Только твой, или Пора взросления

      До рассвета было ещё далеко. В это время года солнце вставало всё позже и позже. Однако утро уже вступало в свои права. С улицы всё явственнее доносились звуки пробуждающегося города. Пока ещё различались голоса переговаривавшихся важных в значимости своей миссии автобусов, деловых, юрких, везде влезающих легковушек, медлительных и спокойных, ни на кого не обращающих внимание грузовых машин. Уже совсем скоро их голоса сольются в один монотонный гул и город забурлит в своей привычной жизни.       Чонгук так и не смог заснуть. Мису лежала рядом, уткнувшись носом в его ключицу. В свете горевшего ночника было видно, как трепетали иногда её ресницы. Спутанные рыжие волосы рассыпаны по подушке, припухшие губы чуть приоткрыты. Расслабленная рука лежит на боку Гука.       Она уснула почти сразу. А парень долго всматривался в её черты и время от времени поправлял сбившиеся волосы.       Эта девушка стала для Чонгука необходимой, как воздух. Ради неё он хотел петь и танцевать. Без неё он не представлял себе будущего. Он хотел оберегать её и заботиться о ней. И стать для неё самым лучшим.       Мису всегда ему очень нравилась. Чонгук понял это ещё в их первую встречу, когда нёс маленькую взъерошенную трейни со сбитыми ногами на четвёртый этаж общаги. Ему невыносимо было видеть рядом с ней других парней, даже друзей – бантан.       Но с момента появления девушки в агентстве, отношение Чонгука как-то само собой поменялось. Мису сразу влилась в ряды непоседливого макнэ-лайна, став полноправным членом команды, а иногда и главным генератором идей. Фантазии у неё было ничуть не меньше, чем у Тэхёна, и вчетвером они устраивали проказы и розыгрыши, от которых старшие только за голову хватались. Чонгук тогда стал относиться к девчушке, как к младшей сестре, или подруге по играм.       А потом он вдруг неожиданно для себя стал замечать, как плавно изгибается её стан в танце, как приоткрываются её губы, когда она кого-то внимательно слушает, как поправляет выбившуюся прядь волос, как поворачивает голову. А после первой бессонной ночи с мыслями о Мису, он понял, что влюблён.       Рядом с ней сердце билось чаще, мир казался ярче. Кровь закипала от простого прикосновения, взгляда, жеста. Он очень старался оберегать девушку. Запрещал себе даже думать о близости. Но вчера она сама подтолкнула парня. И он не смог сдержаться. Чонгук был счастлив. Но страх, что Мису проснувшись пожалеет о том, что произошло между ними не давал расслабиться окончательно.       И было ещё что-то…, что он не мог уловить, что-то на уровне подсознания. Взгляд, напряжённость… Что-то в поведении Мису тревожило парня, но что… Чонгуку казалось, что ответ где-то на поверхности. Но каждый раз он опять ускользал.       Гук снова посмотрел на девушку. Так приятно было ощущать её тепло рядом. Сейчас при неярком освещении её веснушки нельзя было рассмотреть. Но Чонгук их видел и с закрытыми глазами. Он приподнялся и осторожно коснулся губами где-то около носа Мису, где весёлых пятнышек, он точно знал это, было больше.       Ресницы девушки дрогнули, и она сонно приоткрыла глаза. Чонгук замер, считая свой резко участившийся пульс. Он ждал её реакции.       Вздох. Глаза распахиваются, и девушка смотрит на него. На губах появляется довольная улыбка, Мису потягивается как кошечка и мурлычет:       - Гуккиии, - растягивая, будто лаская, его имя.       Чонгук облегчённо выдыхает и, совершенно счастливый, тянется к ней с лёгким поцелуем:       - Доброе утро, Мису.       - Доброе утро, - опять этот мурлычущий тон.       - Как ты себя чувствуешь? – беспокоится парень.       - Хорошооо, - она жмурит глаза и прижимается головой к его груди.       Но неожиданно Гук чувствует, как напрягается её тело. Мису резко принимает сидячее положение и хватает будильник. Выдыхает.       Как ни быстро это произошло, но Чонгук совершенно точно мог сказать, что в глазах у девушки была паника, а посмотрев на циферблат, у неё поникли плечи. Но, наверное, она просто не хочет, чтобы он уходил?       Тут Мису оборачивается – солнечная улыбка и опять мягкие движения. Что это? Может привиделось?       - Скоро шесть. Тебе пора уходить, - слышит парень.       - Мису, всё в порядке? – всё же сомневается он.       Она опускает глаза, но затем улыбается ещё ярче:       - Поторопись. Нельзя подводить Ли Хваёна.       Чонгук целует её в щёку, встаёт и быстро начинает одеваться. Действительно, подводить охранника не хочется, ведь ещё не раз придётся прибегать к его помощи. Мису ведь не будет против? Парень улыбается своим мыслям и косится на Мису.       Мису стоило огромных усилий держать себя в руках. Идиллия закончилась для неё резко, как только прояснилось сознание ото сна. Весь ужас её положения, нет, их положения, встал перед ней во весь рост.       Чонгук уже был в дверях.       «Сейчас он уйдёт, и мы никогда больше не увидимся», - Мису срывается с постели и бросается к Чонгуку.       - Ну что ты, мы же скоро увидимся, - немного обеспокоенно говорит парень и гладит её по спине.       «Возьми себя в руки! Ещё немного…» - приказывает себе девушка и, выдохнув, говорит с улыбкой:       - Я уже скучаю, мой оппа!       Чонгук расцветает от этого милого и нового для него, для них «мой оппа». Целует её в лоб, смотрит в глаза и повторяет:       - Мы скоро увидимся,… чаги.       И выходит.       За закрывшейся дверью постепенно затихают его шаги.       Мису стоит, не двигаясь, ловит каждый звук. Улыбка, как маска сползает с её лица… Шагов уже не различить… Тишина… И пустота…       Девушка медленно оседает на пол. Глаза сухие. И только в груди стоит ком, который мешает дышать. Мелькает мысль, что если не хватит дыхания и её не станет, то и боль закончится.       Через два часа, когда приехала менеджер Джена, Мису сидела одетая и готовая к выходу. Чемоданы стояли в прихожей.       На телефоне высветилось сообщение от Чонгука – его фото с сердечком и подпись: «Люблю!»       На лице девушки мелькнула гримаса боли. Она отключила телефон и положила его в сумку.       Мису только что попрощалась со счастьем, мечтами, любовью.