Желание

      Больничное крыло этой ночью было очень оживлено. Волшебники и волшебницы, с ужасом на глазах, слушали рассказ стоящего перед ними Гарри, с каждой новой фразой наводившего на них еще большую волну страха. Они явно были не готовы к подобным новостям этой ночью, а потому даже не желали верить в услышанное.       — Все началось с того, что в субботу утром. После дуэли мисс Грейнджер и мистера Малфоя, директор Гриндельвальд прислал срочного Патронуса профессору Реддлу, — вещал Поттер. — В нем сообщалось, что Альбус Дамблдор, каким-то образом, смог схватить и убить Амелию Боунс, завладеть ее волшебной палочкой и выбраться из места своего заключения.       — Амелия… Она была столь хорошей женщиной, — вспоминала Минерва.       — Мы сразу же направились в Австрию, — продолжал Гарри, не обращая внимания на Макгонагалл. — На счастье, директор поспособствовал подключению местного камина к общей сети, а потому добрались довольно оперативно. В общем, несколько дней мы с профессором Реддлом скакали как сайгаки по горам, пытаясь найти следы Дамблдора, а директор Гриндельвальд пытался понять, как за два месяца сбежали два преступника из тюрьмы, где за сотню лет не произошло ни одного прорыва.       — Два? А кто второй? — спросил Снейп.       — Об этом чуть позже, — не стал пока рассказывать про Блэка Поттер. — В общем, когда мы вернулись, то успели лишь увидеть, как Дамблдор буквально рукой разрывает Геллерта на атомы, берет его волшебную палочку и одним движением сносит половину замка. Нам ничего не оставалось, кроме как вступить с ним в битву и попытаться остановить.       — Это так ужасно, нам будет очень его не хватать… — пропищал Флитвик.       — На самом деле это больше напоминало избиение младенцев, мы буквально ничего не могли сделать против Дамблдора, — продолжал рассказ Гарри. — Увы, непобедимая палочка на то и непобедимая, что отобрать ее можно только хитростью и обманом, но никак не в прямом бою, а учитывая силу Альбуса, то тандем просто ужасающе мощный. Скорее всего, он незаметно подкрался к директору и застал его врасплох, потому она и покорилась ему, а потом произошло то, чего мы никак не ожидали. Замок, столько лет высасывавший из него магию, в момент разрушения вернул все сполна и дряхлое тело этого урода не выдержало, превратившись в Обскура, причем такой силы, что он мог бы разрушить целый город одним только желанием.       — Как вы смогли сбежать? — раздался вопрос Гермионы.       — Лишь чудом, — вздохнул Гарри. — Я побежал хватать обессилившего Тома, у которого уже не хватало мощи на трансгрессию, а Обскур коснулся его в последний момент. Такой боли я еще не испытывал, а что ощущает сейчас Том, я даже боюсь представить.       — Но как ты смог отогнать его? — все не понимала девушка.       — Адским шаром, — просто ответил Гарри, глядя ей прямо в глаза.       У Гермионы моментально перехватило дыхание. Она знала ЧТО это за заклинание, поскольку сама изобрела его еще в том мире, находясь под впечатлением от термоядерной бомбы, пытаясь изобрести ультимативное оружие последнего шанса, однако они так и не использовали его, боясь последствий, но вот теперь, не имея иного выбора, Поттер испытал его в деле.       — Что оно делает? — поинтересовался Невилл.       — Ну… — замялся Гарри. — Я не успел особо понаблюдать за последствиями, но в теории, оно должно сжечь все в радиусе примерно тысячи футов.       — В смысле сжечь?       — В прямом, — хмыкнул Поттер. — Образуется огненный шар, с температурой в миллионы градусов, испепеляющий абсолютно все, если это место не укрыто мощнейшими щитами, по примеру Хогвартсовских. Сейчас то место должно напоминать огромную вырезанную полость, где, возможно, рушатся горы, потерявшие опору.       — Невероятно… — прижала руки ко рту Минерва. — Вы уничтожили Обскура?       — Не думаю, — помотал головой Гарри. — Шар растет, начиная с расстояния около десяти футов, дабы была возможность не поджарить союзников, что и спасло профессора Реддла, однако часть Обскура также попала в это расстояние. Думаю, я смог отсечь почти три четверти его мощи, но даже тот остаток невероятно силен. Скорее всего, ему понадобится теперь длительное время на восстановление, которое мы должны потратить на поиск способа спасения профессора Реддла.       Все наконец вновь обратили внимания на странную позу заместителя директора. Рассказ Гарри смог отвлечь их от пострадавшего коллеги, а теперь вновь привлек к его персоне. За окном уже рассветало, они так заговорились, что не заметили как провели в обсуждениях всю ночь.       — Теперь расскажите, что с ним, — потребовал Северус.       — Видимо, часть отрезанного Обскура засела в нем и причиняет сильнейшие страдания, — высказывал свои предположения Гарри. — Сейчас он находится под действием замедляющего время поля, но это ненадолго, а потому нам нужно как можно скорее вытащить эту гадость.       — Замедление времени? Мистер Поттер, вы способны и на это? — удивился Снейп.       — А что тут сложного? — пожал плечами он.       — Но в таком случае, почему вы и профессор Реддл не использовали эту способность? — продолжал зельевар. — На сколько я знаю, лишь вы вдвоем смогли применить ее в бою.       Гарри невесело ухмыльнулся и глянул на Гермиону, от чего та уставилась глазами в пол. Все же девушка также научилась выполнять этот крайне сложный трюк, хоть и требовал он у нее практически все резервы, что в принципе имело ее магическое ядро, однако парень не стал доносить это до своих коллег.       — О, поверьте, мы скручивали время как могли, но Дамблдору было как-то плевать на наши тщетные попытки, — с небольшим смешком отвечал Гарри. — И да, вы правы, он так не умеет, иначе я бы с вами не разговаривал.       — Ебануться, и как остановить этого злобного мудака? — раздался из дверей знакомый, но столь давно потерянный для Гарри голос, от которого екнуло и забилось чаще сердце.

***

      Сириус появился практически перед входом в Три метлы. Мадам Розмерта великодушно приняла гостя, но с сожалением сообщила, что все рабочие места уже заняты, ибо заведение было популярным, а условия трудоустройства весьма лояльными и потому она не может предложить ему вакансию.       — Скажите, а вы хорошо летаете на метле? — спросила она.       — Не жалуюсь, — чуть улыбнулся Сириус. — Мой друг был ловцом в школьной команде и обучил меня. А что?       — Я слышала, в замке не хватает тренера по полетам, — вспомнила она слова Минервы. — Мадам Трюк уже давно просила себе замену, но мало кто согласен бегать и летать целыми днями под дождем и снегом за зарплату школьного учителя.       «Найти работу в Хогвартсе? Бинго!» — обрадовался мужчина. — Не подскажете, к кому мне там обратиться?       — Кажется, заместитель директора, профессор Реддл отвечает за прием персонала, — вспоминала женщина. — Насколько я знаю, сейчас он в отъезде, но возможно, во вторник утром, вы сможете с ним поговорить.       «Реддл… Что-то знакомое» — мыслил он. — Спасибо, подскажите, у вас есть свободные комнаты? — поинтересовался Блэк.       — Да сколько угодно, пятнадцать сиклей в сутки, — улыбнулась Розмерта.       — Тогда я, пожалуй, остановлюсь пока у вас, — сказал Сириус, протягивая несколько монет. — Надеюсь, во вторник смогу переехать в замок.       — Не подскажете ваше имя? — взяла перо Розмерта. — Мне нужно записать.       — Сириус Блант, к вашим услугам, мэм, — слегка поклонился Бродяга.       — Тогда могу пожелать вам приятного отдыха, мистер Блант!       Ранним утром Блэк шел по так знакомым ему коридорам Хогвартса и радовался жизни. Он вдыхал запахи, смотрел на спешащих на завтрак детишек, слушал звуки. Все было настолько родным, что он не удержался и для начала заглянул в Большой зал, надеясь увидеть изменения этого мира, а также, возможно, сына своего лучшего друга, который вполне мог быть живым в другой реальности. К его удивлению, за столом преподавателей пустовала почти половина мест, включая директора, а многие школьники взбудоражено обсуждали столь необычное событие.       Этому могло было быть только одно объяснение, а потому он поспешил в больничное крыло, где застал довольно интересный рассказ, главным оратором в котором выступал сильно повзрослевший, но все еще его крестник, Гарри Поттер. Он успел на том моменте, где Гарри рассказывал о своем сражении с Дамблдором, под крайне удивленные лица остальных преподавателей. Сириус не стал пока заходить внутрь, а остался за дверьми, внимательно слушая и собирая информацию, чтобы затем обратить на себя внимание под конец рассказа.

***

      — Прошу прощения, кто вы? — спросила мадам Помфри.       — Я… я не знаю как вам объяснить…       — Не сочтите за грубость, но у нас серьезная ситуация.       — Да уж, серьезней некуда, — мрачно выдал Бродяга.       — Быть может, назовете себя? — уточнил Флитвик.       — Боюсь не могу этого сделать, — усмехнулся Блэк.       — Вам следует уйти, — встал со своего места Снейп.       — А ты выгони меня, Ньюниус! — тут же вспыхнул Сириус.       Снейп замер на полушаге, поскольку последний раз так его дразнила шайка Блэка еще в детстве, а Сириус пока пытался понять что происходит. Взрослый Гарри, но при этом куда более молодые Гермиона и Джинни, а также парень, сильно напоминавший ему сына Фрэнка и Алисы Лонгботтом. Однако, этот был явно крупнее, а взгляд куда увереннее. Но больше всего он удивился чистому и подстриженному Снейпу в светлой мантии и без вечно сальных патл.       — Кто вы, сэр? — спросил Гарри, которому обидное прозвище Северуса тоже резануло ухо.       — Гарри… — начал Сириус и тот вздрогнул. — Ты не узнаешь меня? Ах да, извините, я совсем забыл.       Сириус махнул палочкой и черты его лица стали менять форму. Скулы мужчины становились более очерченными, прямые волосы начали слегка кучерявится и перекрашиваться из русого в черный, а глаза приобретали иную посадку. Несколько секунд все пытались сообразить в кого преображался волшебник, а затем…       — Блэк! — крикнул Снейп, доставая палочку, желая прибить на месте темного мага.       — СТОЯТЬ! — закричал Гарри таким голосом, что Северус буквально застыл на месте.       Поттер оглядывал того, кого потерял десять лет назад. Того, кто погиб прямо у него на глазах, защищая от Пожирателей смерти, а также того, кого уже давно ждал увидеть. — Бродяга, морда твоя собачья, ряху-то отъел! — подошел он к крестному и изо всех сил обнял.       Это уже было слишком, даже для видавших всякое профессоров. Малоизвестный им волшебник, неизвестно откуда свалившийся на их голову и перевернувший всю школу вверх дном, заставивший всех менять отношение к учебе и авторитетам Министерства, показывающий невероятное искусство магии, способный испепелить замок и находящихся в ней обитателей одним взмахом палочки, видевший смерть величайшего директора Гриндельвальда и, каким-то чудом, спасший замдиректора Реддла, теперь стоял перед ними и обнимал убийцу, несколько лет кошмарившего всю магическую Англию. Да как это вообще возможно?!       — Профессор Поттер, не желаете объясниться? — подала наконец голос Макгонагалл.       — Профессор? — удивился Сириус.       Гарри задумался над тем, что ему делать дальше. С одной стороны, его единственный сильный и влиятельный союзник в этом мире сейчас лежал в стазисе, с другой же посвящать в правду весь педсостав он не хотел, ибо вылезла бы куча ненужных вопросов, на которые он не желал давать ответов.       — Нет, не думаю, — огорошил он Минерву. — Мадам Помфри, у вас есть возражения?       — Ох, мне все равно на эти ваши игры, — махнула рукой целительница. — Просто скажите мне бояться или нет?       — Сириуса? Не стоит.       — Хорошо, я тогда займусь профессором Реддлом и напишу в Мунго, может там смогут помочь.       — Но мистер Поттер, мы должны знать! — не унималась декан Гриффиндора.       — Я на вашей стороне и помогу одолеть Дамблдора, а Сириус не является Лордом Блэком, — отвечал ей Гарри. — Лучше помогите вылечить профессора Реддла, ведь только с ним директор делился секретами и потому он может быть полезен, а пока мне нужно пообщаться с крестным. К слову, это и есть второй сбежавший из тюрьмы директора человек.       — Мистер Поттер! — возмущению Макгонагалл не было предела. — Вы хотите сказать, что профессор Гриндельвальд держал долгое время двух опаснейших преступников, включая воскресшего Лорда Блэка и никто об этом не знал?       — Ну почему же. Я знал, профессор Реддл знал, — ответил Гарри и окончательно добил удивленную донельзя женщину: — а также вот эти молодые люди.       — Профессор… — задыхалась Макгонагалл. — Это же невозможно! Я вам не верю!       — Клянусь магией, что не вру! — достал Поттер палочку. — Люмос! Нокс! Все, сообщите в Министерство о побеге и увидимся завтра.       Сириус и Гарри с друзьями направилась в знакомый кабинет, оставив за спиной буквально громом пораженных профессоров и целительницу. Появление Бродяги несколько улучшило настроение Поттера, а когда они оказались в его классе, то Гарри вновь наколдовал диваны, стол и Омут памяти. Утро уже перевалило за середину, но в кабинете защиты было без изменений, лишь один человек пытался нагнать упущенное. По просьбе Гарри, Гермиона прикрепила на дверь записку, что его пар сегодня не будет, а потому никто не должен был их побеспокоить.       — Тебе не кажется, что ты несколько перевернул его мир? — спросила Гермиона, наблюдая, как Сириус в ускоренном темпе ныряет в омут.       — А что, был выбор? — хмыкнул Поттер. — Реддл в стазисе, а нам нужно как можно быстрее ввести его в курс дела.       — Смотри, доломаешь мозг и получим назад Лорда Блэка.       — Гарри, — через несколько погружений спросил Бродяга, — я правильно понял, что Волдеморт здесь стал твоим хорошим знакомым и доверенным лицом? — все еще сомневался Сириус, когда вышел из временного поля и уселся рядом.       — Правда, — кивнул Поттер. — Причем, он уже успел спасти мою жизнь.       — Да уж… Какие все же разные бывают миры…       Бродяга размышлял над увиденными реалиями этой вселенной, окончательно признавая тот факт, что он уже не находится там, где родился несколько десятилетий назад. Он не понимал, как это возможно, да и в целом никогда не задумался о множестве вариаций вселенной, однако принял случившееся и пытался перестроиться.       — Ньюниус таки добился своего без Джеймса! — негодовал мужчина. — Я всегда знал, что он скользкий тип!       — Ну а в чем он не прав, Сириус? — чуть улыбнулся его крестник. — Лили он не отбивал, а потому все как бы нормально.       — Все равно мерзкий! — воскликнул Сириус, у которого новость о том, что Гарри является, в некотором роде, пасынком Северусу, вызвала непередаваемую гамму эмоций.       — Лили его перевоспитала, он тут весьма адекватен. К тому же подумай, ты сможешь вновь увидеть живой свою школьную подругу.       — Да, только она меня не знает, а точнее помнит, как массового убийцу! — мрачно высказал Блэк.       — Это мы поправим, — заверил его Поттер.       — Надеюсь. Что за крестражи, кстати? — продолжал узнавать интересующие его темы Сириус. — Этот ваш Гриндельвальд чуть мне мозг не расплавил в вопросах о них.       — Да так, — отмахнулся Гарри. — Якоря души, не дают умереть. У тебя их три, кстати.       — Да ладно?       — Ну да. У Волдеморта было семь, — спокойно рассказывал Гарри. — После твоей смерти, мы пару лет за ними гонялись, а потом еще семь пытались не сдохнуть.       — Значит, я бессмертен? — чуть улыбнулся Сириус.       — Нет, только твоя темная половина, — осадила его Гермиона. — Отхватишь Аваду и улетишь наконец в загробную жизнь, а мы получим целого и невредимого темного Блэка. Ты, наверное, ощущал неожиданные вспышки гнева или провалы в памяти?       — Да, что-то такое было, — задумался Сириус, — но, как покинул эту ебучую тюрьму, так почти сошло на нет.       — Это Лорд Блэк прорывался в моменты твоей слабости, — поясняла Гермиона. — Твоя душа цельная, потому ты в основном контролируешь себя, но когда Гриндельвальд пытался тебя легиллиментить, то расшатывал ментальную защиту и этот урод вырывался наружу.       — И где они? — спросил Бродяга. — Ну, крестражи, в смысле.       — Один из них сидит вон, обжимается с Джинни, — махнул Гарри рукой на своего друга, — а где еще два, никто не знает.       — Да ладно! — удивился Бродяга. — В Невилле есть часть моей темной души?       — Ага, как и во мне была часть души Волдеморта.       Сказанное теперь до глубины души трогало Сириуса. Подумать только, всю жизнь в его крестнике сидел этот темный мудак и давил своим духом на молодого парня, что мучился от кошмаров и галлюцинаций, а в итоге поддался им и помчался в Министерство, где Бродяга и погиб, спасая Гарри.       — Ладно, как от них избавиться?       — Пфф, легче легкого: предметы сжечь Адским пламенем, а Невилла ты должен лично грохнуть Авадой.       — Да ладно! — не поверил его словам Сириус. — Скажи что ты сейчас пошутил!       — Абсолютно серьезно, — спокойно отвечал Гарри. — Волдеморт именно так выбил кусок из меня.       Блэк посмотрел на сидящего перед ним сына его друзей и не знал, как он сможет направить на него палочку и сказать нужные слова. Все же он не был убийцей и никогда не желал ничего подобного, по отношению к другим (кроме Петтигрю, разумеется). Хотя Волдеморт вполне мог бы быть исключением из этого правила, а в данном случае частица души Лорда Блэка.       — Нев, что скажешь?       — Да хоть сейчас. Мне, в общем-то, все равно, — равнодушно ответил он.       — Так стоп! — остановил их Гарри. — Нам еще нужно узнать, где оставшиеся два куска, а Невилл может, через связь между вами, заглянуть этому ублюдку в душу и порыться там.       Сириус видел сейчас перед собой вроде бы знакомых людей, но их внутренний мир был абсолютно другим. Они так легко разговаривают о всех этих смертях, перемещениях между мирами, испепелении гор, замедлении времени, а мысль об убийстве друга только приветствовалась.       «Да уж, за добрый десяток лет с Волдемортом и не так изменишься», — мрачно размышлял Бродяга.       Но он все не мог поверить во все это, а потому внезапно вскочил с дивана и направил палочку прямо на Гарри. — Говори! — воскликнул он, не обращая внимания на вскинутые на него палочки троих друзей. — Как называл меня Гарри, когда мы переписывались во время Турнира трех волшебников?       — Ну наконец-то, а то я уже стал думать, что ты теряешь хватку, — спокойно смотрел Поттер в кончик его палочки. — Нюхалзом ты был, псина блохастая!       Все, это был финиш для Сириуса. Финиш всего того, в чем он сомневался с тех пор, как оказался на воле и начал узнавать кучу очень странной информации, финиш всем сомнениям о личностях волшебников, финиш любым отмазкам, которые только могли возникнуть в его голове. Перед ним сидел настоящий Гарри, ведь только он мог знать такую мелочь и так быстро на нее ответить, а потому он без сил упал на диван и бросил палочку на стол.       — Простите, я до сих пор был уверен что это какой-то большой обман. Теперь я вижу что нет, так что вам осталось меня только добить. Есть что-то мощное? — вежливо поинтересовался он у все еще держащих его на прицеле волшебников.       — Есть, — с небольшим смешком откинулся назад Гарри и оказался в объятиях Гермионы, удивленно посмотревшей на него. — Ну давай, твой ход, родная, доставай тяжелую артиллерию.       — Ах, ну да, — сразу все поняла девушка, улыбнулась, сняла маскировку с кольца и продемонстрировала его Сириусу. Тот безошибочно узнал помолвочное кольцо Поттеров, ведь именно такое Джеймс подарил в свое время Лили.       — Пиз… Прошу прощения, поздравляю, — выдохнул он и все внезапно закатились истерическим хохотом.       Почти час они убили на то, чтобы проникнуть в мысли Лорда Блэка, в процессе которых тот чуть не пробудился, а потому попытки были оперативно остановлены и отложены на будущее, дабы не навлечь новой беды на Хогвартс и его обитателей.       — Гарри, — тяжело дышал Сириус, — давай пока хватит, а то я начинаю думать, что Гермиона вполне бы сгодилась для следующего крестража!       — Бродяга, тронешь ее пальцем и я не посмотрю, что ты мой крестный! — мило улыбнулся ему Гарри, однако во взгляде читалось, что он не шутил.       — Есть хоть что-то, Нев? — спросила Джинни.       — Ну такое… — закрыв глаза отвечал Лонгботтом. — Лишь образ некой коробочки, на крышке которой череп, рука с мечом и три ворона.       — Родовая шкатулка Блэков, — безошибочно определил Сириус. — В ней всегда хранились семейные обручальные кольца. Теоретически, лежит в доме на Гриммо, но это в моем мире.       — Так, с одним определились, а что второе?       — Не знаю, — пожал плечами Невилл. — Больше я ничего не видел и либо директор ошибся в количестве крестражей, либо информация о них находится много глубже.       — Хорошо, пока отложим этот вопрос. Если голову Сириуса не тормошить по пустякам, то он вполне может контролировать Блэка, да, Бродяга?       — Ага, Сохатый, особенно в той части, про не тормошить, — кивнул он. — До сих пор подташнивает от тьмы в душе, — ответил Сириус, сам не замечая как стал называть крестника кличкой своего друга. Однако Гарри сейчас меньше всего напоминал того юного волшебника, а стал как раз тем самым Джеймсом Поттером, которого помнил Сириус.       — Кстати, а как там Лунатик? Про Хвоста не говори, слышать не хочу, — решил узнать судьбу своих друзей Бродяга.       — Про крысеныша я не в курсе, — отвечал Гарри, — а твой любимый оборотень теперь мастер дуэлей, обучающий всяких Малфоев махать палочкой.       — Да ладно! — в который раз не верил Блэк.       — Прохладно! — внезапно подключилась Гермиона — Сириус, если будешь так каждый раз реагировать на каждое выражение Гарри, то я на тебя Силенцио кину! Задолбал за день, честное слово!       — Ну извините, не каждый день летаешь между мирами! — отмахнулся он и переключил тему. — Ты-то сама откуда меня помнишь?       — Я знаю, что ты сейчас скажешь, но вся моя жизнь из твоего мира снилась мне почти шесть лет, пока я взрослела в маггловском обществе.       — ДА ЛАД… — уткнулся Блэк на полуслове. — Я имел ввиду, невероятно!       — БРОДЯГА! — прикрикнула на него ведьма, под всеобщие смешки.       — Все, все, стараюсь не удивляться, — примирительно поднял он руки. — Просто это так непривычно, ведь в том мире это я вас учил и давал советы, а тут все наоборот. В общем пока последний вопрос: Невилл, как думаешь, Лорд Блэк в курсе о том, что я тут узнал?       — Не, он не знает ничего, что случилось после его смерти. За исключением нескольких пробуждений в тюрьме, — уверенно сказал Невилл.       Они отужинали заботливо приготовленной домовиками пищей, а потом продолжили разговор в уже более расслабленном расположении духа. Все же не зря говорят, что хорошее питание позволяет держать лучшее настроение даже в самых трудных ситуациях, а его отсутствие способно рассорить даже самых близких друзей.       — Гарри, когда я очнулась одна, то хотела есть, а стол меня не слушался. Почему? — решила поинтересоваться Гермиона.       — Вот станешь профессором Грейнджер, а лучше Поттер, начнет слушаться. Негоже Хогвартсу работать на благо какой-то студентки, пусть даже и такой красивой, — вновь вогнал он ее в краску под одобрительные улыбки друзей и Сириуса.       — Смотрю, ты прям мастер слова, — смеялся Бродяга.       — Вырос все же, уже не стесняюсь того, что мальчики и девочки делают некоторые вещи, — пожал плечами Гарри.       Судя по повторяющей цвет лица Гермионы Джинни, та еще не выросла до таких откровений. Все же она хоть и общалась постоянно то со старшими братьями, то с друзьями с других курсов, но все же была самой младшей из этой разновозрастной компании, хоть и порой задумывалась на эту тему, по отношению к ней и Невиллу.       — Кстати, Гермиона, я тебе еще не устроил разнос за дуэль!       — Дуэль? — оживился Сириус — С кем это?       — С Малфоем младшим, за Амортенцию в стакане, — пояснил Гарри.       — У вас тут так дела решаются? — стало интересно крестному. — Битвами в коридорах?       — Ну почему же, все официально, — глянул на него Поттер. — Дуэльный клуб по выходным, под присмотром.       — Класс, тут смотрю более активно смотрят на решение проблем.       — Ага, щас! — внезапно сказал Невилл. — Это Гарри тут пришел и всех переполошил. За пять лет я тут чуть не умер со скуки, а этот тебе и дуэльные клубы, и занятия по защите высшего уровня, и вечера охуительных историй из параллельных реальностей, а еще умудряется увеличивать уровень романтики в Большом зале на порядок.       — Ой да ладно, подумаешь подарил цветы пару раз, — отмахнулся Гарри.       — Гарри, у нас НИКТО и НИКОГДА не дарил цветы вот просто так!       «У нас, кстати, тоже» — грустно вспомнил Поттер свой мир.       — Это ведь ты подтолкнул нас с Джинни, твоя Гермиона помогла Лаванде обучить Рона быть джентльменом, а уж про остальных я вообще молчу.       — Да? А я даже и не задумывался над всем этим…       — Ну подумай тогда! — хмыкнул Лонгботтом. — А не отсеки ты три четверти Дамблдора, сидеть нам уже на руинах Хогвартса!       Уже Гарри теперь краснел как рак и не мог скрыть пылающих ушей, от чего звонко рассмеялась сидевшая рядом Гермиона. Его давным давно уже никто не хвалил так сильно, а теперь ему было жутко дискомфортно и неуютно, как на детском утреннике перед Сантой.       — Блять! — внезапно ударил себя по лбу Сириус. — Вот я урод!       — Что случилось? — спросили друзья и тут же притихли.       — Дамблдор сбежал из-за меня!       — Что? — уставились на него четыре пары глаз.       — Я открыл замок обычным гвоздем, — рассказывал Блэк, заламывая руки, — а потом на радостях просто кинул его в сторону какого-то полутрупа. Видимо, это был Дамблдор, а я тогда даже и не понял этого! Им-то он и убил Амелию, а потом все завертелось… Черт, это я виноват в смертях Гриндельвальда, Боунс и травме Реддла! А теперь еще неизвестно, что этот мудак натворит! — закончил он и уткнулся головой в ладони.       — Сириус… — начал было Гарри.       — Нет! Мне теперь нет прощения и я не успокоюсь, пока не прикончу этого старика! — рыдал он себе в руки.       — Бродяга… — не знал Гарри, как успокоить крестного, а потому только лишь и смог, что достать из кармана небольшой каменный кусочек и задумчиво повертеть его в руках. — «Хоть бы сработало!» — молился он про себя и вспоминал, как все началось.

***

      Гарри и Том бежали по коридорам школы, направляясь к ближайшему камину и не замечая ничего вокруг. Редкие ученики, что не были в этот момент в Большом зале, удивлялись столь странному поведению учителей, а картины провожали их взглядами и возбужденно обсуждали увиденное.       — Пиздец Том! Как это возможно?       — Не знаю, — отвечал он, забегая за очередной угол. — Но нам срочно нужно в Австрию!       — Как? На такое большое расстояние прыгнуть без портала почти невозможно!       — Директор помог подключить камин к сети в местном баре в Линце, — пояснил Реддл. — После побега Блэка, это показалось ему полезным.       — Да, он был чертовски прав!       — Дырявый котел! — гаркнул профессор и зеленое пламя унесло их из замка.       — Профес… — начал было бармен, но Реддл остановил его.       — Том, путь к Гельмуту открыт?       — Эээ… да, я как раз жду оттуда гостя…       — Спасибо! Линц, Клык кабана! — и новая вспышка огня закружила их в себе. В какой-то момент Гарри показалось, что на встречу пролетел некто очень знакомый, но он не стал обращать на это внимания.       Профессор Гриндельвальд ждал их в нескольких метрах от входа в Нурменгард, в том месте, где еще не работало поглощающее поле замка. Холодный ветер трепал его одежду и волосы, но это, по видимому, абсолютно не смущало мужчину.       — Том, профессор Поттер, рад видеть вас, — поздоровался он, когда двое волшебников возникли перед ним из воздуха.       — Директор, рад возможности наконец поговорить с вами, — поклонился ему Гарри.       — Мистер Поттер, давайте сразу к делу, — не стал затягивать Геллерт. — Нам нужно поймать сбежавшего преступника Альбуса Дамблдора, он очень опасен и потому у нас мало времени.       — Конечно, сэр.       — Могу лишь сказать, что ваш бывший директор здесь не является тем, кого вы знали.       — Мой… Что? Откуда вам… — покосился Гарри на Тома.       — Нет, профессор Реддл мне ничего не говорил, — перехватил Гриндельвальд его взгляд. — Мы с Амелией, царство ей небесное, засекли два прорыва пространства, возле которых нашли вас и Лорда Блэка. С помощью некоторого артефакта я смог убедиться, что вы из другого мира.       — Так вот чем вы меня исследовали, пока я был в отключке, — догадался Гарри.       — Именно, — кивнул Геллерт. — Также мне известно, что в теле Лорда Блэка сидит ваш крестный. Я пытался легилиментить его, но наткнулся на то, что я сначала посчитал мощнейшей ментальной защитой, где увидел совершенно не те воспоминания, которые ожидал. Однако, Блэк слабел с каждым днем, а «защита» не падала, потому я смог заключить, что воспоминания подлинные. В общем, я вкратце знаю историю вашего мира.       — Вы морили его голодом, — заметил Гарри.       — Мне нужно было убедиться что это правда, — извиняющимся тоном говорил директор. — К сожалению, душа вашего крестного так и не дала мне возможности заглянуть в мысли Лорда Блэка и найти крестражи, но да ладно, сейчас не об этом.       Он позвал их внутрь замка, где Гарри почувствовал, что он буквально терял свои силы и становился обычным человеком.       — Неприятное ощущение, — поморщился Том.       Перед ними предстала ужасная картина. В луже собственной крови, вытекающей из шеи, лежала волшебница, сразу опознанная Поттером как Амелия Боунс. Судя по разбросанным по полу тарелкам, та вошла в камеру, принеся Дамблдору пищу, а он напал на нее и жестоко убил голыми руками.       — Сириус же сбежал не столь давно, неужели вы не добавили защиты?       — Ваш крестный мастер побегов, Дамблдор же напоминает мумию, — грустно ответил директор. — Моя ошибка, я не думал что он вообще на такое способен.       — Что нужно делать? — спросил Реддл.       — Найти заключенного, — раздавал указания Геллерт. — Его магия сильно ослаблена, я считаю, что он не способен пока на трансгрессию, а значит отлеживается неподалеку. Я же останусь здесь, попытаюсь понять как он сбежал и, на всякий случай, буду караулить, вдруг вернется.       — Хорошо, директор.       — Да, у него палочка Амелии, — предупредил старец, — так что будьте наготове.       — Конечно, сэр, — ответил Гарри и они вышли в морозный горный воздух.       Следы Дамблдора уже давно занесло снегом, а его слабая магическая аура не давала отклика на заклинания поиска, потому двум волшебникам приходилось шаг за шагом прочесывать заснеженные вершины и вглядываться в каждый их угол.       — Том, может он уже давно замерз? — спрашивал Гарри на исходе первых суток горных переходов.       — Не думаю, все же согревающие чары не требуют много сил, — поморщился тот в ответ.       — А как замок забирал силу так долго? — интересовался Гарри. — Любой накопитель бы давно переполнился, учитывая мощь Альбуса.       — Замок и есть накопитель, он целиком может впитать магию половины континента, — поведал Реддл.       — Значит что, директор прав и Дамблдор может вернуться за ней?       — Думаю, да.       — Тогда хорошо, что он охраняет его, — высказал Гарри, сверился с картой и махнул рукой. — Давай в ту сторону, похоже, там множество пещер.       Ледяной ветер буквально вырывал последние капли тепла, только лишь согревающие чары не давали волшебникам, двое суток ползающим по пояс в снегу, замерзнуть насмерть.       — Том! Думаю нам нужно вернуться! — кричал Гарри сквозь бурю. — Мы все горы обошли в радиусе трех миль и ничего! Он либо ушел, либо заметен уже метром снега!       — Ты прав, нужно доложить директору!       Когда они наконец добрались до замка, то увидели ужасающую картину жуткого действия, от которого кровь стыла в жилах, а тела замирали на месте, не имея возможности сделать и движения, не говоря уже о атаке или трансгрессии.       — ТЫ… ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ… — шипел Дамблдор, держа в воздухе не способного на сопротивление Гриндельвальда. — Теперь она вновь станет моей!       Тело директора превратилось в кровавую пыль от одного движения руки, окрашивая окружающий снег алой росой, а Бузинная палочка, будто сама, упала в руки новому хозяину. Тот с ненавистью посмотрел на свою тюрьму, вскинул непобедимое орудие, а Гарри и Тому только и оставалось наблюдать, как половина замка с диким грохотом разлетается по окресностям.       — Гарри! Давай! — первым очнулся от оцепенения Реддл и с его палочки сорвалось атакующее заклинание.       — Бомбарда Максима! — вторил за ним Поттер.

***

      — Гарри, Гарри, очнись! — тормошила его Гермиона.       — А… Что?.. — события прошедших дней сильно утомили его, а потому в один момент волшебник просто отключился прямо на диванчике.       — Плохой сон? Тебя трясло, я не могла докричаться, — взволнованно сообщила девушка.       — Да, не самый приятный, — поморщился Гарри и перевел взгляд на все еще скрытое руками лицо крестного. — Как он?       — Сириус? Все еще расстроен, но уже хотя бы не плачет. Да и проспал ты минут тридцать.       Невыносимая усталость все еще лежала на плечах Гарри, да и по лицам остальных было видно, что бессонная ночь и целый день новой информации не прошли даром. Невилл клевал носом, а Джинни так вообще свернулась калачиком и тихо сопела, только лишь Гермиона держалась вполне бодро.       — Думаю нам всем нужно отдохнуть. Сириус? — позвал Гарри крестного, на что тот только промычал нечто нечленораздельное.       — Поживешь пока в комнате профессора Реддла, ему пока все равно без надобности. Помнишь старый класс защиты? Тебе туда.       — Угу… — угрюмо ответил тот.       — Тогда сейчас спать, завтра у нас много дел.       Когда Гарри и Гермиона смогли вновь оказаться вдвоем в кровати, то у девушки от избытка чувств брызнули слезы из глаз и она прижалась к его груди. Несколько минут она безмолвно плакала, смачивая своими солеными слезами тело зеленоглазого мага, а Поттер лишь гладил ее по волосам, позволяя выпустить скопившееся напряжение.       — Гарри! Я так переживала! Джинни сказала, что вы убежали, но… Но…       — Ну-ну-ну, спокойнее, — прижимал ее к себе Гарри. — Ты тоже дала маху. Почему не говорила, что научилась управлять временем? Да и вообще, как ты узнала? Я же спрятал книгу.       — Я… Я стащила ее у профессора Реддла, — призналась девушка.       — Ты? Но как?       — Ну… У меня же есть твоя мантия-невидимка, а он часто отлучается из кабинета так что… Вот…       — Ты меня поражаешь, Гермиона! — крайне удивился парень действиям своей любимой. — И все же, я же говорил, что тебе еще рано!       — А еще ты говорил, что к Рождеству уже можно будет начинать…       — Да, но в спокойной обстановке, а не в бою с Малфоем! — продолжал он прижимать к себе Гермиону. — Там же расход сил на порядок растет, да еще и по неопытности, когда время плохо слушается!       — Я тренировалась! — оправдывалась она. — Книги читала там, легкой магией занималась…       — Так вот как ты смогла выстрелить так резко вверх, а я-то гадал о причинах.       — Да, почти две недели сжимала все, что твой шакал, — слабо улыбнулась девушка. — Все же в том мире мы были почти равны, а потому я также хочу расширить свой потенциал.       — Гермиона, радость моя, в том мире на мою магию давила душа темного ублюдка, — потрепал он ее волосы, — а потому я постоянно самораскачивался, но все же…       — Что?       — Давай без таких сюрпризов, — попросил Гарри. — Я пообещал тебе, что никаких секретов не будет, пообещай и ты мне, что не станешь бесконтрольно заниматься столь опасными делами.       — Хорошо, Гарри, — уткнулась в него девушка. — Только это был не секрет, скорее сюрприз.       — Да, хорош сюрприз! — хохотнул Поттер. — Хорошо, что бой закончился раньше, чем ты повторила мой «подвиг».       — Ага, я хотела скопировать твою дуэль с Драко, понять как сражаешься именно ты, — призналась девушка. — Мне было очень важно знать о том, что ты чувствуешь в эти моменты.       — Значит, ждала, что он сорвется и вновь кинет Бомбарду? Но родная, ты же понимаешь, как это опасно!       — Прости, но я была уверена что смогу отбиться, а для полнейшего эффекта необходима была угроза жизни.       Гарри опустил взгляд на Гермиону и хотел было распылиться тирадой о избыточном риске, но тут же заткнул себя, ибо сам был не лучше. Он постоянно лез в самое пекло и гущу сражений, да и Гермиона его мира не отставала от парня, а потому ему оставалось только лишь вздохнуть спросить:       — Зачем тебе это было нужно? Что ты хотела понять?       — Я хотела быть уверена в себе, — тихо говорила она ему в грудь. — Хотела знать, что я действительно могу быть твоим надежным плечом, которое не струсит в ситуации, опасной для жизни. Таким же, как та Гермиона, что была с тобой все эти годы…       — Любимая… — шокированно смотрел на нее Поттер. — Я не…       — Хоть у меня и есть воспоминания той Гермионы, — продолжала девушка, — но все же я не она. Я росла по другому, моя жизнь была другой и сама я хоть немного, но другая. Я не зря так расплакалась в тот день, когда ты сделал мне предложение, ибо правда была не уверена в своих силах.       — Радость моя…       — Прости, Гарри, я не говорила тебе этого, — откровенничала Гермиона, — но до дуэли я действительно сомневалась в правильности своего ответа тебе… Нет, не потому что я тебя не люблю, а потому, что если бы я струсила и не смогла устоять перед лицом настоящей опасности, то я бы не посмела встать рядом с тобой, а уж тем более стать твоей женой. — раскрывала душу она. — А что если бы я испугалась и сбежала от тебя тогда, когда ты действительно нуждался бы во мне? Что если последнее, что бы ты помнил перед своей возможной смертью или пленением было то, как я отворачиваюсь от тебя или, того хуже, предаю ради спасения своей жизни?       — Я уверен, ты бы никогда так не поступила… — слабым голосом пытался высказаться Гарри, пораженный этими словами.       — Теперь и я уверена в этом, любимый, — нежно посмотрела Гермиона ему в глаза. — Теперь я уверена, что не брошу тебя в трудной ситуации, как это сделал Рон во время жизни в палатке. Я заметила, что несмотря на его возвращение и героическую смерть, ты до сих пор не простил его за это и потому избегаешь общения с ним, а я не хотела бы повторения того-же со мной.       — Тут ты права, — мрачно признал Поттер свое отношение к Рону, — но в тебе я всегда был уверен.       — Нет, Гарри, — чуть мотнула головой Гарри, — ты был уверен в ней. Я понимаю что это сложно, но именно так все и есть.       — Для меня вы обе являетесь одним целым, — дернул уголками губ Гарри. — Если бы ты была иной, то я бы сразу заметил разницу, словно кто-то пытался бы копировать тебя под обороткой, но это не так. Ты такая-же сильная, умная, смелая, красивая и безгранично прекрасная во всем. Я могу понять смуту в твоей голове, особенно мысли по поводу того, влюбился бы я в тебя, не будь ты внешне похожа на неё, однако могу с чистой совестью заявить, что да, влюбился бы без всяких предубеждений.        — Но не с первого же момента, как очнулся в моей комнате…        — Возможно, — не стал спорить Гарри. — Я не задумывался над этим, но скорее всего да, изначально я увидел в тебе ту Гермиону и даже не подумал о том, что ты вообще-то другой человек, однако, — прервал он начавшую было говорить девушку, — мне хватило буквально несколько дней, чтобы понять, что не смотря на ваше абсолютно разное взросление, такие вещи как черты характера, поведение, внешность и прочее у вас совпадают практически идеально. Я понимаю, что все это звучит так, будто я сравниваю тебя со своей бывшей, но нет, тут скорее сравнение с тобой прошлой, сидящей в твоей же голове и со всей ответственностью заявляю: ты и та Гермиона Грейнджер — это лучшее, что случалось в моей жизни.       — Ох, Гарри, — вновь прижалась она к нему со слезами счастья на глазах, — я так переживала из-за всего этого… Все эти месяцы я каждый день задавала себе вопрос «кто я?». Каждый день сравнивала себя с ней, размышляла над тем, как бы поступила в той или иной ситуации из жизни…       — И как?       — Да также, — хмыкнула девушка. — Разве что не уверена, что смогу убить.       — Надеюсь, это не понадобится, — гладил её по волосам Гарри. — Надеюсь что я смогу покончить с Дамблдором, выбить темного Сириуса и больше нам не придется сражаться за наши жизни.       Несколько минут они провели в абсолютной тишине, прижимаясь друг к другу и даря тепло своих тел. Гарри никогда не представлял, что внутри его невесты живет такая психологическая дилемма, хотя сейчас до него дошло, что иначе было бы невозможно. Действительно, сложно принять вторую личность внутри, постоянно сравнивать себя с ней и находиться рядом с тем, кто искренне любит ту, иную, но не факт что настоящую, хоть Поттер и ни разу не дал усомниться в себе.       — Прости, Гарри, — шмыгнула носом девушка, — мне следовало давно поговорить с тобой на эту тему, но я все боялась и хотела разобраться сама.       — Это ты прости меня, Гермиона, — шепнул он ей в ухо. — Я и не подумал о том, что сложно принять в себе две личности и не запутаться в них, особенно когда появляется какой-то хмырь и заявляет о безграничной любви ко второму «я», не успев толком познакомиться с первым       — Надеюсь, я не разочаровала тебя? — слабо улыбнулась Гермиона.       — Ни на секунду! — горячо заверил её Поттер. — И прошу, больше никогда не сравнивай себя с Гермионой из моего мира, будто это другой человек. Прими её как часть себя, словно это твое прошлое и не сомневайся в себе настоящей.       — Хорошо, любимый, — поцеловала она его в губы. — Теперь не буду.       Тяжеленный груз свалился с плеч молодой колдуньи после этого разговора, когда она наконец развеяла все свои дурацкие идеи по поводу того, кого именно любит Гарри и сможет ли она быть ему по-настоящему верным спутником в жизни. Тот разговор со своим подсознанием в туалете теперь можно было смело забыть и вычеркнуть из своей жизни, как один из самых неудачных и отправиться дальше, оставив позади себя все сомнения по поводу правильности ответа на предложение своего любимого об их будущем.       — Все же ты классно отделала Малфоя, — улыбаясь похвалил её Поттер, развеивая негативные мысли.       — Ага, — чуть нервно хихикнула девушка. — Я старалась сделать все в точности как ты, только вот Экспеллиармус заменила на Депульсо Максима, дабы хорек посильнее отхватил. Ну и ты вроде бы просил о рекламе курсов профессора Поттера?       — Ага… Кстати об этом… Давно в беспалочковую ударилась?       — А, — бросила Гермиона. — Когда ты с ума сошел, а палочка была далеко, то смогла приманить ее рукой. С тех пор вспомнила, что так могу и теперь тренируюсь.       — Любимая, ты меня удивляешь все больше и больше!       — Гарри, ты же сам сказал мне это пять минут назад, — улыбнулась она. — У меня воспоминания и опыт той Гермионы, а потому я могу делать многое из того, на что была способна она, просто нужна практика.       — Еще скажи, что трансгрессии научилась.       — Не знаю, — пожала плечами девушка, — в школе-то не попробуешь, но мне кажется, что я смогу это сделать.       Поттер с нежностью обнимал свою невесту, не зная как сделать ей что-то необычное и приятное, как в его голове появилась неожиданная идея. Она была столь простой и столь гениальной, что Гарри даже поразился тому, как она не возникла раньше.       — Гермиона! Мы обязаны съездить домой к твоим родителям!       — Что… — сильно удивилась она.       За всеми этими событиями, смешениями душ, сбежавшими преступниками, крестражами, убийствами и нависшими над миром угрозами она и думать позабыла о том, что в реальности могут существовать и простые радости. Нет, она, безусловно, регулярно писала родителям, где делилась своими успехами, но обходила щекотливые темы, однако и не предполагала наведаться к ним.       — Мама и папа будут очень рады видеть свою дочь, а раз ты говоришь, что уже живешь жизнью той Гермионы и она периодически вылазит на поверхность, то думаю, будешь рада увидеть их после стольких лет разлуки.       Девушка слабо улыбнулась, понимая что Гарри прав. Гермиона её снов очень скучала по родителям, а потому скакала внутри от радости, зная что в этом мире может с ними встретиться и пообщаться, а не только вспоминать, глядя на единственную фотографию полной семьи Грейнджеров.       — Спасибо, Гарри, но ты уверен, что сейчас подходящее время?       — Да, — уверенно кивнул он. — Сейчас именно оно. Дамблдор сильно ранен и отлеживается в неизвестном месте, а Тому мы сейчас ничем не можем помочь, по крайней мере пока его не обследуют медики из Мунго. Вспомни наш мир, там все начиналось похоже, а потом у нас уже может не быть возможности провести несколько дней в тишине и спокойствии.       — Да, я помню, — грустно поведала она.       — Тогда завтра отправляемся. Поезд уходит в девять утра.       — Поезд?       — Да, хочу прокатиться на нем, вспомнить былые времена, — чуть ностальгически улыбнулся Гарри. — Может и на тебя накатит несколько приятных моментов, а к вечеру как раз будем в Лондоне.       — Хорошо, — поцеловала его Гермиона. — Давай тогда спать, а то глаза слипаются от усталости и трудных разговоров.       Гарри не стал спорить, ведь и так держался из последних сил, а потому они быстро разделись и улеглись на кровать, позволяя телам набираться сил и энергии.