Pretend For Me

      — Сойди с этого блядского ринга!       — Сам сойди с этого блядского ринга!       — Я даже не на нём, идиот! — слова Тэхёна, похоже, наконец доходят до Чимина, который раздражённо морщит нос и встряхивает головой. Он убирает лезущие в глаза и прилипающие к его лбу мокрые от пота волосы, прежде чем взглянуть на парня под ним. Тот лежит совершенно неподвижно, его разбитая губа кровоточит, а глаза еле открываются из-за опухших век.       — Прости. — Чимин поднимается с оппонента, протягивает ему руку и помогает встать на ноги, после чего направляется прямиком к Тэхёну, ни разу не обернувшись на еле дышащего парня позади.       — Что ж, я вовремя, — саркастично говорит Тэ, разглядывая едва держащегося на ногах парнишу.       — Да расслабься, Тэ. Он в порядке — стоит ведь? — тон Чимина не выдавал ни капли раскаяния, пока он как ни в чём не бывало выбирался из ринга и стаскивал на ходу синие боксёрские перчатки.       Тэхён проследил взглядом за Чимином, отходящим к раздевалке в дальний угол зала. Вот он выглядел в порядке, чего нельзя было сказать о его оппоненте. Это уже стало рутиной для Тэхёна: входить в зал и тут же бежать останавливать Чимина от вытряхивания жизни из других боксёров. Каким бы темпераментным он ни был, Пак всё же оставался его лучшим другом.       Они знакомы ещё с семнадцати лет: Тэхён тогда рискнул отправиться в не самые безопасные районы города, им двигало желание запечатлеть новые места, в которых он никогда не бывал, и, таким вот образом, он оказался в переулке рядом с этим самым спортзалом. Он был молод, слаб и напуган, когда из ниоткуда перед ним возник крупный мужчина, начавший… лапать молодое тело. Его долгий и протяжный крик, видимо, привлёк кого-то, кто оттянул отвратительного мужчину прежде, чем он смог нанести парню какие-либо увечья.       Тэхён стоял, зажмурив глаза и надеясь очутиться далеко-далеко отсюда, и открыл их только тогда, когда его легонько похлопали по плечу. Он тут же обратил внимание на мужчину, стремглав вылетающего из переулка, казалось бы, порядком избитого, а после и на юношу, миниатюрного юношу, стоявшего прямо перед ним. Он выглядел примерно одного с ним возраста, но гораздо компактнее в пропорциях. Его чёрные волосы ярко контрастировали с бледной кожей и розовыми, пухлыми щёчками — Тэхён посчитал парня предельно очаровательным и испытал потребность защитить его от всех напастей. Чон уже собирался было спросить у милого паренька, не видел ли тот его спасителя, как вдруг что-то в лице милашки изменилось и тот впился в него острым взглядом.       — Ты слаб, поэтому лучше бы тебе здесь больше не появляться: ничего хорошего ты тут на свою задницу не отыщешь, — голос юноши был приятным, но тон, которым он говорил эти слова, был властным, напористым, отчего предложение приобретало совсем иной оттенок.       — П-прости, — Тэхён и не знал, за что извинялся, но парень напротив заставлял его чувствовать себя ничтожным.       — Не проси прощения — из-за этого ты тоже выглядишь слабым.       Тэхён попытался ответить чем-то, что не являлось бы извинением, но в голове было пусто.       Чимин вдруг застенчиво посмотрел на парня перед ним: тот был высоким, но при этом выглядел маленьким и напуганным. Боксёр мог поспорить, парень был не из этого района, потому что никто здесь не позволял себе выглядеть уязвимым перед кем-то чужим. Он заметил камеру, валявшуюся на асфальте, и тут же почувствовал себя очарованным: этот дурак действительно припёрся сюда, чтобы пофотографировать местность? Он нагнулся, подхватил камеру и сказал:       — Я провожу тебя до дома.       — Т-ты не обязан… — ответил парень.       — Ещё как обязан, — настоял Чимин, протянув разбитую к чертям камеру Тэхёну, который не спешил забирать её из рук парня. — Я не кусаюсь… только если ты этого не захочешь, — Тэхён не сдержал выступивший румянец от томного голоса и дьявольской ухмылки юноши. Он не успел впасть в смущение, поспешив за спасителем, что уже отправился в путь, даже если понятия не имел, куда нужно идти.       Вскоре Тэхён начал видеться с очаровательным, но всё ещё пугающим парнишкой на ежедневной основе, оправдывая свои прогулки необходимыми танцевальными практиками. Поначалу он только и делал, что фотографировал окрестности, пока Чимин тренировался, но как только он узнал, что Пак занимался боксом, заинтересовался, и, после сотни часов уговоров, Чимин начал учить Тэхёна боксу.       Он не был равным по силам с Чимином, но и не стремился к этому — Чону скорее нравилась сама идея того, что он знал, как защитить себя в нужных обстоятельствах. Хоть он и понимал, что, если вдруг окажется в ситуации, угрожающей его здоровью, Чимин непременно будет рядом и сделает всё за него, независимо от того, хочет сам Тэхён этого или нет.       В его памяти всё ещё были свежи воспоминания о том, как он впервые представил Сокджина Чимину. Последний настоял на необходимости провести с Джином часовую, полную угроз лекцию, ну, и продемонстрировал ему свои навыки на ринге тоже — на случай, если старший не очень хорошо понял его слова. К счастью, Сокджин и Чимин быстро спелись из-за любви к Тэхёну. Тем не менее, Чон никогда нигде не упоминал о друге, понимая, как возмущена была бы его семья, прознав, что тот ошивается в опасных районах со своим другом-садистом.       Возвращаясь к настоящему: Тэхён следует за Чимином в раздевалку. Пак садится на скамейку у своего шкафчика, на дверце которого висит его совместный с Тэхёном снимок и парное фото Тэхёна с Джином.       — Я всего лишь выпускал пар! — пытается оправдать своё поведение Чимин.       — В миллионный раз, Мин, ты не можешь выпускать пар, избивая людей до полусмерти! Это очень незаконно! — Тэхён говорит это спокойным тоном: необходимость повторять это из раза в раз выработала в нём привычку, и теперь эти слова-напутствия практически заменили им слова приветствия.       — Что ж, тогда пусть меня арестуют. Может быть, хоть заключённые будут достаточно милы ко мне… — с приподнятыми бровями говорит Чимин, разбирающий по ходу разговора вещи в шкафчике.       — Я мил по отношению к тебе, идиот. Я думал, ты собирался сегодня искать новую работу, а не потрошить людей, — обвиняющим тоном произносит Чон.       — Так я искал! Никто не взял меня! — слова Чимина вырываются громко и сердито, позже он уже чуть тише добавляет: — Какой-то абсурд.       — Оу, правда? Абсурд? — Пак кивает в знак подтверждения. — Когда они позвонили в тату-салон, в котором ты работал, что им там сказали? Верно! Что ты сломал руку своему клиенту.       — Да я в этом не виноват! Он схватил меня за задницу! И, кроме того, я очень даже профессионально и красиво закончил тату, перед тем как сломать ему руку, — объясняет он.       — Хм… полагаю, твоя рука случайно так соскользнула и вытатуировала ему «долбоёб»? — с лёгкой улыбкой на лице спрашивает Тэхён. На самом деле, он гордится тем, что друг поступил именно так — тот мудак не имел никакого права лапать его.       — Все мы грешны… — бросает в ответ Чимин, делая глоток воды из бутылки.       — Ну… Не вешай нос. В любом случае, какой-нибудь тату-салон точно наймёт тебя на работу, Минни. Ты невероятен в своём деле! — Чимин тут же становится настороженным из-за лестных слов друга. — …ну а пока, может, ты не будешь против притворитьсяпарнеммоегобратаипожитьвнашемдоме? — Тэхён заканчивает неразборчивое предложение с испуганной улыбкой на лице.       — Нет.       — Я знаю, что ты ничего не понял из сказанного, так что просто возьми и согласись! — парень выглядит искренне обиженным ответом.       — Нет. Ты всегда тараторишь, когда хочешь, чтобы я согласился на что-то, что я наверняка ненавижу, — Чимин знает своего лучшего друга слишком хорошо, чтобы попасться на его уловку. Ему сполна хватило уроков гончарного дела и курсов флористики, когда он в прошлый раз повёлся на его уговоры.       Временами он и вправду мечтает о том, чтобы его любовь к этому назойливому парню была чуть меньше, дабы он был ограждён от всяких этих… милых занятий. Он ведь даже позволяет ему называть себя «Минни» — сделай это кто другой, он бы непременно отправил его в травмпункт. Стоит признать, что он слишком слаб перед Тэхёном, всё же он — его единственная семья.       Тэхён не отвечает, вместо этого он поражённо валится на скамейку, будто Чимин ранил его так сильно, что тот не в силах держаться на ногах. После этого он делает фирменную моську: сильно надувает губы, хлопает глазами и смотрит на друга умоляющим взглядом. Тэхён действительно великолепный актёр.       — Не прокатит, Тэ. Я бездушный, помнишь? — отшучивается Чимин. Эта фраза не совсем правдива, но люди часто называют его так. Замечая его холодную отстранённость и резкий тон, они думают, что такова и есть его сущность. Возможно, они правы.       — Ну пожа-а-вуйста? — Тэхён дует губы, придаёт голосу милый, детский тон, растягивая слово.       Чимин не кажется тронутым этим: он продолжает отхлёбывать из бутылки, глядя на друга. Отсутствие какой бы то ни было реакции воодушевляет Тэхёна ещё больше, и он скользит по скамье, приближаясь к сидящему Чимину со сверкающими глазами.       — Так уж и быть, я соглашусь быть твоим лучшим другом.       — Ты и так мой лучший друг, — парирует Чимин, даже бровью не поведя на мельтешения рядом. Возможно, по той простой причине, что сделай он так — непременно бы сдался чарам щенячьих глазок Тэхёна. — Плюс ко всему, я твой единственный друг.       — Эй! У меня вообще-то есть Сокджин и братья! — нахмурившись, добавляет Чон.       — Не, они не в счёт, — Чимин качает головой.       — Ну… Люди, которых ты избиваешь, тоже не в счёт. Выходит, я твой единственный друг. И так как я твой единственный друг, ты должен помочь мне, — Тэхён заканчивает, растягивая улыбку на лице и скрещивая руки на груди.       Чимин фыркает, закатывает глаза, но всё же выдыхает без особого энтузиазма:       — Ладно.       Тэхён дарит ему в ответ квадратную улыбку, слегка волнительную в начале его речи:       — Так во-от… Помнишь моего брата, Чонгука?       — Ты про того, кто падок на скучных, милых девчонок? — спрашивает Чимин, припоминая все те разы, когда Тэхён скулил ему на ухо о новой надоедливой пассии его брата. Ему приходилось часами выслушивать рассказы о любовной жизни парня, которого он даже ни разу в глаза не видел. Пак подозревает, что тот должен быть таким же занудой, раз уж он выносил всех этих экстра милых, но пустых, личностей.       — Да, — лицо Тэхёна скрючивается в страхе на мгновение: перед глазами мелькают моменты ужинов со всеми надоедливыми избранниками брата. К счастью, он быстро вспоминает тему разговора. — Так вот… Он, возможно, случайно внушил нашим родителем, что у него есть парень, с которым он встречается четыре месяца.       Чимин кивает, прислонившись к шкафчикам и задаваясь вопросом, каким же боком это должно его касаться.       — И я… чисто теоретически, возможно, допустим… предложил, чтобы вежливым и милым парнишкой побыл… ты.       Чимин начинает ржать, откровенно и громко ржать. Он захлопывает свой шкафчик, в который до этого запихнул спортивную сумку, и, рукой откинув волосы назад, бросает на Тэхёна такой взгляд, будто тот снёс какую-то несусветную чепуху.       — В-всё, что тебе нужно сделать, так это пожить в моём доме и притвориться его парнем до моей свадьбы, — ох, из его уст это звучало, и вправду, так, будто он сошёл с ума — абсолютно верно, сошёл с ума.       Глаза Чимина пустеют, рот приоткрывается в шоке, а голова тут же мечется к выходу из раздевалки. Он молча разворачивается и уходит. Тэхён вздыхает, чуть ли не валится со скамьи и бежит вдогонку за ним.       — Чимин! — Чон пробирается через спортзал, минуя ринг и разбросанные тут и там боксёрские груши.       — Субин, этот человек меня преследует. Не пускай его наверх, — кричит Пак, проходя мимо Субина и поднимаясь по деревянной лестнице. Субин его, конечно же, не слушает, вместо этого кивает и приветливо улыбается Тэхёну. Субин — владелец спортзала, который знает их двоих вот уже годы, и определённо точно в курсе, что Чон — никакой не сталкер.       Тэ стремглав взбегает за ним по лестнице, потом по коридору следует к дверям, одна из которых ведёт в кладовку, а другая — в квартиру Чимина, которую Пак закрывает, едва войдя внутрь. Это, тем не менее, никак не мешает Тэхёну тут же распахнуть её.       — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!       — Нет, нет, нет! — Чимин проходит вглубь квартиры, и Тэхён останавливается только тогда, когда тот входит в свою спальню.       — Почему? — Тэхён кричит через открытую дверь, облокачиваясь о ближайшую стену.       — Потому что ты ещё даже не спланировал свою свадьбу! Я не собираюсь провести годы, притворяясь каким-то милашным идиотом и встречаясь с твоим занудным братом! — кричит из своей комнаты Чимин, звуча очень и очень раздражённым.       — Это не будет длиться годы! И мой брат никакой не зануда, — бросает Тэхён в ответ на драматичные слова Чимина.       — Ну, если он хоть чуточку похож на тебя, то он, непременно, зануда. Знаешь, единственная причина, по которой я всё ещё дружу с тобой, — это то, что Сокджин-хён попросил меня, — Чимин наконец выходит из комнаты, заменив боксёрские шорты на чёрные узкие джинсы и ярко-оранжевую оверсайз футболку. Он по-детски выпячивает язык, смотря на Тэхёна после своей, очевидно, лживой речи.       — Послушай, это, скорее всего, продлится только пару месяцев, — следуя за ним на кухню, говорит Тэхён.       — Скорее всего?       — Определенно точно! — Чимин выглядит более снисходительным, услышав это. Он поджимает губы, видимо, обдумывая его слова. — Ну или нет, — лицо Чимина тут же возвращает свой отказной вид. Он отворачивается к шкафчику в поисках еды.       — Он заплатит.       Чимин тут же замирает, останавливая своё копание в шкафчике, и морщится, как это было ранее на ринге. Это обнадёживает: Чимин совершает этот жест только тогда, когда уступает, делая то, чего не хочет.       — Ты раздражаешь, — говорит Пак, поворачиваясь к Тэ с безразличным выражением лица.       — Я тоже тебя люблю. — Тэхён улыбается, подбегая к Чимину и обнимая его за плечи.       — Ага, ага. Я ведь даже ещё и не согласился, — Чимин отталкивает Тэхёна, когда тот принимается тискать его за щёчки. — Эм… что я должен буду делать? И с какой стати я ему вообще нужен? Он не может сказать, что порвал с этим воображаемым парнем? — с любопытством спрашивает Чимин, недоумевая, почему его брату в принципе нужно искать парня.       — Ну, ты ведь знаешь, как мои родители постоянно подначивали меня на отношения, пока я не встретил Сокджина, да? — Чимин кивает. Оба парня усаживаются на видавший виды тёмный кожаный диван. — Родители всегда давили на Чонгука даже сильнее, чем на меня, и причиной тому, наверное, были его постоянные неудачи в отношениях? Но, думаю, давление, оказываемое ими, в какой-то момент оказалось непомерным для него, вот он и выпалил, что у него есть парень, а родители сразу же подхватили это и начали планировать их свадьбу… — Тэ остановился и, бросив взгляд на Чимина, добавил: — Теперь уже «вашу» свадьбу, — и в эту же секунду в его лицо прилетает подушка. — В любом случае, мои распрекрасные, но безжалостные родители хотят, чтобы воображаемый парень остался с нами, и, вероятно, думают обманом заставить его подписать брачный контракт.       — Ты действительно продашь меня своей семье? Я так-то никогда не хотел быть фейковым парнем для сумасшедших людей, — саркастично говорит Чимин. Он столького наслышался о семье Тэхёна, что уже более чем уверен в том, что с ними явно что-то не так.       — Абсолютно верно! Они сумасшедшие, и я имею право волноваться за жизнь своего брата в случае, если он не приведёт им в дом идеального и очаровательного зятька, — Тэхён промаргивается на последних словах: его родители ожидают, что Гук приведёт в дом именно такого парня. Да и сам Тэ знает, что это типаж Чонгука, даже если пока ещё ни с кем из людей, обладающих такими качествами, у него ничего ладного не вышло.       — Каким образом ты себе это вообще представляешь? — прямо спрашивает Чимин. Он никогда в жизни не был «милым». Пак не назовёт себя злым или плохим человеком, ему всего лишь наплевать на маски чрезмерно фальшивых «любезных личностей». Это и есть одна из причин, почему Чимин так расположен к Тэ: тот всегда кажется ему настоящим. Даже когда они были молоды и Тэ был довольно напуган характером Чимина, он не давал себя в обиду и даже умудрялся ставить Чимина на место. Если вы не нравитесь Чимину — он не собирается притворяться и любезничать, а категория людей, которые не нравятся Чимину, очень велика. Также боксёр не может позволить себе быть милым, любезным, ласковым и очаровательным — все эти вещи означают слабость для тех мест, откуда он родом. А Пак Чимин как раз-таки не слабак.       — Что ж… Насчёт этого… Я тут подумал… что мог бы помочь тебе с этим, — неуверенно выдаёт Тэхён, изо всех сил пытаясь не улыбнуться.       — Нет, не-а, ни за что. Вали из моей квартиры, — Чимин начинает вставать, но Тэ хватает его за руку, в попытке усадить обратно.       — Д-да мы всего-то немного покрасим твои волосы…       — Ох, на этом всё? — Чимин вовсе не удивлён: Тэхён давно подбивает его на смену имиджа.       — В-возможно, ещё и… снимем все твои пирсинги, и прикроем все тату, сменим гардеробчик… Поменьше мата, побольше улыбок, — Тэхён нервно улыбается.       — Решено, отныне Сокджин-хён — мой единственный друг, — тут же говорит Чимин.       — Он тоже считает это хорошей идеей, — Тэхён улыбается, выглядя взволнованным, но довольным, будто Чимин уже согласился.       — У меня нет друзей.       — Он прилично заплатит, — эти слова магическим образом срабатывают, и Чимин наконец-то возвращается на диван, выглядя при этом злым, но уже на себя за то, что эти слова оказывают на него такое влияние.       — Чёрт бы побрал вас, богатых людишек, — Чимин тяжко вздыхает, откидываясь на спинку дивана. Понимаете ли, Чимин вообще не богат; по факту, у него сейчас на счёте валяется разве что две тысячи. А из-за инцидента в тату-салоне он теперь ещё и безработный, и уже приближается к отметке безнадёги. Была бы у него другая возможность заработать деньги, он бы за неё непременно ухватился, но её нет. Да и, к тому же, он оказывается на удивление заинтригованным идеей Тэхёна.       — Так ты согласен? — Тэхён взволнованно кричит. Он уже был готов вернуться к Чонгуку с новостью о том, что тому будет необходимо нанимать незнакомца.       Его отчаянные страдания были вызваны тем, что он знал, каким напуганным брат бывает в компании совершенно незнакомых ему людей, и не мог не приложить усилий, чтобы слегка исправить его трудное положение. К тому же, он знает, что Чимин нуждается в деньгах, так что эта ситуация должна стать выигрышной для всех.       — Ты реально раздражаешь, — тон Чимина остаётся нейтральным, когда он косится на Тэхёна.       — И я тоже люблю тебя, — Тэхён хихикает и, обезумев от счастья, бросается на Чимина.       Чимин изо всех сил старается ухватить глоток кислорода, пока Тэхён выжимает из него остатки жизни. Паку потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к тому, насколько тактильным человеком являлся его друг. Однако с Тэхёном под боком он привык к этому и научился принимать его объятия с теплом, от остальных же людей — с большой неохотой. Ему отчего-то становится интересно, любит ли Чонгук обниматься так же сильно, как Тэхён? О нет, что если ему придётся так же милашничать с ним? Агрх, ему наверняка придётся делать все эти глупые и никому не нужные романтические вещи, например, держаться за руки.       Чимин ведь далеко не любитель розовых соплей в отношениях. Он, скорее, из тех, кто любит секс на одну ночь, ну, или на несколько ночей — это уж как пойдёт. По правде говоря, он в отношениях-то ни разу не был. Чимин не напуган этим, ни в коем случае. Его просто не прельщает идея провести месяцы с, предположительно, занудным младшим братом лучшего друга.