Pretend For Me

В палатку Чимин вернулся уже с выражением полной безнадежности на лице: с ошеломленным взглядом и приоткрытым ртом. Даже после душа ему не удалось прийти в себя, после он надел свою обычную оверсайз футболку длиной в три четверти, на этот раз бледно-голубую с тонкими светло-розовыми горизонтальными полосками и легкие джинсовые шорты, которые были чуть выше колена. Он не мог даже найти в себе сил пожаловаться на милый наряд или слой блестящего блеска для губ, покрывающий его губы, его разум был слишком занят чем—то гораздо более важным. Каждый уголок его мозга кричал ему, чтобы он сказал Чонгуку правду. Чтобы он сказал ему, что сказала Сора. Чтобы он сказал ему, что попало в руки Соры. Чтобы он сказал ему, чего хочет Сора. И тем не менее с его языка не срывается ни единого слова. Стоя, словно прикованный к земле, и смотря, как Чонгук спит, тело младшего все еще ослабшее после изнурительной предыдущей ночи, Чимин чувствует себя потерянным. Несмотря на то, что его мозг требует принятия рациональных и разумных решений, его сердце защищает каждое решение кирпичной стеной. Сказать ему, что сказала Сора. А что сказала Сора? Что Чимин не тот за кого себя выдает. Он не может даже назвать ее лгуньей. Она всего лишь указала на правду, и Чимин не мог разозлиться из-за того, что кто-то разузнал, что он лжец. Чонгук уже знает, кто такой Чимин, и что хорошего от того, что кто-то еще об этом знает? Чонгук, вероятно, только больше испугался бы, что его родители могут узнать обо всем, а Чимин не хочет доставлять Чонгуку ненужного стресса. Сказать ему, что попало в руки Соры. Видео, на котором Чимин прижимал Чонгука к стене, вжимался бедром в его пах и называл его шлюхой. Видео, на котором Чимин беспечен и возбужден, когда ему не следовало этого делать. Что, если, узнав о видео, Чонгук поймет это? Что, если Чонгук поймет, что единственная причина, по которой у Соры есть шанс разоблачить их, - это Чимин, его глупая игра и безрассудные порывы? Чимин был виноват во всем. Чонгук застенчивый и деликатный, и Чимину следовало бы принять меры предосторожности, чтобы защитить его. Если Чонгук увидит это видео, он обвинит его. И Чимину невыносима мысль о том, что он разобьет сердце Чонгука. Сказать ему, чего хочет Сора. Но Сора хочет Чонгука. Как Чимин может винить ее за то, что она хочет такого идеального мужчину? Чимин хотел бы быть таким же идеальным, как младший, подходящей парой для того, кто достоин любви. Чимин почувствовал, что вот—вот расплачется. Гнев и боль обхватили жестокими клещами каждую клеточку его тела, удерживая его на месте и ограничивая доступ воздуха. Как бы он ни старался, Чимин просто не мог вспомнить, как дышать. — Х-Хен? — Чонгук начал потягиваться на кровати, его мышцы заныли, когда он поднял руку над головой. — Я здесь, Ккюю, — немедленно ответил Чимин, внезапно обретя способность передвигать ноги на зов сонного голоса Чонгука. Кровать прогнулась, когда Чимин сел рядом с просыпающимся младшим, одной рукой искусно убирая волосы с глаз младшего. После нескольких секунд потягивания, Чонгук позволил ленивой улыбке расплыться по его лицу, его глаза блаженно открылись от любимого зрелища, он положил руку на бедро Чимина, рисуя маленькие круги на джинсовой ткани. — Доброе утро, любимый, — Чонгук счастливо улыбнулся, следуя их обычному ритуалу с переполняющим его чувством любви. —Ты хорошо поспал? Уже принял душ? Ты сегодня красиво выглядишь сегодня. Часть боли Чимина растаяла при виде того, как Чонгук восхищенно посмотрел ему в глаза, и у Чимина появился самый красивый оттенок розового. Тем не менее, боль Чимина от этого только усилилась, он слабо улыбнулся, чувство безнадежности все еще мешало ему полностью радоваться при виде Чонгука. — Да, малыш, и ты тоже прекрасно выглядишь сегодня, — Чимин убрал еще несколько прядей волос с круглых глаз Чонгука, открывая больше искусной картины. — Ты всегда такой красивый. Прежде чем румянец полностью лишил Чонгука дара речи, его брови сошлись на переносице, а глаза стали чуть менее круглыми. — Ты в порядке, Мими? Ты выглядишь немного грустным. Чимин замер, переставая проводить рукой по волосам Чонгука, он приоткрыл губы в нерешительности, но его разум и сердце все еще находились в напряженной борьбе. Он полагает, что это его шанс рассказать Чонгуку, чего хочет Сора и что у нее есть. И, возможно, все будет хорошо. Но, может быть, все произойдет в точности наоборот. У Чимина никогда не было возможности полностью положиться на кого-то другого, на их чувства. Обычно его проблемы - это его проблемы. Он понятия не имел, чего ожидать или что сказать, и единственные ответы, которые подкидывал ему разум, - это негатив и проблемы. Неуверенность в реакции Чонгука приводила к перегрузке его сердца и разума, он был совершенно неподвижен, а недостаток эмоционального опыта лишал его дара речи. — Это из-за того, что я буду играть в команде с Сорой?— С грустью в глазах предложил Чонгук. — Помни, она для меня ничего не значит, это просто небольшая игра в вышибалы, а потом все закончится. Никакой больше Соры, — глаза Чонгука счастливо заблестели после его последнего заявления, рука все еще выводила успокаивающие узоры на бедре Чимина. Младший был прав, это была всего лишь одна игра, две недели, а потом они уедут. Быть может, Чимину удастся справиться со всем в одиночку. В конце концов, сегодня ему нужно сосредоточиться только на своей команде, и, возможно, как только Сора поймет, что Чонгук в ней больше не заинтересован, она оставит его в покое. Может, таким образом он сумеет избавить Чонгука от ненужного стресса и страха. И, может быть, с одной стороны, он эгоист, но, с другой стороны может это шанс справиться со своим собственным страхом и тревогой, рассказав Чонгуку обо всей ситуации. Несмотря на искусанные губы и взволнованный взгляд, Чимин все равно пытался сделать вид, что он счастлив, когда целовал Чонгука в лоб. — Никакой больше Соры. Чонгук не смог сдержать настороженной улыбки, наблюдая, как Чимин медленно отстраняется. Казалось, что старший держался отстраненно, как будто он что-то скрывал от него. Но Чонгук не хотел сразу думать о плохом, поэтому с нерешительной улыбкой на губах он начал садиться. Он наклонился через ноги Чимина, к маленькому деревянному столику рядом с их кроватью, и потянулся к двум браслетам ручной работы, которые лежали на дубовой подставке. Он немедля надел каждую из них на отдельное запястье, на его лице появилась счастливая улыбка, и он лишь слегка покраснел, когда его глаза остановились на слове 'шлюха'. Чимин приподнял бровь, его глаза были полны недоверия, когда он кивнул в сторону фиолетово-серебрянного браслета.  — Ты собираешься и его надеть? — Конечно! — Чонгук выдохнул, по-настоящему оскорбленный. — Ты сделал его для меня, и я собираюсь носить его каждый день. На лице Чимина снова вернулось страдальческое выражение, которое просочилось в темно-карие глаза, заставив его улыбнуться. При одном только взгляде на него в глазах Чонгука отразилась такая же боль, что и у него, и он почувствовал необходимость снова спросить Чимина, все ли с ним в порядке. Однако, прежде чем он успел произнести еще хоть слово, рука Чимина зарылась в волосы Чонгука, а язык проник глубоко в его рот. В поцелуе было столько невысказанного напряжения, что оно охватило все существо Чонгука. Чонгук уже чувствовал необходимость быть с Чимином сегодня, цепляться за каждую частичку его души и получать каждую каплю внимания, в котором он нуждался, он может только предполагать, что это из-за их вчерашнего чудесного завершения дня, но теперь это чувство усиливается. Когда их губы отрываются друг от друга с небольшим, ошеломленным выдохом Чонгука, Чимин прижимает их лбы друг к другу. — Я хочу, чтобы ты знал, как сильно я горжусь тобой насчет прошлой ночи... Я горжусь тобой до сих пор. Для меня очень важно, что ты доверился мне и позволил себе быть таким уязвимым рядом со мной. Я никогда не буду воспринимать тебя как должное, Чонгук, — голос Чимина нехарактерно дрогнул на последних словах. Постоянно растущее чувство, что Чимин принимает неправильное решение, начало зарождаться в его глазах, искажая зрение и давя на сердце. — Х-хен, что ты... — Чонгук отстранился, в замешательстве сдвинув брови, и в животе у него все сжалось от беспокойства. Однако его прервали и отвлекли совершенно новым источником боли. — Сора? Что ты здесь делаешь? — Чонгук прервал сам себя, оглянувшись на приоткрытые двери палатки, в проеме которых стояла довольная Сора. Чимин мгновенно развернулся, все еще лежа на кровати, и его рука взлетела, чтобы натянуть одеяло повыше на обнаженную грудь Чонгука. — Ты вообще знаешь, для чего нужны двери, а? — Старший стиснул зубы, и Чонгук вздрогнул от резкого тона, его охватили паника и замешательство, когда он задался вопросом, почему Чимин говорил с девушкой таким резким тоном, не то чтобы он был с ним не согласен. — Я правда не думаю, что это лучший способ обращения со мной, Чимин~и, — Сора притворно надулась, отчего Чимину стало не по себе, — а ты, оппа? Чимин повернулся к своему парню с раздраженным видом, все еще прикрывая рукой его грудь и толкая языком в щеку. Младший колебался между ними, все еще пребывая в замешательстве из-за всей этой сцены. Он действительно не хотел и дальше задерживать Сору в их комнате, поэтому вместо этого сменил тему. — Сора, ты что-то хотела? Возможно, в душе Чимина и появился небольшой всплеск злости из-за того, что Чонгук не послал Сору , но это только заставило Чимина внутренне посмеяться над собой. Как он вообще мог злиться на Чонгука, если он сам прямо сейчас скрывал от него что-то действительно важное? Даже несмотря на то что Чимин и в правду думает, что делает это из благих побуждений. — Все команды уже готовятся, а я собираю всех своих участников, и ты очень важный игрок, оппа! Ты будешь со мной весь день, — Сора хлопнула в ладоши, переводя взгляд на двух парней, лежавших совсем близко. Ужасные браслеты, которые она сделала вчера, все еще издавали этот раздражающий дребезжащий звук, и казалось, что кто-то прикрепил к ней предупреждающий колокольчик. — Ура! — ответил Чонгук со всем энтузиазмом, на который был способен. По крайней мере, Чимин будет с ним рядом, подбадривать его. — О, Чимин, твоя команда тоже тебя ищет, — Сора добавила почти с улыбкой, слегка наморщив нос и кивнув головой. Чимин представил, каково это - бить ее головой о стену, и только тогда успокоился. — Ну тогда иди к другим членам своей команды, и мы скоро выйдем, — Чимин говорил сквозь стиснутые зубы, изо всех сил стараясь не слишком раздражать Сору самой доброй улыбкой, на которую был способен. Она бросила на него многозначительный взгляд, прежде чем элегантно помахать Чонгуку и, наконец, покинуть комнату, унося с собой часть напряжения. Чонгук с любопытством посмотрел на старшего: — Ммм... и давно вы с Сорой знаете друг друга? Чимин издал негромкий смешок, напряжение немного спало с его тела, а плечи слегка опустились. — Это просто потому, что мы оба хотим тебя, и я лично хочу чем-нибудь в нее запустить, — Чимин только искренне улыбнулся, вспомнив, что сегодня у него будет такая возможность. Чонгук издал короткий раздраженный смешок: — Я тоже. Когда взгляд Чонгука скользнул по одежде, брошенной на маленький стул в углу, он задумчиво расширил глаза. Взгляд скользнул по белым джинсовым шортам и белой рубашке с короткими рукавами, украшенной синими листьями. — Вообще-то, мне, наверное, стоит надеть его на лодыжку сегодня... — Чонгук поднял фиолетовый браслет, — нет рукавов, чтобы прикрыть его. Я не знаю, что бы я сделал, если бы кто-нибудь это увидел, — Чонгук засмеялся, поднимаясь с кровати. Дыхание Чимина стало тяжелым, когда он спросил: — Тебе было бы неприятно? Честно говоря, Чимин вообще не думал, что младший наденет этот браслет, но тот факт, что он этого хотел, заставил его сердце забиться сильнее. Он нисколько не обиделся на смущение Чонгука. Он все понял. Это что-то личное, чего Чонгук особенно стесняется. Вопрос был задан той часть Чимина, которая жаждала подтверждения, его иррациональным, гипотетическим мыслям нужна была причина, чтобы стать более весомыми. Если он услышит от самого Чонгука, что ему было бы неловко, если бы кто-нибудь узнал о его извращенной натуре, то он почувствует себя лучше - тогда уж точно лучше всего было бы сохранить в тайне тот факт, что Сора теперь знает об этом. Услышав слабый голос Чимина, Чонгук остановился, не доходя до стула, и вместо этого встал между его бедер, положив руки на плечи старшего. — Эй, я не имел в виду, что буду стесняться тебя или того, что происходит между нами. Просто я не хочу, чтобы люди об этом знали. Это не самая приятная вещь на свете - думать, что кто-то знает, что ты так часто доводил меня до оргазма, что я плакал прошлой ночью... и что мне это нравилось, — младший застенчиво улыбнулся, его руки скользнули по спине Чимина, когда он приблизился к губам младшего. Чимин позволил себе лишь слегка чмокнуть его в губы, прежде чем встать, положив руку на талию Чонгука, нежно поглаживая его кожу. — Мне тоже понравилось, малыш. Чимин убрал руку с талии Чонгука, отступил назад и жестом указал на дверь. — Мне нужно идти к своей команде, но удачи тебе сегодня, хорошо? У тебя все получится, малыш. — Чимин говорил с натянутой улыбкой на губах, слова Чонгука заставили его еще больше нервничать из-за того, что он играл с выдержкой Соры. Как сказала девушка ранее, 'до кнопки отправить— всего один клик', один клик, и Чонгук будет смущен, уязвим и ранен только потому, что Чимин снова поступил глупо, и это разбивает сердце Чимина гораздо сильнее, чем необходимость игнорировать Чонгука сегодня. — О-окей... — Чонгук наблюдал за происходящим с тем же чувством, которое не давало ему покоя все утро, он не мог понять, в чем именно дело. Но он уже скучал по Чимину.                                               ~ Сокджин и Хосок вместе стояли посреди большого поля, переделываемом и используемом каждый раз для различных мероприятий, однако сейчас на нем не было никаких дополнительных опор, типа сеток или ворот. Озеро с одной стороны окружало траву, а с другой стороны постепенно терялось между многочисленными небольшими зданиями. Площадка была заполнена четырьмя командами, которые Сора выбрал вчера, и все они стояли в противоположных углах поля, Чимин направился к своим хенам. Хосок стоял в джинсовых шортах и невероятно большой белой футболке, она была заправлена спереди, но полностью прикрывала шорты сзади, на нем также были разноцветные кроссовки. Сокджин тоже был в джинсовых шортах - из-за жаркой погоды почти все выбрали именно их, - и дополнил их бледно-голубым топом свободного кроя с длинным рукавом. — Доброе утро, Мин~а, — окликнул Джин, заметив приближающегося к ним Чимина, Хосок обернулся и последовал его примеру с теплым приветствием. Чимин изо всех сил старался оставить свои назойливые мысли позади, когда ответил не очень бодрым тоном: — Доброе утро, хены. Ни один из них, казалось, не заметил взгляда Чимина, говорящего 'убейте меня', скорее всего, потому, что они все еще были увлечены своим разговором, бросая на кого-то случайные взгляды, Хосок казался нехарактерно сердитым. Любопытство Чимина взыграло, когда он подошел к ним, и посмотрел в направлении их украдких взглядов, заметив группу примерно в метре от них, и, в частности, Дэвона, который повысил на кого-то голос. — Нет, не делай так, идиот! Из-за тебя все проиграют, — была одна из самых приятных вещей, которые он сказал другому мужчине, стоявшему рядом с ним. — Придурок, — пробормотал Джин себе под нос, от раздражения все его тело напряглось. Хосок, казалось, тоже был в таком же напряжении, что еще больше разожгло любопытство Чимина. — Ребят, вам не нравится Дэвон?— Конечно, Дэвон был придурком, и Чимин прекрасно понимал, почему его так легко невзлюбить, но что-то в тоне Джина заставило Чимина подумать, что здесь кроется нечто большее, чем просто неприязнь. — Можно и так сказать, — выдохнул Хосок, все еще закатывая глаза от "потрясающих" лидерских приемов Дэвона, которые в основном включали в себя крики и обзывательства. — Он сейчас серьезно? — произнес Джин с явным раздражением на Дэвона, — на самом деле, все, что делает парень, вызывает у Сокджина желание ударить его по лицу. Чимин издал легкий нервный смешок, увидев, что его хен по-настоящему разозлился: — Что он такого сделал? Они оба в замешательстве повернулись к Чимину, сдвинув брови и быстро обменявшись паническими взглядами, прежде чем снова повернуться к нему. Они оба знали, что означал этот взгляд: невысказанный вопрос - черт, неужели Чимин не знает, что Сора изменила Чонгуку с Дэвоном? - и еще один - вопрос о том, могут ли они рассказать об этом Чимину. — Т-ты не знаешь? — нерешительно спросил Джин. — Знаю чт... — прервал Чимина сам объект разговора, драматично вставший между ними и махнувший всем рукой. Это действие стало настоящим испытанием для способности Чимина сохранять самообладание. — Если вы, малышня, закончили свою маленькую-миленькую болтовню, то у нас намечается собрание, — он жестом указал на группу, которая странно смотрела на них. — Не волнуйся, мы бы услышали каждое твое слово, даже если бы были за милю от тебя, — вежливо улыбнулся Чимин, ему не нужно было знать, почему Джин и Хосок ненавидят этого человека, Дэвон и без того успел подзадолбать Чимина. Дэвон только стиснул зубы, вероятно, сдерживая свой гнев, и направился обратно к группе, суровым взглядом убедившись, что трое мужчин следуют за ним. — Сначала мы выступаем против команды Соры, — толкнул его в бок один из мужчин, которого Дэвона ранее ругал, на что тот закатил глаза и продолжил: — То, что она моя девушка, не значит, что мы позволим им победить, — продолжал Дэвон, но Чимину было все равно, он был слишком занят, обдумывая его слова. Его глаза расширились от услышанного, мысли переполняли его. Чимин не знал, что эти двое встречаются, он видел, что они были близки на протяжении всей поездки, но он просто предположил, что они друзья. Почему Чонгук не сказал ему? Конечно, младший не был обязан говорить ему об этом, и обычно Чимину было бы все равно, но его и без того мучительные мысли решают сосредоточиться на ненависти Чонгука к этому человеку. Это было заметно по тому, как Чонгук напрягался в его присутствии или при упоминании его имени, по тому, как он наслаждался, когда Чимин ставил его в неловкое положение в первый день. По мере того, как его мысли становятся все более и более ядовитыми, единственное, что они вызывают в воображении, — это мысль о том, что Чонгук ненавидит Дэвона, потому что тот ревнует девушку. Что, если он все еще любит Сору? Черт. Чимин ненавидит это чувство. Он знает Чонгука. Он знает, что ему не сдалась эта Сора. Чонгук ведь сам так сказал ему. Так что же заставляет его сомневаться в человеке, которому он доверяет больше всего на свете? Что это? Его собственная неуверенность? Самодеструктивные мысли?  У Тэхена, вероятно, были бы гораздо более веские ответы и решение для его проблем. В своем быстро нарастающем состоянии паники он обнаруживает, что оглядывается в поисках своего лучшего друга. — Чимин! Розовые локоны перестают болтать из стороны в сторону, когда кто-то выкрикивает его имя, к сожалению, в голосе он узнает Дэвона, отчего вздыхает с еще большим разочарованием.  — Мы скоро начинаем, так что слушай, — это все, что сказал Дэвон, прежде чем продолжить. Чимин видел, как Джин и Хосок прикусили языки, и это действительно помогло ему немного успокоиться, зная, что его хены чувствуют необходимость защитить его.  Эта мысль заставила Чимина остановиться, ему никогда раньше не нравилась мысль о том, что кто-то будет защищать его, он всегда считал это жалостью.  Он быстро выбросил эту мысль из головы. Через несколько мгновений, когда Дэвон начал отдаляться на фоне его еще витающих в голове мыслей, они пошли дальше по полю. Белая линия разделяла поле на две половины, пересекать которые было строго запрещено, а по всей длине линии стояла очень большая и длинная корзина, наполненная разноцветными шариками с водой.  Когда они приблизились к линии, Чимин заметил Чонгука, который не отходил от Соры, и его сердце ухнуло. Однако он не мог злиться, причиной всего этого была Сора. Он уже приготовился к тому, что сегодня она облепит Чонгука всем телом, но от одного этого зрелища у него скрутило живот. В сочетании с болезненным чувством ревности, гнев подкатил к горлу Чимина, когда он услышал, как Дэвон разговаривает с другим мужчиной. — Чон, — практически проворчал он, — не забудь сначала вынуть член. У Чимина перед глазами загорелось красным, он и так был довольно вспыльчивым, но, по-видимому, он становится особенно чувствительным, когда дело касается младшего, потому что он буквально впивается ногтями в собственную ладонь, чтобы не впиться ими в Дэвона. — Это не должно быть сложно, он все равно привязан к Соре, такой гребаный мудак, не знает, что ему принадлежит.  Чимин не уловил иронии в словах Дэвона, но агрессия по отношению к младшему не осталась незамеченной, и он прикусил щеку изнутри. Ему хотелось закричать, что Сора без ума от Чонгука, одержима им до такой степени, что шантажирует его парня, чтобы он держался подальше от младшего, но он предполагал, что это разозлит Сору. И как бы сильно Чимин это ни ненавидел, он будет ее сучкой, пока не сможет вернуть это видео.                                                ~ Чонгук шел к своей группе с неприятным ощущением в животе, Сора позаботилась о том, чтобы они остались наедине. Его друзей и семьи нигде не было видно, рядом были только друзья Соры и те, которых они с ней разделяли, но, как он понял после расставания, они никогда не были ему настоящими друзьями. К счастью, семья Соры ненавидела эти мероприятия и не принимала в них участия, так что у Чонгука было поменьше поводов для беспокойства. Однако еще больше его беспокоило поведение своего парня, он просто не мог выбросить это из головы. Он понимает, что ему еще многое предстоит узнать о Чимине, и, возможно, его отстраненное поведение этим утром было нормой, но Чонгук не мог отделаться от мысли, что что-то происходит. — Оппа! Оппа! Чонгук инстинктивно закатил глаза, волоча ноги, пока не добрался до большого круга. Как только он подошел, Сора сразу же взяла его за руки и притянула к себе. — Вы двое очаровательно смотритесь вместе!— Ее подруга, Мэджи, не теряя возможности, произнесла свой, предположительно, заготовленный и проинструтированный комментарий. Чонгуку удалось лишь натянуто улыбнуться, в то время как Сора густо покраснела и легонько хлопнула Чонгука по руке. — Так и есть, не правда ли?  Помимо стайки девушек, которые были не менее невыносимыми подругами Соры, в команде было много мужчин. Чонгук знал их всех. После того, как он поймал Сору на измене, ему стало интересно, со сколькими же из их близких друзей она тоже трахалась, он бы не удивился, если бы кто-то из числа этих парней тоже спал с Сорой. Печально то, что с некоторыми из них, такими как Дэвон, на самом деле они были достаточно близки. Они собирались вместе в поездки, выбирались вместе поесть или выпить после работы, и Чонгук считал их своими друзьями.  Часть его хотела поблагодарить Сору. Да, она разбила ему сердце, но, сделав это, открыла ему глаза. Никто из его "друзей" не предложил ничего утешительного после того, как все узнали, что Дэвон трахался с его девушкой, никто из них даже не упомянул об этом, за исключением странного осуждающего комментария. Чонгук предпочел бы молчание таким словам. Спустя некоторое время после их расставания у него появилась возможность хорошенько обдумать всех людей в своей жизни, и это снова разбило ему сердце, но, в конце концов, помогло осознать, кому он действительно может доверять. Никто из этих людей на самом деле не был ему настоящим другом. Они все были фальшивками. И эгоистами. Чонгук не был таким, как они. Соре не потребовалось много времени, чтобы выработать какой-либо план для игры, вместо этого она решила применить подход, который был явной нелепой попыткой удержать Чонгука рядом с собой. Она заявила, что все разбиваются на пары по всему полю, чтобы присматривать за своим партнером. Со вздохом Чонгука и обилием неудач они все заняли свои исходные позиции. Чонгук не знал, что они будут играть против команды Чимина, пока не увидел старшего на поле, и сразу же почувствовал вину за то, что стоял так близко к Соре. Он хотел объяснить старшему, что это из-за настойчивости Соры, он хотел хотя бы изобразить, что его тошнит, чтобы Чимин смог это увидеть. Однако, когда его взгляд скользнул по Чимину, старший отвернулся.  Сначала Чонгук чувствовал себя странно, он недоумевал, почему Чимин подошел ближе к Дэвону, даже не уделив своему парню внимания, но он мог только предположить, что это потому, что Чимин не хотел видеть, что Сора находится так близко к нему. Чонгук не мог избавиться от чувства вины за то, что позволил Соре буквально лежать на себе. — Доброе утро, команда!— Джинсоль отвлекла внимание Чонгука от внутреннего смятения, подойдя к паре, которая все еще держалась за руки, несмотря на сопротивление Чонгука. — Помните, что проигравшая команда будет в услужении команды-победителя, так что старайтесь изо всех сил!— Все они кивнули в знак согласия, и на их лицах появились счастливые улыбки от такой перспективы. Джинсоль увидела, что вся команда разбилась на пары, и с вежливой улыбкой небрежно высказала свое мнение: — Будьте осторожны, не выбирайте слишком большие цели, возможно, лучше каждому рассредоточиться. Чонгук мысленно похвалил девушку, чувствуя необходимость бесконечно благодарить ее. Однако Сора посмотрел на нее таким взглядом, который мог бы прорезать стекло, раздражение и злость съедали ее заживо, когда Джинсоль поставил под угрозу ее планы касаться Чонгука весь день. — У тебя больше работы нет? — спросила Сора сквозь стиснутые зубы. — Сора... — Чонгук вздохнул, когда Джинсоль опустила глаза. — Она просто пытается помочь.  Сора бросила на Чонгука знакомый взгляд, который он помнит по тем временам, когда он осмеливался заступаться за кого-то другого в их отношениях. Однако Чонгук не принадлежал ей, и она не могла огрызнуться на него, как обычно. Вместо этого она натянула приторно-сладкую маску, произнося забалтывающие слова, когда заговорила снова. — Конечно, Чонгук~и, я просто имел в виду, что она действительно должна начать игру сейчас... В конце концов, именно за это ей платят, а не за то, что она дает непрошенные советы, — тон Соры вызвал у Чонгука еще один вздох, его извиняющийся взгляд был направлен на Джинсоль, маска девушки дала трещину в своем невозмутимом облике, та стояла опустив голову и потупив взгляд. Чонгук собирался попробовать еще раз поговорить с Сорой, когда Джинсоль слабо улыбнулась: — Конечно, я начну прямо сейчас, — затем она направилась к центру поля. Джинсоль держалась со всей уверенностью, на которую была способна, довольно быстро придя в себя после многочисленных попыток привыкнуть к эгоистичным гостям. Глаза Чимина не отрывались от Джинсоль, пока она объявляла игру, а две другие команды наблюдали за ней со стороны. За то короткое время, что они были здесь, девушка начала ему нравиться, и он почувствовал необходимость поставить Сору на место и ради Джинсоль тоже. Он заметил часть перепалки между Джинсоль и Сорой, улыбнувшись попыткам Чонгука защитить ее. Однако ему пришлось остановиться, потому что он чувствовал все возрастающую потребность вмешаться, и он знал, что Соре это не понравится.                                                 ~ — Кто это? — Чимин кивнул в сторону мужчины на противоположной стороне поля, почти одного с Чонгуком роста, с черными волосами и мускулистыми руками. — О, это Джихун...— ответил Джин, проследив за взглядом Чимина, и добавил: — Друг Чонгука, — он произнес слово 'друг' с отвращением, еще один из тех людей, от которых, к счастью, Чонгук отстранился. Чимин снова сдвинул брови, сосредоточившись на том, как Джихун смотрит на Чонгука, и в шутку бьет его, на взгляд Чимина, чересчур сильно.  Чимин закатил глаза из-за своего поведения, возможно, он слишком остро отреагировал, он и так беспокоится за младшего, так как тот находился так близко к Соре. Возможно, он просто чрезмерно опекает его. Покачав головой, Чимин занял позицию, обе команды стояли на краю поля, и им пришлось бежать в центр, чтобы взять по шарику с водой. Джинсоль объявила, что если в тебя попадет пять шариков с водой, то ты выбываешь из игры, а команда, в которой в конце останется больше игроков, выигрывает.  Итак, после пронзительного свистка Джинсоль в розовый свисток обе команды со всех ног бросились навстречу друг другу. Чимин был быстрым бегуном и очень быстро оказался у большой корзины с мячами, встретившись с Чонгуком и Сорой, которые все еще держались за руки и, по-видимому, тоже оба были хорошими бегунами. Его рука сжимала желтый шарик с водой, и когда он поднял голову, его глаза встретились с глазами Чонгука, младший улыбался ему, одновременно беря свое оружие. Не успел Чимин задержаться на нем взглядом ни на секунду, как вода тут же покрыла его шею и грудь, а сила удара заставила капли брызнуть и на лицо. Когда он снова открыл глаза, то увидел Чонгука с широко раскрытыми глазами и самодовольную, возбужденную Сору. — Вот тебе и один, Чимин, тебе, наверное, стоит уйти в какое-нибудь более безопасное место. Чимину потребовалось все мужество, чтобы промолчать, ногти снова впились в ладони, руки были вытянуты вдоль тела, зубы стиснуты так сильно, что, казалось, вот-вот треснут от напряжения. Но он сделал это. Потому что он не мог позволить Соре разослать это видео. Не обращая внимания на возбужденные крики вокруг и ошеломленный взгляд своего парня, он ушел, не сказав ни единого слова. Прошло несколько мгновений и уворачиваний от неудачно брошенных воздушных шаров, и теперь Чимин старался оказаться на противоположном конце поля от своего парня. Однако он ничего не мог поделать с рассеянными взглядами в его сторону, и как только он увидел, как рука Соры соскользнула с руки Чонгука и легла в его ладонь, его кровь вскипела. Он был почти благодарен второму потоку воды, который ударил ему в бок, - словно попытка остудить его, даже если это было тщетно. После этого Чонгук почувствовал себя менее разгневанным и более отчаянным, он не был до конца уверен, что ему делать. Не сочтут ли люди его грубым, если он откровенно оттолкнет девушку? По правде говоря, его раздражение росло с тех пор, как Сора запустила в Чимина шариком с водой, и он мог сказать, что, к счастью, это не причинило вреда старшему, иначе у него не было бы ни малейшего шанса оказаться сейчас рядом с Сорой. Несмотря на то, что Чимину не было больно, Чонгук все еще испытывал отчаянное желание отругать Сору, но, честно говоря, он был ошеломлен. Не только поступком Соры, но и Чимина тоже. Старший даже не взглянул на него, ни улыбки, ни выражения раздражения, даже глаза не закатил. Ничего. Он просто взял и ушел. Дело было не только в том, что с того момента Чимин очевидно избегал его. Убегая в дальний конец поля каждый раз, когда они приближались, избегая его взгляда, когда Чонгук пытался привлечь его внимание, в какой-то момент он даже окликнул Чимина по имени, но это было, конечно же, безуспешно. И все, о чем мог думать Чонгук, было: — Что же я сделал не так? Это из-за прошлой ночи? Он плохо справился? Или, может, он был недостаточно хорош? Может, Чимин сожалеет об том, что было между ними? Чонгук ненавидел то, что его мысли стали такими холодными и мучительными, тело все еще жаждало близости Чимина, но разум кричал, что Чимин его не хочет. Он презирает себя за то, что чувствует, и хочет привести миллион причин, почему он ведет себя глупо, почему Чимин гордится им, счастлив с ним и обожает его, но каждый раз, когда Чимин смотрит на него с гневом и отвращением в глазах, Чонгук чувствует себя совершенно разбитым. На противоположной стороне поля Чимин испытывал такое же чувство отчаяния, избегая Чонгука и ловя на нем влюбленные взгляды Соры. На самом деле его эмоциям не помогало то, что парочка медленно становилась все более мокрой, их одежда прилипала к коже, а волосы были убраны с лица Чонгука. В какой-то момент Сора с надеждой провела рукой по волосам Чонгука, и Чимин клянется, что в тот момент красная пелена застелила ему глаза. Короче говоря, Чимин ревнует и чрезмерно опекает Чонгука. А также сходит с ума, наблюдая, как Сора хихикает и прижимается к младшему. Возможно, он был настолько ослеплен гневом, раздражением, ревностью и ненавистью... ну, Чимин мог бы продолжать до бесконечности, но суть в том, что Чимин бросил голубой шарик с водой, который держал в руке, прямо в Сору. Вот дерьмо. Чимин зажмурился, как только вода обрушилась на Сору, прервав ее наигранное хихиканье и продолжительные прикосновения к груди Чонгука. Дело не в том, что он сожалел о том приятном чувстве, которое он испытал, когда стер улыбку с лица Соры, это было воспоминание о шантаже, которому подвергала его теперь уже насквозь промокшая девушка. Поэтому, немного запаниковав, Чимин решает спрятаться за Джина, в очередной раз радуясь своему маленькому росту. — Т-ты что творишь? — Растерянно спрашивает Джин, поворачивая голову, чтобы попытаться оглянуться через плечо, когда Чимин цепляется за его майку и заставляет его выпрямиться. — Тссс! Не лезь не в свое дело, — кричит Чимин шепотом, пытаясь выглянуть из-за широких плеч Джина, задаваясь вопросом, знает ли Сора, что это он испортил ее макияж. Джин закатывает глаза, и тут его взгляд натыкается на кипящую от злости Сору и Чонгука, который с трудом сдерживает смех. Переведя взгляд с промокшей насквозь Соры на прячущегося Чимина, Джин пришел к выводу, что виновником был Чимин. Но почему Чимин выглядел испуганным? — Разве ты не должен быть счастлив, что запустил чем-то в девушку, которая прямо сейчас лапает твоего парня? —спросил Джин, все еще глядя вперед и быстро отводя их обоих в сторону, чтобы увернуться от летящего шарика с водой. — Я не говорил, что я несчастлив... — ответил Чимин, на его губах заиграла улыбка, и он быстро опустил голову, увидев, как Сора отчаянно поворачивает голову. — Просто, ну, Сора... — Чимин раздраженно выдохнул, может, ему стоит рассказать Джину. Он знает, что Чонгук уже рассказал ему об их извращенных начинаниях, и, возможно, старший найдет объяснение его неразумным мыслям. — У нее есть... Внезапно воздушный шар с водой накрыл лицо Джина, резкий вдох воздуха наполнил уши Чимина, когда старший вздрогнул от холодной воды. — Йа! Это ты виноват, сопляк! — фыркнул Джин, с едва заметным намеком на смех отстраняясь от Чимина нарочитыми движениями. По-видимому, это был пятый шарик с водой, который попал в Джина, и он без энтузиазма покинул поле, направляясь к Тэхену, который стоял и жадно наблюдал за происходящим. Оставив Чимина без защиты, он поднимает глаза и видит, что Чонгук смеется, его заячья улыбка сияет от радости - это он ударил Джина. Их глаза встретились, и сердце Чимина разорвалось надвое, когда он отвел взгляд и снова отвернулся, на Чонгука это произвело похожее впечатление. — Интересно, что происходит с Чимином, Чонгук? Я бы никогда не стала тебя так игнорировать, — слова Соры были ядовитыми и прикрывались милой маской, отчего Чонгука затошнило. Чонгук хотел что-то сказать, что угодно, но он просто чувствовал себя подавленным. Он хотел защитить Чимина, назвать Сору лгуньей, но Чимин игнорировал его, и он понятия не имел почему, и эта мысль занимала его больше, чем обычные бессмысленные комментарии Соры. — Помню, как ты злился на меня из-за какой-то глупости в начале наших отношений, но ты никогда не мог долго злиться на меня, помнишь? Мы никогда не могли игнорировать друг друга, — Сора продолжала идти, их руки все еще были переплетены, и Чонгук не до конца осознал это действие, так как сосредоточился на Чимине. Как в тумане, слова Соры звучали глухо и наполняли его уши, только усиливая его внутреннее смятение. Он просто чувствовал себя потерянным, как будто было что-то, чего он не знал, и все остальные пялились на него и называли за это идиотом, а все, чего он хотел, - это пойти к Чимину. Ему хотелось обнять старшего за талию и утонуть в его нежности, защищая от остального мира. Однако каждый раз, когда его взгляд натыкался на теплое присутствие Чимина, старший отворачивался. — Даже не знаю, зачем ты с ним возишься, малыш, —Сора закончила, подбирая слова и наблюдая за реакцией Чонгука. Она привыкла манипулировать им и ждала, что он просто сдастся, как он обычно и делал. Однако она не ожидала, что Чонгук резко отпустит ее руку и с рычанием нагрубит в ответ. — Мы не вместе, Сора. Мы никогда не будем вместе. Я с Чимином, потому что хочу быть с ним, и это последний раз, когда ты высказываешь свое неуместное мнение о наших отношениях, — закончил Чонгук безапелляционно, холодным тоном и суровой интонацией. Он был сыт по горло Сорой. Он не был уверен, что она действительно считала его настолько глупым, чтобы им снова можно было манипулировать, но он хотел дать понять, что ее мысли были ненормальными. Его брови нахмурились еще сильнее, когда он услышал ответ Соры: если девушка и была рассержена или у нее разбито сердце, то она хорошо это скрывала, с той же скучной улыбкой, которая постоянно скрывала ее истинные, ужасные эмоции. Притворство девушки полностью лишило Чонгука сил, и он со вздохом сдался, все еще сохраняя дистанцию между ними, но прекрасно понимая, что это была не последняя попытка Соры. — Я знаю, Чонгук~а, — Сора вся горела изнутри, гнев бурлил в ее жилах, и ее взгляд переместился на Чимина, стоящего позади Чонгука, рядом с ее парнем и вызывающего неоправданное отвращение, — и я бы никогда не сделала ничего, чего бы ты от меня не хотел. Чимин не заметил этого обмена репликами, вместо этого он был поглощен подслушиванием разговора Дэвона и человека, с которым он разговаривал ранее, Санву. Они снова сыпали оскорблениями, все в адрес Чонгука, Чимин может только предполагать, потому что это бывший парень его девушки, и, конечно, очевидная причина, по которой Дэвон - засранец. С каждым оскорблением и ругательством Чимин чувствовал, как его сердце бьется немного быстрее, пока не почувствовал, что оно вот-вот вырвется из груди. В течение дня его гнев нарастал все больше и больше, Дэвон и Сора быстро стали отравлять ему жизнь. Со стиснутыми зубами и особенно раздражающим, дерзким комментарием: — Он, наверное, просто привел с собой эту сучку Чимина, чтобы заставить ее ревновать, как будто она когда-нибудь снова захочет быть с кем-то вроде него, — Чимин со всей силы швырнул шарик с водой, который держал в руке, Дэвону в затылок. Ему реально стоит прекратить это делать. Когда Дэвон оборачивается с выражением шока и раздражения на лице, Чимин решает, что не жалеет об этом. — Упс, — Чимин выдыхает без особых эмоций, что на самом деле помогло ему немного успокоиться. Ноздри Дэвона раздулись, кулаки сжались, а с плотно сжатых губ сорвалась болезненная усмешка. С решительным видом он направился к Чимину. Последний удивленно приподнял бровь, удивленный таким слабым проявлением доминирования, и Чимин предположил, что сейчас он должен быть напуган, но все, что он делает, это закатывает глаза. Когда гнев Чимина достигает предела, он полностью готов ударить Дэвон, как только тот окажется на расстоянии удара.