Расстройство (Disorder)

      Питер был спокоен, сидя напротив Мэй в шаурмичной. Расслабляло то, что у него был изначально план поесть вне дома, вместо того, чтобы его застали врасплох приглашением и он бы потом не думал о последствиях во время переедания. Он уже мысленно выбрал, какую еду закажет и сколько калорий съест. Это избавило его от тревожности и страха перед чем-то неизвестным.       Тони предложил всегда оставлять место на всякий случай или просто ради удовольствия. Ему надо было есть две тысячи калорий, чтобы терять один фунт в неделю, но если он съел бы две тысячи четыреста пятьдесят калорий, которые бы поддерживали его вес, то в этом не было никакого вреда, особенно, когда он занимался спортом. Если бы он съел чуть больше двух тысяч, это бы не «испортило его диету», это бы просто сократило его дефицит. Точно также было бы, если бы он съел две тысячи четыреста пятьдесят — это не помешало бы его прогрессу, а сделало бы его наоборот более достижимым, потому что он не загонял себя в рамки мысленно. И, если он по какой-то причине съел бы больше этого, он знал, что ему не нужно расстраиваться и поглощать в себя десять тысяч калорий, только чтобы это точно того стоило. Он взял бы себя в руки и вернулся бы на правильный путь, не ступая на черту переедания, вины, и наказания. — Поговори со мной, Питер. Ты сегодня молчишь, — Мэй посмотрела на него с надеждой в глазах.       Питер пожал плечами. Он всегда молчал, пока ел, и, кроме этого, о его жизни было не так много чего рассказать, так как он был уверен, что она наверняка не хотела слушать о школе, а когда он рассказывал про зал или Тони, она вела себя странно. Питер не считал себя скрытным человеком, но он тщательно выбирал то, чем будет делиться с Мэй, потому что большинство вещей её напрягало. Разговор о том, что он подумывает отложить учебу, не прошел очень хорошо, а когда он рассказал ей о том, как Тони проводил его домой, было тоже неловко. Он не мог себе представить, что будет, если она узнает о порезах или его ненависти к себе. Они существовали друг с другом в сложном танце, пытаясь не задеть чужие чувства словами, но когда Мэй перестала разговаривать на темы, которые были неприятны Питеру, и когда Питер не говорил то, что могло бы расстроить Мэй, осталось почти ничего, что они могли бы обсудить. — Ну, не знаю, — пытался Питер, — Как ты? Как дела с твоими коллегами?       Мэй засмеялась, — Всё прекрасно.       Питер кивнул. Так мило. — Ты вообще занимался йогой с Тони? — Нет, — ответил Питер, — Я не знаю, хочу ли ходить на групповые занятия. По крайней мере, сейчас. — Может, после того, как твои занятия с ним закончатся, ты будешь ходить со мной и девочками?       Питер приподнял брови. Тони сказал, что его членство работало во всех спортзалах, но он думал только о том, что Мэй придет к нему, а не наоборот. Он не был уверен, что хочет пойти в другой спортзал. Не только потому, что ему нравилось быть независимым от Мэй, но и потому, что он чувствовал себя преданным спортзалу, в котором он начал, и к людям, которые приветствовали его с самого начала. Даже после того, как его занятия с Тони закончатся, если бы он продолжил ходить в прежний Железный Фитнес, то у него, по крайней мере, была бы возможность видеть Тони время от времени. — Как вариант, — сказал Питер, — Но мне нравятся сотрудники в моем зале, так что я не знаю, хочу ли поменять его. — Хорошо, — сказала Мэй, — Ничего страшного… Не хочешь рассказать мне о них побольше? — Ну, там есть Баки. Он классный и у него рука из металла.       Мэй удивилась, прямо как Питер и ожидал, — Рука из металла? Ты сейчас шутишь. — Нет, — Питер покачал головой, — Смотрится очень круто. — Вау. — И есть Тор… Его немного трудно описать, — Питер поджал губы, размышляя, — Он почти два метра ростом, раскачанный и с британским акцентом, но он один из самых приятных парней, который я когда-либо встречал.       Мэй улыбнулась. — А у тебя в спортзале есть кто-то классный? — сказал Питер. — Просто инструктор по йоге. Её Шавасана буквально всех усыпляет, — Мэй удивленно покачала головой, — Клянусь тебе, она будто гипнотизёр или что-то в этом духе. — Хм-м.       Питер записал всё, что он съел, в заметках на телефоне, чтобы потом он смог легко переписать это в свой дневник. После нескольких недель его ведения, он всё ещё хотел делать это на бумаге. У Питера в голове были числа, сколько нужно есть для дефицита калорий и просто для поддержания веса, и он становился всё лучше и лучше в вычислении калорий, поэтому сделать выбор, который бы оставил его довольным, но и не сбил бы с правильного пути, было просто.       В целом обед прошел хорошо, и он приятно провел время с Мэй, но он мог видеть, как легко было вернуться к старым привычкам. Он едва осознал, что он делает, когда потянулся за остатками еды на тарелке Мэй: там было несколько кусочков фалафеля¹, лаваша и немного картошки фри. Он одернул себя, и его шея вместе с лицом залились румянцем. Он был рад, что Мэй в этот момент не смотрела в его сторону, но ему всё равно было стыдно.       Он посмотрел на еду и понял, что она составляет около ста пятидесяти калорий, и это бы добавилось к его общему количеству. Питер нахмурился, когда подумал, сколько калорий он наел за все эти годы, только доедая за другими. После того, как эта мысль пришла ему в голову, он понял, что ничто ему не грозит, если он съест это. Необязательно было испытывать отвращение к тому, что он делал, но осознать свой выбор и последствия потакания своим желаниям заставило его разочароваться в том, что он не обратился за помощью ранее.       Он был рад, что официант подошёл забрать их тарелки, потому что это значило, что ему больше не надо было смотреть на них. — Как вам еда? — спросил мужчина, многозначительно смотря на Мэй. — Всё было чудесно, спасибо. — Неплохо.       Питер поморщился, когда парень не ушел и спросил, не хочет ли Мэй десерт за счёт заведения. Он старался не обижаться на то, что его об этом не спросили. — Куда бы мы ни пошли, — вздохнул Питер, — И как ты это делаешь? — Ты о чем? — К тебе всегда клеятся, — Питер покраснел, — Ты даже… Ты даже нравишься Тони после того, как он один единственный раз увидел тебя. — Ну, не знаю, Питер, — Мэй поерзала на стуле, — Я бы не хотела, чтобы они все это делали, мне некомфортно.       Питер ничего не сказал. Не то чтобы он был зол на Мэй, но было больно думать о том, что его никто не хотел. Никто никогда к нему не клеился.       После этого морального удара, то, что он не доел за Мэй, казалось ещё большей победой.

***

      После прогулки с Тони во вторник Питер почувствовал, как они окончательно поладили. Это было грустно, так как подходил конец их общего времени, но Питер, наконец, привык к своей рутине в спортзале и вне него и ему стало легче с Тони. Ему по прежнему было неловко рядом с этим мужчиной, но отпускать это чувство становилось все легче и легче, так как Тони даже и близко не давал повода, чтобы подорвать к нему доверие.       Питер понял, что теперь меньше концентрируется на выражении своего лица и о неподходящих ракурсах, и больше на технике упражнения и положении своего тела. Это был сложный путь, но он начинал чувствовать себя в большей безопасности в спортзале. Это было во многом связано с тем, что он понимает, что он делает и для чего. Для Питера знание действительно было силой.       Даже когда Тони поднимал более щепетильные темы или поправлял его — будь то положение тела, негативная самооценка, или неправильное представление, что такое диета — он не чувствовал стыда или будто его ругали. Было также приятно, что Тони не обращался с ним чересчур бережливо: он был тактичным, но не боялся поднимать разные вопросы, боясь случайно задеть его чувства. Питеру нужен был твердый, но справедливый подход, он мог признать, что он был чувствительным и ценил то, что Тони изо всех сил старался общаться с ним деликатно.

***

— Итак, у меня есть хорошие новости, — начал Питер. Он поднялся на ноги с гребного тренажёра, который был нужен для кардиотренировок, и Тони собирался повести его к стойке для приседаний, так как он уже освоил все базовые упражнения, которые они прошли. — Ты купил дополнительные занятия?       Питер фыркнул, — Я сказал хорошие новости.       Тони прижал руку к сердцу, — Ай.       Питер не стал уточнять, что эта шутка не была оскорблением. Если бы он купил дополнительные занятия с этим мужчиной, это стало бы отличной новостью.       Тони рассмеялся, когда Питер жестом велел ему угадать, — Выиграл в лотерею? — Я недостаточно взрослый, чтобы играть в азартные игры. — О, да, — сказал Тони, — Э-э-э… Ты сдал какой-нибудь тест на отлично? — Ну, да, но нет. — Тогда ты выиграл. У меня больше нет предположений. Какие новости?       Питер не был уверен в том, стоил ли ему вообще говорить это, потому что не хотел, чтобы его поздравляли каждый раз, когда он воздерживался от какого-то кусочка пищи, но это была цель, которую он поставил с Тони, поэтому он решил, что мужчина хочет об этом знать. — Я ходил есть с Мэй, — объяснил Питер, — И я даже не думал, что делаю, но хотел доесть за ней, а потом я понял, что творю, и остановился. Я знаю, что это не такое уж и большое достижение, но я… — Пит, ты шутишь? Не оценивай себя так низко, — Тони поднял руку, чтобы дать ему пять, — Это впечатляет. Сложно остановить себя, особенно когда ты делаешь это на автомате. — Да? — Питер торжествующе дал Тони пять. — Серьезно, я благодарю тебя за то, что сумел сдержать себя, — похвалил Тони, — Особенно в зависимости от того, что это было. — Это была шаурма.       Тони расширил глаза, — О, черт, возьми, мы, наверное, должны были сразу это обговорить, потому что сейчас ученик в значительной степени превзошел учителя. Даже я не знаю, смог бы я так.       Питер наклонил голову. Он был уверен, что Тони преувеличивает степень важности, но все же ценил это. Ему никогда не казалось, что энтузиазм Тони — это насмешка. — Спасибо, Тони. — Конечно. — Я тут подумал, может, когда я теперь лучше разбираюсь в калориях и числах, я смогу включить что-то новое в свой распорядок дня?       Питер старался не показывать этого, но он всё никак не решался спросить Тони об этом. Он знал, что казалось нелепым то, как он был уверен насчёт того, что он умеет считать калории и соблюдать диету, хотя с момента последнего переедания прошла всего пара недель, но, тем не менее, он преодолел свою тревожность по этому поводу. Если бы Тони подумал, что он не готов, он бы просто сказал это, и Питер его понял бы, потому что думал точно также, если честно. В его голове всегда была мысль о том, что каждый новый день может стать новым срывом, но что-то подсказывало ему, что Тони будет поддерживать его.       Тони провел пальцами по бородке, — Ты уже как месяц здесь и только-только начал работать с дефицитом. Ты уверен, что хочешь так быстро поднять планку? — Ага, — решил Питер, — Да. Даже если я просто узнаю больше информации об этом всём, я применю это на практике позже. Я хочу, чтобы у меня было в арсенале как можно больше инструментов, потому что ты же не собираешься обучать меня всему вечно.       Питер знал, что всегда была вероятность того, что он мог ошибиться и объесться, или даже впасть в приступ компульсивного переедания — он стал более четко понимать разницу после разговора с Тони об этом, — но знать больше о питании было бы неплохо, независимо от того, в каком месте пути похудения он сейчас был.       Тони ухмыльнулся, — Когда ты начинаешь заниматься чем-то новым, тебе действительно нравится погружаться в это, да?       Питер улыбнулся, — Не знаю. Мне просто нравится учиться чему-то. — Хорошо, ты меня убедил, — отметил Тони, — Мы поговорим об этом чуть позже. — Классно, — Питер встал возле стойки для приседаний и стал ждать дальнейших инструкций. — Подвинься, это не парковочная зона, — пошутил Тони, — Я покажу тебе, как надо, а потом ты попробуешь.       Питер хихикнул. Тони, наверное, шутил так, по крайней мере, дюжину раз с тех пор, как они начали тренироваться вместе. Но это всё равно было забавно, сколько бы раз мужчина это ни повторил. — Ты знаешь, — начал Питер, — есть суровый² контраст между этим упражнением и тем, что мы делали перед этим.       Тони усмехнулся и начал ему показывать. Наблюдение за Тони, поднимающим тяжести, всегда затыкало Питера.       Мужчина был прав насчёт Питера: тому нравились числа и научный подход, и он был талантлив в учебе, и поэтому изучать здоровье и фитнес для него было важно. Уменьшение эмоциональной привязанности Питера к еде и изменение нездоровых привычек должно было стать ключом к его успеху, и полдела состояло в том, чтобы знать, как это сделать правильно, и именно здесь Тони мог ему помочь. Тони должен был дать только всё необходимое для этого, а остальную часть тот должен был сделать сам.       Питер был рад, что Тони дал ему возможность узнать больше об этом. Он схватывал всё на лету, и, следовательно, ему быстро становилось скучно, если у него заканчивалась информация для разжевывания. Он уже полностью освоил подсчет калорий и базовые упражнения, и хотел поставить планку выше и ускорить свой прогресс. — Вот что я тебе скажу, — сказал Тони после того, как Питер закончил с приседаниями, — Я назначу тебе встречу с нашим диетологом Вэл. Она классная. Ты полюбишь её. — О, — Питер попытался скрыть разочарование, — Это будешь не ты?       Губы Тони скривились, — Я мог бы, но я могу признать, если есть кто-то лучше меня для этой работы, и она на твоей стороне, когда дело касается питания. И то, что она может сделать с протеиновой смесью, взорвет твой мозг. — Хорошо, — согласился Питер. Он не собирался отказываться от помощи, даже если бы она была не от Тони. — На самом деле, я должен был познакомить вас друг с другом раньше, — признался Тони, — Просто чтобы ты посмотрел на всё под другим углом и заполнил пробелы, если я что-то пропустил.       Питер пожал плечами. Его полностью устраивало то, что единственная точка зрения, которую он знал — была Тони. Ведь она уже помогла ему, и мужчина с его бесконечным терпением и знаниями заставляли его чувствовать себя в комфорте и в безопасности, — Я сомневаюсь, что ты что-то пропустил, — сказал Питер, — Наверное, от меня особо ничего не требуется, потому что я не знаю того, что я не знаю, но всё, чему ты меня научил, до сих пор помогает в жизни.       Тони улыбнулся, — О-о-о, спасибо, Пит. Ты согреваешь моё сердце.       Тони закончил на том, что назначил ему встречу с Вэл на четыре часа перед следующим занятием. Несмотря на то, что ему не нравилось, что это не Тони будет тем, кто даст ему дополнительные знания, он подумал, что с нетерпением ждёт того, что же скажет ему Вэл.

***

      Смена Питера в субботу в «У Дельмара» была несколько разочаровывающей, потому что Тони на этот раз не пришел — не то чтобы Питер ожидал, что он это сделает, но просто то, что Тони зашёл в прошлый раз, заставило подумать, что так будет и в последующие разы. Работа была скучной без него.       Но тем не менее, каждая смена, которую Питер отрабатывал, не набивая рот сэндвичами, была успехом в его истории. Работа в сфере общепита во время борьбы с расстройством пищевого поведения была далеко не идеальной. На самом деле, Питер даже не был уверен, было ли это серьезное расстройство пищевого поведения или ему просто не хватало самообладания. Может быть и то, и другое: было трудно провести четкую грань между тем, чтобы регулярно это делать и злоупотреблять этим. Именно поэтому он был рад, что поговорит с диетологом, экспертом по расстройствам пищевого поведения, которая могла пролить свет на его затруднительное положение. Была у него проблема с компульсивным перееданием или он просто любил время от времени объедаться, но по крайней мере было ясно, что ему нужна была помощь, если он позволил набрать себе семьдесят фунтов лишнего веса.

***

      Питер нервничал перед встречей с Вэл, но он напоминал себе, что до этого все в спортзале были добрыми по отношению к нему, включая Небулу, которая иногда кивала ему, когда они проходили мимо друг друга, так что Вэл, наверное, не будет плохой, и он верил, что Тони бы не бросил его на растерзание акулам.       Он пришел в Железный Фитнес на назначенную встречу в четыре, уже одетый в спортивную одежду, так как он пошел пешком и планировал вернуться домой таким же образом. Питер ожидал увидеть Тони на входе, потому что их занятие скоро начиналось, но его тут не было. Не впервые у него возникло желание взломать базу спортзала, где, вероятно, хранилось расписание персонала, чтобы он мог узнать часы работы Тони, потому что они никогда не пересекались. Это было странно.       Питер прошел в незнакомую часть спортзала, где были кабинеты остальных сотрудников. По дороге он взглянул на кабинет, где обычно они с Тони встречались. Дверь была закрыта, может, Тони сейчас с кем-то занимался? Быстрая реакция Питера на это заключалась в том, что он позавидовал тому, кто сейчас был с Тони, но он попытался думать о том, что хорошо, если кто-то другой борется с проблемами так же, как и он, и этот человек получит помощь Тони.       Дверь с табличкой «Вэл Кирия»³ и надписью «Врач-диетолог» снизу была открыта, поэтому Питер постучал, заглянул внутрь и увидел высокую мускулистую женщину. Железный Фитнес начинал выглядеть так, будто это был фильм «Образцовый самец» или модельное агентство, потому что все, кто здесь работал, выглядели до нелепого хорошо. — Привет, ты, должно быть, Питер.       Питер улыбнулся. Она была еще одной сотрудницей Железного Фитнеса с акцентом, — Привет, мисс Кирия? Да, я Питер. — Прекрасно, зови меня просто Вэл.       Питер приподнял брови, увидев небрежность женщины: она подошла к своему столу и села сверху на него, а он занял кресло рядом. — Мне нравятся Ваши татуировки, — сказал Питер. У Вэл были забиты рукава от шеи до запястий. У нее даже было парочка каких-то татуировок на лице. Оглядываясь назад и вспоминая всех сотрудников, с кем он познакомился, он понял, что было бы глупо ожидать не увидеть кого-то, кто пытался выглядеть настолько круто, что уже было странно⁴. — Спасибо, — весело сказала Вэл.       Питер улыбнулся. — Хорошо, Тони тогда сказал, что тебе надоело просто считать калории, и ты хочешь подняться на уровень выше. — Да, — Питер кивнул. Ему понравилось то, что она сразу перешла к делу. — Хорошо, — сказала Вэл, — Мы поработаем над этим. В макро режиме, типа «как получать достаточно белка», все эти забавные вещи. И ты борешься с компульсивным перееданием, да?       Питер поморщился, — М, да, наверное, — ему не понравилась мысль о том, что Тони сказал об этом Вэл, когда назначал встречу, но это было правдой, и если она собиралась помочь ему по полному разряду, то она должна была знать об этом.       Вэл пожала плечами, — Эй, здесь нет ничего страшного, — она шутливо толкнула его в плечо.       Питер заметил, что она была очень сильной. Он уже чувствовал, что у него будет синяк. — Я в завязке уже десять лет, — добавила Вэл, — И у меня есть несколько историй из моего темного прошлого, от которых волосы дыбом встают. Что же, они у тебя уже волнистые, так что, возможно, не лучший пример. Тем не менее, тебе не нужно беспокоиться о том, что я буду тебя осуждать — по крайней мере из-за твоих проблем с питанием. Не могу ничего обещать, если речь зайдет о твоём музыкальном вкусе.       Питер засмеялся. Тони был прав: Вэл была классной.

***

      Вэл рассказала ему всё о расщеплении в организме белков, жиров и углеводов, а также о том, что из этого больше всего подходит для диеты в зависимости от целей или индивидуальных предпочтений. Она смешала ему несколько разных протеиновых коктейлей и дала ему несколько протеиновых батончиков, чтобы он попробовал их дома. Белок нужен был для наращивания и сохранения мышечной массы. У него был дефицит, и он, вероятно, не накачает мышцы в ближайшее время, но диета с большим содержанием белка хотя бы была гарантией того, что он не потеряет мышечную и костную массу, а только жир. Она объяснила, что некоторые слишком быстро уменьшают потребление калорий и не заботятся о том, чтобы есть больше белка, поэтому большая часть того, что уходит из организма это не жир, а вода и другие вещи, которые не должны были уйти.       Ещё важным было то, что она ему объяснила, что переедание было самым распространенным расстройством пищевого поведения и могло затронуть людей любого возраста, пола, этнической принадлежности или социального класса. Если так много людей боролось с тем, с чем он боролся, это значило, что он был не один такой, и его проблемы казались менее непреодолимыми.       Он почувствовал себя ещё лучше, когда она сказала, что они снова должны встретиться через несколько недель, чтобы поговорить. Сначала он расстроился, потому что Тони больше не будет обучать его в области еды, но Вэл была экспертом по этой части, а Тони лучше всех помогал ему с упражнениями и моральной поддержкой. И поэтому иметь двух разных людей для поддержки и для получения опыта в разных категориях — это даже хорошо. Питер был удивлен когда Тони пришел за ним прямо в кабинет — их встреча продлилась полтора часа, чего он не ожидал. — Привет, Пит, — Тони стоял в дверном проеме, как и в первый раз, когда они встретились, когда он болтал с Баки. — Тони, — приветствовал Питер, — Привет.       Вэл встала и стукнула Тони по плечу. Питер подумал, что это ее такой способ поздороваться. — Во-первых, ай, — Тони потер плечо, — Во-вторых, я пришел сюда, чтобы сопроводить кое-кого на тренировку, если это не проблема. — И во сколько он тебе встанет? — пошутила Вэл.       Питер приподнял брови, когда Тони вытащил бумажник из своего кармана. — Так мы теперь торгуем людьми, — сказал Тони, — Я, наверное, пропустил письмо, уведомляющее об этом.       Вэл закатила глаза, — Не искушай меня. В любом случае, уведи его отсюда, Питер. Увидимся. — Спасибо, Вэл, — сказал Питер, хватая несколько листов с информацией, которые она ему дала.       Тони усмехнулся и убрал бумажник, — Так как все прошло? — спросил он Питера, пока они шли в их кабинет, чтобы провести замеры в соответствии с их графиком. — Всё было классно, но она заставила попробовать меня семь разных протеиновых коктейлей. Не уверен, что я большой их фанат. — Да, она променяла флягу на протеиновый шейкер.       Значит, Тони знал ее историю. Питер покачал головой, — И теперь я меняю шоколадные батончики на гантели. Куда катится этот мир?       Тони усмехнулся. — Но она дала мне полезные источники. Я имею ввиду, помимо информации о том, какой протеин самый лучший и как готовить продукты с высоким содержанием белка, чтобы они не были на вкус, как мел. — Источники? Какие, например? — спросил Тони. — Контактная информация нескольких психологов.       Питер нахмурился, когда увидел, что выражение лица Тони изменилось, — Что не так? — Мне не нужно было ждать, пока ты попросишь, прежде чем я предложил тебе встретиться с Вэл, — признался Тони, — Или я должен был сам порекомендовать тебе психолога. Прости, это моя ошибка. — Что? Нет, — не согласился Питер, — Она дала мне контакты, но правда мне не нужны. У меня уже есть психолог, к которому я могу обратиться из-за моих родителей… Она просто посоветовала одного, который специализируется на расстройствах пищевого поведения. Ничего страшного, мне всё равно.       Тони провел рукой по волосам, — Не знаю.       Питер не был уверен, откуда здесь росли ноги. Обычно Тони казался таким уверенным в себе, а сейчас выглядел так, будто чувствовал сильную вину за свою ошибку. Питер был рад увидеть другие эмоции под безупречной внешностью мужчины. Тони всегда был весёлым и умным, но этот момент сближал с ним. Питер вспомнил, что сказал ему Тони после того, как он расстроился из-за того, что тот поправил его по дневнику питания. Чем больше я тебя узнаю, тем больше думаю, что мы один и тот же человек. — Правда, Тони, со мной всё в порядке. Ты не сделал ничего плохого, — Питер понял, что говорит Тони то, что пытался научиться говорить сам себе. Было так странно утешать кого-то помимо себя.       Тони вздохнул, — Да? — Сто процентов, — заверил Питер, — Если бы я правда хотел, я бы сказал тебе об этом или просто сходил к школьному психологу. — Хорошо, — Тони заметно расслабился. — В любом случае, — Питер помахал ладонью, — А ты как? — спросил Питер, меняя тему, — Как прошел твой день?       Тони выдохнул, — Я устал. На ногах с пяти утра, но ничего такого, с чем бы я не справился.       Питер сочувственно кивнул, — Выходные хотя бы нормально прошли? — он представил, что Тони встретился с кем-то (да, возможно, не с Баки, потому что Питер узнал, что они не вместе, но, скорее всего с кем-то другим). — Я был дома, — сказал Тони, — если не считать нескольких вылазок днём… Знаешь, я действительно думал о том, чтобы зайти в «У Дельмара».       Питер молча кивнул, — Да? Но Мёрф не было в эти выходные, так что, наверное, хорошо, что ты не зашёл.       Во взгляде Тони был намёк на хмурость, когда он посмотрел на Питера, — Я все еще мог тебя послушать. И, — Тони сделал паузу, — я мог бы получить свою дозу энергетика. Знаешь, секрет идеально газированного напитка, который бодрит — это правильная температура, а ваш холодильник с этим идеально справляется. — Готов поспорить, что именно об этом мистер Дельмар думал, когда открывал магазин много лет назад. Когда-нибудь какой-то человек зайдет за идеально газированным напитком, и мы будем именно теми, кто даст ему его. Я должен передать мистеру Дельмару, что ты так высоко ценишь наш холодильник. — Передай, — поощрил Тони, — Он заслуживает знать об этом.       Питер хотел спросить Тони, почему же он не зашёл, если так хотел. Питер смотрел на дверь, как маньяк, каждый раз, когда кто-то входил, надеясь, что это Тони. Но он не хотел, чтобы это звучало отчаянно: наверное, Тони было просто не по пути. Ничего страшного.       Мысли Питера расплывались, когда он пытался усвоить тот факт, что Тони думал о том, чтобы зайти в магазин. Тони правда думал о нём и о том, где он работает? Он существовал для Тони даже вне спортзала, даже когда его не было рядом, и даже не только из-за кота? Значит ли это, что они были законными друзьями?       Питер хотел сохранять спокойствие и не выдавать своего волнения по этому поводу, поэтому он снова заговорил о питании. Они поболтали о его встрече с Вэл, заполнили несколько пробелов в его папке, а потом настало время еженедельного взвешивания. — Двести тридцать два, — объявил Тони. — Еще минус три фунта, Пит.       Питер улыбнулся и сошел с весов, довольный, так как неделей раньше он потерял всего один фунт. — Отличная работа, — продолжил Тони, — Почти минус десять фунтов в целом.       Питер наклонил голову и хотел пожать плечами и сказать, что это не так уж и важно, но он не стал этого делать. Впервые с тех пор, как он начал ходить в спортзал, он был уверен, что правда сможет достичь своей цели.

***

      Этой ночью Питер продолжил посещать фитнес-аккаунты в Instagram и YouTube-каналы, решив сохранить себе хорошее настроение. Он знал от Тони, что не должен доверять каждому человеку, кто крутил педали, но он хотел быть в курсе происходящего в фитнес-сообществе и его содержание. Было бы неплохо видеть в ленте сторис что-то новое, вместо привычных депрессивных мемов, знаменитостей и кулинарных блогов.       Да, было занятно смотреть на то, как так называемые гурманы и авантюристы едят шоколадные торты с конфетами со всего мира, или десятифунтовые гамбургеры с булочками-пиццами и сочным сыром чеддер, но опасность была в том, что худые люди ели это, и ты начинал думать: «Почему они едят это и не толстеют?» или «Если они могут это есть, то и я могу». Хитрость состояла в том, чтобы знать, что остальные девяносто девять процентов от времени фудблогеры не ели подобное, а просто фотографировали еду и потом выбрасывали её. Он решил отписаться от аккаунтов, которые делали такой контент, чтобы облегчить себе жизнь.       Осознавать реальность было только полдела. Благодаря Вэл и Тони, а также исследованиям, которые он проводил самостоятельно, он обнаруживал самые разные причины, почему сейчас процент людей с ожирением был больше, чем когда-либо, и противоречивые сведения, которыми СМИ кормили людей. Не то чтобы он мог полностью перекинуть причину своих проблем на это, но это определенно сыграло свою роль.       Одних знаний было недостаточно, чтобы помешать ему взять плитку шоколада со стеллажей, расположенных прямо удобно возле касс, но знание грязных маркетинговых уловок было ещё одним инструментом, который он имел в своем распоряжении. Если магазины хотели, чтобы он тратил деньги на всю эту соблазнительную еду только для того, чтобы они могли увеличить свою прибыль, он наверняка не стал бы покупать ее назло им, не иначе. Примечания автора: Думаю, мой самый главный совет, как соблюдать диету — это следовать антикапитализму и попытке сэкономить в целом. Я просто хотела добавить в эту историю кое-что из реальной жизни, чему я сама научилась, и у меня нет соцсети, где я могла бы поделиться подобными советами, так что какой ещё способ рассказать людям о чем-то, если не в фанфике, лмао⁵??? Надеюсь, это не выглядит неуместно. Даже если это так, я думаю, что это достойный совет, поэтому я готова рискнуть. Примечания переводчика: ¹Фала́фель — блюдо, представляющее собой жареные во фритюре шарики из измельчённых бобовых (обычно нута, но не только), приправленные пряностями. ²«Яркий контраст» или «Stark contrast» — игра слов. Stark — и фамилия Тони, и слово «яркий» (есть другие варианты перевода: голый, абсолютный, суровый). Локализовать шутку никак не получается: ( ³«Вэл Кирия» или «Val Kyrie» — имя персонажа. Если писать на английском слитно — ValKyrie — получится Валькирия, но, так как мы в рамках вселенной без суперспособностей, автор выкрутилась таким образом. Можете предложить свой вариант, как можно лучше разделить её имя, буду рада помощи :) ⁴Слово «edgy» в английском языке в слэнге применяется для описания человека, который пытается выглядеть настолько круто, что это уже «кринж», но не знаю, может, автор имела ввиду что-то другое, но я знаю только об этом значении. ⁵«Лмао» или «lmao» — аббревиатура, «Laughing My Ass Off», в переводе — смеюсь до слез. Используют это при общении, по типу «лол».