Горький вкус

Нервы Тома Реддла. Он открыто называл Аврору шлюхой, но все же имел смелость утверждать, что он придерживался определённых моральных принципов, несмотря на то, что был плейбоем Хогвартса и, что еще более важно, убийцей. Единственный момент, который был озвучен на их обходе префектов, — это подтверждение того, что Том действительно стоял за смертью Миртл, и Аврора не хотела ничего, кроме как узнать, как он это сделал. Не из-за заботы о маленькой грязнокровке, просто из-за интереса к тому, как ему это сошло с рук. После многих лет терроризирования студентов, Аврора стала довольно талантливой, когда дело доходило до того, чтобы заставить замолчать тех, кого нужно было заставить замолчать, но сокрытие проклятий — это абсалютно другое.

***

Первые выходные в замке прошли без приключений. Аврора не видела Тома с тех пор, как оставила его в коридоре, но вряд ли она могла сказать, что соскучилась по Реддлу. Аврора полагала, что чем меньше она с ним общается, тем лучше для неё самой. Он не присутствовал ни на одной трапезе, как и его маленькая группа сообщников. Иногда Аврора время от времени замечала их возле замка. Она даже видела Лестрейнджа со своим братом Эваном, который, казалось, ловил каждое слово, сказанное старшим, как будто он проповедовал какое-то Евангелие. Это его поведение, несомненно, было странным, но Аврора много об этом не думала. Рауль был не самым плохим человеком в школе, с которым мог путаться Эван. Во всяком случае, хорошо, что он уже налаживает связи со старшими учениками. Даже Аврора не так рано начала налаживать связи на столь раннем этапе её обучения. Вместо того, чтобы беспокоиться о таких мелочах, Аврора проводила время с друзьями на природе. Солнце все еще висело высоко в небе, последние следы лета еще оставались в теплом сентябрьском воздухе. Конец СОВ привел к резкому сокращению объема домашних заданий, которые теперь были у шестикурсников, что позволило Авроре провести полноценные, непрерывные выходные в замке впервые почти за год. Как бы ей не хотелось это признавать, летом она скучала по Хогвартсу. Франция была не так уж плохо, но стала больше походить на рабочую поездку, чем на что-либо еще. Вряд ли она бы назвала это спокойным отдыхом. Был воскресный день, и четыре девушки растянулись на паре одеял на берегу Черного озера. Когда она сидела в тени одного из множества дубов, усеивающих набережную, наблюдая, как Тея и Олив радостно болтают о Мерлин-знает-что, а Дорея медленно переворачивает страницы учебника, которым она была поглощена, Аврора почувствовала некое удовлетворение. Аврора потянулась за цепочкой, спрятано в складах ее рубашки. Девушка взяла ожерелье и повернула его в руке, отчего оно переливалась на солнце. Черные бусы теперь сияли ярко-зеленым светом, а треугольный амулет так пульсировал магией, что Аврора буквально чувствовала как она пробиралась сквозь кожу её рук и распространялась по всему телу. Аврора почувствовала укол разочарования, зная, что она не сможет ответить на звонок в течение следующих нескольких месяцев. — Что это, Аврора? — Вопрос Олив вывел Аврору из её мыслей, когда она уронила ожерелье, оставив его висеть на галстуке. — Это ожерелье, Оливия. Думаю, что это очевидно. — Рявкнула она, чуть резче, чем хотела. Улыбка Оливии исчезла, и Тея легонько положила свою руку девушке на плечо, а на лице Теи отразилось сочувствие. — Я думаю, что она не это имела ввиду, — улыбнулась ей Тея, стоя рядом с Олив, состояние которой говорило о предстоящем взрыве из слёз и обид. — Она хотела сказать: «какая прекрасная вещь, Аврора»! Аврора посмотрела вниз, её губы изогнулись в довольной улыбке. Она жестоко приняла тот факт, что, если хоть одна из девушек действительно знала, для чего предназначено это украшение и к чему это привело бы, «прекрасное» — это последнее слово, которым они могли бы описать ожерелье. Тем не менее, Аврора отвела взгляд, глядя через плечо Теи, пока та говорила. — Спасибо, это подарок моей тёти. Она подарила мне его ещё летом, — это не было полной ложью. На этом разговор вроде бы закончился. Тея и Олив продолжили свой предыдущий разговор с того места, где они остановились, но глаза Олив все еще оставались остекленевшими, а вид отстранённым. Внимание Авроры снова вернулась к украшению. Её руки прокручивать ожерелье на свету, чтобы продолжить изучение маленького серебряного треугольника. Несмотря на то, что никого не должны были возникнуть вопросы касательно её ожерелья, Аврора все же предпочитала скрывать его от глаз. Она понимала, что вероятность того, что кто-то сможет увидеть чары, наложенные на украшениекоайне мала, но идея иметь что-то своё, частичку её личности, предназначенную только для глаз Авроры и ничьих больше, странно утешала Аврору. Она добровольно отдала столько себя так многим людям, что, оставив себе ожерелье, она чувствовала себя в безопасности, несмотря на то, что оно значило. Затем внимание всей компании привлек звук криков, донёсшийся до них с невероятно быстрой скоростью. Группа семикурсников, сверкая гриффиндорскими галстуками, выбежала из-за деревьев, крича и неуклюже толкая друг друга. Впереди всего этого сборища был их очевидный лидер, долговязый мальчик с беспорядочными тёмными волосами, торчащие в разные стороны, и такими голубыми глазами, что они были почти сравнимы с глазами Авроры. Невозможно было ошибиться, из какой семьи был этот волшебник. Когда они поняли, что они не одни, крики и толчки прекратились, и парень криво ухмыльнулся девочкам. Розье открыла рот, чтобы поприветствовать его, но Дорея опередила её. — Привет, Карлус. — Темноволосая ведьма оторвалась от своей книги впервые с тех пор, как открыла её несколько часов назад, и снова улыбнулась Поттеру. — Да ладно, Блэк? Аврора посмотрела на двоих, которые просто улыбались друг другу. Что, во имя Салазара, здесь происходит? Аврора вежливо откашлялась, прервав странный разговор между ними. Карлус слегка покачал головой, оглянувшись на Аврору, которая явно ожидала от него объяснений. — Ой, извини, Розье, я не знал, что вас так много здесь, мы просто найдем где-нибудь… — Голос Поттера затих, когда его взгляд переместился на грудь Авроры. Обычно она ухмылялась и кокетливо замечала такое поведение, но внезапное отсутствие слов у Поттера не имело ничего общего с женской анатомией. Вместо этого он смотрел на ожерелье, которое блестело на полуденном свете. Аврора Розье, ты полная дура! Карлус снова перевёл взгляд на Аврору, его глаза слегка сузились, этого было достаточно, чтобы она заметила его странную реакцию. Несмотря на внезапный всплеск паники, возникший в её животе, лицо Авроры оставалось невыразительным. — Да, мы найдем где-нибудь другое место, давай, ребята. Увидимся, Блэк. — Поттер кивнул в сторону Дореи, едва узнавая трех других девушек, с которыми она сидела, когда он хлопнул рукой по руке одного из своих друзей, ведя их обратно к замку. Пока все провожали взглядом уходящих мальчиков, Аврора быстро спрятала свой кулон за складками своей рубашки, надеясь, что никто не заметил, что имеенно вызвало такую ​​реакцию. К счастью, вероятнее всего, причина была выпущена из виду, хотя резкое изменение в настроении Поттера незамеченным не осталось. — Что, черт возьми, с ним случилось? — Олив наконец заговорила после того, как гриффиндорцы оказались вне пределов слышимости. На этот раз Аврора даже не попыталась морочить себе голову и позволила другим разобраться с этим. — Это странно, мы вернулись четыре дня назад, а он еще ни разу не пытался разыграть всю школу. Выглядит довольно нехарактерно для этой компании, вам не кажется? — Продолжила блондинка-ведьма. Дорея слегка фыркнула, и все три пары глаз уставились на неё. — Ну, его сестра пропала летом, я полагаю, что именно поэтому он такой… Её до сих пор не нашли, не так ли? Если кто-то из моих братьев или сестёр пропал бы без вести, я сомневаюсь, что была бы в настроении подшутить над кем-нибудь. Аврора знала, что Дорея не имела в виду этого. Она ненавидела своих братьев и сестер. Кассиопея не разговаривала с Дореей с тех пор, как она переехала во Францию ​​после окончания Хогвартса, а за три года до этого Поллукас снабдил её своей довольно отвратительной племянницей Вальбургой, а Мариус был отвергнут, когда ему было одиннадцать, за то, что он сквиб. Она заступилась за Поттера? Однако внезапно что-то, казалось, щелкнуло в голове Авроры. Этим летом его сестра пропала без вести. — Что случилось с его сестрой? Вы сказали, что её все еще не нашли?» То, как Карлус остановился, когда увидел кулон… Дореа с любопытством посмотрела на Аврору, словно пытаясь прочесть выражение ее лица. — О, конечно, ты же была во Франции, поэтому не слышала об этом. Это было писалось в «Ежедневном пророке» несколько недель. Седрелла Поттер просто исчезла. Ночью она с подругой отправилась в Годрикову Лощину и так и не появилась на работе на следующий день. Авроры обнаружили, что её квартира полностью разрушена, и следов о том, куда бы она могла бы пойти найдено не было. Её палочку обнаружили на кухне, поэтому они не смогли отследить её. Авроры предположили, что её увезли за границу, но семье сообщили об этом только через месяц. Как жалко, я встречала её несколько раз на семейных мероприятиях, и она всегда была очень милой. Седрелла была на семь лет старше нас. Оливия заговорила быстрее, прежде чем Аврора успела сформировать свой ответ. — Я думала, что Поттеры считаются предателями крови, Дор, что они делали на мероприятии в доме Блэков? Дореа неловко рассмеялась. Что с ней не так? Она никогда так не делала. — Они по-прежнему чистокровные, Оливия. Даже моя семья не может не пустить пару комментариев о том, что это не мешает им быть одной из самых древнейших и могущественных фамилий волшебного мира Похоже, что никто ничего не мог сказать. Тея понимающе кивнула, Дореа вернулась к своей книге, а Оливия отвлеклась на Гигантского Кальмара, который купался на мелководье, обрызгивая группу третьекурсников длинным щупальцем. Но шестерёнки в голове Розье вращались со скоростью света. Та девушка, с которой ей пришлось иметь дело летом была сестрой Поттера. Конечно, Аврора знала имя его сестры. Она знала пару Поттеров со школы, так как они были членами довольно-таки выдающийся чистокровной семьей, но она никогда не думала, что эта девочка была связующим звеном между её двумя мирами. Яркий поздний летний день, казалось, превратился в унылое ничто, когда разум Авроры был затоплен звуками криков. О том, как кровь стекала из пореза на шее. И о звуке, который издало тело, когда оно наконец упало на пол, холодное и безжизненное. И Карлус знал. Он увидел кулон и сложил два плюс два. Он мог видеть этот кулон в квартире Серделлы, когда девушка по неосторожности оставила его там, после чего она незамедлительно вернулась за ним, но теперь она допустила ещё одну неосторожности. Розье позволила Поттеру увидеть доказательство её причастности к всему этому. Как, чёрт возьми она прокололась? Аврора в Хогвартсе меньше недели, и что-то такого масштаба могло бы уничтожить её, если бы кто-нибудь еще узнал. Может ли Карлус рассказать кому-нибудь о том, что он видел? Аврора точно знала одно, что это было то, чем она не могла рисковать. Для неё это было буквально жизнью или смертью. — Я собираюсь вернуться в замок, мне нужно взять книгу из библиотеки перед завтрашним уроком ЗОТИ, — солгала Аврора, быстро вставая с одеяла, на котором она валялась. — О, хорошо, если ты хочешь, и можем сходить с тобой. — любезно спросила Тея. — Все в порядке, скоро увидимся за ужином. — С этими словами Аврора развернулась и почти мгновенно исчезла из поля зрения девушек.

***

Аврора все-таки пошла в библиотеку, но не для того, чтобы найти книгу. Ей нужно найти Поттера. Она шла по коридорам, осматривая самые очевидные места, в которых мог быть Поттер. Гриффиндорская башня, библиотека и большая часть западного крыла замка. В конце концов, она нашла семикурсников у оранжерей, от которых исходил едкий дым табака, заставляя блондинку сморщиться. Авроре нужно было остаться с Карлосом наедине, поэтому она скрылась в пространстве между двумя доспехами и подождала, пока группа рассредоточится. Первой паре потребовалось пятнадцать минут, чтобы объявить о своем уходе, они направились в Большой Зал, и Аврора наложила на себя более сильное дезиллюминационное заклятие для дополнительной меры, когда они подошли слишком близко к ее укрытию. С этого момента все больше и людей проходили мимо Авроры, к счастью, Карлус был последним, кто решил уйти. Он сунул маленькую коробку в карман своей мантии и направился к выходу. В один момент чья-то рука схватила его и затащили в маленькое пространство, котором он, разумеется, не знал. — Какого? — Силенцио. Глаза Карлуса расширились, когда она не смог произнести ни одного слова и Аврора быстро сбросила с себя чары — Послушай, Поттер, я хочу прояснить лишь одну вещь, — её глаза хищно сузились. Всё, о чём бы ты не думал и всё, что ты видел — ты ошибалися,  — прошипела Аврора. Пытаясь бороться с железной хваткой Авроры, Карлус покраснел, а неспособность говорить приводило его в ещё большую ярость и, если бы девушка сняла бы заглушающие чары, он кричал бы так громко, что весь Хогвартс прибежал сюда. Он определенно знал. Аврора могла слышать, как её кровь бурлит в ушах, когда она полностью осознала последствия того, что отпустила его со информацией, которую он имел. Она тяжело выдохнула, не задумываясь о том, будет ли ее следующий шаг правильным решением или нет. Приложив кончик своей палочки к виску Карлуса, Аврора сосредоточила внимание на том моменте, когда он увидел подвеску, и прошептала: — Обливейт. Когда Аврора оторвала синюю прядь воспоминаний, борьба прекратилась. Аврора безжалостно взмахнула палочка и безвозвратно уничтожала то, что могло стоить ей жизни. Карлус несколько раз моргнул, прежде чем взглянуть на Аврору. Лицо Поттера отражало замешательство и недоумение. — Розье? Что ты здесь делаешь? — спросил он, сосредотачивая своё внимание на то минимальное расстояние, что было между ними. — Извини, Поттер, я думала, что ты кто-то другой, видимо я ошиблась. Я тогда пойду, — она мило улыбнулась и, о бросив волосы со своих плечь, выскользнула из щели. — Хорошо…тогда. До встречи? — Карлус продолжал быстро моргать, нахмурившись, явно сбитый с толку. Простояв так ещё некоторое время, парень решил отправиться в Большой зал. Аврора выдохнула, довольная своим успехом. Он не испугался, увидев её, так что это означало, что извлечение воспоминаний сработало. Извлекать единичные воспоминания всегда было труднее, чем полностью стереть чей-то разум, и Аврора не могла не чувствовать себя довольной своим достижением. Как и семикурсник, Аврора решила отправиться в Большой зал. Оглядевшись в последний раз вокруг и обрадовавшись, что никто не видел ее встречи с Поттером, Аврора пошла в вестибюль, чтобы встретиться с девушками. К несчастью для Авроры, она не заметила темноволосого парня, который вышел из оранжереи, радуясь тому, что он только что имел возможность лицезреть.