Расстройство (Disorder)

      Поездка в Вашингтон значила, что он не будет ходить в школу пару дней, чего было достаточно, чтобы Питер с энтузиазмом поехал туда, даже если будет жесткая конкуренция. Команда уезжала утром в четверг, чтобы им хватило времени для того, чтобы устроиться в отеле, посмотреть достопримечательности и потренироваться перед главным событием в пятницу. Мистер Харрингтон даже убедил директора Мориту согласиться на то, чтобы они пробыли там дополнительный день и пошли в торговый центр субботним днём, и устроили праздничный ужин, который оплатит школа — независимо от того, выиграют они или нет, важно было дать понять команде, что они усердно работали год, особенно при том, что они заканчивали школу.       Для Питера основным недостатком поездки было отсутствие проведенного времени с Тони и в Iron Fitness в целом, но у него было слишком много дел, чтобы даже попытаться выжать силы на тренировку в другой день. Диета была самым важным критерием при потери веса, поэтому, пока он соблюдал дефицит калорий, всё было в порядке, но он скучал по атмосфере и энергии, что давал ему тренажёрный зал. Было комфортно ходить туда и видеть одних и тех же людей и сотрудников, а упражнения заставляли его чувствовать себя продуктивным, а не апатию и неудовлетворение       Другим недостатком было то, что он пропустил смену на работе. Не только потому, что ему были нужны деньги, но и потому, что ему оставалось работать только несколько смен, прежде чем он уйдет с работы в «У Дельмара». Это был конец эпохи, он заканчивает школу и оставляет свою прежнюю работу, и всё это произошло за одну неделю.       Поездка отклоняла его от привычного распорядка дня, что и нервировало Питера. Десять часов в автобусе — остановки на заправках с возможностью поесть фастфуд. Две ночи в отеле с его друзьями — неограниченное время для того, чтобы перекусить, потому что в вестибюле работали круглосуточная сувенирная лавка и мини-маркет. И Питер ещё не знал, где они будут ужинать вместе с командой. Он и ждал искушения, что вместо того, чтобы заставить его чувствовать себя подготовленным, только делало его помешанным.       С другой стороны, в отеле, в котором они остановились, был тренажерный зал, и он надеялся, что сможет немного потренироваться, не привлекая слишком много внимания со стороны одноклассников. ЭмДжей и Нед не стали бы комментировать, но он мог представить, кто стал бы — скорее всего, Флэш. Даже если это будет не в негативном ключе, Питеру уже один раз крикнул учитель физкультуры на уроке, что он лучше справляется с упражнениями и стал двигаться быстрее, и, как бы он ни был рад стать более здоровым физически, ему не нравилось, что все одноклассники смотрели на него и оценивали его фигуру. Он ненавидел, когда люди совали нос не в своё дело.       Становилось легче сопротивляться спонтанным перекусам и перееданию, так как он шел по этому пути больше двух месяцев. Питер весил сто килограмм, и чем дальше он уходил от своего изначального веса — сто девять килограмм, тем больше было причин не проебаться, потому что то, что он делал, работало, как часы. Результаты были лучшей мотивацией, хотя вес начал снижаться медленнее.       Иногда хотелось еще больше сократить потребление калорий, чтобы ускорить процесс: зачем соглашаться на потерю одного фунта или меньше в неделю, если он может терять больше? Но голод не был выходом. Это была просто еще одна форма самоповреждения, а в поставленной цели был пункт о том, чтобы сброшенный вес не вернулся. Если бы он несколько месяцев голодал только для того, чтобы достичь желаемого веса, чему бы он научился, кроме того, как чувствовать голод? Это решение не было бы стабильным на постоянной основе. Благодаря медленному и устойчивому пути он сможет поддерживать вес всю свою жизнь.       Тони воспитал в нем мысль, что чем медленнее идёт прогресс, тем легче поддерживать результат, потому что чем дольше ты что-то делаешь, тем сильнее закрепляется привычка делать это. Такие вещи, как подсчет калорий, поиск здоровых альтернатив чему-то, упражнения и переосмысление своего пессимистичного мышления, становились проще, как Тони и обещал, но не было чуда или мгновенных изменений. Почти три месяца работы — это не так уж и много для грандиозного плана, и ему приходилось постоянно напоминать себе об этом. Он набирал вес годами, так что было бы наивно полагать, что он сбросит его за пару месяцев.       Помимо того, что он похудел на почти восемь килограмм, Питер заметил, что стал сильнее и не так сильно запыхался от выполнения простых задач. У него было больше энергии и в целом он лучше спал, а поскольку он больше не наедался до тошноты, он больше не пил таблетки от изжоги перед сном с того самого компульсивного переедания с пиццей.       Ещё один неожиданный побочный эффект от всего этого было частое возбуждение. Он больше не мастурбировал только потому, что это было нужно делать хотя бы пару раз в неделю, и это было приятно, но непривычно. Частично причиной этого было, что он продолжительное время смотрел на Тони в компрометирующих позах, прикасался к нему и та ночь в бассейне, которая дала столь необходимый материал для дрочки. Он все ещё работал над тем, чтобы преодолеть стыд и отвращение, которые накопились в его голове за все эти годы — мысли, будто он не заслуживал кончить, потому что он был противным, или что он не мог фантазировать о половом акте, где присутствовал бы он, потому что это казалось слишком нереальным и невозможным для кого-то вроде него, но всё становилось всё легче и легче.       Паковать одежду уже было не таким кошмаром, как обычно, потому что он уменьшился в объемах. Жёлтый пиджак, который он должен был носить во время соревнований, больше не жал в плечах, и он фактически застёгивался на все пуговицы. Его джинсы больше не скатывались вверх в зоне бедер, а футболки с принтом больше не нужно было постоянно поправлять и оттягивать, чтобы рисунок не искажался там, где футболка была мала. Его размер снизился с 2XL до XL, и это было хорошо, но все же в голове остался тот негативный голосок, который говорил ему, что он всё ещё носит большой размер.       Пока он примерял одежду и красовался перед зеркалом в своей комнате, он подумал, что жалеет, что не положил в свою фитнес-папку фотографии «до» и «после». Он пытался сделать несколько фото после того, как потерял первые пару фунтов и понял, что на самом деле собирается ходить на занятия, но быстро их удалил. Даже как фотографии «до» они были слишком: ему было неприятно даже смотреть на них, поэтому не могло быть и речи о том, чтобы разместить их в папке. Он был благодарен Тони за то, что он никогда на него не давил. Единственная фотография, из-за которой на него формально надавили, была его фотография для удостоверения членства, но это было логично.       Поскольку Тони больше не проверял его папку, наверное, сейчас было подходящее время, чтобы заполнить этот раздел. Единственная фотография, которая у него была, это когда Мэй сфотографировала его вместе с Недом и ЭмДжей на его дне рождении в прошлом году, когда они собирали пазлы и ночевали все вместе, но она должна была подойти. Пускай он и ненавидел эту фотку, потому что выглядел и был на ней толстяком, смотря на неё он видел, чего добился, и это был его единственный выход, потому что он не сделал ни одного селфи и редко давал кому-то ещё фотографировать себя.       Он быстро сфотографировал себя в пиджаке, пока не расхотел. Он создал новый альбом в галерее, в котором была эта фотография и та с его дня рождения, и решил, что, наверное, проще просто оставить их там, чем распечатывать их и класть в папку. Именно эта мысль побудила его отказаться и от бумажного дневника питания в пользу приложения для подсчета калорий. В рюкзаке телефон занимал меньше места, и ему не пришлось бы волноваться о том, что его поймают с блокнотом. Флэш и так всегда был не в себе, но во время школьных поездок это обострялось, и Питер не хотел, чтобы одноклассник брал его дневник.       Меньше всего Питер хотел, чтобы кто-нибудь обратил внимание, что он худеет, а если он будет считать калории или тренироваться, то это в значительной степени гарантирует, что это сделает любой, кто ещё не заметил. Не в том смысле, что он и так стыдился, что ему надо худеть, хотя это сыграло свою роль. Скорее всего потому, что он был практически невидимкой на протяжении всей школы, и он не хотел, чтобы похудение стало причиной того, что людям наконец-то не плевать на его существование.       Он видел, как это происходило с его одноклассниками, которые в сентябре возвращались в школу похудевшими: ранее незамеченных и непопулярных людей внезапно поздравляли и хвалили за их достижения. Никто никогда не говорил о их других достижениях и не рассматривали тот факт, что, возможно, люди занимались самоповреждением за задернутыми шторами, чтобы достичь своей цели — похудеть, или что единственной причиной, по которой они чувствовали необходимость похудеть в первую очередь, были нежелательные комментарии в их сторону. «Если человек худой, то значит здоровый». Питер ненавидел, что людей заботит только внешний вид. Он ненавидел то, что делал то же самое в отношении к своему телу, но это была неизбежная ловушка. Оставайся толстым и над тобой будут издеваться, оставайся толстым и преврати это в политическое заявление, похудей и тебя будут критиковать или спрашивать, похудей и тебя будут хвалить, похудей и тебе скажут, что раньше было лучше, похудей слишком сильно и тебе скажут съесть сэндвич. Общество никогда не было довольным и никогда не считало ничего достаточно хорошим, поэтому лучше делать то, что делает тебя счастливым, независимо от того, что об этом говорили другие.

***

      Первый час поездки на автобусе был тихим: Питер и его товарищи по команде оставались на своих местах, слушали музыку или смотрели сериалы на своих гаджетах. Питер позволил себе не слишком сильно напрягать мозги, пока он проверял свои учетные записи в социальных сетях. В конце концов, он зашёл в сообщения, чтобы ещё раз почитать свою переписку с Тони. Питер покачал головой, вспоминая то, как он испугался этого приглашения поплавать.       Это было на удивление весело и полезно — он и ждал, что с Тони будет весело, но не ожидал, что будет так весело с обнажающей тело частью. Столкнуться с собственными страхами стоило того, чтобы узнать больше о Тони и услышать о Роуди. Бонусом был разговор об окончании учебы и предложении о работе. Он чувствовал, что у них с Тони была связь, и гордился тем, что пошёл. Ничего плохого не случилось, и после этого Тони тренировался с ним ещё два раза, так что он, должно быть, не единственный, кто хорошо провёл время.       Все это заставило его почувствовать, что, возможно, он слишком самокритичен. Какой смысл было не делать что-то только потому, что он не чувствовал себя красивым? Может, кому-то и не нравилось, как он выглядит, и ему тоже не нравилось, но разве это самое главное? Плавать было приятно, и общение с Тони было приятным, и если людям это не нравится, то пусть не смотрят. ЭмДжей сама сказала: Тони бы не спросил его, если бы не хотел его таким видеть.       Его слова мистеру Дельмару о том, что его не полюбят, пока он не похудеет, тоже пришли ему в голову. Теперь он не знал, как ему думать. Его мировоззрение так долго было наполнено самоненавистью, что, вырвавшись из ямы негатива, он почувствовал себя Сизифом, толкающим камень в гору*. У него было много инструментов, которые он использовал: отслеживание потребляемых калорий, он знал, как правильно распределять БЖУ, балансировал кардио и силовые тренировки, а также переосмыслил негативное мышления и самоанализ. Сама по себе потеря веса доказала, что всё это работает, но изменения в его теле появлялись быстрее, чем в его голове, что много говорило о нем, потому что он не обнаружил явной разницы. В конце концов, у него всё ещё был размер 1XL, и его одежда не стала настолько мешковатой, чтобы он мог её выбросить.       Ментально он чувствовал себя немного по-другому: он всё еще самокритично шутил, но раньше он не был таким самосознательным. Оскорбления интуитивно уходили из его головы, и самоненависть была уже привычкой. Теперь, когда он это делал, он замечал это и, в зависимости от своего настроения, мог сдерживать себя. Большую часть времени он все еще шутил, потому что чувствовал, что негатив стал частью его личности, и было странно не говорить то, что он хотел сказать. Он напомнил себе, что прошло всего два месяца с тех пор, как он начал заниматься с Тони, и прошло даже меньше времени с тех пор, как он действительно вкладывал в это свою душу. Стать здоровым физически и эмоционально стабильным казалось недостижимой целью. Если бы он терял два килограмма в месяц, то через пять месяцев он бы весил девяносто килограмм, а потом, еще через шесть месяцев он бы достиг своей цели, и это если он не будет делать ошибки, вес не будет стоять на месте или колебаться. Но для того, чтобы стать уверенным и позитивным, не было определенного промежутка времени, что было ещё страшнее. Как он мог отслеживать, что он душевно развивается? Сколько нужно времени, чтобы достичь хорошего психического здоровья?       Когда он слишком много думал об общей картине, это его подавляло. Тони подбадривал его, говоря, что если делать небольшие шаги, но часто, это в конечном итоге приведёт его к месту назначения, но это могло сильно разочаровать. Даже когда он добивался успехов и старался, это всё могло засосать его обратно, чтобы он снова себя жалел и желал, чтобы он не позволял стать себе таким отвратительным изначально. Тогда ему бы не пришлось подвергать себя боли ради улучшения. Лучшее, что он мог сделать — это сосредоточиться на этих небольших шагах и считать каждый успешный день победой, потому что в конечном итоге они все сформируют успешный год, и его прогресс будет видимым.       Питер знал, что ему ещё предстоит продвинуться физически и морально, прежде чем он достигнет своей цели, но с каждой маленькой победой и даже с неудачами, которые он переживал, он чувствовал надежду. Он достиг результатов благодаря тому, что постоянно проявлял себя и старался, независимо от того, насколько это было тяжело, и он считал, что даже если столкнется с большим количеством препятствий, он найдет способ преодолеть их.

***

      На первой остановке были Макдональдс и Старбакс. Питер посоветовался с Недом и ЭмДжей, чтобы узнать, что они выберут. Лиз и Бетти присоединились к ним, как только они вышли из автобуса, но Питер не возражал. ЭмДжей и Нед умели подключить своих девушек так, чтобы он не чувствовал себя пятым колесом.       Питер был голодным, так как не позавтракал, а сейчас уже был обед. У него не было тонны своих денег, которые он мог бы потратить, но Мэй дала ему двадцать долларов. Он решил, что это хороший параметр, по которому можно судить его питание. Две остановки по дороге в Вашингтон и две на обратном пути в Куинс, и это значило, что он может тратить на каждой по пять долларов. И это значило, что Старбакс — запретная зона. Скорее всего только за место в очереди там заплатишь пять баксов.       ЭмДжей и Лиз пошли за дорогим кофе и булочками от популярного бренда. Нед и Бетти разделили между собой двадцать наггетсов, две трубочки в напитке, что, Питер должен был признать, было довольно мило. В итоге Питер купил два чизбургера и напиток из недорогого меню** без соблазна переборщить. Пока что у него всё было хорошо. Ещё лучше, чем его неизменный успех с диетой, было наблюдать за мистером Харрингтоном, пытающимся сделать заказ в Старбакс. В конце концов, Авраам пошёл спасать мистера Харрингтона и кассира, пытавшегося с ним разобраться.       Они вернулись в автобус и перешли в режим настоящей практики, и у Питера больше не было времени думать о своей личной жизни.       Когда они приехали в Вашингтон, Питер в смятении задумался, а может ли он увидеть Роуди. Он подумал, что это было бы чертовски случайным совпадением, и когда он попытался представить Роуди, он увидел только лицо Тони, так что даже если бы он увидел этого мужчину, он бы не узнал об этом.

***

      Питер уже был готов расслабиться, когда их караван ботаников приехал в отель. Он мог отвечать на практические вопросы столько раз, пока его мозг не начал бы тупить. Мистер Харрингтон дал им час на то, чтобы распаковать вещи и освоиться перед тем, как встретиться в холле и прогуляться к памятнику, а потом поужинать.       Ему пришлось делить комнату с Недом, что было идеально, потому что это означало, что он мог полностью расслабиться. Однажды другой учитель-сопровождающий поехал с ними и наугад выбрал тех, кто будет жить в одной комнате, и он застрял с парнем по имени Брэд, с которым было не так-то легко ладить. К счастью, после этого оценки Брэда упали, и он не попал в команду снова. — Не могу поверить, что ЭмДжей и Лиз будут жить в одной комнате, — пожаловался Нед.       Питер засмеялся. — Я знаю. Мистер Харрингтон… Бедняга. Он никогда не знает, что происходит в классе.       Нед вздохнул. — Если бы я был девочкой, я бы смог жить с Бетти. — Мне нравятся парни, так что, может быть, нам не стоит жить в одной комнате… — он совершенно глупо и преувеличенно подмигнул Неду.       Нед усмехнулся и покачал головой. — Я все равно не думаю, что это так важно, — добавил Питер. — Даже если ты не живёшь с кем-то, кто тебе нравится… Есть другие способы. Я имею ввиду, что вы с Бетти, наверное, могли бы побыть вместе, если бы тот человек, с которым она живёт, ненадолго ушел бы, а я бы никому не сказал.       Нед поднял голову. — Да, я думаю, даже если бы Лиз и ЭмДжей не жили вместе, они бы хитрили. — А может, они и не будут ничем заниматься, — предположил Питер. — Они серьезно относятся к соревнованиям, поэтому они, наверное, всё ещё учатся.       Нед рассмеялся. — Знаешь, мы с Бетти ещё ничем не занимались. За исключением поцелуев в щеку. — О, — сказал Питер. — Это круто… Я имею в виду, если это то, чего ты хочешь. — Я не знаю, — признался Нед. — Я немного нервничаю по поводу секса.       Питер кивнул. — Ага. Звучит, как кошмар.       Нед вздохнул. — Я просто не хочу всё испортить, а она даже ничего не говорила об этом, что совершенно круто, но я не знаю, хочет ли она вообще. — Ну, ребята, вы встречаетесь примерно месяц? — спросил Питер. — Ага. — Как ты думаешь, это продлится до лета, а потом и до колледжа?       Нед пожал плечами. — Без понятия. Она тоже собирается поступать в Нью-Йоркский университет, поэтому почему бы и нет. К тому же у нас много общих жизненных целей. — Справедливо, — фыркнул Питер. — Например? — Что ж, мы оба хотим детей и хотим остаться в Нью-Йорке. Я хочу заняться кибербезопасностью, работать в крупной компании в качестве внештатного сотрудника и получать миллионы, а она хочет быть нейрохирургом. — Господи, Нед. Вы говорили обо всем этом, но не занимались сексом?       Нед покраснел. — Я не знаю. Разговаривать о детях — значит, практически говорить об этом. — Я думаю, ты должен быть честным, — сказал Питер. — Или, по крайней мере, уже перейти к поцелуям или что-то типа того. Это было бы хорошим началом. — Ты прав, — согласился Нед. — Я должен быть честным. Не знаю, чего я так боюсь. — Так держать, приятель. Всё будет прекрасно. — Спасибо, Питер. — Что? Я ничего не сделал. — За понимание, — сказал Нед. — Ты хороший друг. — Правда? — Ты шутишь? Ты лучший.       Питер наклонил голову. — Ага, ну… Ты тоже хороший друг.       Нед улыбнулся ему. — Спасибо.       Питеру нравился светлый характер Неда. Ему повезло, что кто-то настолько классный захотел дружить с ним и впоследствии стать лучшим другом, как и ЭмДжей, которая фактически ненавидела всех. Они были умными и не стали бы дружить с ним без причины, и они не могли бы заставить себя полюбить его, если бы он был настолько ужасным. Ему было интересно, а можно ли по той же логике сказать так о его дружбе с Тони. Тони — самый успешный человек, которого он знал, и тот до сих пор хотел с ним общаться.       Питер думал о своей привлекательности, пока рылся в сумке, чтобы достать вещи и начать обустройство своей части комнаты. Он решил, что пришло время переодеться, поэтому сменил футболку на другую, в которой не парился в автобусе.       Питеру не было некомфортно переодеваться перед Недом, но он все же попытался сделать это как можно быстрее. — Вау, чувак, — сказал Нед. — На сколько ты похудел?       Питер просунул голову в воротник футболки. — Что? — Я заметил, что твоя одежда сидит немного посвободнее, но этого я не видел, — Нед указал на тело Питера. — О… Спасибо, — сказал Питер. — Всего девять килограмм… Еще осталось около двадцати.       Нед покачал головой. — Я горжусь тобой.       Настала очередь Питера краснеть. — Тони и правда хорошо разбирается в таких вещах. Ничего такого. — Нет, — возразил Нед. — Ты сделал это. Он может говорить тебе, что делать, но делаешь это ты. — Наверное.       Их прервал стук в дверь.       Питер подошел к двери и посмотрел в глазок. — Уборка, — сказал Флэш. — Впустите меня.       Питер закатил глаза и открыл дверь. — Как дела, неудачники? — спросил Флэш.       Питер не ответил. — Мы позже собираемся в моей комнате. — Окей? - ответил Питер, — «Мы» — это ты и остальная часть команды? Повеселитесь там.       Флэш нахмурился. — Вы, ребята, тоже можете прийти. Если вы, конечно, не убогие. — По такому критерию тебя тоже не впустят. — Что? — Неважно, — вздохнул Питер. — Нед, ты хочешь пойти к Флэшу позже? — Бетти сказала да, значит, да, — Нед поднял телефон, чтобы показать сообщения. — Хорошо, мы придём, — сказал Питер. — Пофиг, — Флэш пожал плечами. — Мне без разницы.       Питер закрыл дверь. Флэш его раздражал. Зачем приходить и лично приглашать их, если он не хотел, чтобы они приходили?       Он посмотрел на часы.       Уже прошёл час, так что они должны были собраться в вестибюле.       Он был рад прогуляться.       Тони подарил ему часы несколько недель назад, но он все еще думал о нем каждый раз, когда смотрел на них.       С другой стороны, возможно, он просто думал о Тони всегда, независимо от того, на что он смотрел.

***

      Питер жалел о том, что сказал Флэшу «да» ещё до того, как они пришли, но это чувство усилилось, когда он столкнулся с этим сборищем лицом к лицу. Ему нравились все в команде по отдельности — и основные участники, и запасные, — но когда они все вместе находились в замкнутом пространстве и не практиковались, он был напуган.       Те, кто уже был здесь, сидели в разных местах. На столе и стуле, на обоих кроватях, на полу, на пуфиках, на которые обычно ставили багаж. Питер был бы без понятия, где им присесть, если бы Бетти не подала ему и Неду знак со своего места на полу. Они устроились рядом с ней.       Флэш включил музыку со своего телефона, но Питера это вообще не волновало. Он уже хотел уйти, потому что даже ничего интересного не происходило. Он не очень-то понимал цель этих всех импровизированных общественных мероприятий. Это было неловко.       ЭмДжей и Лиз явились подозрительно поздно, но у Питера, по крайней мере, появился еще один друг в комнате, поэтому он не чувствовал себя в меньшинстве.       Питеру уже было неудобно, но затем Флэш заказал доставку пиццы, хотя они все уже поужинали. Питер не отрывал взгляд от коробки пиццы, сколько бы раз он ни пытался найти глазами что-то ещё, на чём можно было бы сосредоточиться. Он даже не был голодным, но здесь была та самая пицца...       Разве это чувство не должно было исчезнуть, когда он изменил свои привычки и добился большего прогресса? Почему он так зациклился на дурацкой коробке из-под пиццы? От простого осознания того, что она была здесь, у него, похоже, зудело внутри.       Не помогало и то, что все его худые одноклассники беззаботно уплетали её. Флэш также достал из своего мини-бара газировку и воду, хвастаясь, что он просто заставит персонал снова наполнить его, потому что он может себе это позволить.       Питер хотел пить, но, смотря на всех, кто ел и пил, он почувствовал, что, может быть, ему не стоит ничего есть. Он не был, как они, не мог просто делать то, что хотел: ему нужно записать это всё в своем приложении и убедиться, что всё вписывается.       Хотя я даже не голодный. Мне это не нужно.       Правда не нужно?       Питер взглянул на ЭмДжей и Лиз, самых худых людей в комнате. У них обоих в руках было по кусочку. Синди, Салли и Чарльз тоже ели.       Питер обошёл взглядом комнату и остановился на Флэше, который тоже смотрел на него. — Паркер, ты не голоден? Осталось еще немного пиццы. — Нет, спасибо, — выдавил Питер. — Уверен? — Флэш нахмурил брови.       Питер мог слышать недосказанное «не похоже на тебя». — Ага.       Флэш пожал плечами. — Хорошо. Мне больше достанется.       Питер почувствовал облегчение, когда Флэш закончил. Никто ничего не сказал вслух, но Питер мог понять, о чем они думали. Все, наверное, были удивлены, что он не взял себе целую коробку и не сожрал всё.       Питер вытащил телефон из кармана, не думая.

Привет, Тони. Извини за беспокойство, но я надеялся, что могу принять твоё предложение и написать, если мне понадобится помощь? Это Питер, кстати. Питер Паркер.

Определитель номера уже показал… Что случилось, Пит? Теперь, когда он действительно делал это, переписывался с Тони, Питер жалел о том, что обратился к нему. Это было так жалко. Он занимался почти три месяца и так ничего и не понял? Тони не нужно было, чтобы его доставали без причины. Почему он не мог смотреть на то, как люди едят пиццу?

Я не знаю, как это объяснить. Мне нужно было отвлечься, но теперь я чувствую себя глупо. Я действительно не должен был тебя беспокоить. Прости.

Я бы не стал просить тебя писать мне, если бы это меня как-то беспокоило или мешало. Если ты не хочешь говорить, что случилось, ничего страшного. Я всё ещё могу тебя как-то отвлечь.

Я вместе с командой, они все едят пиццу, болтают и смеются, и, похоже, они даже не волнуются о последствиях. Я не понимаю, почему я должен. Я даже не голоден, но я все равно хочу есть, и я думал, что это чувство пройдет, но оно не прошло. Что со мной не так?

С тобой все в порядке, малыш. Ты можешь выбраться из этой ситуации? Уйти?

Да, я могу уйти. Проблема в том, что я не должен этого делать. Это так ничтожно.

      Питер оторвался от телефона и взглянул на Неда и Бетти, потом на Лиз и ЭмДжей. Его друзья состояли в их первых отношениях и выглядели такими счастливыми, и вот он здесь, пишет Тони и просит совет, как перестать быть жирной свиньёй.       Он одернул себя и перечитал своё сообщение. Он не должен был так говорить о себе. Он чувствовал себя еще более виноватым. Парни в спортзале назвали его ничтожеством. Так всё-таки, были ли они правы? Это не ничтожно, и ты тоже. Я знаю, что это отстой, но это часть процесса — сталкиваться с такими ситуациями. Со временем станет легче, но искушение будет всегда. Насколько всё плохо по шкале от 1 до 10?

Честно говоря, 2. Не думаю, что я провалюсь. Основная проблема в том, что мне стыдно хотеть пиццу. Мы все только что поужинали, а я раньше уже ел Макдональдс. Что еще мне нужно? Мне что, всегда всего не хватает?

Мне очень жаль… Вина и стыд — это эмоции, которые следует приберечь для особых ситуаций. Хотеть что-то съесть не относятся к ним… Будь то чувство вины за то, что ты захотел пиццу или уже ешь её, всё, к чему это приведёт, это заставит тебя чувствовать себя подавленным и загонит тебя в рамки в твоей голове, где 2 станет 10. Твой разум играет с тобой, Пит. Не позволяй ему. И не надо стыдиться. Ты всегда можешь прийти ко мне с чем угодно.       Как и всегда, Тони знал, что сказать. Он был благодарен Тони за то, что он тоже заботливый в переписке. Любой другой, кто был у него в контактах, просто сказал бы «уф», «F» или «лузер»³. Тони относился к нему серьезно и не торопился, чтобы дать полезный ответ. Питер написал несколько слов в ответ, но его прервали, прежде чем он успел их отправить. — Кому ты пишешь, Пенис? — спросил Флэш. — Твои единственные друзья сейчас здесь. — Я не переписываюсь, — соврал Питер. — Тогда почему твои пальцы так быстро двигались? — Флэш бросил вызов. — Не лезь не в своё дело, — парировала ЭмДжей.       Флэш закатил глаза. — Я писал вопросы для практики в заметках, — сказал Питер. — Ух ты, ты уже нарушил правило не быть убогим. Прошло всего десять минут.       Питер пожал плечами. — Думаю, тогда я наконец-то могу уйти.       Нед и еще несколько человек засмеялись. Флэш просто проворчал что-то и снова обратил внимание на дерьмовую музыку, которая у него играла.       Питер похвалил Тони за развернутый ответ, но не знал, как выразить свою благодарность. Возможно, было бы достаточно простого «спасибо», но Питер не хотел прерывать разговор так быстро.

В какой ситуации я тогда должен чувствовать вину и стыд, если не в такой?

Хороший вопрос. Вину было бы логично чувствовать за одно или два убийства. Стыд сложнее… Думаю, мне было бы стыдно, если бы меня поймали за сделанное убийство (убийства).

Ты прав. Попасться — это проступок новичка. Буду иметь в виду в следующий раз.

Запомни, пожалуйста, иначе мне будет стыдно за тебя.

:Р А если серьезно. Спасибо за помощь, Тони. Я ценю это.

Когда тебе угодно. Удачи тебе во всём. Напиши, если тебе что-то ещё понадобится.       Когда он закончил переписываться С Тони, все уже доели пиццу. С этим было покончено. Он снова стал вслушиваться в разговор и понял, что все высказывают своё мнение о финале «Игры Престолов». После того, как его мини-кризис был предотвращен, у него возникло странное чувство, что его и вовсе не было. Как будто он не мог вспомнить, почему это так расстроило его. В конце концов, это была всего лишь пицца! Он хотел бы, чтобы это чувство запомнилось в пылу момента. В одной ситуации он мог быть непоколебимым и твердым для достижения своих целей, а в другой он чувствовал, что его решимость может рухнуть, если он даже просто посмотрит на кекс. Каждый раз, когда он сопротивлялся части своего мозга, которая была полна ненависти и хотела, чтобы он потерпел поражение — будь то неудача в качестве переедания или вина из-за всего в целом без причины — ему становилось легче.

***

      Питер показал хорошие результаты в индивидуальной части Декатлона, ответив на большинство вопросов. Он заработал достаточно очков для общего счёта команды, чтобы у них был реальный шанс на победу.       Когда они выиграли, Флэш настоял на том, чтобы оставить трофей себе, хотя он даже не участвовал в соревнованиях, так как был запасным. Питер не возражал, так как за свое сольное выступление получил собственные медали. Этого было достаточно для его чувства удовлетворения. Мистер Харрингтон был на седьмом небе от счастья, что и так было его обычным состоянием, но сейчас радости было ещё больше, потому что он вернётся в школу с победой в кармане.       Как обычно на соревнованиях были представители университетов, и некоторые из них подходили к Питеру уже не в первый раз. Но сейчас, когда Питер стал старше, он столкнулся с реальностью и должен был выстоять перед профессионалами, которые были заинтересованы в нём из-за проделанной работы достаточно, чтобы говорить с ним. И это шокировало! Он стоял на перепутье сомнений о поступлении в университет с тех пор, как подал заявление. Он делал это только потому, что именно это и должны были делать школьники: страдать в течение четырех лет⁴, выпуститься, получить высшее образование, а там и сказочке конец. От него ожидали большего из-за его оценок. Как он мог не хотеть поступить в институт? Трудно объяснить, что даже появление на людях было неприятно, потому что ему было так стыдно за свою внешность. Мало того, он не видел ничего плохого в том, чтобы работать сразу после окончания школы.       Как Тони сказал ему во время их прогулки, психическое здоровье было веской причиной отложить институт. Не потому, что он нелепо выглядел, а потому, что он так чувствовал себя внутри. Университет должен был быть весёлым временем приключений и новых впечатлений, но это не выглядело так заманчиво лично для него самого. Старшую школу и так еле как можно было терпеть. Он надеялся, что в университете будет лучше, и он не хотел упускать возможность сблизиться с Недом и ЭмДжей на первом курсе и, возможно, даже познакомиться с новыми людьми, но всё это очень нервировало его.       Несмотря на свои внутренние разлады, ему удавалось справляться со своими оценками четыре года. Но сможет ли он продолжать жить так же в Нью-Йоркском университете? Наберёт ли он в весе из-за стресса ещё больше? Теперь, когда он знал о здоровье и фитнесе и нашел несколько крупиц уверенности в себе, он отстранялся от тяжелых мыслей и двигался дальше. Он знал, что Мэй за это будет гордиться им, а его друзья будут счастливы, но, как и высказался Тони, это был его выбор. Что будет лучше всего для него?       Когда он сказал агентам университетов, что его уже приняли в Нью-Йоркский университет с парой стипендий⁵, но он собирался отказаться от приглашения, они посмотрели на него, как на чокнутого. Однако это сработало в его пользу, потому что одна из агенток была из Нью-Йоркского университета и упомянула, что при желании он мог бы получить полную стипендию. Питер взял визитку этой женщины и сказал, что подумает. Это был первый раз, когда он сказал агенту нечто действительно серьезное.       После церемонии награждения группа вернулась в отель, и Лиз решила за команду, что они будут плавать. — Просто плавай в боксерах, — посоветовал Флэш. — Тебе нечего скрывать, — парень хихикнул и, пробегая мимо, шлепнул Питера по заднице.       Питер зло посмотрел в спину Флэша. Придурок. Флэш, очевидно, имел в виду размер его члена, но прозвучало это как комплимент. Питер удовлетворенно улыбнулся — Флэш переиграл самого себя.       В итоге Питер сидел на краю бассейна, опустив ноги в воду. Весь вечер он мог думать только о Тони и университете. Неужели там так плохо? Даже лучше, если обучение будет бесплатно. Он был почти уверен, что у этого предложения были непредвиденные обстоятельства, но все же в основном никому не предлагали стипендии в Нью-Йоркском университете, если они только не участвовали в медицинской программе. Он занимался Декатлоном только для развлечения и не знал, что его хобби на самом деле превратится во что-то столь значимое.       Когда он подумал, какие занятия он хотел бы посещать и где бы он мог жить, и продолжит ли он работать в Iron Fitness или, возможно, найдет стажировку в какой-нибудь модной технологической компании, мир, казалось, открылся в бесконечных возможностях для его будущего. Он не думал, что лишний вес настолько серьёзно беспокоил его по сравнению с приглашением в Нью-Йоркский университет.

***

      Торговый центр был той частью поездки, которую Питер ждал меньше всего, потому что в торговом центре для него ничего никогда не находилось. Вся качественная одежда была слишком дорогой или сидела на нём странно, даже если он находил достаточно большой размер.       В итоге все оказалось не так уж и плохо, поскольку в торговом центре в Вашингтоне было много разных магазинов. Он не планировал потратить больше, чем двадцать долларов, которые дала ему Мэй, но, поскольку он старался не покупать снэки, у него была приличная сумма на банковском счете, которую он мог потратить на случай, если он увидит то, что действительно хочет.       Он был счастлив, что его команда — Нед, Бетти, ЭмДжей и Лиз — решили пойти в Old Navy⁶, так как это был один из его любимых магазинов и там был неплохой выбор из его размера.       Питер выбрал несколько футболок с рисунком, так как их никогда много не бывает, а потом он задумался над новой парой джинсов, так как ещё немного, и можно было бы заметить, что его старые стали большими. — Вот, — ЭмДжей кивнула на пару серых джинсов. — В них ты будешь смотреться круто. — Правда? — удивился Питер. — Я не знаю, какой нужен размер.       ЭмДжей пожала плечами. — Попробуй взять на размер меньше обычного, и ещё на размер меньше. Некоторые джинсы сидят по-разному. В одних магазинах я нулёвка, а в других — шестерка.       Питер нахмурился. — Нулевой размер? — Женская одежда работает иначе, — она снова пожала плечами. — По крайней мере, у вас, парней, есть карманы.       Питер решил прислушаться к её совету и примерить джинсы с однотонным свитером на всякий случай, если ему нужно будет принарядиться. Может, для знакомства с университетом?.. Или чтобы погулять с Тони за пределами спортзала?..       Всем было что примерить, поэтому ребята вместе пошли в примерочную. Раньше Питер никогда не осмелился бы сделать это. Но он считал, если он нравился своим друзьям, когда он был ещё больше, то они не думали, что он каким-то волшебным образом не носит одежду. Еще было приятно слышать, что даже ЭмДжей иногда не вписывается в какие-то рамки.       Нед и Бетти выбрали одинаковые шляпы и рубашки. Все притворились, что это отвратительно, но втайне считали их милыми.       Лиз взяла сарафан с цветочным узором в придачу с такой же футболкой, и ЭмДжей неохотно купила её по просьбе Лиз. Но Питер увидел тайком улыбку подруги, когда она думала, что никто её не видит.       На обратном пути в Куинс Питер посмотрел на свои сумки с вещами. Новая пара наушников, новые медиаторы для гитары и одежда. Не так уж и много всего, но он был доволен.       Флэш решил, что сейчас самое время подойти и пристать к нему. — Привет, Пенис. Что ты купил? — Ничего особенного, — вздохнул Питер.       Флэш нахмурился. — Если тебе нужно было занять денег, надо было просто попросить. Я бы сказал: «Нет», но ты всё равно мог спросить.       Питер фыркнул от смеха. — Тебе что-то ещё нужно? — Теперь твоя очередь подержать мой трофей, — объяснил Флэш. — Наш трофей, — поправила ЭмДжей, не глядя. — Нет, спасибо, — сказал Питер. — У меня нет с собой антисептика для рук.       Флэш пожал плечами. — Как хочешь, Паркер. Один ведь раз тебе шанс даётся.       Питер игнорировал парня, пока тот не ушел.       Питеру не нужно было обладать трофеем, чтобы гордиться победой команды.       Когда они подъезжали ближе к дому, Нед попросил его подробнее рассказать о том, что они обсуждали с агентами, и он задал вопрос, который периодически задавал Питеру в течение нескольких месяцев. — Ты уже решил, пойдешь ли ты с нами в колледж? — Нед всегда смотрел с надеждой, когда говорил это, а Питера это особо не волновало. Не то чтобы он не заботился о Неде и не понимал, почему его лучший друг хотел, чтобы они все втроем: Питер, Эмджей и Нед — ходили в колледж вместе… Просто его личные причины, чтобы туда не идти, были важнее. — Ага. Я решил, — ответил Питер.       Нед вопросительно мотнул головой. — Тебе придется терпеть меня еще четыре года. — Черт возьми, чувак! — Нед приложил руку к груди. — Господи, спасибо!       Питер кивнул в ответ на радость Неда. — Рад, что ты так счастлив, приятель. — Ты даже не представляешь, Питер. Это лучший день в моей жизни.       Питер взглянул на ЭмДжей, чтобы посмотреть на её реакцию, но она просто надула жвачку и назвала его ботаником, что на её языке означало, что она счастлива. Примечания переводчика: ¹Сизи́ф — в древнегреческой мифологии строитель и царь Коринфа, после смерти приговорённый богами катить на гору в Тартаре тяжёлый камень, который, едва достигнув вершины, раз за разом скатывался вниз. Отсюда выражение «сизифов труд», означающее тяжёлую, бесконечную и безрезультатную работу и муки. (Википедия). ²Доступное меню или value menu — это меню в ресторане быстрого питания, которое спроектировано так, чтобы быть наименее дорогим. В США обычно стоимость позиций в таких меню колеблется в пределах от 0,99 до 2,99 долларов. Я бы сравнила с популярными комбо от КФС и Бургер Кинга — «5 за 200». Не знаю, может стоило сразу написать, как «взял 5 за 200», но это уже совсем по-русски как-то :) И, кстати, думаю, что 20 долларов в США это очень мало, потому что цены там высокие (из-за уровня проживания и многих других факторов), так что мне как-то жалко Пита в этой ситуации. Если перевести в рубли — то это 1500 тысячи рублей на 14.04.21, делим на 4 — 375 рублей на каждую остановку. Допустим, у нас есть мак — комбо там будет стоить (возьмем самое дешевое на тот же период времени) — от 159 рублей за макчикен, стандартную фри и напиток 0,4 (если брать с чизбургером — от 175, но там двойной чизбургер). Можем сделать вывод, что 20 долларов в США на еду не так-то и много, учитывая, что у них там за одну позицию берут до 3 долларов (227 рублей черт возьми). И, я кстати слышала от русского блогера, который переехал в Америку, что в макдональдсе и подобных ресторанах быстрого питания в Америке невкусно вообще. Расписала так, что урок недо-экономики получился, хах, извиняйте :)) ³Лузер или «Take the L» — движение из Фортнайта под названием Take the L («прими поражение» или «утрись») в игре обычно используют, чтобы поддеть побеждённого противника. Персонаж танцует, приставив правую руку ко лбу в форме буквы «L», по всей видимости, означающую «лузер» или «lame», то есть «отстойный». Сначала думала, чтобы написать «прими поражение», но смысл не тот, так что такое вот обзывательство фуфуфу ⁴Четыре года, а не одиннадцать лет, как мы все привыкли в России, потому что американцы считают только обучение в старшей (средней) школе перед выпуском, что длиться четыре года. А вообще, там из начальной школы три пути: 1. 4 класса начальной школы, средняя школа (4 класса — 4 года), потом старшая (4 класса — 4 года) — выпуск. 2. 5 классов начальной школы, первая ступень старшей школы (4 класса — 4 года), потом старшая школа (3 класса — 3 года) — выпуск. 3. 6 классов начальной школы, 6-летняя программа средней и старшей школы — выпуск. Да, они учатся 12 лет в школе, 12 классов. И, как я поняла, у всех школ системы разные, но не буду углубляться, у нас тут всё-таки фанфик, а не энциклопедия, но поправьте меня, если что-то не так :)) ⁵«Couple scholarships» или «пара стипендий» — у нас в России одна стипендия — если хорошо учишься. А так как в Америке (и других странах) обучение не бесплатное, ты можешь получить стипендию (благодаря своей деятельности), которая либо частично либо полностью будет покрывать твоё обучение. ⁶Old Navy — магазин одежды, всё просто. Сравнила бы с Бершкой, но мне кажется, что в этом магазине уютнее :)