Фатум

21

      Наступила суббота. Найт прекрасно поспал — проснулся только после полудня. Приятно позавтракал на террасе, осведомился о здоровье Дейна — Надиман сообщил, что раб еще борется за жизнь. Новость огорчила, но Найт решил не отступать от плана — непривычно потренировался в зале без своего главного тренировочного аксессуара, оделся в простую одежду и вызвал такси до локального космопорта, откуда ходили космобусы только на ближайшие спутники и орбитальные станции.       Если в городе его еще знали, то в том крошечном поселке, который жил, только чтобы обслуживать космопорт, не узнавал никто. Найт купил билет, назвавшись Неттинг Бо-Дин — это была его подставная личность никому не известного фармацевта из среднего сословия, созданная по всем правилам с длинным именем и составной фамилией. Вскоре космобус, который на деле отличался от обычных легковых шаттлов только количеством посадочных мест, доставил его на орбитальную станцию Надия.       Такие станции по количеству жителей были как небольшие — до пяти миллионов жителей — космические города. Жилье там стоило в разы дешевле, чем на планетах, но это уравновешивалось скудным набором удобств, работой на вредных предприятиях и ядерным реактором под ногами. С тех пор, как была открыта «фильтровальная» техническая вода, с планет на такие станции стали законодательно «выселяться» токсичные производства. Поэтому каждая станция располагала огромными производственными мощностями, рассчитанными только на синтез фильтровальной воды, которую закупало каждое тамошнее предприятие, чем обеспечивало станцию постоянным притоком капитала.       Найт всегда поражался, как люди решаются жить в таких условиях. На станциях не было рабов, но не потому что это было запрещено, просто жители и рабочие не могли себе позволить их покупку и содержание. Так получалось, что орбитальные станции были местами, где проживало только среднее сословие.       Найт решил пойти пешком, расстояние от космопорта до арены было сравнительно небольшим. Прогулка по широким внутренним многоуровневым «проспектам», заняла около сорока минут — Найт подошел к неприметной двери, над которой висела кодовая табличка «Белый кролик» с изображением самого зверька. Он постучал. С характерным металлическим лязгом приоткрылась смотровая щель, и хмурые мужские глаза с той стороны испытующе уставились на гостя.       — Неттинг Бо-Дин. Я пришел купить куропатку. — Выполняя инструкцию Крога, произнес Найт и показал несколько крупных купюр межпланетных кредитов.       Этот шифр казался ему смешным, он едва удержался, чтобы не засмеяться, но дверь таки отворилась — его впустили. В нос сразу ударил знакомый запах пыли и пота — неповторимый аромат бойцовской арены — их посыпали песком, Найт никогда не понимал, зачем.       — Сто кредитов за вход. — Скучно произнес щуплый сутулый, скорее всего, администратор, единственный одетый в клетчатую рубашку и галстук бабочку. — Если вы пришли драться, назовите свое имя и весовую категорию.       — Неттинг Бо-Дин, — повторил Найт и отдал этому человеку сотню. — Средний вес. Где у вас тут ставки принимают?       — Вон там, видите? — клетчатый показал рукой в противоположный двери угол. — Идите туда и не пропустите. Раздевалка там же, рядом. Вас вызовут, слушайте объявление по громкой связи.       Найт сразу отправился к букмекерам и поставил пару тысяч кредитов на себя. Затем пошел в раздевалку и разделся до спортивных ярко-зеленых шортов. Не его цвет, но здесь он не собирался использовать свою настоящую красно-золотую символику. Он же обычный человек, в конце концов, а золото в простом мире не в чести. Осталось дождаться, когда его позовут, и надрать на арене кому-то задницу. Найт предвкушал этот момент, пребывая в знакомом приятном эйфорическом состоянии — в крови бурлит адреналин, а сердце бьется быстро и гулко. Он вышел в общий зал, сел у стены на скамью рядом с другими бойцами в смиренном ожидании своего триумфа.       Ожидание боя продлилось недолго — из шипящих, видавших виды динамиков донесся громогласный голос, который в свойственной рыночным зазывалам манере проорал:       — Неттинг Бо-Дин проти-и-ив Симха!       Толпа зрителей взревела. Найт привычно отправился на арену после объявления своего имени и только по пути осознал, что драться придется против раба. Имена без фамилий носили только они. Наверное, какой-нибудь господин выставил своего ушлепка на эти бои, чтобы заработать денег или просто наказать примерным избиением от рук другого бойца под улюлюканье зевак. Найт рассердился. Он еще ни разу не дрался с рабом на арене, да и не стал бы опускаться до такого, даже не ввязался бы в эти бои, если бы знал, что тут на ринг выходят абсолютно все. Но повернуть назад было поздно, он уже заявился сюда и не мог показать слабость.       Противник Найта запрыгнул на круглое возвышение без ограждения первым. Более щуплый, чуть ниже ростом, с почти черной кожей и пушистой шарообразной шевелюрой. На лице множество следов прошедших ранее боев, но глаза странные — уж больно довольные, это Найта очень удивило. Может, он здесь по своей воле?       Прозвучал гонг, знаменовавший начало боя. Арена была метров восемь в диаметре, достаточно места, чтобы не находиться вплотную к противнику. Первые минуты три Найт и Симх кружились в завораживающем плавностью движений танце, будто действительно танцевали, а не дрались. Оба действовали грациозно, аккуратно и обдуманно, не уступая друг другу в техничности и стиле. Но потом Симх перешел в наступление. Атаковал внезапно и сокрушительно — щуплое тело, но яростные выпады, юркие увороты и огорошивающие контратаки быстро выбили Найта из колеи. Он не ожидал от противника такой прыти. Несколько раз, однако, ему удалось как следует приложить Симха по лицу, но тот всякий раз смахивал кровь и продолжал драку. Наконец, настал момент, когда чернокожий боец начал уставать, и для подготовленного длительными тренировками Найта забрезжила надежда на победу. Он улучил момент, когда Симх замешкался, сделал пару стремительных шагов к противнику и отправил сокрушительный удар ему в лицо, но тот проворно перехватил кулак прямо на лету, одновременно подсекая ноги Найта, и со всего размаха шмякнул об пол. Давно Найт не испытывал такой сильной боли в спине, как будто вспороли кожу по всему позвоночнику. Он попытался встать, но смог только перевернуться на бок. Пот и кровь застилали глаза, и сквозь расплывающуюся красную пелену он увидел, как Симх садится на него сверху. Чернокожий раб в простом болевом захвате заломал своему противнику руку, а рефери наклонился и глядя в глаза поверженному бойцу, отсчитал положенные три секунды.       Симх победил. Раб победил! Найту казалось, что это происходит не с ним, точно не с ним, такого просто не может быть. То ли от усталости, то ли от боли, сразу за этим он потерял сознание там же, прямо на ринге.

22

      Найт пришел в себя уже в какой-то комнате, очевидно предназначенной для нокаутированных бойцов. Он сел и огляделся. Кроме него в комнате было еще несколько бессознательных тел. Его самого оставили на старом, грязном, залитом то ли кровью, то ли мазутом матрасе. Воняло человеческим потом и рвотой. Голова трещала нестерпимо, в глазах еще некоторое время двоилось — скорее всего, он при падении хорошо приложился головой. Память медленно и верно возвращалась. Найт стиснул зубы в порыве злобы и досады — его на ринге ушатал какой-то чернокожий паренек. И не просто ушатал, а вырубил! Найт испытал дичайшее негодование и хотел было встать, но резкая боль в ушибленной спине, внезапно добавившаяся к головокружению, ему этого не позволила.       Опираясь на стену, он медленно поднялся на ноги и поплелся к выходу. Пора было переодеться, умыть лицо и вернуться в поместье. Выйдя за дверь, Найт попал в общий холл, где по-прежнему верещали зеваки, а со стороны арены доносились звуки яростной борьбы. Вот так местечко, похоже, бои здесь вообще не прекращаются.       Он постепенно добрался до раздевалки, где неуклюже натянул на себя одежду в которой сюда приехал, пересчитал оставшиеся деньги. Вяло порадовался, что его не обокрали. Едва переставляя ноги от усталости, Найт поплелся к выходу и заметил неприметный уголок с баром.       За обшарпанной стойкой скучного вида бармен натирал стаканы. Найт с трудом дотащился до нее.       — Обезбол есть? — тяжело дыша выговорил он — головная боль сводила с ума. — Любой, можно запрещенный.       — Зелененькие — триста, красные — пятьсот. Фиолетовые — тысячу, но они закончились. — Флегматично ответил человек за стойкой.       — Красную и пива. — Найт отсчитал шесть сотенных купюр и положил на стойку.       — Смешать или сам? — поинтересовался бармен.       — Сам, — злобно огрызнулся гость.       Вскоре на стойке оказался маленький пластиковый конверт и бокал пива. Найт зубами разорвал тонкий пластик прямо там и проглотил таблетку. Подождал несколько минут и залпом выпил пиво. Оно не лезло в горло, но Найт справился. Лучше всего растворять красные именно так — позволить им сначала претерпеть обработку ферментами во рту, потом кислотой в желудке и, только когда оболочка размякнет, обильно полить пивом. Найт знал, что бармен нарочно предложил смешать, не только чтобы скрысить часть дозы не самого дешевого наркотика, но и чтобы более слабый эффект вынудил клиента раскошелиться на еще одну дозу.       Через несколько минут Найту полегчало. Приличная доза обезболивающего наркотика подействовала безотказно, освободив его от невыносимой боли. Понятно что эффект продлится пару часов, после которых страдания вернутся, но тогда он будет уже дома, а там или Надиман, или Нильсен примет его под свою опеку и вылечит по-настоящему.

23

      Найт направился в поместье в очень плохом настроении. Покинув злополучный «бойцовский клуб», он вызвал местное такси, одноместную авторикшу, чтобы добраться до стыковочного модуля. Через него осуществлялась посадка и высадка пассажиров с космобусов. Там Найт купил билет и вскоре прибыл на Аврору, на планете уже вызвал городское гравитакси и быстро домчался до дома. На дорогу ушло чуть больше двух часов, и боль уверенно проступала сквозь покидающую его приятную одурманенность наркотиком.       Он вышел у своего поместья уже пошатываясь, навстречу выбежал обеспокоенный Росс. На лице помощника читалась такая беспомощность и страх, что Найт невольно приготовился услышать новость о смерти Дейна. Помощник почему-то медлил.       — В чем дело, Росс? — спросил хозяин сквозь неуклонно нарастающую головную боль.       — С вами все в порядке, хозяин? Я волновался…       Растерянность Росса рассердила Найта.       — Как Дейн? Жив? В сознание пришел? — взявшись за виски, он сделал несколько шагов к воротам и разозлился еще сильнее. — Вызови врачей, идиот!       Помощник понял, что произошло с хозяином — таким Найт иногда являлся после боев — быстро подскочил, подставил ему свое плечо, параллельно вызывая бригаду врачей по вживленной в ухо рации. Вместе они дождались прибытия хозяйского гравифургона скорой помощи.       Найт никогда не скупился на врачей, они круглосуточно дежурили в его доме все триста шестьдесят пять дней в году. Но это было совсем не для того, чтобы лечить рабов, скорее наоборот, услугами медиков чаще всего пользовался сам хозяин, заядлый любитель почесать кулаки на арене. Иногда, когда импровизированные соревновательные стычки случались в поместье, в лазарет попадали и гости Найта. Правда, с недавнего времени в медицинском блоке прибавилось работы в виде ежедневно появляющегося там почти бездыханного Дейна.       — Как мой подопечный? — глухо поинтересовался хозяин у Нильсена Дии-Магна, старшего врача сегодняшней бригады. — Росс не смог мне ответить.       — В коме. — Ответил врач. — Но жить будет с вероятностью почти восемьдесят процентов.       — От чего это зависит? — сердце Найта заколотилось быстрее сначала от осознания, что с Дейном не все потеряно, а потом из-за вероятности таки его потерять.       — Если нам удастся купировать гематому головного мозга, он выкарабкается. — Ответил Нильсен. — Его сильно ударило по голове, кровь скопилась под черепной коробкой. Состояние тяжелое, но уже стабильное.       Найт вспомнил, как одна из выпущенных в Дейна пуль попала в шлем сбоку, срикошетила в турник и снова попала в шлем. Гости тогда смеялись уморительному полету патрона, а Найт машинально отметил про себя — хорошо, что в шлем, хуже было бы, если бы вошла в шею или в грудь через горловину бронетопа. Наверное, после того «удачного» отскока пули Дейн и потерял сознание, но этого никто не заметил.       Сейчас Найт корил себя за то, что сделал с Дейном, особенно в свете последнего поражения на арене. Он совершил ту самую ошибку, которую подсветил ему раб — сделал резкий выпад, приблизился вплотную, открылся для удара, и вот, что из этого вышло — сам угодил на больничную койку. Другое дело, что он покинет медблок в течение часа, его повреждения минимальны, они не стоят и толики того, что перенес Дейн во время расстрела из пистолета, да и во время избиений, которые лицемерно именовались «тренировками». Получается, ему нужно было почти убить Дейна, чтобы наконец признаться себе, что этот раб действительно важен?

24

      Дейн пришел в себя только в среду, после еще четырех дней в коме. Едва получив это известие, Найт отправился к нему в больничную палату. Раб выглядел еще очень ослабленным — повреждения от огнестрельного оружия потребовали больше времени на заживление, чем нанесенные кулаками — по словам медиков, ему требовались еще сутки на реабилитацию и возвращение мышечного тонуса.       Увидев вошедшего хозяина через смотровое стекло, Дейн разве что поднялся, чтобы сесть. На колени встать не получилось бы в принципе — он и так держался с трудом, опершись о борта руками. Найт выпроводил всех возможных свидетелей этой беседы, вошел в палату к Дейну и тепло произнес:       — Хорошо, что ты поправился. — Он добавил. — Я волновался.       — К вашим услугам, хозяин. — Слабо улыбнулся в ответ Дейн, но улыбка вышла фальшивой, даже какой-то злобной, а его в прямом взгляде угадывался все то же прежнее упрямство.       — Очевидно, гематома таки не повредила тебе мозги. — Усмехнулся Найт. — Узнаю своего раба!       Повисла пауза. В отсутствие вопроса ответа закономерно не последовало. Найт не знал, что еще сказать. Он надеялся на другую реакцию, а Дейн, судя по отчетливо дрожащим рукам, почти из последних сил удерживающий сидячее положение, ничуть не изменился, остался все так же внешне покóрен, но по-прежнему непреклонен.       — Завтра тебя переведут обратно в стеклянную коробку. — Злорадно сказал наконец хозяин. — Валяясь тут, ты пропустил несколько тренировок, придется отрабатывать.       Дейн ответил сдержанным согласием, по нему было видно, что он готов. Готов к чему угодно? Впрочем, Найта это устраивало, особенно в свете того, что он уже решил изменить ход занятий. Дейн определенно знал о бое больше, чем могло показаться при первом знакомстве, и эти знания хозяин собирался получить естественным путем во время тренировок.       Просиживая дни напролет дома в ожидании, когда очнется Дейн, Найт не работал. Снова накопилась куча неотложных дел. Завтра четверг, в этот рабочий день он планировал решить сразу несколько задач по работе и надеялся успеть на две важных встречи, даже если придется задержаться допоздна. Тренировку он в любом случае собирался провести — время все навязчивее наступало на пятки, турниры неуклонно приближались.       В четверг он покинул поместье в несусветную рань и пропадал до глубокого вечера. День прошел нервно — к концу года финансовые консультанты, аудиторы, даже биржевой брокер наперебой требовали аудиенции, бухгалтеры начинали сдавать отчеты и обращались к боссу за подписями, да и на предприятиях в канун праздников всегда что-нибудь случается.       Найт вспомнил, что пора домой, только в одиннадцать вечера. После длинного и сложного рабочего дня он чувствовал себя выжатым как лимон, в таком состоянии тренировка оказалась бы неэффективной. Тем не менее он имел твердое намерение ее провести, так что по пути в поместье заехал за нелегальными стимуляторами. Купил сразу несколько доз и одну употребил еще до прибытия в поместье, прямо в своем гравимобиле. Наркотик подействовал как надо, Гейнер приехал домой в эйфорическом состоянии, энергия била ключом, так что тренировка определенно должна была состояться. Принятая наркота полностью лишила его аппетита, и он сразу отправился к себе, даже не поздоровавшись с встречающим его Россом.       Найт нашел Дейна спящим, вошел в стеклянную коробку и отвесил тому пару легких пинков, чтобы разбудить. Раб проснулся быстро и, едва посмотрев на хозяина, сразу скривился в ехидном оскале. Он определенно понял, что Найт находится под веществами.       — Вставай, скотина! — хозяин разозлился на эту ухмылку. — Я же обещал тебе тренировку, а свое слово надо держать!       Сказав это, он на мгновение задумался — какая интересная формулировка — будто Дейну эта тренировка была хоть сколь-нибудь нужна. Так «незабываемые ощущения» в его присутствии как-то обещал Морган рабыне, собираясь ее высечь тяжелой плетью, — классический перенос, психологическое внушение рабу, будто он сам хотел того, что с ним собираются сделать. Если целенаправленно и регулярно проворачивать этот трюк, рабы действительно начинают в это верить. Хороший прием, но не его. Найт так никогда не делал. Впрочем, как и не получал удовольствия от причинения рабам боли. Благодаря Дейну он изменился, но в какую сторону — было сложно определить.       Как бы там ни было, Дейн не заставил себя ждать, спокойно вышел из «клетки», даже сделал пару шагов в сторону тренировочного зала и замер в нерешительности. Найт сначала не понял, почему раб остановился. Вскоре дошло — Дейн вспомнил, что надо дождаться, пока Найт заменит обычные кандалы жесткими и скрепит ему руки за спиной. Этого не произошло — хозяин лишь кивнул в сторону тренировочной комнаты и первым направился туда. Дейн в недоумении пошел за ним.       Найт не сомневался в покорности раба, как и перестал опасаться того, что тот нападет со спины. Его кодекс чести не позволил ему воспользоваться слабостью хозяина в прошлый раз, и теперь он останется верен своим принципам. Приведя Дейна в тренировочный зал, Найт снял с него кандалы и серьезно произнес:       — Я благодарен за то, что ты указал мне на ошибку в прошлый раз. С этих пор ты будешь драться и отвечать ударом на удар. — Видя неверие на лице Дейна, он пояснил. — Так ты станешь максимально эффективен, как мой тренировочный снаряд.       Дейн какое-то время молчал, а потом с кровожадной улыбкой спросил:       — Пожалеть не страшно, хозяин?       За все время это был его первый адресованный хозяину вопрос. Найт опешил и… неприятно признаваться, испытал легкий страх. Стопроцентной уверенности в своих силах против этого «зверя» у него уже не было, как и пульта от шокового ошейника, все еще надетого на жилистую шею со свежим шрамом от пули. Найт решил показать превосходство.       — Если бы ты хотел меня убить, ты бы воспользовался возможностями, которые тебе выпадали. Даже сейчас ты мог напасть на меня, пока мы сюда шли, но не сделал этого. — Он усмехнулся. — Я знаю твой секрет.       Это был верный ход — Дейн промолчал, очевидно, не желая подтверждать или опровергать заявление о своей предполагаемой тайне.       — Я предлагаю тебе сотрудничество. — Продолжил Найт. — Ты не станешь вести себя как животное, которое должно быть приковано к этому столбу, — он кивнул на фиксационный девайс, — а я перестану превращать тебя в котлету. Кто знает, может, мне есть, чему у тебя поучиться?       — В драке с рабом? — логично удивился Дейн.       Неприятный щелчок по носу, Найт покраснел, но сдержался, чтобы ответить, что уже был оскорблен таким образом и даже проиграл рабу. Он совладал с эмоциями и ответил:       — Здесь больше нет рабов и хозяев, есть только два бойца. За пределами этих стен ты остаешься моим рабом со всеми вытекающими последствиями.       Дейн кивнул. Он принял новые условия игры, и они, кажется, его устроили. А может, он снова всего лишь безропотно подчинился… Найт сделал пару шагов назад и обычно размял тело, показывая тем самым, что готов начать тренировку. Дейн машинально занял защитную стойку и приготовился к атаке хозяина.