Фатум

41

      Злость, кипящая внутри, требовала выхода, требовала реализации. Найт уже решил, что не будет трогать Росса. Его гнев в адрес предателя был настолько силен, что наказание сейчас привело бы к убийству. Из своего круга Найт был единственным, чьи руки не были запятнаны кровью, это льстило — будто так он оказывался лучше остальных.       Чтобы сбросить напряжение, Найт решил поехать на орбитальную станцию и там поучаствовать в уличных боях. В конце концов, обучение Дейна должно было уже дать свои плоды, а разрядка сейчас была просто необходима. Проиграет он или выиграет, неважно. Время позволяло, если что, слетать домой и подлечиться. Но это определенно была прекрасная проверка, пробный выход перед турниром.       На этот раз на орбитальной станции он сразу взял такси и добрался до места, вошел в битводром, как завсегдатай. Там быстро переоделся и стал ждать своей очереди. Этим вечером он даже не задумался о том, чтобы сделать ставку. Сейчас его волновало только одно — жажда помахать кулаками, избить кого-то постороннего, самому получить по лицу — сбросить уровень агрессии без кровожадного желания убить соперника. По крайней мере, формат боя на арене должен был предостеречь его от случайного убийства.       На этот раз драться ему пришлось с представителем среднего сословия. Имя Найт не запоминал, да и не вслушивался, ему было все равно, даже если бы противником снова оказался раб. Общение с Дейном уже сильно изменило его отношение к рабам, так что теперь перед собой он видел человека из плоти и крови, а не представителя определенного сословия.       Драка закончилась стремительной победой. Противник остался в сознании, но с арены его забрали специально обученные люди, потому что после болевого захвата, который произвел Найт, самостоятельно идти он не мог. После этого боя Найт сразу записался еще на один и снова выиграл, отправив соперника в нокаут. Легче ему стало только после третьего выигрышного поединка. Сил злиться, как и радоваться, впрочем, не осталось, так что сразу после третьей победы он покинул подпольную арену и отправился обратно на Аврору, где взял такси и вернулся в гостиницу.       Уютное гравитакси, приятный запах в салоне чем-то эфирномаслянным, приглушенная музыка расслабляли. Костяшки пальцев были сбиты в кровь, тело ломило от перенесенных ударов, но для Найта наступило долгожданное умиротворение. Сейчас ему уже не хотелось убить Росса на месте. Он остыл и был готов как следует поразмыслить над годным наказанием. Может, и вправду подарить его Дину? Маго обеспечит ему мучительное и, возможно, недолгое существование, особенно, если оговорить, зачем совершается этот подарок. Но этот вариант казался каким-то гадким, Росс должен понести наказание, которое бы одобрил сам Найт. Может, сделать его рабом Дейна? Хуже унижения Росс, наверное, и представить не сможет. А может, просто устроить поединок Росс против Дейна и оговорить, что выживет только один? И что, убить Росса руками Дейна? Подло. Вариантов было много, но все они не особо нравились Найту. Он решил отложить эти раздумья на потом, а сейчас, когда величественные двери гостиницы распахнулись перед ним, он был готов позвать с собой строившую ему глазки девушку-администратора. Ничто так не преображает сладость победы, как безумный страстный секс.       Разумеется, стоило ему только поманить пальцем, смазливая Сюзиена нашла себе подмену за стойкой и проследовала в его номер вместе с ним. После трех сокрушительных побед на арене уличных боев Найт чувствовал себя хозяином мира, пьянящее чувство всемогущества разливалось по телу, грело душу. Он взял эту девку с собой лишь чтобы удовлетворить физические потребности, но для эстетического наслаждения решил заставить Росса наблюдать процесс. Символический жест, показывающий, что его интересуют женщины. Пусть Росс еще раз пожалеет о содеянном — все равно репутацию уже не вернуть, как и друзей, как и деловые связи. Благодаря этому червяку все рухнуло.       Найт приказал Сюзиене ждать его в постели, а сам отправился в соседнюю комнату и растолкал скрюченно спящего в клетке Росса. Взяв за поводок, он вывел раба в спальню и указал смотреть. Росс подчинился, испытывая странный коктейль чувств — боль от пренебрежительного отношения и возбуждение от предстоящего созерцания страстного соития хозяина. Как будто окунулся в юношество, когда Найт регулярно вынуждал его наблюдать развратные сцены пиршества своей плоти.       Сюзиена смотрела за действиями Найта с легкой опаской во взгляде, но не смела возражать. Она хотела получить свои «чаевые», так что была готова потакать всем капризам экстравагантного господина. Впрочем, к ее радости, капризы закончились на том, что он поставил своего раба на колени у двери в оборудованную комнату. Остальное было в рамках нормы, даже приятнее, чем с многими другими представителями знати. Найт не вел себя неуважительно к ней, не был груб, старался доставить удовольствие, насколько умеют стараться благочестивые. Сюзиена с детства усвоила — они берут, что хотят, даже от людей среднего класса, так что, следуя совету мамы, просто старалась извлекать свою выгоду из желаний богачей. Гостиница страховала от несчастных случаев, руководство компенсировало вред здоровью, если такое происходило, так что девушка спокойно делала то, что делала, а с красавчиком Найтом Гейнером это даже было приятно.       Насытившись сполна, Найт отсчитал солидную сумму наличных, положил на тумбочку и отправил Сюзиену в душ. Росс все так и смотрел в сторону кровати, не смея опустить взгляд. Хаос, творящийся в душе, никак не отражался на его каменном лице. Возбуждение и унижение — далеко не единственные чувства, которые он испытывал, но определенно преобладающие над стеснением и грустью. А еще был страх, уже не иступленный, а холодный и гнетущий — что хозяин сделает с ним потом, когда придумает, когда решит его участь? Тело изнывало от желания, жаждало физической разрядки, но Росс боялся пошевелиться. Хорошо, что хозяин со своей точки обзора этого не видел…       Найт же сейчас испытывал к помощнику только омерзение, старался не смотреть в тот угол, чтобы не портить себе настроение. Вскоре Сюзиена вышла из душа, благоухающая, свежая и уже накрашенная. Она была еще в полотенце, наклонилась и нежно поцеловала Найта, а затем тихо оделась и, прихватив деньги, покинула номер.       — Ползи в клетку, слизняк. — Нехотя приказал Найт Россу, накрываясь одеялом.       Помощник без слов приоткрыл дверь и на четвереньках заполз в соседнюю комнату. Найт брезгливо отвернулся. До чего же он жалок, вот уж воистину, самая бесхребетная тварь, которую только доводилось видеть. Даже те рабы, которых Найт в свое время перевоспитывал, сломал и заставил подчиняться, не выглядели такими раздавленными, как этот гнусный червяк, который чешет языком направо и налево, как последняя сплетница, как баба базарная! Он почувствовал, что снова начинает кипятиться. Пора было спать, так что, еще раз вспомнив свои блистательные победы на подпольной арене, в приподнятом настроении отправился в царство Морфея.

42

      Желающих принять участие в ежегодном турнире оказалось всего сорок восемь человек. На двадцать четыре отборочных боя было выделено три дня, расписание довольно плотное, по полчаса на бой, по восемь боев за вечер. Победители проходили в четвертьфинал, проигравшие вылетали из турнирной сетки до следующего турнира.       Найт, разумеется, без каких-либо сложностей попал в четвертьфинал в числе двадцати четырех победителей в отборочном «туре». Драться пришлось в первый же вечер против какого-то новичка из среднего сословия, который, очевидно, возомнил себя профессионалом и сунулся на ежегодный турнир. Всех более или менее значимых игроков в этом виде спорта Найт, если не знал лично, то хотя бы встречался на арене, так что даже удивился, что не услышал знакомого имени, когда объявляли его бой.       Победа далась просто и почти бескровно для него, зато довольно плачевно для соперника. Найт не сожалел, что сломал парню челюсть и ребра. Запрещенных приемов он не проводил, но противник явно не тянул даже на начальный уровень мастерства. Будет ему наукой не зазнаваться и трезво оценивать свои умения.       Найт занял свое место в сетке четвертьфинала еще вечером в первый день отборочных боев, так что ближайшие двое суток до четвертьфинала у него были свободны. За пределами номера он предпочитал не находиться, чтобы избежать внезапных встреч, которые, с большой долей вероятности, окажутся неприятными. Росса он держал преимущественно в клетке, изредка выпуская в туалет, кормил и поил раз в сутки. Ему вообще не хотелось этого делать, но желание заставить предателя сполна заплатить за проступок заставляло поддерживать в нем жизнь.       По вечерам Найт летал на орбитальную станцию, дрался на арене уличных боев и неизменно выигрывал, а по ночам приглашал очередную миловидную администраторшу и праздновал свои победы. Так продолжалось пока не объявили начало четвертьфинала. С того момента Найт сосредоточился на своем соревновании. Сейчас ему нельзя было случайно получить травму на подпольном битводроме и, не успев залечить ее, вылететь с турнира, заняв позорное не_первое место.       В четвертьфинале количество боев удваивалось. В первом круге определялись победители и проигравшие, а затем жребий сводил парами представителей обеих групп. Впрочем, Найт был слишком хорош, чтобы не пройти в полуфинал в числе двенадцати бойцов оставшихся после четвертьфинала. Он победил обоих столь же мало известных ему противников практически одной левой. В турнирной сетке замелькали знакомые имена — здесь были и Сарн Мантл, и Иен Готти, и даже Буно Тал, которого Найт совершенно не ожидал увидеть на турнире по вольной борьбе. Здоровяк Буно обычно предпочитал ринг и бокс, что вдруг сподвигло его изменить своим пристрастиям?       В полуфинале предстояло драться уже трижды. Жребий свел Найта с двумя незнакомыми соперниками из среднего сословия и уже известным ему противником из благочестивых. Первый бой прошел с новичком, который, надо отдать должное, оказался значительно крепче предыдущих соперников. Парень из среднего сословия, Маригет Тал-Сано, которого объявили восходящей звездой Гаронны, столицы всей Авроры, был моложе своего благочестивого соперника, проворнее, но не сильнее. Пока Найт привыкал к стилю противника, Маригет умудрился дважды опрокинуть его на лопатки, но оба раза это было несерьезно. Найт неуклонно вставал и продолжал бой. Третья попытка провернуть ту же связку обернулась для Маригета провалом, в результате которого Найт нанес ему сокрушительный удар в живот и завершил поединок жестоким броском через себя. Рефери зафиксировал нокдаун.       Второй свой бой Найт закончил быстро. И как только соперник смог добраться до полуфинала? Некий Бирагий Пир-Рей потерпел сокрушительное поражение с нокаутом уже на третьей минуте, неудачно открывшись и получив мощный кросс в висок.       В третьем поединке Найт выступил против богача Брада Санто. Близко знаком с соперником он не был, но время от времени они пересекались в бизнес-среде. Найт иногда прибегал к его посредническим услугам во время торговли с другими штатами. Впрочем, на арене Найт знал этого человека лучше, чем в жизни, и был готов к связкам и выпадам Брада. Бой шел долго, дольше среднего, порядка двадцати пяти минут, и окончился победой Найта. Нельзя сказать, что она далась ему просто, но он уверенно одолел противника, получив сравнительно немного повреждений — растяжение подколенной связки, сломанный нос и вывихи нескольких пальцев.       Медицинский центр при Гранд-Арене предоставлял услуги по заживлению некоторых травм. Найту пришлось обратился туда по поводу ре-анимации связки, вправления костей носа и ремонта вывихов пальцев. Конечно, его домашнее оборудование было лучше, но теперь возможности слетать туда и подлатать тело уже не было. Через несколько часов начнется напряженный финал турнира, когда придется по два-три раза в день подниматься на арену и сражаться с уже достойными соперниками. Финал турнира требовал от бойцов не только прекрасного владения искусством борьбы, но и недюжинной выносливости. Впрочем, Найт не беспокоился насчет последнего — его выносливости можно было только позавидовать. Скорее, его волновали бойцы, с которыми придется драться дальше. Из пятерых соперников троих он знал лично и близко. Хотя как можно было сомневаться, что Иен, Сарн и Буно выйдут в финал? Теперь стоял вопрос только о том, в каком порядке они будут выбывать и какой кровью ему это дастся.

43

      В финале, когда шла борьба за попадание в тройку лучших, Найт не проиграл ни единого боя. Сложнее всего дались поединки с друзьями, но не по причине взаимной симпатии, скорее напротив — все трое отпускали колкости и пошлости о связи гипотетического хозяина с гипотетическим рабом. Пока они не переходили на личности, Найт делал вид, что эти фразы не имеют к нему отношения, но слушать их было мерзко и неприятно. Случилось несколько критических ситуаций, когда упав на песок арены, он думал, что уже не сможет подняться, но каждый раз нечеловеческими волевыми усилиями он заставлял себя вставать и в результате сам укладывал соперников на лопатки.       В тройку лидеров, кроме Найта, прошли Иен Готти и Буно Тал. Это было настолько неудивительно, что даже смешно. Настал самый сложный, самый последний день турнира. Жеребьевки уже не было, и так понятно, что Найт выступит против Буно и Иена, а те, в свою очередь, будут драться с ним и между собой. По поводу Буно страхов не было, он большой и неповоротливый, Найт знал, как его одолеть, сложнее было с Иеном, стиль которого мало отличался от собственного стиля Найта. Как раз тот единственный из последних серебряный кубок в коллекции, был получен благодаря Иену, который одолел Найта в свое время на подобном соревновании.       Первым по расписанию шел бой Буно против Иена. Найт наблюдал за трансляцией поединка из специально отведенного для бойцов помещения с массажным креслом, криокамерой и душевой. Это была не раздевалка, а своеобразная «гримерка», если считать, что для выхода на арену бойцам надо подправить внешний вид. Здесь можно было отдохнуть между боями, восстановить силы и даже в некотором роде слегка поправить здоровье. В случае серьезных травм, конечно, здесь ничего бы не помогло, но ушибы и отеки массажное кресло и криокамера купировали хорошо.       Буно нападал размашисто, а Иен проворно уклонялся и наносил противнику один за одним удары в спину и по ребрам сбоку. Найт поражался, неужели Буно никак не приметит, как Иен уходит от его выпада? Хотя, чего удивляться, он привык к боксу с его строгими правилами и всем известными маневрами. Вольная борьба отличалась вариативностью, к которой Буно был подготовлен очень слабо.       Иен, как и предполагал Найт, одолел Буно с нокдауном, и оба бойца отправились в медицинский центр для реабилитации к следующему бою. У Буно было несколько часов, чтобы принять решение, продолжать ли участвовать в турнире. Иен, как понятно, почти не получил травм, и точно останется. По расписанию вечером Буно должен выйти против Найта, но уверенности, что здоровяк на это решится, у Найта не было. Он уже получил свое третье место, можно ведь больше не напрягаться. В любом случае, Найт уже списал Тала со счетов, и готовился к поединку с Иеном.       Закономерно, Буно отказался продолжать участие. Это право было у каждого бойца, и до лучшей тройки нередко происходило так, что после первого хорошего нокаута участники по своей воле уходили из турнира. В финале обычно бойцы стараются держаться до последнего, надеясь, все же, выиграть. Может, Буно просто испугался? Струсил? Посчитал, если он проиграл Иену, то Найт по-любому окажется сильнее? Это льстило, но не меняло сути дела — дальше предстоит поединок с Иеном Готти — превосходным и хладнокровным бойцом.       Последний бой проходил на большой главной арене. Соперники поднялись на посыпанное песком возвышение одновременно, следом вышел рефери.       В динамиках прогремело традиционное объявление:       — Финальный бой. За первое и второе место в турнире сразятся Найт Гейнер в красно-золотых трусах и Иен Готти в серебристых.       Это объявление, по сути, было лишь данью традициям, все зрители и так знали, кто вышел в арену.       Прозвучал гонг, начался поединок.       Иен не уступал Найту ни в скорости, ни в силе атаки, ни в техничности исполнения приемов. Они сражались ожесточенно и безжалостно, раздавая друг другу сокрушительные удары кулаками и ногами. За первые пять минут ни один из бойцов не коснулся песка лопатками, и настала короткая передышка. Они двигались по кругу друг напротив друга. Оба готовились совершить новую атаку и выжидали удобного момента. Сверля Найта глазами, Иен вдруг спросил:       — Что же не взял с собой своего любимого? Тот раб скучает, поди, по твоим нежным ласкам!       Найт не сразу осознал, о чем спрашивает соперник. Это, определенно, было сделано, чтобы вывести его из равновесия, и план Иена сработал. Найт не успел среагировать на его следующую атаку — серию ударов в живот и в голову, с завершающим ударом ногой в корпус. Сокрушительное нападение — Найт оказался на спине, в глазах на несколько мгновений потемнело, пара ударов пришлась на солнечное сплетение, дыхание напрочь сбилось, и Гейнер судорожно пытался вдохнуть. Иен в один прыжок уселся на него сверху и, закономерно полагая, что противник повержен, сжал шею между предплечьями и прошептал в ухо:       — Так как ты с ним? Снизу или сверху?       Яростный гнев, захлестнувший Найта в этот момент, было сложно передать словами. Пальцы, до этого будто абсолютно обессиленные, сами сжались в кулак, костяшки побелели, даже, казалось, заострились, и, несмотря на нарастающее удушье, Найт сумел высвободить правую руку и нанести Иену ужасающей силы удар в висок. Друг слетел с него, как мешок овощей, и, похоже, потерял сознание. Найт неверно встал на ноги и поднял вверх правую руку. Победа. Это была победа, но сил радоваться ей у него не было. Вообще сил не было. Голова кружилась, а картинка моргала, как на сломанном голографе, то двоясь, то троясь, то напрочь размывалась.       Как в тумане он услышал объявление о том, что победителем турнира становится Найт Гейнер, сошел с арены и направился в «гримерку». Церемония награждения должна была состояться завтра, но дожидаться ее он не хотел. Во-первых, это очередная встреча с людьми, которые его теперь презирают, а во-вторых, Найту стало вдруг неприятно осознавать себя частью мира рабовладельцев. То, что он потерял уважение друзей, только потому что почувствовал уважение к рабу, ему претило. Так не должно быть. Это зверский мир, в котором ему уже нет места.       Найт уселся в массажное кресло, выставил режим охлаждения, это поможет хоть немного разогнать по телу собравшуюся в гематомах кровь. Глядя по мониторам за происходящим на арене, он видел, как бригада врачей забирает Иена на носилках. Он, все же, надеялся, что бывший друг поправится. Впрочем, если здешние медики не справятся, то хотя бы стабилизируют и отправят Иена в нормальную клинику. Может, вылечить его в своем медицинском блоке?       Нет. Найт отказался от этой идеи. Ничего хорошего из этого не выйдет. Готти воспримет это не как жест доброй воли, а как заискивание и попытку понравиться — еще одно унижение Найту было ни к чему. Пятнадцать минут почти обжигающего холодом массажа дали свои плоды, с кресла он встал уже другим человеком. Походка выровнялась, притупилась боль. Пора было ехать домой.

44

      Явившись в номер, Найт по обыкновению выпустил Росса из клетки, чтобы тот реализовал свои физиологические потребности. Помощник сильно исхудал за эти несколько диетических дней, лицо покрыла неопрятная щетина, взгляд был утомленным и потухшим. Едва дверца клетки отворилась, Росс с робкой радостью посмотрел на хозяина и быстро пополз в уборную.       Глядя на это «существо» — напрашивалось именно такое слово — Найт даже испытал жалость. Россу никто не приказывал ходить на четвереньках, но он поступал именно так, потому что и ходить на двух ногах ему никто не указал. Почему он предпочел самостоятельно ущемить свою свободу? Это был интересный вопрос, и Найту сразу вспомнилась Сиа, то, что с ней сделал Росс, и его садистические наклонности. Наверное, он мерил по себе, и сам бы потребовал от раба ходить на четвереньках. Или он просто так пытался искупить свою вину?       Найт вспомнил и об этом. Искупление. Что сделать с Россом за предательство? И уже машинально подумал о Дейне. Стоит спросить у него. Что велит Фолиант Фатума в таких случаях?       Его размышления прервал Росс, вернувшийся в комнату тем же манером.       — Помойся и одевайся. — Процедил Найт. — Пора домой.       — Сию минуту, хозяин.       Росс обрадовался приказу помыться — к этому моменту он не вставал под душ почти неделю назад. Найт отправился лениво собирать свою сумку.       Пока не забыл, он достал планшет и создал письмо в администрацию Гранд-Арены о том, что не сможет присутствовать на награждении, дал разрешение заменить себя голографическим двойником (такие делались, если боец по той или иной причине не мог присутствовать на церемонии награждения) и попросил привезти его кубок прямо в поместье. Теперь все было завершено.       Чистый и теперь гладко выбритый Росс появился в дверях полностью одетым. Мыться пришлось прямо в ошейнике, и ворот его рубашки слегка намок, прилегая к мокрой коже «украшения». Он вручил Найту поводок и смиренно дожидался указаний. Их не последовало. Хозяин грубо вручил ему свой саквояж, взялся за поводок, и они покинули номер.       Обратная дорога была не такой приятной, как предыдущая. Погода предательски ухудшилась, набрякшие облака снижали видимость, а от порывов ветра гравимобиль ощутимо трясло. Найт включил автопилот — самому вести по такой погоде не хотелось — машина летела умопомрачительно медленно. В неприятной компании Росса время тянулось мучительно. Он успел посмотреть все новости, даже слегка порадовался сюжету о своей победе в турнире по вольной борьбе. В очередной раз пересмотрел любимую подборку с котиками. И хотя Росс сидел тихо как мышь, Найту все равно было неприятно. На мгновение у него в голове промелькнула мысль — открыть дверь гравимобиля и приказать Россу выйти на ходу, выполнить смертельный приказ в качестве искупления вины за предательство — он непременно разобьется при падении с высоты в несколько сотен метров. Но Найт быстро спохватился, он же по-прежнему не убивает рабов. Не убивает и точка.       Гравимобиль приземлился на внутренней парковке поместья, и Найт вывел Росса за собой на поводке, тот по-прежнему нес сумку хозяина и смотрел в землю. Встретивший их парень из группы рабов, которую использовал Росс для разных нужд, округлил глаза, увидев своего надсмотрщика в ошейнике.       — Иди сюда, Дони! — окликнул его Найт.       — Здравствуйте, хозяин.       Подошедший раб покраснел и чувствовал себя неуютно. Хозяин впервые обратился к нему по имени. Найт знал имена своих постоянных рабов, но обычно почти ко всем обращался просто «раб». Сейчас он планировал унизить своего бывшего помощника, поэтому при нем выделил первого попавшегося раба из толпы остальных и облагодетельствовал отношением, которое раньше доставалось Россу.       Найт забрал свою сумку из его рук и передал Дони.       — Ступай, отнеси это в мою спальню. — Еще один щелчок по носу для Росса, которому он сам запретил туда ходить. — И вели подать на балкон два коктейля — Жеб знает, о чем речь.       Найт пока не знал, кто именно займет место его помощника, но был уверен, что оно освободилось, и повел предателя в зону отдыха.