажи-ка про свои приключения двухдневной давности. Что ты вытворял в офисе Меладзе? - Оу! Это было круто! – Влад засиял, - ты помнишь нашу драку – дуракаваляние с Димой на «фабрике»? *** Новая идея Соколовского требовала не минутного и не однодневного воплощения в жизнь. Тут нужно время, поэтому Влад позвонил Косте и взял отпуск на пару дней. Тот искренне обрадовался, ибо сам уже хотел принудительно отправить младшего солиста на отдых. А Диму он чем-нибудь займет на это время. Главное, чтобы они оба успокоились… *** Марк, обеспокоенный тем, что уже двое суток от Влада ни слуху, ни духу, позвонил ему: - Что случилось? - Ничего. Готовлю сюрприз для Димы. А это отнимает много времени. Марк… Если ЭТО не поможет, то я … - Не отчаешься! И придумаешь еще что-то! Удачи, ребенок! Помни – твое счастье в твоих руках! - А как у тебя дела? - Сбежал я от этого лекаря. В тот момент, когда он присоединил ко мне кучу проводков и начал задавать вопросы об Алексее, а сам присел за компьютер. Влад, я не трус, но испугался. Все же это страшно… Удаление это. - Да. Черт, Дима, - Соколовский опять представил, ЧЕРЕЗ ЧТО прошел его любимый. - Все будет хорошо, Владик. - Я верю в это, а сейчас извини, продолжу свои дела…, - и он «отключился». *** Соколовский появился в офисе Меладзе ближе к вечеру. Хмыкнул, заметив, как за ним настороженно следят три пары глаз. И пошел в сторону Светлова. - Приглашаю тебя с Димой посмотреть кино. Я буду с Дашей. Бикбаев как-то странно улыбнулся, а Светлов кивнул. Ведь, по сути, это означает белый флаг. - Мы придем! Где и когда? - К нам с Дашей в гости к пяти. Запиши адрес. - Я его помню, - подал голос Дима. Влад из последних сил постарался казаться равнодушным к этой фразе. - Мы же за тобой заезжали, когда ты в прошлый раз на самолет опаздывал, забыл? – истолковал его молчание по-своему Дима. - Да-да, конечно! И Соколовский пошел к Косте, так как у последнего были к нему вопросы по работе. Часть плана «А» выполнена. Теперь нужен Марк. Для реализации второй части затеи. *** - Ты гений, и я с тобой! – это все, что сказал Тишман на предложение Соколовского. *** Дима с Лешей, как и обещали, подъехали к пяти к дому Соколовского и хотели, было, позвонить, но к ним подскочил неизвестный мужчина. - Парни! Ну же, вы два! Помогите, а?! На секундочку! Там у меня просто кошмар! - Дим, я сейчас. Бикбаев кивнул и Алексей ушел. Зато из подъезда вышел Влад. - Привет еще раз, - искренне улыбнулся он. - Привет, - ответная улыбка. - Может, уже пойдем? - Нет, я Лешу подожду. - Поднимайтесь, давайте. Я слышал, там Даша что-то прямо фантастическое приготовила и будет весьма расстроена, если прямо сейчас не увидите этот шедевр! А я вместе с Алексеем поднимусь через пять минут, - прямо на них шел Марк и сиял своей уверенностью и неподдельной искренностью произносимых слов. Влад снова закивал головой, поэтому Диме ничего не оставалась, как послушаться этих двоих и пойти в квартиру. А Тишман остался внизу поджидать Светлова. Как только Бикбаев зашел в квартиру, голова стала снова кружиться. - Проходи в комнату, присядь, - улыбнулись синие глаза. - Хорошо. Дима настолько ушел в себя и свои болевые ощущения, что не сразу заметил, что Гарнизовой здесь и в помине нет. Мало того… Никаких аппетитных запахов с кухни не чувствуется, а ведь Марк говорил о вкусном ужине. Влад же, зная о том, что времени у них мало, включил DVD. - Думаю, ЭТО можно посмотреть и без наших с тобой половинок, - на последнем слове Соколовский сделал особый акцент. Бикбаев ничего не ответил, потому что уставился на экран. А там заиграла музыка из «Живого цветка», без слов… Одна лишь чудесная музыка и на экране пошли отрывки с «фабрики». Вот Влад и Дима только едут туда, затем они в «звездном доме»…. Теперь вдвоем готовят первые номера, дальше разговор про номинации и те самые «штаны на лямках», а вот и она… Кульминация! Птичка, а за ней и драка. Влад все это сделал сам. Два дня монтировал, вспоминал те счастливые дни. И теперь очень ждал реакции Димы на это видео. Что же…. Вот и она. Реакция… - Выключи немедленно! – закричал во всё горло Бикбаев, - Это монтаж! Этого не было! Я не верю! Соколовский до этого стоящий и улыбающийся, ведь это было почти последняя надежда, словно «с катушек слетел»! - Что ты сказал?! Не веришь?! Монтаж?! Дима! Ты в этой клинике все мозги выкурил, нахер! Но я тебе их верну! В два прыжка Соколовский подскочил к Бикбаеву, схватил его за руку и потащил на улицу, даже не давая надеть обувь, сам же бежал в домашних тапках. Как только они вышли из дома, Соколовский все также силой поволок Диму к своей машине, которая была припаркована прямо под носом. Дима ничему не сопротивлялся. Он сейчас явно был не в себе. Впрочем, как и Влад. Последнего обуревала ярость, перемешанная со злостью и безграничной обидой на Диму, а еще не менее сильной любовью к нему же. Они сели в машину, а Светлов, всё ещё слушавший Марка, увидел перепуганного Бикбаева. Но было поздно. Влад включил ключ зажигания и, посмотрев на сидящего рядом Диму, выпалил: - А теперь гонки! Экстрим! Не природный, Димочка! А дорожный! Ты вспомнишь все! Я обещаю. После этих слов Влад включил громко песню, которая играла у него на протяжении всего этого времени и они помчались... По машинам плывем, По теченью дорог Мы без прав за рулем И мартини глоток Нарушаем опять Превышаем- дай пять Нас уже не догнать Нас уже не поймать Я тебя люблю, улыбайся чаще Я тебя люблю, солнце светит ярче Я тебя люблю, и не беспокойся Я тебя люблю, мы не разобьемся Никогда Никогда Никогда Ловят нас все посты Перекрыты шоссе Все машины ГАИ Все у нас на хвосте По покрышкам стрельба Я целую тебя Досчитаем до ста Будем прыгать с моста.. Они должны выехать на трассу. Срочно. Нужна скорость. Тогда он все вспомнит. Дима еще сильнее вжался в кресло, когда Влад вновь и вновь обгонял машины и, словно сумасшедший, включал «на автомате» одну и ту же песню. В голове мыслей ноль. Один страх… Только вот совсем не за себя, а за этого упертого парня. За Влада. Непонятно откуда, но прямо на них, вырулила огромная фура. - Влааааад!!!! – закричал Дима, прежде чем… А в салоне так и играла музыка… «Я тебя люблю, улыбайся чаще… Я тебя люблю, солнце светит ярче… Я тебя люблю, и не беспокойся… Я тебя люблю, мы не разобьемся… НИКОГДА!!!» *** Голова нещадно болела, руки саднило. Влад пришел в себя первым. Одному только Богу известно, как они не разбились. В последний момент Соколовский резко развернул руль, и они съехали с дороги в поле. Влад сильно ударился головой об руль. И всё. Темнота перед глазами. Соколовский, опомнившись, принялся тормошить Бикбаева. - Димка! Любимый!!! Прошу тебя, очнись!!! Дима медленно открыл глаза, затем начал лихорадочно ощупывать себя и стараться выбраться из ремня безопасности, но руки дрожали и совсем не слушались своего хозяина. - Давай помогу! – обратился к нему Влад. - Не трогай меня! Не приближайся! – закричал Дима, - Не лезь ко мне! - Больше не буду, Дим. Честно. С этого дня я вне игры. Давай только довезу тебя до больницы, дальше наши пути расходятся. Было видно, что Бикбаев ему не верит. - Дай хоть из машины помогу выбраться! Дима еле заметно кивнул, и Влад протянул к нему руки. *** Теперь они стояли посреди зеленого поля и смотрели друг на друга. - Влад, ведь раз я все стер, то хотел тебя забыть, - тихо сказал Дима. - Да, это так. И хотя я порядочная сволочь, все же я тебя люблю. - А я люблю Лешу, - Бикбаев лгал, но ум твердил: ТАК НАДО. А сердце заткнулось. Соколовский поднял на него обреченные глаза, затем кивнул и пошел прочь. За машиной приедут. Дима жив - здоров и сам доберется. Но Бикбаев его догнал. - Ты же обещал до больницы проводить! А сам уходишь! Соколовский еле заметно улыбнулся, и они, молча, пошли на дорогу, ловить машину и ехать обрабатывать раны. *** Влад уже закончил свое обследование, а Димино только началось. Соколовский достал свой мобильный, набрал на нем Марка. - Пусть Светлов приезжает за Димой. - А ты? - А я ухожу. Проиграл. - Адрес назови, Влад. Вот за это Влад и считал Марка отличным другом. Ничего лишнего. Пунктуален и молчалив когда надо. Соколовский еще раз посмотрел в ту сторону, куда ушел его Дима и тихо прошептал: - Я стану твоим ангелом, Дим… А затем уехал из больницы. *** Прошла неделя, которая превратилась в пытку для Влада. Совместные выступления, раздача интервью на тему аварии и прочее. При всем при этом полное равнодушие со стороны Бикбаева. Теперь Соколовский В ПОЛНОЙ МЕРЕ почувствовал на себе то, что Дима терпел месяцами. Пустоту. Когда, одновременно, все есть и ничего нет… А вечерами Влад, как и пообещал, становился ангелом для своего зеленоглазого. Тайно он сопровождал Алексея и Диму. Поодаль. Шел за ними. Сидел в тех же кафе, заходил в те же магазины. Но держался на расстоянии. Сердце любило и болело. Ему было плевать на все обстоятельства. Оно жило по-своему закону. А сам Влад уже ни во что не верил. Он уйдет из группы. Скоро… И уедет из страны. Хотя бы на время. Только через день…Или еще через день. Только еще немного побудет рядом со своим… С Димой. *** Сегодня был теплый летний денек и Дима с Алексеем уже часа два гуляли по старинным улочкам Москвы, когда в одном из переулков к ним подошла компашка совсем не трезвых парней. - Эй, пацан! Сигаретку бы, а?! – обратился один из них к Светлову. - Я не курю. - А он? – указал на Диму. - И он тоже! Светлов двинулся дальше, крепко взяв Диму за руку. Это не осталось незамеченным для «ребят из соседнего двора». - Эй, пацаны! Да это два педрилы! Ты глянь на них! Влад даже не понял, кто первым сказал: «мочи, врежь им!» Он лишь увидел, как здоровый бугай несется на ЕГО Диму с кулаками, поднятыми вверх. Соколовский в ту же минуту выскочил из своего укрытия и побежал вперед. - НЕЕЕЕЕЕЕЕТ! – во все горло закричал он и ринулся в бой. Влад из-за всех сил ударил парня поддых. Тот отлетел. Но на помощь первому громиле пришла и вся его команда. - Откуда тут третий?! - Он Коляна вырубил! Пизди его! А Соколовский уже дрался с другим, Светлов тоже не отставал, Дима тоже отбивался от, вновь подоспевшего к нему парня. Увидев это, Влад бросился Бикбаеву на помощь и получил удар сзади. А потом еще один. И еще… И тут Дима закричал: - ВЛАД!!!!! – а пред глазами побежали стоп-кадры: «фабрика» - поцелуи украдкой, Египет – первая ночь, гастрольный тур – маленькое счастье на двоих, первый скандал - измены Влада, Даша – равнодушие Соколовского, поход к доктору Загородских - потеря воспоминаний и изменившейся Влад, как итог всего этого… Абсолютно вся мозаика сложилась воедино. Соколовский его любит!!! Да так, как Диме и не снилось!!! Поняв это, Бикбаев изо всех сил побежал на того парня, что наносил удары его любимому. - Отпусти его, тварь! Спустя пять минут бой закончился. Парни удирали, испугавшись милиции. Влад сидел на асфальте и держался за голову, попутно стирая кровь с лица. Перед глазами все плыло… - Вызови «Скорую», немедленно. – попросил Дима Светлова, а затем обратился к Соколовскому, - Любимый мой… Владиус… Соколовский, превозмогая боль, поднял свои небесные глаза на Диму… - Ты вспомнил? - столько надежды в этих двух словах и такое долгожданное в ответ: - Да, Владик. Я все вспомнил. Я люблю тебя. Только тебя! Влад кивнул и встал на ноги, подошел близко-близко к Диме и обнял его, как раньше. Крепко-крепко. - Мой… - прошептал он ему и положил голову на плечо. *** - Парни, да вы оба в рубашках родились! Неделю назад автомобильная авария, теперь это. И целы! Но обследование все же пройдите, а то мало ли… - изумлялся врач в больнице. Дима кивнул ему и уставился на Влада. В глазах Бикбаева при этом кристалликами бриллиантов застыли слезы. - Мы придурки, Сокол! Надо было отбить мне память, а тебе почки, чтобы понять, что мы все так же любим друг друга! - Дима… - устало-счастливым голосом произнес Влад. - Да, Владиус? - Поцелуй меня… И Дима, кивнув, наплевав на всех, кто есть в коридоре, прижался губами к сухим, но таким любимым губам. Это был самый-самый их поцелуй. - Люблю, - выдохнул Влад. - Люблю, - отозвалось эхом. - Хочу… - И я! Но не сейчас… Вот выйдем из больницы и тогда… Влад кивнул и снова потянулся за поцелуем. И плевать на всех, кто окружает их в данную минуту, на их косые взгляды. НИКОМУ из них неизвестно, ЧЕРЕЗ ЧТО прошли эти двое. *** Через несколько часов обследование было закончено. Влад и Дима сдали все нужные анализы, обоим дали необходимые медикаменты и отправили по домам, с уговором, что при головокружениях они снова вернутся. На повторенное обследование…А на выходе из больницы их ждали Алексей и Марк. Светлов отделался парой ссадин и выглядел «огурчиком». Марк подошел к Владу и обнял его, а затем Диму. - Мои придурки, - ласково произнес Марк, - если он, - Тишман посмотрел на Бикбаева, - еще раз пострадает по твой вине… Эх!!! Смотри у меня! Бикбаев кивнул. Светлов, молча, наблюдал за всем этим. Ему нечего было сказать. Да и что тут скажешь?! - Пошли домой, - счастливо улыбнулся Влад, и Дима ему, в который раз за день, радостно кивнул. Сегодняшний вечер и ночь они проведут вместе. И, поверьте на слово, им сейчас никто не нужен. Ведь они есть друг у друга. Что может быть дороже? *** Как только за ними захлопнулась дверь, и ребята оказались наедине в квартире, Влад, все еще не веря в происходящее, обнял Диму за талию и прижал как можно ближе к себе. - Мой…., - хотелось кричать о своих чувствах, переполняющих душу, но с губ слетал лишь легкий шепот. Пьянея от одной только возможности целовать самые-самые губы на свете, Соколовский буквально сходил с ума… От счастья. - Как же я долго ждал всего этого… Дима… Хороший мой… МОЙ, - выдохнул Влад. - Твой… Или ничей, - кивнул Дима. И тут Влада словно осенило, руки тут же потянулись за диском. Пара мгновений и вот по квартире разнеслась мелодия… «Живой цветок». - Пусть теперь это будет наша песня. - А ты станешь верным на глоток? – улыбнулся Дима. - Я постараюсь, - серьезно ответил Влад, - ведь я так люблю тебя и… Я хочу показать свою любовь! После этих слов Соколовский принялся бережно раздевать своего молодого человека, покрывая поцелуями все новые и новые открывающиеся участки его тела. - Ты позволишь? – спросил он, восхищенно глядя на обнаженного Диму. Бикбаев лишь кивнул и Влад опустился на колени перед ним...В этот раз все было по-иному. Они, словно, узнавали друг друга заново. Ни каких вспышек дикой страсти, как прежде... Лишь любовь и нежность, обволакивающие собой двух юношей. Они наслаждались каждым мгновением этого волшебства. Кожа к коже, глаза в глаза. Был один мир. На двоих. Одна любовь на двоих. В этот момент Дима и Влад верили, что и жизнь - она тоже… Одна на двоих. *** Счастье не может длиться вечно. Возможно, это фраза и верна, но она слишком жестоко напомнила о себе Владу. Не прошло и трех дней после того, как они с Димой обрели друг друга, как…Очередное утро. Влад проснулся от того, что Дима вскочил и принялся лихорадочно одеваться, периодически натыкаясь на различные предметы в комнате. - Что с тобой? – спросонья спросил Соколовский. - А? – испуганно отозвался Бикбаев. - Дим, почему и куда ты собираешься? - Мне надо уйти! Что я тут делаю?! Лешка же меня дома ждет… После последней фразы Влад тут же слетел с дивана. Сна ни в одном глазу! - Что ты сейчас сказал?! Повтори!!!! - Ну… Светлов меня ждет! Я же ему обещал, что после концерта, - Дима замолчал, - я ничего не помню. Что было после концерта?! Соколовского начало трясти от этой фразы. Опять не помнит?! И какой концерт к дьяволу?! Они все это время из постели не вылезали!!! А затем его… словно осенило: - Дим, а что было вчера? - Мы с тобой пели в клубе, а потом я уехал к Леше… А дальше не помню. - И все? - Да. - А драка? - Какая? Когда? С кем? Влад закрыл лицо руками. Черт… Бикбаев опять беспамятный. Все к черту похерилось! - Осторожно двери моего сердца закрываются следующая остановка – пошло все нахуй! Проще говоря, уходи, Бикбаев! Выметайся!– нет, Влад не кричал при этом, он говорил. Но крайне сухо и громко. Дима испуганно взглянул на него и был таков. Соколовский же, услышав звук захлопнувшейся двери, ушел на кухню и закурил. А затем со всей силы ударил кулаком по стене, так что костяшки заломило от боли. Надо кое-что выяснить… - Марк, это Влад! Скажи мне телефон этого алхимика! Да, того, который лечил Диму. Срочно! *** Вечер того же дня. Клиника «Счастливый день», кабинет доктора Загородских. - Все что вы рассказали, Влад, очень интересно для меня, как для врача. По теории память к Дмитрию не должна была вернуться ни при каких условиях. Но… Бывают исключения. Видимо это одно из них… Однако как это произошло? - Он испытал сильный шок, когда недавно мы вдвоем попали в потасовку, и завязалась драка. А затем Дима увидел, как меня избивают и как сам сказал позже, в тот момент что-то в голове щелкнуло. - А ему тогда досталось, тоже били? - Били, - тяжело вздохнул Влад, - а еще мы в аварию попадали на той же неделе. - Видимо этим и было вызвано то, что он все вспомнил. Новая встряска мозга и гипер сильные эмоции!!! Но шок прошел и воспоминания стерлись. - То есть, проще говоря, Диму теперь все время надо до истерик доводить, чтобы он хоть ненадолго восстанавливал все в памяти, так что ли? - Не факт, что снова сработает. Но может быть вы правы… - Доктор…У меня здоровья не хватит все время так калечится, да и Бикбаев до крышки гроба допрыгается раньше, чем ему 25 лет исполнится!!! Загородских надолго задумался, а затем выдал: - Впрочем, у вас с ним есть еще вариант. Но не думаю, что вы согласитесь на него. Вариант этот рискованный и я не уверен, что он сработает. Просто ваш случай единичный. ТАКОГО в моей практике не было, так что чем черт не шутит… Может быть… - Говорите, что там у вас. Я слушаю, - не задумываясь, выдал Влад. *** Марк метался, словно раненый зверь. Четыре дня ни слуху ни духу от Соколовского… И это далеко не все! Вчера Тишман был в продюсерском центре и узнал, что его голубоглазый Ангел расторг контракт с Меладзе и ушел из «БиС». Константин отказался от комментариев по этому поводу, и тогда Марк подлетел к Диме, схватив его при этом за грудки. - Что ты натворил с ним?! Ты же мне обещал! Забыл? Неизвестно что бы случилось дальше, но к ним подскочил Светлов. - Марк, выйдем на минутку… Алексей рассказал про то, что Дима вновь без памяти. Голова шла кругом. В это не хотелось верить. А еще стало ДИКО, чудовищно страшно за Влада, который знал всю правду… - Голубоглазый мой, умоляю… Только не сделай глупость! Тишман держался за голову, вспоминая этот день… Где теперь искать Соколовского?! Что с ним? В этот самый момент раздался звонок. Марк тут же ответил. - Где ты, Влад?! Дальше он замолчал, так как заговорил Соколовский. Но от каждого сказанного им слова хотелось стать как можно меньше, а затем и вовсе превратится в молекулу. Или, как вариант, застрелится. Но нельзя. Надо быть сильным. Надо поддержать Влада и поэтому… - Я с тобой, Влад. Можешь положиться на меня. Я уже еду! *** Через два часа. Парк культуры. По нему прогулочным шагом идут Влад, Марк и… Игорь Сергеевич. - Спасибо что пришли, Марк. Вы очень поможете этим Владу. Он прошел уже три занятия. Это четвертое. Остается еще шесть. - Почему больше, чем у Димы? – интересуется Тишман. - Потому что я ПОЛНОСТЬЮ СТИРАЮ ЕГО ИЗ ПАМЯТИ, - вступает в разговор виновник этой встречи - Влад. - А тебе не страшно? - Страшно дальше так жить, Марк. А так… я полагаюсь на волю судьбы. Если она захочет, значит, мы будем вместе с Димой вопреки всему, а если нет… - Соколовский пожал плечами, - я пытался все вернуть, сам сочинить, корректировать наши жизни, но не вышло. Так что теперь и я хочу забыть. Стереть его из памяти. Начать сначала. Марк молчал. Внутри вспыхивала и снова гасла волна протеста, но… Влада надо поддержать. Сейчас он как никогда нуждается в этом!!! - Я с тобой… Соколовский кивнул в знак благодарности и продолжил говорить:. - Завтра самый тяжелый день. Видео с «фабрики» будем смотреть. Дима их тоже видел, когда стирал воспоминания обо мне... А что там дальше я не знаю. Мне страшно, Марк. Тишман взял руку Влада и сжал его ладонь. - Ты сможешь. И если ваш путь един, то какими вы бы дорогами не шли, вы выйдете на него. И если судьба едина, она вас тоже еще сведет. Влад? - А? - А ты решил, что будешь делать дальше? Ведь ты ушел из группы… - Что делать? Научусь играть на трубе… Это моя мечта… И Влад впервые за день улыбнулся. Марк отразил его улыбку, а внутри затаилась глухая и ноющая боль. Это далеко еще не конец. Он в этом уверен. Такое ощущение, что у этой истории, в принципе, нет конца. По крайней мере на этом она не закончится. И сейчас надо просто быть рядом. Только так. А что там дальше? Об этом они подумают завтра. И Марк еще крепче сжал ладонь Влада. «Можно стереть любовь из памяти. Выкинуть из сердца - это уже совсем другая история…» Прошло две недели после ухода Влада из группы. Сегодня последний день существования дуэта «БиС». Дима больше не появится в продюсерском центре братьев Меладзе, он больше не выйдет на сцену и не запоет: «Я твой или ничей». А еще, Дима больше не увидит смешного и порой такого нелепого Влада Соколовского… Вот от последней мысли было неимоверно больно. А почему Бикбаев даже не знал. Соколовский пропал. Исчез. Нет, родители, конечно, знали, что их сын жив/здоров, но на связь не выходит. Ниточка к Владу - Марк. Со всем миром он общался через него… Дима, грешным делом, даже решил, что тот теперь его парень… Однако… Что-то мешало окончательно в этом увериться. А сегодня Бикбаев убедился в своей правоте. Тишман догнал его на выходе из продюсерского центра. - Это тебе. Не уверен, что память вернет. Но пусть будет… Протягивает коробочку с диском. - Диск ты этот уже смотрел. Это клип, который смонтировал для тебя Влад. Но ему он теперь не нужен. - Почему? – любопытство на Димином лице очевидно. - Влад стер тебя из памяти. Да-да, как и ты в свое время, он побывал в той клинике. - Стер? – переспросил не веря Дима. - Да. Только с одной разницей. Влад тебя СОВСЕМ не помнит. И «БиС» забыл. Ты, дурак, Дима. Нет на свете человека, который бы любил тебя сильнее, чем тот, для кого ты теперь НИКТО. Выиграв, вы оба проиграли. Живи теперь счастливо со Светловым, а про Соколовского пусть тебе напоминает лишь этот диск. Бикбаев слушал, а глаза наполнялись слезами. - Марк… - Чего? - Адрес… - Чей? - Той клиники. Дай мне его! Тишман пожал плечами и продиктовал. Есть! Супер!!! Именно этого он и хотел! Дима САМ спросил адрес врача! Чудесно! А теперь надо к Владу. Тот скоро придет, теперь уже в их дом, с занятий по игре на трубе. А Марка дома нет. Не порядок… *** Дима уже час сидел в кабинете доктора Загородских и пересматривал видеозаписи своего лечения. И воспоминания снова частично возвращались к нему. А из глаз крупными горошинами капали слезы. - Доктор, ну почему?! Почему все так? - Потому что судьба, - пожал плечами Загородских, - знаете, Дмитрий, я НИ ОДНОМУ пациенту подобные записи не показываю. Но поскольку к вам уже не первый раз память вернулась, то… - У вас ведь есть идея, как нам с ним снова быть вместе, так? – перебил его Бикбаев. - Да. И Влад с ней согласился, теперь решать вам… - В чем ее суть? – мгновенно отреагировал Бикбаев. - ПОЛНАЯ потеря памяти. Воспоминаний друг о друге. У ОБОИХ! А потом как карты лягут… Видите ли, Дима, вы с Владом не попадаете ни под одну категорию моих пациентов. Вы оба любите и оба любимы. Вы – либо моя чудовищная ошибка, как врача, либо гениальная находка. Поэтому я и предложил опробовать свою теорию на практике. Мы полностью сотрем Влада из вашей памяти и, если судьба решит, то вы встретись… - И начнем все сначала? – надежда в голосе. - Да! Без упреков, обид, без желания что-то вернуть. Все с чистого листа. И чем черт не шутит, может и память вернете… Видя, как загорелись глаза у Димы, Игорь Сергеевич тут же уточнил: - Но это теория. Вы можете отказаться. Бикбаев тяжело вздохнул. - Не могу, потому что любовь не выбирают. Влад когда-то забрал мое сердце и видимо уже не вернет назад. - Да и вы его сердечко тоже не особо торопитесь ему возвращать, как я посмотрю, - грустно улыбнулся врач. - Вы угадали. Но мне страшно. Москва большая… - Дим… Любовь, она наааамного больше, чем Москва и, если надо, она вас и в Акапулько и на Северном полюсе найдет. Доверьтесь вашей мечте, и все будет хорошо. Бикбаев кивнул. - Хорошо. Я согласен ПОЛНОСТЬЮ Стереть Влада из памяти. Так же как Соколовский, я отдаюсь в руки судьбы. Будь, что будет. Я верю в свою мечту. Я верю в нас, в меня и Владиуса. А в голове заиграла далеко не новая песенка когда-то очень популярного дуэта… Я знаю точно, что не зря Столько думаю о тебе Я знаю, ты судьба моя Так решено.. Я знаю ты поймёшь меня Лучше всех и ответишь мне Хоть никогда, мы не встречались с тобой Но я не знаю где ты, Прости, мне это… Пусть так нелепо любить мечту Я обойду полсвета, Ты, помни это И всё равно я тебя найду! *** Спустя два месяца. Дима возвращался с очередных проб - в цирк, так как решил испробовать себя в роли воздушного гимнаста. Но как только там слышали о полном отсутствии опыта – показывали на дверь и еще как-то странно смотрели, словно пытались понять: он или не он?! Сегодня Бикбаев был в цирке на Цветном Бульваре. И, о чудо! Сказали, что подумают. Нет, это было далеко еще не согласие и тем не менее... На душе сразу стало как-то светлее. Кстати, в театре Дима пока больше не появлялся. Не то, чтобы не было желания. Тут что-то иное. Страх? Да, скорее всего, он. Беспричинный и всё же…Поэтому Дима НАКОНЕЦ-ТО решил осуществить мечту детства – стать воздушном гимнастом. А что?! Может и получится… Не удивительно, что даже по ночам ему снились полеты. А еще какой-то парень. Его лица Дима не видел. Но помнил голос… А волосы... Они длинные. До плеч. И этот призрак снов держал Бикбаева за руку, когда тот отрывался от каната и летел в бездну... *** Дима спустился в метро, зашел в вагон и поехал, все так же витая в облаках, мечтая и паря над землей. Затем поднялся на эскалаторе и хотел, было, выйти, как его ноги буквально приросли к земле и не желали двигаться дальше. Музыка… Волшебство звуков… Какой-то длинноволосый парень играл в переходе до ужаса знакомую мелодию. Люди шли не оборачиваясь, спеша по своим делам, кто-то хотел кинуть монетки музыканту – но некуда, этот парень не поставил емкость для сбора денег, давая тем самым понять, что это все для души, а не для заработка.. Дима подошел к нему ближе и остановился как вкопанный. Во-первых, сама мелодия… Где он ее раньше слышал? А вот вторых этот парень… Откуда он его помнит? Ну да, конечно. Он же из сна! Из Диминых грез… - «Сам тебя на веки отпустить Просто по неосторожности Я мог... Вчера...», - напел Бикбаев… Трубач перестал играть и поднял глаза на Диму. Бикбаева словно ударило током. Какие же необыкновенные глаза у музыканта глаза… ярко-синие и невыносимо печальные. - Ты знаешь эту мелодию? – удивился синеглазый. А Дима молчал. Этот голос… Он тоже из сна. Кажется, это похоже на сумасшествие. - Эй! – улыбнулся синеглазый, - ты в порядке? - Ты играй и тогда со мной все будет хорошо, - наконец произнес Дима. Парень хмыкнул и снова заиграл. А Дима слушал и слушал…. Он растворялся в этой музыке…. Таял от каждого аккорда… Он просто ею жил, а еще он, втихаря, наблюдал за трубачом. *** Марк уже десять раз подошел к окну и вернулся обратно к дивану. Влада все нет! А ведь темнеть начинает! - Курица-наседка я, не иначе, - улыбнулся он сам себе. Два с лишним месяца они жили вместе с Владом в квартире Марка. Ну, вместе - это громко сказано. Так, проживали друг с другом. Марк занимался тем, что писал тексты песен для различных популярных исполнителей и выступал ведущим на вечеринках и корпоративах. А вот Влад… Он ходил на курсы по игре на трубе и писал стихи… И всё .Пока – всё. Главное табу в их доме было одно – интернет. Иначе, чем черт не шутит… А все должно произойти естественным путем…. То есть на то будет воля судьбы, а не ютуба… Он появился неслышно. Или Тишман слишком глубоко ушел в себя. А Соколовский пулей влетел в комнату и повис на друге. - Марк! Дружище! - Тише, тише, ребенок! Что случилось? - Я сегодня познакомился с таким офигенным парнем! Ты даже не представляешь насколько это круто! Тишман сразу посерьезнел. Ну, конечно… Такие, как Влад долго не могут быть одни и ждать встречи, которая не факт, что произойдет… тем более, что он и не помнит о ней… - И как его зовут, парня этого? – Марк задал самый, что ни на есть, логичный вопрос. - Черт, не поверишь… Но я забыл спросить. Но важно не это. А он сам… - Он что-то говорил тебе такое особенное? - Нет! В том-то и дело, что он молчал. А еще слушал, как я играю. Мы договорились завтра встретиться там же. Странно… - Что странно? - Да вот все это странно! Мне почему-то казалось, чтобы было интересно с человеком – с ним надо говорить о чем-то и достаточно много. Спрашивать, самому рассказывать о себе, например. А с этим парнем мы молчим и мне хорошо. И еще как-то спокойно, что ли. Марк заулыбался. Похоже, Влад влюбился с первого взгляда. И даже сам себе отчет не отдает в этом. Что же... Значит на то судьба. - Марк, а самый прикол знаешь в чем? - М? - Он знает текст моей любимой мелодии. - Которая без названия?! - Да. Он напевал ее, хотя и не помнит, откуда знает слова... На этой фразе Тишман осел. Неужели так быстро? Или может это просто поклонник «БиС»? Разве так бывает? Он закрыл лицо ладонями. Если это, правда, то пусть скорее наступит завтрашний день. - Влад, пригласи этого парня к нам в гости. - Уже. Он завтра придет! Хоть бы это был Дима! Пусть сказка станет былью! Пусть... *** Утро следующего дня Дима ждал еще с вечера, с того самого момента как расстался с голубоглазым незнакомцем. И откуда такая тяга к нему? Вот бы весь мир замер, хоть ненадолго, а тот парень все играл и играл на трубе… Дима закрыл глаза. Воображение тут же начало выдавать сумасшедшие картины… - Просто у меня давно никого не было, наверное, как-то так, - грустно выдохнул актер. С Лешей у них ничего и не получилось. Потому что не было чувств, не хотелось ровным счетом ничего, и Диме надоело мучить парня своим равнодушием. Месяц назад Светлов съехал от Бикбаева. С одной стороны конечно хорошо, что не надо изображать любовь, а вот с другой…. Одиночество снова забирало парня в свои цепкие сети, и вырваться из них становилось нереальным. Спасал лишь сон и тот нереальный парень из него. Резко зажмурившись, Дима «отключил» воспоминания и посмотрел на настольные часы – пора в метро, к парню из сновидений. Бикбаев даже не шел, он бежал. Только перед станицей метро он умерил свой шаг, дабы восстановить дыхание. Наконец он спустился в переход. Синеглазый трубач уже играл… опять знакомую мелодию. Дима подошел и присел рядом, хотелось слушать и понять – откуда он ее знает?! Синеглазый парень оторвался от трубы и заулыбался Бикбаеву. - Ты все-таки пришел? – немного смущенно произнес он. - А ты думал, что я не приду? – улыбнулись зеленые глаза. - Я этого боялся, - слишком честно и крайне открыто признались синие. Дима не нашелся, что ответить и поэтому... - А меня Дима зовут. - Влад! Точнее Всеволод, но больше люблю, когда Владом называют, - снова сиял трубач. - Владиус, значит… - пробормотал Бикбаев и в тот же миг уставился на трубача. Тот тоже смотрел на него. Оба не понимали, что происходит. Почему одно слово вызывает такой непонятный ступор?! - Черт, резко как-то голова заболела, - грустно произнес Влад, - у меня это часто бывает. Сам не знаю почему. - У меня та же фигня, - кивнул ему в ответ Дима. - Марк говорит, что это пройдет, когда я влюблюсь, - хихикнул музыкант. - Марк? – переспросил Дима, держась за голову, так как та начала трещать по швам просто неимоверно. Это имя… Тоже до боли знакомо… - Парень, с которым я живу… - А, понятно… - протянул Дима и отвернулся в сторону. Ну да, у такого, как Влад, кто-то есть. Это вполне логично. - Эй! Ты чего?! Он мне как брат! Мой старший брат, который взял опеку надо мной. Бикбаев тут же развернулся, а в глазах появилась надежда… - И девушки нет?! – Бикбаев решил пойти ва-банк. А там… Чем черт не шутит! - Неа… Слууушай, - тут же сам себя перебил трубач, - пойдем, прогуляемся, поговорим, а потом ко мне! На чай! Дима кивнул. Влад тут же убрал в футляр трубу и, протянув руку Диме, заулыбался как-то уж совсем по-детски, очень искренне. *** - Помнишь, ты сейчас в метро спросил, есть ли у меня девушка? Так вот… Нет никого. Просто… Ты только не смейся, ладно?! Вот уже два месяца ко мне во сне приходит кто-то. Лица не видно. Только он сам… Сидит, слушает, как я играю и молчит. Как ты вчера. Я при виде тебя вообще из реальности выпал. Думаю - словно тот парень из моего сна!!! Дима и сейчас молчал. В горле ком. В голове только одна мысль - так бывает? Невозможное возможно? Чтобы сниться друг другу?... А еще поражала откровенность этого парня… Сам же Дима понял – влюбился. Да так, что дух захватывает. - И вот, идем мы сейчас с тобой, я все говорю, а ты слушаешь… И почему-то больше ничего и не хочется. Ведь и так уже все классно! Дима улыбнулся и негромко произнес: - Ты мне тоже снился… - Шутишь?! – глаза трубача загорелись нереальным сиянием. - Да какие могут быть шутки, друг мой?! Ты держал меня за руку… Не давал мне сорваться вниз. - Я тебе и сейчас не дам, - вполне серьезно ответил Влад и обнял Диму. Однако, спустя пару секунд разжал объятия, словно его ударило электрическим зарядом. - Рядом с тобой Дима я становлюсь психом! Блин, ну не может же быть такого ощущения, что я раньше тебя обнимал. И не раз! Бикбаев молчал. Это касание… Что-то подобное уже было… - Может, это только нам снилось? Большего объяснения я не вижу… Влад улыбнулся. - Пошли уже чай пить. Заодно у Марка спросим, что все это значит. *** Тишман готовился к приходу гостей и все равно волновался… А если Дима вспомнит все сразу, а Влад нет? А вдруг наоборот? И, наконец, может это и не Дима? В общем, мозг плавился и Марк вместе с ним… Но в дверь позвонили…. Тишман пошел открывать. На пороге стояли Влад и Дима. Последний за прошедшие два месяца сильно не изменился. Разве что волосы высветлил. Стоят оба, счастливые. А разве так бывает? - Добрый день, - поздоровался Марк с ребятами. - Это Дима, а это Марк. Тишман кивнул, а Бикбаев молчал. Даже с места не двигался. - Что с тобой? – забеспокоился Влад. - Можно я присяду? – ели слышно спросил Дима. Марк запаниковал. Так и есть… На Бикбаева давят воспоминания. Еще бы! Натворили дел мальчишки, а теперь разобраться не могут! Да и Марк тоже играет в этом спектакле! Но надо сыграть до конца. Чем он хуже Димы?! Подумаешь, в «Луне» не играл! Тем временем Бикбаев уже сидел на диване и с интересом осматривал квартиру Тишмана. А Влад ушел готовить чай. Пару минут спустя принес всё в комнату… И принялся раскладывать сахар, «на автомате» положив Диме три кусочка и сильно-сильно размешав. Бикбаев снова хлопал ресницами, находясь в полном недоумении происходящего. Да. У него уже давно был «пунктик» перемешивать чай долго-долго, но откуда об этом знает Влад? И что именно три кусочка? Может он без сахара вовсе пьет. А трубач даже не спросил, словно был уверен в том, что делает все правильно. А вдобавок ко всему этому в голову пошла какая-то картинка. Смутная… Дима на кухне, в руках две чашки и он делает чай.. Или думает что делает, так как его руки кто-то держит и... руководит ими? Нервничая еще больше, он опрокинул чашку. - Прости меня, Владиус… От последней фразы занервничали все трое. А затем Соколовский убежал на кухню за полотенцем, а Бикбаева умоляюще посмотрел на Тишмана. - Я ничего не понимаю…Такое ощущение, что все повторяется. Только что именно и почему – не знаю. Марк загадочно кивнул, а затем улыбнулся. - Ты не думай, а живи. Чувствуй… И делай лишь то, что советует сердце. После этих слов он еще раз сверкнул улыбкой и покинул комнату. Глупые мальчишки… И до ужаса влюбленные… Смотреть на это было невыносимо приятно и тяжело одновременно, так как свое сердце заныло. Марк давно посадил его на замок, однако сейчас оно болело. Но все пройдет. Главное, чтобы Влад был счастлив, и, видя его сияющие глаза, Тишман готов был поклясться. Да. Теперь все будет хорошо. Эти двое должны быть вместе. Это предначертано свыше. Остается, лишь ждать, что там будет дальше. *** Теперь все казалось вполне понятным и закономерным. Дима даже не сильно удивился, когда узнал, что его берут в цирк на Цветном! Высота купола манила, страх полета ушел в никуда и он учился… Парить.... А Влад сидел внизу, в зале и наблюдал за ним… И Бикбаев знал, что он не упадет, не сорвется. Ведь есть тот, кто удержит. Ни во сне, а наяву. Все шло просто замечательно, но спустя неделю… Соколовского к себе вызвал отец для какого-то очень важного разговора. Марка не было в городе, и Влад упросил Диму поехать с ним. Родители трубача жили загородом, но ребята даже не доехали до дачи. В пятистах метрах от нее на дорогу выбежала светловолосая девушка и начала лихорадочно размахивать руками. На ней не было лица. Соколовский в ту же секунду остановил машину и побежал на помощь к юной особе женского пола. Дима сразу её узнал. Она - девушка Влада!!! Пусть бывшая, но все же… Пока Соколовский что-то ей говорил, Бикбаев со всей силы держался за голову. Фразы эхом доносились из неоткуда… «Я ее люблю, слышишь, ты?! А мы – это одна сплошная ошибка!» Вышел из машины. Голос Даши. - Опять ты с ним? Надолго ли это?! Влад ничего не понимал, зато Дима…«Уж лучше бы ты меня ненавидел!!!» «От ненависти до любви, Дим, шаг всего один! А я этого не хочу… И словами «Иньяновцев» - « а мне все пофиг»…» Даша кричала еще громче, а перед Димой, картинка за картинкой, возникали воспоминания… Влад отращивает волосы, авария на трассе, драка, стирание всех воспоминаний о Соколовском. Глаза наполнялись слезами. Ведь Влад ничего не помнит. А к Диме вновь и вновь возвращаются воспоминания. И теперь он, Дима, должен помочь Владу все вспомнить. Осознав эту простую истину, Бикбаев, не колеблясь ни секунды, ступил вперед. И с вызовом уставился на Дашу. - Да, мы вместе, и у нас все хорошо, - на этих словах он шмыгнул носом, подмигнул Владу и приник к его губам. - Ничего не вспоминаешь? Соколовский замотал головой. Тогда Дима снова поцеловал. - А так? Влад улыбнулся: - Ничего на память не приходит, но процесс нравится. И он обвил руками талию Димы, также плюнув на исходящую злобными криками Гарнизову. *** Марк готовил речь для очередного корпоратива, когда раздался звонок в дверь. Наверное, это Влад… Забыл, как обычно, сотовый дома. - Ребенок… - тепло улыбнулся Тишман и открыл дверь. На пороге стоял взъерошенный и промокший под, недавно начавшимся на улице дождем, Дима. Он был похож на цыпленка. - Я войду? - шепотом спросил он и Марк кивнул. Не спеша, сняв обувь и также медленно стянув мокрую куртку, Дима проследовал в комнату. - А Влада нет,- уточнил Тишман, полагая, что именно к нему пришел Бикбаев. - А мне его и не надо, - пожал плечами Дима. Марк удивленно поднял брови вверх, а затем кивнул. - Тогда, ты ко мне, я полагаю? - Я почти все вспомнил, Марк, - тут же выпалил артист, - мы вчера с Владом ездили к нему на дачу. Так и не доехали, зато встретили Дашу. Она начала орать и истерить, что крайне ей свойственно. И от происходящего у меня картинки перед глазами забегали очередными стоп-кадрами. Тишман улыбнулся, а затем поднял руки вверх. - Я знал! Знал, что вы сможете! Влад тоже все вспомнил? - Нет. Только я… Но врач ведь и говорил, что память ко мне возвращалась Уже не раз. Надо, чтобы вспомнил Влад. А ещё… Прямо фантастическое желание – вспомнить и не забывать. Тишман покачал головой. - Этого вам уже никто не гарантирует. Но ты видишь, как все нелегко и просто, когда отпускаешь боль и хочешь стереть любовь? До того, как Влад встретил тебя в метро, ты ему снился. А тебе грезился он. Знаешь, если к Соколовскому вернется память – перестаньте размениваться на мелочи. И забейте на всех. Важны только вы! - Ты удивительный человек, Марк. Спасибо, что ты есть, – и Бикбаев крепко-крепко обнял их с Владом общего друга. Теперь они снова поменялись ролями с синеглазым Чудом. Один все помнит и должен помочь вернуть память второму. Дежа-вю? Может быть… Но если через день они все забудут, то те два поцелуя не в счет. И старт возьмут очередные пятьдесят первых поцелуев. *** Утром следующего дня Дима проснулся с полнейшим осознанием того, что было вчера и позовчера тоже. Память его не подвела. А это значит - можно, наконец, осуществить то, что он задумал. У него нет месяца и нет даже недели, чтобы вернуть память Владиусу. Есть только этот день. Ведь завтра и он сам может снова все забыть. Так что пора действовать! *** Влад весь день провел в метро, играя на трубе и поджидая там Диму … Но тот словно в воду канул: ни слуху, ни духу. А сотовый - «не абонент». Соколовский даже позвонил Тишману спросить: не знает ли тот, где Дима? Но Марк как-то загадочно ответил, что скоро Влад сам все поймет, и еще раз напомнил, что сегодня Соколовский не должен опаздывать на ужин, так как Марк покажет какой-то важный текст. - Какой мне текст, когда Дима пропал… - сокрушался Соколовский. Но Тишман уже отключился. *** Идти вечером домой не хотелось, но раз пообещал Марку, то надо. Влад не спешил, даже поднялся не на лифте, а пешком, чтобы оттянуть «момент истины». А затем открыл дверь... Квартира его встретила обволакивающей стеклянной тишиной. - Марк, ты тут? – ответа не последовало. Влад пожал плечами и, сняв обувь, отправился в комнату. Как зашел, то сразу замер, а ноги приросли к полу. На диване, свернувшись клубочком, лежал Дима. Он казался таким беззащитным, но, как только Влад подошел ближе и присел на краешек дивана, «клубочек» ожил и протянул руки к Соколовскому. Он обвил его шею руками и потянулся за поцелуем. Ни грамма нежности – страсть, да такая сильная, что у Влада заложило уши. Затем Дима принялся стягивать футболку с Соколовского, попутно продолжая покрывать его лицо поцелуями. - Дима? Куда ты так спешишь?! – сказать, что Влад был удивлен, значит - ничего не сказать. Но Бикбаев лишь загадочно улыбнулся и продолжил свои действия, и тут Соколовский отбежал от него в сторону. - Постой… Я боюсь. У меня еще не было… ну… с парнями, - щеки синеглазого пылали. Бикбаев был готов к такому ответу. - Не бойся. Я помогу тебе. Дима подошел к Владу, взял его руки в свои: - Доверься мне. Не надо думать, не надо видеть. Надо чувствовать...На этих словах Бикбаев достал из кармана своих джинс повязку и завязал Владу глаза. - Верь мне, - тихо-тихо на ухо. - Верю, - едва слышно в ответ. После этих слов Дима принялся раздеваться. Сняв свою футболку, он положил руки Влада себе на грудь. Влад хотел их убрать, но Дима не дал. - Не бойся… - снова повторил он. Соколовский кивнул и тут же сглотнул. Страшно… Но внутри его самого уже пылал пожар. А еще… Начало надвигаться совсем другое чувство. Все ЭТО уже когда-то было. Это ему не кажется. И Влад на ощупь принялся расстегивать ремень на джинсах Димы, затем пуговицу, вжикнула молния, и брюки упали на пол. Бикбаев переступил через них и потянулся к штанам Влада. Те же незатейливые движения - и эти брюки постигла та же участь, что и Бикбаевские… Дима притянул Влада к себе и снова поцеловал, углубляя поцелуй, и отрываясь только на долю секунды... А у Влада перед глазами начали бежать стоп-кадры: «фабрика звезд», сауна: нет камер и там они одни. Влад и Дима!!!! Целуются… Воздуха не хватает, но сил оторваться друг от друга и того меньше. Чем ярче становилось воспоминания, тем сильнее Влад сжимал Диму в своих объятиях. А тот не сдержавшись, повалил его на диван и принялся лихорадочно покрывать тело все новыми и новыми поцелуями. Влад выгибался под его ласками и умолял не останавливаться. Все это напоминало безумие. А под темной повязкой, глаза видели… Яркие картины прошлого… Их первая ночь. Влад, как никогда, тогда боялся. Он не был … с парнями до этого. А Дима был запредельно нежен. И целовал-целовал-целовал… Влад осел на диване, не снимая при этом повязки, а Бикбаев тут же спустился перед ним на колени и потянул вниз белье. - Дима… - Тише… Чувствуй… У Соколовского перехватило дух, а перед глазами продолжали нестись стоп-кадры. Нереальные ощущения. Тело жило само по себе, а разум существовал отдельно. После того, как Дима поднялся с колен, он опрокинул полулежащего Влада на спину, накрыв собой. И это ощущение, оно ТАК… знакомо. Когда кожа к коже и страсть обжигает, да с такой силой, что внутри все зашкаливает от напряжения! А дальше… Их уносило. В мир страсти и безграничной любви. При этом Влад так и не снимал повязки. Он жил лишь чувствами, как и просил его Дима. Снова и снова целуя того, кто был для него всем миром не только сейчас, но и впредь! *** - И почему я не додумался до такого, когда ты потерял память в первый раз? – удивлялся находке своего парня Соколовский, лежа с ним на диване и перебирая его волосы на макушке. - Наверное, потому что мозг у нас в паре - я, друг мой, - в обычной своей поучительно-ироничной манере пояснил Дима, и они оба звонко рассмеялись. - Я боялся Влад, что ты ничего не вспомнишь. И сейчас и когда шел удалять все воспоминания, - слишком серьезно тут же сказал Дима. - Но я все могу забыть в любой момент, как и ты, - с ноткой вселенской грусти вставил свои пять копеек Соколовский. - Да… Поэтому мы и должны жить всегда только сегодняшнем днем и.. - Любить!!! А не тратить жизнь на ссоры и обиды, - закончил за него Соколовский, - иди же скорее сюда! Я так по тебе соскучился! Что хочу снова и снова обнимать, целовать, быть с тобой! - А ты помнишь, что я люблю, когда мы ВОТ ТАК вместе? - Если что и забыл, то наверстаю. Впереди у нас еще вся ночь, - сияли лучезарным блеском глаза цвета неба. - И вся жизнь, кстати, тоже, - отвечали им изумрудные глаза. И не согласиться с ними обоими было нельзя. *** Марк сидел в кабинете Игоря. - Думаешь, они усвоили урок? - Я в это верю! Тишман улыбнулся, а затем спросил у Загородских: - Ты уже приступил к диссертации на тему этого феномена? - Нет, не поверишь, но я решил ее не писать! Вместо этого мне предложили набросать сценарий о любви двух ребят, которые потеряли память, но вернули и не только ее, но и любовь. Съемки будут проходить заграницей! Марк удивленно захлопал глазами. - А кто в главных ролях? Неужели о мужской любви нам снова поведают Джим Керри и Эван Маккгрегор, как это было в феврале этого года? - Нет. Актеры из России, - отрицательно покачал головой Загородских.. - Не может быть! – крайне удивился Тишман. - Может! Этим двум давно пора перебраться в Штаты и начать делать карьеру мирового уровня, не боясь при этом косых взглядов в свою сторону. - Дима, наверное, нереально счастлив от этой мысли, - искренне засиял Марк. - Да, но знаешь… Я думаю, он куда более счастлив, что Влад теперь его любит и не боится этого показывать. Проявлять ВСЕ чувства, что ТАК долго копились в нем… Марк улыбнулся и тихо выдохнул. А Игорь встал со своего кресла и подошел ближе к Тишману. - Может, и ты, наконец, о себе подумаешь, а? Добрый, ты наш, Фей…После этих слов он погладил по щеке самое миролюбивое и светлое лицо на свете… - А разве ты не...? - Женат и при детях? - Игорь снял кольцо, - Нет. Это для Димы было сделано... И еще для пары моих пациентов. Некая история о семье, детях. На самом деле я одинок. Но очень надеюсь, что встречу своего человека. Тишман улыбнулся при этих словах. - Как знать. А может, уже встретил? Игорь отразил улыбку Марка и приник к его губам в самом первом и самом трогательном поцелуе.