"Я стану твоим воздухом"

      …вокруг было одновременно тихо и нестерпимо громко. Он услышал чей-то крик, а потом понял, что он принадлежит ему. Он попытался прервать его, потому что воздуха в легких стало катастрофически мало, но потерял сознание. …он очнулся вновь, когда боль и жар накрыли правую половину его тела. Он дернул рукой и ногой, и перед глазами мелькнула вспышка. Треск справа заставил его повернуть голову. Паника и ужас — перекатиться на левый бок и с усилием выползти из-под обломка. Не ощущая на это раз боли, он приподнялся на четвереньки. Что-то заставляло его продвигаться как можно дальше от воспламеняющейся груды метала. Скользя по мокрым камням, окрашивающимся в багрово-красный цвет, он инстинктивно двигался к воде. Это спасло его. …когда он открыл глаза снова, было уже темно. Он лежал на спине на мокрой гальке, не чувствуя собственного тела. Он видел множество созвездий, перечисляя их на грани своего сознания.       Его глаза блуждали по небу, выискивая какую-то одну определенную звезду. Эта звезда должна была спасти его. Он шептал все известные молитвы этой звезде. Свет этой звезды был невыносимо ярким, а потом он понял, что это не та звезда.       …его рот и нос накрыли маской, и паника снова начала зарождаться в его груди. Сознание начало предавать его, сердце стучало слишком громко, но оно не могло заглушить боль, распространяющуюся по всему телу. Он попытался позвать ее, но… Проснулся.

***

 — Ты снова кричал во сне.  — Угу, — лишь буркнул Серкан, ковыряясь вилкой в салате. Селин тяжело выдохнула, грея руки о чашку с кофе. Они жили вместе почти две недели, но он по-прежнему не подпускал ее к себе ближе, закрывая дверь своей спальни изнутри. Каждую ночь она плакала от собственного бессилия, слыша, как он кричит во сне. Ей казалось, что сейчас он будет нуждаться именно в ней, ведь по какой-то причине он позвонил ей первой после своего пробуждения. В тот момент все внутри нее оборвалось. В ее сердце вновь появилась надежда, и она бросила все и прилетела раньше всех. Раньше Эды. Когда она вошла в его палату, забыв, как дышать, он даже не поднял головы. Его взгляд удивленно изучал свои руки, словно они ему не принадлежали.  — Привет, — произнесла она. Серкан поднял тяжелый взгляд, прибивая ее к полу.  — Привет, — прохрипел он, как-то странно осматривая ее с ног до головы, словно не веря. Она села рядом с ним, не находя слов взяла его за руку. Взгляд тут же зацепился за золотой ободок на безымянном пальце. Он молчал, разглядывая сцепку их рук.  — Куда я летел?  — Ч-что?  — Я куда-то летел. Врач сказал, что у меня, похоже, амнезия. Я не помню куда летел, Селин. Что-то по работе?.. Она лишь молча кивнула. Она понятия не имела, куда он летел. Она понятия не имела, что сейчас происходит, но это что-то определенно было решающим в их жизнях. Это был знак, что судьба дает им второй шанс. Как же она ошиблась.       Серкан с тихим звоном отодвинул тарелку подальше и оглядел квартиру. Селин сказала, что это ее квартира, и что они жили вместе здесь, когда он съехал от госпожи Айдан, но он еще в первый день заметил, что здесь было слишком много его вещей и практически отсутствовали ее. А еще здесь не было Сириуса.       — Я сегодня не поеду в офис. Ты поезжай без меня.       — Почему? Ты плохо себя чувствуешь? Я останусь, — обеспокоенно произнесла она.       — Нет. Все в порядке, просто у меня другие дела. Селин еще долго медлила, но в итоге оставила его одного. Как только стук ее каблуков стих, он позволил себе выдохнуть напряжение. Сев на пол перед панорамным окном, заливающем комнату холодным светом, он обхватил колени руками и начал плавно раскачиваться, прикрыв глаза и пытаясь дышать ровно. Растягивая окаменелые мышцы, мужчина старался упокоить дрожь внутри своего тела. Эта дрожь была с ним каждое утро, потому что он практически не мог вспомнить, что ему снилось. Точнее, ему много чего снилось за ночь, но его сознание цеплялось только за самое плохое. Психотерапевт сказал, что умеренные физические нагрузки вместе с правильным дыханием пойдут ему на пользу. Первое действительно работало, но не продолжительно. Вчера он весь вечер провел в своем тренажерном зале, колотя грушу до тех пор, пока больная нога не дала о себе знать. Второе оказалось сложнее. Раньше он никогда не задумывался о том, как нужно дышать. В боксе это получалось как отработанный навык, а вот в обычное время он постоянно зацикливался на том, что дышит как-то неправильно, потому что воздуха всегда было недостаточно, и это заставляло дышать его чаще, сбивая спокойным ритм, заставляя сердце биться чаще, отчего его часы периодически пиликали, мешая работать. В итоге он начинал нервничать, злиться, круг замыкался. Но страшнее всего было в те моменты, когда все это переходило в финальную стадию — он начинал задыхаться. Серкана снова охватила паника, когда часы на его запястье начали оповещать о повышенном ЧСС. Он широко открыл глаза, начиная дышать ртом слишком часто и поверхностно. «Ты у себя дома, тебе ничего не угрожает, ты не задохнешься». Не помогало.       Его уши заложило от гула, а внутренности сжались. Он ни с чем это никогда не перепутает.       ОН СНОВА В ПАДАЮЩЕМ САМОЛЕТЕ!

«Нет, это не так, ты в безопасности, Серкан! Я рядом с тобой. Я всегда буду рядом, помнишь?»

      …когда он посмотрел на наручные часы, оказалось, что прошло около трех часов после ухода Селин. Серкан лежал на боку на полу, боясь пошевелиться, потому что после нескольких безуспешных попыток, отключки и резкого пробуждения ему вновь удалось совладать со своими эмоциями. Но надолго ли?       — Нет самолета. Нет огня. Есть воздух. Все хорошо, — выдохнул он, опираясь руками о паркет и приподнимаясь. Кажется теперь можно начать рабочий день.

***

Эда слушала пожелания клиента, периодически кивая, стараясь удержать свои мысли на работе. Селин сказала, что Серкана сегодня не будет в офисе, и это было плохо. Во-первых, появился новый заказчик, отказываться от которого, как утверждал Ферит, было нельзя. Во-вторых, ее волновала причина, по которой мужчина решил пропустить рабочий день. С того неприятного инцидента прошла неделя, и, к ее удивлению, все его участники делали вид, что ничего не произошло. Серкан даже не смотрел в ее сторону, но к счастью, в сторону Селин он тоже не смотрел. Эда была уверена, что между ними ничего нет, потому что блондинка не выглядела счастливой.  — Я надеюсь, мы будем сотрудничать, — закончил мужчина, протягивая ей руку для рукопожатия. Эда вежливо улыбнулась, пожимая сухую ладонь, косясь на Энгина и Ферита, стоящих в стороне. За то время, пока Серкан отсутствовал, ей пришлось быстро превратиться из студентки архитектурного во владелицу почти половины акций «АртЛайф», и если бы не наставления Ферита и Энгина, она бы не смогла удержать фирму на плаву самостоятельно. Увы, госпожа Айдан, ослепленная горем, даже не вникала в дела.  — Я слышал о том, что произошло с господином Серканом, — понизив голос продолжал мужчина. Эда напряглась, краем глаза замечая, как Ферит подался вперед готовый в случае чего перехватить внимание клиента. — Ему повезло, что у него такая замечательная жена. Эда неопределенно кивнула, хоть последнее слово больно резануло ее по сердцу. Удерживать Серкана от лавины из его утраченных воспоминаний в их деле было сложно. В СМИ просочилась информация об амнезии Болата, и желтая пресса уже пестрила заголовками о его неопределенной личной жизни, но к счастью для всех Серкан никогда не интересовался прессой.  — Я провожу Вас, — поднявшись из удобного кресла, которое обычно занимал мужчина, Эда облегченно выдохнула. Ей было тяжело находится на его месте. Ферит и Энгин молча последовали за ней, следом присоединилась Лейла, в чьих руках уже пестрили папки, которые Эде нужно подписать. Несколько молодых дизайнеров, уткнувшись в планшеты, поспешили за ней, чтобы она утвердила макет. Возглавляя всю эту небольшую делегацию, которую замыкал Эрдем, просто потому что тому нравилось ходить за начальством, Эда довела клиента до дверей и протянула руку, чтобы снова проститься.  — В таком случае, жду, когда мы приступим к нашему проекту!  — Какой еще проект? Сердце Эды пропустило удар. Лейла выронила стопку папок. Энгин на ходу начал нести какую-то чушь, бросился вперед, закрывая собой Эду и собираясь подхватить Серкана под локоть, но тот уже пожимал руку мужчине, вопросительным взглядом буравя его лицо.  — А, господин Эмир, я… кажется мы с Вами знакомы, — протянул он, когда где-то в глубине его мозга всплыла картинка с лицом этого человека. Очень мутная картинка.  — Да, Серкан-бей, мы пару раз пересекались с Вами, у нас в планах была совместная работа, но потом все эти обстоятельства… Но не переживайте, мы с госпожой Болат уже заключили контракт.  — Госпожой Болат? — растерянно спросил мужчина. — Моя мать…  — Д-да, госпожа Айдан! — резко воскликнула Эда. — Она… она заключила сделку с господином Эмиром, но так как она все еще не может покидать дом…  — Она попросила Эду уладить некоторые формальности с бумагами, — помог ей Ферит, в то время как Энгин пытался увести удивленного клиента.  — Почему я не в курсе этого? Как можно заключать сделку без меня?  — Тебя не было, а отказываться от такого проекта было бы неразумно, — вновь осторожно начал Ферит, чему Эда была очень благодарна.  — Я кажется не спрашивал тебя о том, что разумно, — грубо перебил его Серкан, испепеляя взглядом. — Это моя фирма, и без моего позволения здесь даже дышать никто может! Серкан понял, что не нужно было этого говорить, когда его сердце резко сжалось, а затем начало разгонять по всему телу импульсы холодной паники. Дышать. Он снова не мог дышать. Стягивая с шеи проклятый шарф, Серкан быстрым шагом устремился в свой кабинет, не желая, чтобы кто-то видел его в момент слабости. Захлопнув дверь, мужчина замер на месте из-за наслаивающихся друг на друга эмоций. Все гребаные кресла стояли не на своих местах! Злясь на свою реакцию, Серкан пнул один из них ногой. Почему именно сейчас? Что тут вообще происходит?! Центр внимания вновь устремился на то, что воздуха вокруг было слишком мало. Зная, что никто не осмелится войти к нему в кабинет, он осел на пол, стараясь вернуть дыхание в норму. Он устал твердить, что все хорошо. Все не было хорошо. Воздуха тоже не было. Быть может он больше не в падающем разгерметизированном самолете, но он все еще находится под обломками, все еще чувствует боль в пронзенной ноге и сломанном ребре. Он все еще упорно пытается вспомнить то, о чем думал в момент падения, потому что это было очень важно! Его тело содрогалось от немых сдерживаемых всхлипов, потому что часть него все еще сопротивлялась панике, оставаясь прежним Серканом Болатом; он почувствовал, что кто-то обнимает его, далеко не сразу, а только когда гул в ушах начал исчезать. Ему на смену пришел нежный, такой мягкий и умиротворяющий голос, что он просто не мог не подчиниться ему.  — …просто дыши, Серкан. Все хорошо. Я рядом. Я всегда буду рядом с тобой…