Money

Яростные языки пламени неустанно пожирали ветхую крышу. Душераздирающие крики проникали в самое сердце, а собственный, едва слышимый хрип вызывал нервную дрожь. Широко раскрыв глаза, мальчик заторможенно наблюдал за разваливающейся крышей. Еще немного — и кровля вот-вот обвалится. Но, вовремя очнувшись, он резко, в самую последнюю секунду отпрыгнул вбок, на сухую колючую траву. Откинувшись на спину, юноша учащенно задышал, чувствуя, как со лба стекает холодная капля пота. "Боги, еще чуть-чуть…" - Чудовище! - пронзительно закричал вдалеке старческий голос. Недоуменно повернув голову в сторону издаваемого звука, бледный как смерть юноша озадаченно склонил на плечо голову, невольно тряся длинными волосами. После того, как Ли Хэпин вернулся, он проинструктировал девушку насчёт приема лекарств, которые выписал лекарь, объяснил дальнейшие обязанности, правила монастыря, наказал перед сном обязательно помолиться Будде, и, в конце концов, пожелав доброй ночи, ушёл. Из-за продолжительного чтения нотаций, трансмигранка захотела спать, так что она, не слишком долго сопротивляясь, отдалась объятьям Морфея. И сейчас попаданка лежит на покрытой пеплом земле, смотрит на полыхающий огонь и слушает сумасшедшую бабку. Неужели она вновь куда-то перенеслась? Или это какой-то изощрённый кошмар? Встав с колен, девушка решительно повертела головой, внимательно осматривая окружающее пространство. И то, что она увидела, ей не слишком понравилось. Сожжённые деревья, охваченные пламенем дома, кричащие от ужаса люди и она, находящаяся прямо в центре происходящего. И что ей теперь делать? Осмотрев свое тело, девушка пришла к выводу, что ее душа все ещё в Мэй Фу. Значит, ей все-таки придётся говорить о себе в мужском роде и привыкать к изменениям в организме. Печально вздохнув, она задумчиво потерла единственным чистым пальцем лицо. Зрение к ней вернулось, глаза не болели, и, в целом, чувствовала себя девушка вполне сносно. Система не отзывалась, но об этом можно было подумать и позже. В первую очередь ей следует покинуть опасную территорию и решить, что делать дальше. Приняв решение направиться вслед за толпой, которая в страхе бежала в сторону леса, Мэй Фу задумалась, вернее, задумался, о том, как ему отсюда выбраться и что ему потом делать дальше. Ведь насколько мальчик помнил, он заснул, следовательно, то, что он сейчас видит, должно быть сном. Но все выглядело настолько реалистично, что поверить в иллюзию было несложно. - Эй, смотри куда прешь! - мимо пробежал толстый мужчина, грубо толкнув массивным плечом задумавшегося ребенка. Мысленно показав ему вслед средний палец, попаданка с грустью посмотрела на свои короткие ноги, но это не помешало ей ускорить темп, ибо быть съеденной чудовищем, о котором кричат на каждом углу, не слишком-то и хотелось. Неожиданно перед ее лицом выросла небольшая преграда, из-за чего она, не успев вовремя притормозить, споткнулась и проехалась нежными коленками прямо по камням. С праведным гневом подняв взор на свое препятствие, Мэй Фу на секунду опешил, потому что врезался он в маленького ребенка, и вся его ругань, которой он только приготовился разразиться, испарилась. Четырёхлетний малыш захлебывался от рыданий. И с надеждой смотрел ему в глаза. Убожество. С отвращением на него посмотрев, синеглазый мальчишка невозмутимо отряхнул испачкавшиеся штаны и рванул вслед за людьми. Пробежав уже достаточно много, он со вздохом замедлил темп, остановился и, развернувшись, побежал в обратную сторону. Быстро найдя взглядом потерявшегося ребёнка, юноша цепко схватил его за тонкое запястье и с силой повел за собой. Однако мальчишка внезапно начал упираться, и из всего потока его невнятного бормотания, перемешанного с рыданьями, Мэй Фу понял, что этот ребенок просит его вернуться за матерью, которую придавило упавшей балкой. Закатив глаза, Мэй Фу приподнял брови, безмолвно спрашивая, куда идти. Раз уж решил помочь, то придётся помогать до конца. Мигом развеселившийся мальчишка радостно тряхнул кучерявой головой и направился к ближайшему дому, по пути ловко перепрыгивая через разбросанный мусор. Еле поспевая за ним следом, попаданка мысленно вздыхала, проклиная себя за столь несвойственную ей благотворительность. Ребенок привёл ее к старому, полуразваленному дому, который вдобавок ещё и горел. — … "Малец, ты серьёзно думаешь, что я войду туда внутрь?" - с оттенком презрения подумал Мэй Фу. Но, к счастью, заходить в это ветхое здание девушке не пришлось: кучерявый мальчик провел ее к заднему двору хижины, где среди раздробленных камней, брёвен и досок лежала старая женщина. Немного удивившись ее возрасту, синеглазый перевёл свой взгляд на увечья, украшавшие тело старушки. Присев рядом с ней на корточки, Мэй Фу приложил два пальца к шее, пытаясь прослушать пульс. Потому что в том, чтобы нести мертвое тело, мальчик не видел смысла. Выяснив, что женщина жива и относительно здорова, не считая пару глубоких царапин, юный спасатель аккуратно перевернул ее на спину, попутно освобождая от различных веток и досок. Мэй Фу легонько шлепнул пострадавшую по щеке, призывая очнуться, но та никак не отреагировала на столь беспардонное действие. Не зная, что ещё можно сделать, мальчик задумчиво уставился на лежащую рядом женщину, совсем забыв про мальчика. А тот со всей своей внимательностью наблюдал за его действиями. Хоть в физическом плане он и проигрывал, но свою мать готов был защищать до конца. Если бы Мэй Фу смог прочитать его мысли, то только бы закатил глаза, ибо ему было совершенно наплевать и на эту женщину, и на этого глупого маленького плаксу. Он вообще до конца так и не понял свой альтруистический поступок. Это было совсем несвойственно его характеру, и если бы в прошлом он увидел подобную картину, то лишь насмешливо прошел бы мимо. Однако пока есть более насущные проблемы: надо выбираться отсюда поскорее, поскольку затихшие крики жителей этой деревни стали уже неслабо настораживать попаданку. Мэй Фу неторопливо повернул голову в сторону леса и с нарастающим ужасом уставился на разбросанные кучи безжизненных тел. Окровавленные трупы жителей деревни ломаными куклами валялись на обгоревшей земле. Мальчик перевел взгляд чуть дальше и увидел множество туманных силуэтов, стремительно выходящих из-за стволов деревьев. Сердце на секунду замерло, дыхание замедлилось, и так не вовремя дрогнувший голос крикнул стоящему рядом мальчишке: - Бежим! Подхватив на руки раненую женщину и ни капли не волнуясь об ее удобстве, синеглазый мальчик, бешено крутя головой, искал самую высокую постройку в этом захолустье. Огромное количество фильмов о зомби доказало, что стоять на месте в разгар нападения мертвецов - не самая лучшая идея. К счастью, смотровая площадка нашлась довольно-таки быстро и, не теряя больше ни минуты драгоценного времени, дети изо всех своих сил побежали к ней. Мэй Фу, стараясь не обращать внимания на отвратительный запах разложения и гари, стрелой залетел в здание и, бросая женщину на пол, напряженным голосом велел ребенку подниматься наверх. А сам принялся оперативно баррикадировать дверь всем, до чего только его слабые руки могли дотянуться. Устало взмахнув пот со лба, девушка сосредоточенно пыталась вслушаться в звуки с улицы. Кроме яростных рычаний и чавкающих звуков она смогла уловить хриплый шепот, умоляющий о спасении, совсем рядом, под дверью. Любопытство всегда было ее слабой стороной, поэтому хоть она и не особо собиралась помогать какому-то неудачнику, но посмотреть за страданиями другого человека не отказалась бы. Найдя небольшую щель в стене, Мэй Фу с невозмутимым видом сел на четвереньки и с интересом склонил голову к дырке. И то, что он увидел, заставило его злобно рассмеяться. С искренним весельем, вытирая подступающие слезы, мальчик с легкой издёвкой произнес: - Карма настигла. Дело в том, что тем несчастным, которого вот-вот должны сожрать обезумевшие мертвецы был грубый толстяк, не так давно толкнувший Мэй Фу. Впрочем, спустя несколько секунд юноша о нем забыл, повернувшись к пожилой женщине, которую уже с видимым трудом поднял на руки и направился вслед за ее сыном. Башня была не слишком высокой – четыре этажа, но попаданке и этого хватило, чтобы без сил рухнуть рядом с ребенком, который озабоченно стал порхать вокруг него и своей матери. Лениво отмахиваясь от навязчивой заботы плаксы, попаданка с отрешенным лицом встала и оперлась трясущимися руками о деревянные перила. Подняв голову, она уставилась в ночное небо. До рассвета оставалось совсем немного.