Горький вкус

Сентябрь неожиданно быстро сменился октябрём. Аврора чувствовала себя непринужденно, зная, что после столкновения с Карлусом Поттером, тот вёл себя абсолютно спокойно и за его поведением ничего подозрительноного замечено не было, а тот факт, что Том Реддл, похоже, тоже держался на расстоянии, был дополнительным бонусом. Однако был человек, который определенно не держался на расстоянии — Рауль Лестрейндж. Аврора сначала этого не замечала. Всё было как обычно: по коридорам обменивались улыбками, и иногда он держал дверь открытой для нее, но по прошествии нескольких недель его постоянное присутствие становилось все более и более заметным. За обедом он сидел немного ближе к ней, чем Том, и и прилагал больше усилий, чтобы взаимодействовать с ней на их общих занятиях, особенно на Древних рунах, к очевидному разочарованию Тома. Парень, не теряя времени, весьма резко излагал свои взгляды на зарождающееся партнерство, которое складывалось на столе позади него, раздраженно фыркая каждый раз, когда кто-то делал шутливое замечание, адресованное Авроре и Раулю. Рауль оказался по-настоящему симпатичным, а такую характеристику Аврора не приписывала большинству людей. Неодобрение Тома только подстегивало её. В то время, как Аврора обычно насмехалась над любым, кто пытался хоть как-то зайти дальше с ней в разговоре больше, чем на одно предложение, она обнаружила, что более чем готова участвовать в тонком флирте Лестрейнджа. Она зашла так далеко, что была готова прекратить свои свидания, хотя она уверяла саму себя, что это всего лишь потому, что они становились скучными, а не из-за какого-то темноволосого симпатичного Лестрейнджа. Девочки тоже заметили перемену в Авроре: она становилась легкомысленной и постоянно хихикала всякий раз, когда он проходил мимо девушки или подмигивал ей во время еды. К середине октября Лестрейндж стал сопровождать Аврору на большинство ее уроков, несмотря на ее легкое раздражение и настойчивые утверждения в том, что она вполне способна добраться до Астрономической башни сама. Это часто встречалось только смехом, и он продолжал крепко сжимать руку Авроры, практически таща ее вверх по лестнице, попутно рассказывая ей о своем дне. Хоть они и не были официальной парой, слухи об их отношениях начали быстро распространяться, и каждый слух был безумнее другого. Однажды утром Аврора поклялась, что, если она услышит еще один шепот о том, что она и Лестрейндж слишком комфортно чувствуют себя в раздевалках для квиддича, кто-то потеряет глаз и, возможно, язык. Однако впервые в своей жизни в Хогвартсе Аврора осознала, что слухи о ней были довольно безобидными. После многих лет мучений из-за репутации школьной шлюхи, идея о том, что сплетни основывались на ее связи только с одним человеком, как ни странно Аврора даже приветствовала. На самом деле это было довольно печальное положение — просто радоваться тому, что люди не называли ее шлюхой именно в этом месяце, но Аврора уже привыкла к этому. И всё же Аврора хорошо справлялась с людьми, которые заходили слишком далеко. Слухи о ее агрессии в значительной степени подкреплялись фактами. Так что Аврора позволила себе распространить слухи. Она позволила увидеть себя идущей слишком близко к Лестрейнджу, слишком драматично запрокинув голову в смехе над его шутками и нежно касаясь губами его уха, когда она шептала ему сладкие пустяки в любой момент, просто чтобы видеть, как он слегка нервничает от ее смелости. Она чувствовала себя нормальным подростком, чего у Авроры никогда раньше не было. Ее общение с Лестрейнджем было находкой, особенно после лета. Иметь кого-то, кто тепло относился к ней без явных скрытых мотивов, того, кто не был навязать девушке с детсва — было в новинку для Авроры, но она не особо возражала. Будь она проклята, если позволит такому хорошему парню пропасть зря.

***

Первый матч по квиддичу в году был встречен с большим волнением: Слизерин против Гриффиндора. Слизерин был чемпионом по квиддичу последние пять лет, и ни один из других факультетов даже близко не приблизился к победе над ними. В этот момент Аврора слишком хорошо понимала, что это была особенно почётная ноша, которую Рауль с гордостью перенял на себя, когда стал лидером команды, и он заверил Аврору, что не намерен прерывать эту череду сокрушающих побед в свой первый год в качестве капитана. Утром перед матчем Лестрейндж сидел с остальной частью своей команды, склонив головы над тарелками с едой, которую, казалось, ел никто, кроме приземистого маленького парнишки с четвертого курса, слишком поглощенного разговором, чтобы есть. Аврора даже не пыталась скрыть взгляды, которые она бросала в его сторону, пару раз ловя его взгляд и, она почувствовала лёгкое тепло, когда Аврора увидела улыбку, которую он пытался подавить, глядя на девушку. Когда команда, наконец, встала, чтобы покинуть зал, они встретили одобрительные возгласы, доносящиеся со всех сторон слизеринского стола, Рауль подошел к Розье, чтобы целомудренно поцеловать Аврору в щеку. Помигивая, он отстранился с такой ухмылкой, будто он выиграл Чемпионат по квиддичу, а не школьные соревнования. — Пожелай мне удачи, Розье! — Аврора только высунула язык в ответ. Когда глаза девушки, наконец, отвлеклись от его удаляющейся фигуры, на Аврору уставились три пытливых взора ее подруг, которые практически визжали от увиденного. Лёгкая ухмылка покинула лицо Авроры, когда она буквально почувствовала на себя чей-то тяжёлый взгляд. Повернув голову, Аврора посмотрела прямо на Реддла. Стоит отметить, что его прожигающий взгляд с опасным призёром заставил Аврору напрячься. Девушка нахмурилась, не совсем веря, что он снова попытается применить к ней легилименцию после почти двух месяцев полного молчания. Реддл как-то слишком громко выдохнул и вернулся к разговору с Эйвери и Малфоем, как будто он не только что пытался вторгнуться в ее разум. Аврора знала, что Том полностью осознавал последствия попытки проникнуть в ее голову, и она была абсолютно уверена, что юноша достаточно хорошо помнит как ему пришлось провести ночь в больничном крыле, ухаживая за сломанным носом на четвертом курсе, проклиная себя за свою ошибку. Мысль о Томе, спотыкающимся о ногу четырнадцатилетней Авроры, на лице котрого, была кровь после такого «неудачного» столкновения с каменной лестницей, была более чем радостной, чтобы вернуть Авроре неестественно солнечное настроение. Из-за пронизывающего ветра — волосы Авроры колыхались и неприятно били по лицу, пока они всей компанией неслись по грязной дорожке к трибунам, но вместо привычного раздражения, которое пробуждалось в девушке буквально от всего на свете, Аврора улыбалась, сама не зная почему. Болтовня, окружавшая ее, становилась всё громче, по мере приближения к трибунам. Олив практически затащила всю компанию на передние сиденья трибун Слизерина. Тея смеялась над энтузиазмом Оливии, одетой в такой же очаровательный серебристо-зеленый шарф, как и все они, в то время как Дорея заправляла свой плохо спрятанный красный бант в петлю люимого пальто. Аврора приподняла бровь в лёгком недоумении, однако Дорея только пожала плечами. Но на невысказанный вопрос Авроры был быстро дан ответ. Когда рой красно-желтых вылетел на поле, Карлус Поттер взял на себя инициативу, и подмигнул своей невесте. Толпа встретила их смесью аплодисментов и освистывания, когда комментатор Фрэнсис Джордан, шестикурсник Равенкло, представил каждого члена команды Гриффиндора. Он отметил, что команда выглядела сильнее, чем когда-либо прежде, когда охотники начали кружить по полю, чтобы похвастаться. Рев поддержки львов был быстро заглушен, когда появились змеи. Аврора сразу заметила Лестрейнджа, когда он вылетал из раздевалок Слизерина со своей командой. Змеи, несомненно, был наименее любимым факультетом Хогвартса, но никто не мог отрицать, что у них была непревзойденная способность выпускать лучших игроков в квиддич в Англии. Команда летела в идеальном построении вокруг стадиона за Раулем, в отличие от команды Гриффиндора, в которой все летели куда хотели. Джордан представил команду еще раз, потратив дополнительное время, чтобы сообщить всем, что забивающий Аттикус Гринграсс и вратарь Вален Яксл досрочно подписали контракт с «Кенмар Пустельга», и будут обязаны явиться на сборы, когда они закончат школу в июне. Аврора знала, что это нормально, что команды ищут новых молодых игроков, учитывая, что Рауль уже получил предложения от трех разных команд в конце прошлого года. Профессор Тормунд, довольно суровый на вид учитель полетов, вышел на поле, когда обе команды приземлились.Поттер и Лестрейндж шли навстречу друг другу, а толпа продолжала кричать в поддержку своим фаворитам. Они обменялись рукопожатием, хотя Аврора могла сказать, что это было определённо вынужденное обстоятельство, учитывая, как быстро оба отдернули руки после этого.Лестрейндж зашел так далеко, что вытер руку о свою квиддичную мантию после того, как заметил смешок Авроры над своим очевидным пренебрежением к предателями крови. Тормунд выпустил снитч, и Джордан объявил, что игра началась. Когда он сказал, что команда Гриффиндора сильна в этом году, он не лгал. Через десять минут счет был уже 10:10.Яксли кое-как сумел уклонился от особенно хорошо прицельного бладжера Карлуса, который полетел к нему в то же время, что и охотник львов, который так кстати забросил квоффл к кольцо… Слизеринцы, продолжали кружить вокруг другой команды. Не раз Рауль пролетал мимо Авроры, чтобы посылать ей поцелуи, к большому удовольствию Олив и Теи. Это действительно было ужасным флиртом, а Дорея казалась слишком сосредоточенной на конкретном гриффиндорце, чтобы замечать это. Аврора развлекалась, пока не почувствовала руку на своем плече. Она повернулась к тому, кто это был, и резко вдохнула, когда встретила знакомые темные глаза, которые так пристально избегали ее последние несколько недель. С ним были Эйвери и Малфой, но они были слишком заняты просмотром игры, чтобы обращать внимание на его действия. Должно быть, они прошли на трибуны вслед за девушками, потому что Аврора знала, что она бы не оставила их без внимания, если бы узнала о их компании раньше — Не обижайся, Реддл, но ты бы не мог бы проявить любезность и свалить? Я наслаждалась твоим отсутствием. — крикнула Аврора, стараясь перекричать рев толпы, когда Слизерин забил еще один гол, доведя счет до 90:30 в пользу змей. Том нахмурился, зная, что она действительно хотела его оскорбить, но явно не желала начинать спор прямо здесь. Он убрал руку и снова посмотрел на игру довольно скучающим взглядом. Аврора знала, что квиддич Реддла не интересует, поэтому тот факт, что он вообще был здесь, вместо того, чтобы скрываться в Библиотеке или пытаться еще глубже проникнуть в задницу Слизнорта, был шоком сам по себе. А то, что он даже взглянул в ее сторону, не говоря уже о прикосновении к ней, было еще большим шоком. Аврора быстро вернулась к реальности, когда толпа снова взревела, сигнализируя об очередном голе команды Слизерина. Ее глаза блуждали по полю, сразу же сосредоточившись на шевелюре темных волос, которая снова кружила по полю, аплодируя успеху его команды. Его руки были оторваны от рукоятки метлы, когда он гордо кричал о талантах своих охотников к ужасу гриффиндорцев, которые становились все более и более безумными. Аврора видела, как Карлус Поттер буквально парил, когда он бил бладжер за бладжером по слизеринцам, но не мог сбить их с ритма. Дорея нервно вздыхала при каждом взмахе гриффиндорского капитана, которого Аврора находила весьма милым. К первому тайму счет был 170-40, больше, чем когда-либо удавалось забить слизеринцам за три года, без снитча. Рауль выглядел так, словно ему было наплевать, поскольку он продолжал беззаботно летать по полю, а охотник Гриффиндора метался вверх и вниз, как будто его жизнь зависела от этого крошечного золотого шарика. Именно тогда Аврора почувствовала, как ее сердце упало куда-то вниз. Дорея ахнула, когда Поттер ударил бладжером прямо в спину Лестрейнджу. Аврора выкрикнула его имя и почти могла слышать смех Тома позади нее, но не было уверена, поскольку ее пульс учащался по мере приближения к нему мяча. Это было всего в десяти сантиметрах от головы Лестрейнджа, когда он внезапно нырнул в сторону, и Аврора с облегчением упала на трибуны, когда бладжер прошел прямо у его головы. Теперь она была уверена, что слышит смех Тома: глубокий и неприятный, но ей было все равно, все ее внимание было сосредоточено на Рауле, который заметил снитч, а ловец Гриффиндора едва обращал внимание, что происходило, до тех пор, пока море зелени на трибунах взорвалось дрожащим от радости возгласом, когда Лестрейндж поднялся высоко на поле, крепко сжимая снитч в поднятой руке. Команда Гриффиндора слетела на землю, когда счет был изменен на 320-40. Все они были со склоненными головами, а Карлус Поттер выглядел так, будто его ударили битой по голове. Слизеринцы, казалось, были более чем счастливы принять участие в нескольких победных кругах, обогнув трибуны как минимум 7 раз, прежде чем крики начали утихать, и они вернулись на землю. За время, необходимое для приземления, Аврора и девочки спустились по лестнице, за которыми следили Реддл с его «друзьями». Это была самая впечатляющая первая игра в сезоне, которую когда-либо видела школа. Ни один факультет никогда не приближался к победе с таким отрывом на столь раннем этапе лиги. Команда змей без стеснений принимала поздравления, в то время как Гриффиндорцы поспешили ретироваться с поля. Дорея незаметно пошла за ними, преследуя некоего загонщика. Аврора решила ближе подойти к команде, стремясь отделиться от Реддла, который подбирался все ближе и ближе к ней, не сводя глаз с Лестрейнджа, когда он смеялся и хлопал своих товарищей по команде по плечу, очевидно, очень наслаждаясь вниманием и не обращая внимания на приближение блондинки.Аврора прижала пальцы ко рту и присвистнула, голова Рауля немедленно повернулась к ней, а его улыбка стала настолько шире, насколько это было возможно. Он оттолкнул от себя каких-то семикурсниц, которые его очень активно поддерживали, и побежал к Авроре. Толпы разошлись перед ним, чтобы не быть сбитым с ног героем сегодняшнего дня. Аврора шагнула вперед, а её собственная улыбка почти начала причинять боль лицу девушки. Она ожидала, что Рауль заключит ее в объятия, но неожиданно для всех он притянул к себе волшебницу. Она затаила дыхание. Девушка не ожидала, что он запустит свои пальцы в ее волосы и прижмет ее лицо к себе, в момент, когда их губы сомкнулись, а толпа, казалось, снова взорвалась. Но весь шум аплодисментов и волчьи свистки утих, когда он осторожно отпустил Аврору, однако рука Рауля не отрывалась от ее затылка, а другая легла на талию Розье. Руки Авроры обвились вокруг шеи волшебника, когда он притянул ее ближе, и она упала в его объятия в его объятия. Ей было наплевать на публику, когда Рауль держал ее за волосы, откидывая ее голову назад, чтобы углубить поцелуй, пока его язык скользил по ее нижней губе. Она почувствовала, как тает от его прикосновения, когда они стояли там, блаженно потерянные в момент, когда они были одним целым. Он был нежным и теплым, и Аврора не смогла не улыбнуться ему в губы, прежде чем он медленно отодвинулся, чтобы прижаться лбом к ее лбу. Лёгкий запах травы и полироли для веников наполнил воздух вокруг нее, когда она открыла глаза, тихо смеясь над парнем, который теперь смотрел на нее так, как не смотрел на неё ни один мужчина. Это не было похотью или голодом, это было чистое обожание. — Это, — прошептал Рауль, слегка задыхаясь, когда рука, лежавшая на ее затылке, переместилась к ее бедру. — Было лучшим послематчевым поздравлением, которое я мог получить. Аврора только улыбнулась ему, когда мир вокруг них, казалось, вернулся, и ее уши снова затопили аплодисменты сторонников Слизерина. Последние несколько недель знакомства с Раулем были для Авроры как сон. Она никогда не чувствовала себя такой оцененной кем-то просто за то, что она была рядом. У нее не было причин думать, что он чего-то хотел от нее, и то, как он только что поцеловал ее, заставило ее почувствовать себя слабой и хрупкой девушкой. И это, чёрт возьми, было невероятно! Аврора позволила своим рукам упасть с плеч Рауля, а его девушка нашла не своей талии, и она переплела их пальцы. Бровь Рауля приподнялась, когда она повернулась и начала уводить его с поля к выходу. Они были встречены возбужденным визгом, который, казалось, походил на каждую девушку в округе, в то время как каждый мальчик, казалось, стремился поблагодарить Рауля за его успех в ловле Авроры Розье. Аврору по-прежнему не волновало, что они думают, к черту их всех. Оставалось пройти только одного ученика, прежде чем они полностью покинули бы стадион.Аврора почувствовала, как ее живот сжался при виде аккуратных каштановых волос, когда они подходили все ближе и ближе, желая прямо сейчас увидеть кого-нибудь, кроме Тома. Он увидел все, что только что произошло, и Аврора еще не была уверена, что она думает по этому поводу. Аврора надеялась, что они смогут просто пробежать мимо него, уклониться от почти наверняка надвигающейся насмешки и нити оскорблений. К ее большому разочарованию, их приближение не осталось незамеченным, и он повернул голову прямо перед тем, как они прошли. Однако Том не усмехнулся и не дал никаких комментариев. Во всяком случае, настоящая реакция Тома встревожила Аврору больше, чем что-либо еще. Том Реддл улыбался.