Мерлин

Четыре часа вечера. После той перепалки Мерлин смогла найти Грейс и попросить её отмыть комнату. Эта работа была сделана за какие-то 15 минут, и девушка смогла, наконец, поселиться. С собой она взяла пижаму и нижнее белье, на этом всё. В её планах было только похоронить отца и уехать на следующий день в 5 утра. Всё. Винстон даже и мысли не хотела допускать о том, что ей придется здесь остаться. Есть шанс, что она вообще снова уедет из Канады, только бы не ей ничего не напоминало о всей этой ситуации. Она так хотела забыть всю свою жизнь в Академии, все те пытки, которые ей пришлось пережить, и о которых никто не знает, кроме неё, отца и Пого. Третьего она до сих пор не встретила, хотя он был единственной надеждой на выживание в этой тюрьме. Шимпанзе всегда ей помогал, когда Реджинальд забывал о маленькой девочке, которая сидела в этой комнате для пыток и наказаний. Отец мог оставить её там на несколько дней, совсем забыв про её существование, в то время Пого скрытно от всех приносил ребенку еды и воды, чтобы та хотя бы выжила. Они с шимпанзе могли тихо разговаривать по ночам за чашкой чая, пока все спали. Пого же иногда читал Лине сказки на ночь. Очень редко, но читал. Он был единственным лучом света в этой кромешной тьме для бедной девочки Мерлин. Буквально час назад к ней заходила Эллисон. С виноватым взглядом она тихо передала девушке о том, что похороны будут в половину пятого часа. Было видно, что той стыдно за тот случай, ведь она знала, что у сестры нет никого, кто захотел бы её слушать из-за их взаимоотношений. Винстон решила начать собираться. Ну как собираться… Просто привести своё лицо в порядок после недолгого сна. Девушка встала с кровати и направилась в ванную в своей комнате, которую смогла отмыть Грейс. По размерам она была меньше всех в доме, но благодаря долгому и потному пути в прошлом Мерлин смогла сделать из этого милую и уютную комнатку. Справа раковина с небольшим зеркалом сверху, напротив двери душевая кабина, а слева белый туалет. Вся комната была сделана в белых цветах, стены пол и потолок из мраморной плитки тоже. — Ну что же… Пора. — Сказала Мерлин самой себе через двадцать минут. На часах без сорока пять и нужно выдвигаться на улицу. Выйдя из своей комнаты, девушка направилась прямо на коридору. Её «хоромы» находились в самом конце, из-за чего ей приходилось идти до лестницы на первый этаж дольше всех. Проходит три минуты и ступень вниз прямо перед ней. Глубоко вздохнув, Мерлин спустилась вниз. Чтобы попасть на кухню нужно было пройти через столовую, в которой, кстати, никого не было. Медленно, будто боясь, Винстон проходит обеденный стол и направляется дальше. Голоса. Слышно какие-то голоса, находящиеся в этой злосчастной комнате. Всего было два голоса, мужской и женский. Причем второй уже был знаком. Эллисон, а первый она так и не смогла распознать. — Эллисон… Я уверен, что его убили! Это не мог быть просто инсульт! — Затем глухой звук, как будто удар чего-то тяжёлого об стол. — Лютер, у него остановилось сердце! Как возможно убить остановкой сердца? — Та поставила руки по бокам, с укором смотря на брата. — М… Могли подсыпать яд. — Тихий низкий голос заговорил в районе дверного прохода. Брат с сестрой замерли на месте. Пока Лютер шокирующие смотрел на Мерлин, Эллисон успела к ней подбежать и тысячу раз извиниться за прошлые её слова. — Эллисон, все в порядке, правда. — Младшая посмотрела на сестру с лёгкой улыбкой и прошла в столу. Да, Мерлин была младше всех, ведь она единственная родилась на три часа позже других, как ни странно. И носила последний номер — восемь. — Здравствуй, Лютер… — Мерлин? Настоящая? Да неужели?! — По нему видно было, что он зол и недоволен, но незаметный в его сторону рык от Эллис утихомирил его. Лютер… Или же номер один. Да, он всегда почитал отца, хотел быть его любимцем и с гордостью принимать тот факт, что он первый. Однако, их взаимоотношения с сестрой даже нельзя было назвать каким-то отношениями. Ситуация похожая с Клаусом, только здесь и Мерлин не обращала никакого внимания на брата. Сами их характеры, вкусы, предпочтения были абсолютно разными. Они не здоровались по утрам, просто оба делали вид, что их не существует. Мерлин для Лютера, Лютер для Мерлин. Но при этом девушка до безумия его уважала и боялась ему перечить. Она всегда хотела быть похожей на старшего, пыталась быть такой же гордой, как и он, такой же сильной и целеустремленной. Она восхищалась им, для неё он был примером. — Да, Лютер, это Мерлин. И прекрати вести себя так высокомерно! — Третья стукнула брата по плечу своим маленьким кулачком, и они оба искренне засмеялись. Винстон же просто тихо прошла к столу и также тихо села. — Детка, ты готова к похоронам? — Да. — Без лишних комментариев ответила Винстон. — Лютер… Кхм… Прости за вопрос, но что с тобой? — Было видно, что ей очень неловко спрашивать такой вопрос, боясь задеть парня. Это не Диего, которого она готова была похоронить, это тот, кто действительно вызывал у неё уважение. — Что? А, ты про мое тело? Я же один остался в доме и выполнял поручения отца, но на одном задании я чуть не умер. Пришлось использовать кровь Пого, чтобы я выжил, из-за чего и такой вот побочный эффект. — Он показал рукой на своё огромное тело в пальто, демонстрируя его проблему. — Ох… Мне жаль. А про Пого… Он был сегодня? — С надеждой спросила Мерлин. — Я его сегодня не видел, но на похоронах он должен быть. — В этот момент Лютер что-то активно употреблял в пищу, потому говорил с набитым ртом, но достаточно понятно. — Хорошо. — Все также сдержано ответила Винстон. — А… Эм… Мерлин, а где ты была все время? — Также неловко, как и младшая до этого, поинтересовался первый. Ему действительно было интересно узнать, что с ней случилось и как она выжила одна, причем достаточно хорошо сохранилась, но заметив слегка потерянный взгляд девушки и её замирание на месте, он успел уже тысячу раз пожалеть о своих словах. — Я не думаю, что это нужная вам информация. Завтра в пять утра я уезжаю и, на вряд ли, мы больше увидимся. — Девушка резко сменила свое настроение, смотря в упор на брата. Она была не зла, но рассказывать то, что она пережила ей не захотелось бы, будь даже под дулом пистолета. — Я ухожу на улицу. — Милая, там дождь. Возьми зонтик. — Появившаяся из ниоткуда Грейс заставила всех дрогнуть на месте от неожиданности. Робот протянула зонт Винстон и та с благодарностью его взяла. — А вы когда собираетесь идти? — С какой-то дюже притворной улыбкой спросила «Мама», но дальше разговор уже Мерлин не слышала, покинув помещение. Уже выходя на задний двор, девушка столкнулась с кем-то низким, который тоже был с зонтом и его не было видно. Однако Винстон хватило заметить маленький рост и шерсть торчащую из-под верхушки зонта, как она сразу узнала, кто это. Пого… Тот, ради кого, наверное, Мерлин и приехала сюда. Он был единственным, кого она действительно любила и желала видеть больше всего. — Ох… Ох, простите, мисс…? — Он поднял свою голову и увидел высокую красивую девушку, которую не смог узнать с первого раза. Только её глаза. Только глаза, которые впервые за двадцать лет посмотрели с еле-заметной теплотой на кого-то. И, даже, если присмотреться, можно было увидеть одну незаметную слезинку у правого ока, которая первый раз образовалась от счастья, а не от горести и обиды. — Мерлин? — Шимпанзе посмотрел с удивлением, которое моментально сменилось радостью и облегчением. Он так переживал за то, что с ней можно что-то случится, что он больше её не увидит, но вот она — целая и невредимая стоит прямо перед ним. — Пого! — Та набросилась на него с крепкими объятиями, встав на колени, чтобы сравнится с ним. Зонт уже улетел в другую сторону у обоих, но им так было все равно. Они смогли почувствовать то самое родное тепло, которое чувствовали только вдвоем. Пого был для девушки как родной дедушка, а Мерлин для него как родная внучка. Они любили друг друга больше всех на свете. — Ох, Пого, я так скучала по тебе… — Сжимая его в объятиях сказала Винстон. — Дорогуша… Я тоже ждал Вас, мисс Мерлин. — Охотно и с улыбкой ответил шимпанзе. — Где же вы пропадали и насколько остаётесь? — С явной надеждой на ответ «Подольше» он спросил, но получив опущенный и грустный взгляд сразу все понял. — Вы снова хотите пропасть? — Не снова, а навсегда. Я приехала только из-за моей последней частицы души, которая хочет отправить Реджинальда в мир иной. Мое желание здесь остаться равно нулю. Прости, Пого, но это не мой дом. — Та посмотрела на него с укором и некой поучительностью. Она прекрасно знала, что тот будет её отговаривать, поэтому сразу решила расставить все точки над i. — Но вы понимаете, что сэр Реджинальд Харгривз хотел, как… — Не успел Пого договорить, как его нагло перебили. — Хотел, как лучше. Да-да, проходили уже, Пого. Я прекрасно знаю, что ты обязан ему жизнью, но ты же сам понимаешь, что не хотел он как лучше для нас, он хотел лучше для себя и своей выгоды. — Проговорила это Винстон с ухмылкой. — Позвольте спросить, мисс… А где ваш дом? — Хрипотца в голосе была заметна из-за большого возврата шимпанзе. Он был старше всех присутствующих в этом доме. Оно и понятно, проживя столько лет воспитанником Реджинальда и Грейс он действительно обязан им жизнью. Они научили его тому, что никакой человек никогда не расскажет и не покажет. — О чем ты? — Вы сказали, что это не ваш дом, тогда где ваш дом? Вы смогли найти его? — В его глазах была заметна доброта м какое-то ехидство, будто он знал, о чем говорит и что ему ответят. — Нет. У меня нет своего дома. — Вся грусть и радость ушла с лица, оставив только прежнее хладнокровие. А ведь правда… Её дом, где он? Скитаясь по разным странам и городам за все время, она так и не смогла найти место, где ей хотелось бы задержаться на подольше. Все постоянно надоедало и Мерлин переезжала с места на место, желая найти тот самый скрытый уголок, который будет для неё собственным закрытым гнёздышком со своими секретами. Хотя не только это она считала своим домом. Да неё это должно быть место, где она будет не одна, а с кем-то, кто дорог ей больше жизни и кому дорога она сама. Тот, кто будет поддерживать её в трудные минуты, тот, кто никогда не скажет ей «Ты отвратительна» и так далее, тот, кто просто будет радовать её обычным своим присутствием. Такого нет, никогда не было и, на вряд ли, будет. Закончив разговор на не самой лучшей ноте, Мерлин и Пого подняли свои зонты и всё-таки решили выйти на улицу. Там никого не было, только сильный дождь бил по земле, оставляя глубокие лужи и ямы. Небо практически черное, в воздухе серый и густой туман, который давал возможность видеть не дальше пяти метров. На самом деле, задний двор был маленьких размеров, ибо на нем никогда не проводились тренировки для всех участников Академии. Почти для всех… Кроме Мерлин. Реджинальд Харгривз. Отец — тиран, который терпеть не мог, когда его называли «папой», только «монокль». Строгий костюм, шляпа и тот самый монокль. Он не снимал его практически совсем, исключительно перед сном и то, только тогда, когда никто его не видел. Почему? Не знает даже Грейс и Пого. Занятой человек, богатый миллиардер, хотевший сделать из своих детей каких-то супер-людей, а не обычных подростков, радующихся жизни. Он относился ко всем одинаково, за исключением Лины и Вани, ибо те обе были без суперспособностей. Но его отношение к ним также различалось. Все «внимание» доставалось младшей Харгривз — Мерлин. Хотя лучше бы она сидела все время в комнате и слушала ежедневные оскорбления, чем делала то, что ей доставалось. Никто из братьев и сестер не смог бы даже продержаться пару минут и испытать то, что испытывала она. Это были не тренировки, это были самые настоящие пытки 15-17 веков. На улице никого не было кроме этих двоих и агрессивных капель, ударяющихся об землю. Пого и Винстон сидели на скамейке, стоящей близ дома. Мерлин ненавидила это место, сколько раз она не пыталась сюда выйти просто подышать внутренний страх пробирал до костей, заставляя вновь прочувствовать все заново и забежать обратно в дом, дрожа от начинающейся панической атаки. — Мисс, чего вы хотите на самом деле? — Со спокойствием и умиротворением поинтересовался Пого. — В плане? — Любви, дружбы, спокойствия, одиночества, богатства, путешествий… Смерти? — В конце шимпанзе сделал небольшую паузу, но продолжил. — Я слишком грешна для этого мира, чтобы понять эти чувства, Пого. Я никогда не смогу узнать, что это такое. У меня нет ответа на твой вопрос. — В глазах и голосе не было горести и печали, только холод и прежнее спокойствие. — Что же, ваше право. — С некой грустью и, поникнув, ответил Пого. Спустя несколько минут во дворе уже собралась вся семья. Дождь все также не переставал лить, а только сильнее бил по телам с каждой секундой, превращаясь в настоящий ливень. Все стояли, укрываясь черными зонтами с эмблемой Академии, но и это особо не спасало. На лицах не было улыбок, а руки некоторых дрожали от холода и мороси. Только Диего с Клаусом слегка ухмылялись, поглядывая на Лину, стоящую максимально далеко от всех в тени. — Что же… Кхм, предлагаю каждому сказать последнее слово и попрощаться. — Хрипло произнес Пого. Никто не смел начинать свою речь, чего-то опасаясь. — Тогда я буду первым. Хочу поблагодарить мистера Харгривза за то, что дал мне жизнь, развитие и крышу над головой. Если бы не он, то меня бы здесь не было. — Выйдя вперёд, сказал шимпанзе и отошёл назад, слегка поклоняясь. — Кхм, хочу поблагодарить отца за то, что давал мне надежду и сделал из меня того, кем я являюсь сейчас. Только благодаря ему я сейчас жив и стою перед вами, только благодаря ему я имею такую мощь и силу. — Это был Лютер. По логике сейчас должен был ответить Диего и так по очереди, но он молчал, только ехидно смотря на закрытый порох и не произносил не слова. Ожидалось какое-то представление. — Кто следущий? — Я хочу. — Низкий голос подался из тени и Мерлин вышла вперёд. У всех открылись глаза от удивления, и только Пого нахмурился, зная, что будет дальше. Но он прекрасно понимал Винстон, потому просто недовольно покачал головой, но молчал. — Смотри, сейчас будет боготворить нашего папашу со словами о том, какая она была у него любимица. — Пошатываясь прошептал на ухо Ване четвертый. Та в ответ просто опустила брови вниз и сложила руки на груди, отводя ненавистный взгляд. Ваня… Та, кого ненавидела сама Мерлин больше всех в этой семье. Хотя их ненависть была взаимной, но они никогда не смели проявлять её друг к другу. Почему? Да все просто, Мерлин прекрасно знала, что Ваню отец не допускал к тренировкам вообще. У неё также не было сил и каких-то особенностей, но по какой-то причине она просто сидела в комнате, пока бедная восьмая пахала и изнашивала своё тело до боли в костях. Мерлин вышла из своего укрытия и посмотрела каждому в глаза. После её взгляда у всех который раз уже пробежал холод в перемешку со страхом и мурашками по спине. Все боялись её, но даже не понимали почему. — Хочу сказать спасибо пап… Реджинальду за то, что не дал мне такое же детство, как у других. За то, что ставил опыты над моим телом, чтобы выведать какую-то особенность, которую так и не смог найти. За то, что сутками морил меня голодом и отсутствием воды, чтобы проверить мою выносливость. За то, что пока все дети могли по полчаса в день развлекаться, я должна была учить поэмы на несколько листов за эти 30 минут, ибо вдруг у меня супер ум. За то, что подвешивал меня на цепи, надеясь на такую же силу, как у Лютера и ловкости, как у Диего. За то, что… Кхм… Лишил меня дома. — С едкой улыбкой и ненавистью в глазах сказала Мерлин, не обращая внимания на взгляды, устремленные на неё. Они смотрели с шоком и… Сожалением? Это возможно? Эллисон просто стояла, прикрывая рот рукой, сдерживая всхлипы и поток слез, который был готов вырваться наружу. Зонт Диего и Клауса выпал из их рук. Дождевая вода полностью пропитала их одежду и волосы, которые неприятно прилипли к телу. Было видно, что Второй хочет что-то сказать, но он молчал, терпеливо ждал, пока сестра закончит, но она уже закончила. Мерлин ещё перед речью отбросила зонт в сторону, подняла голову, запустила руки в карманы и с закрытыми глазами наслаждалась ощущением капель на лице, которые дальше стекали вниз по телу. Она бы и простояла так ещё хоть целый день, но тут есть и другие люди, которые, возможно, также хотят что-то сказать. Чуть нагнувшись вперёд, она открывает глаза и смотрит на вазу, стоящую перед ней на земле. — Порох можете развеить и без меня, я ухожу. Всем спас… — Но не успела она договорить, как неожиданный поток ветра сбил её с ног, и она упала на землю, царапая колени. Джинсы уже были порваны, а на руках красные следы и ссадины от кусочков асфальта, перемешанные с землёй. — Чёрт… Какого…? — Девушку поднимают чьи-то большие руки и ставят позади себя, закрывая спиной. — Лютер! В сторону! — Крикнула Винстон и выбежала из укрытия, идя впереди всех. — Не хочу показаться какой-то супергероиней, но это не должно представлять нам опасности! В воздухе начал образовываться синий портал, сметая все лёгкие и не очень предметы вокруг. Голубой в перемешку с белым и черном цвета мелькали, сгущаясь и расходясь одновременно. Каждый сантиметр неизвестного происхождения этой магии искрился бликами и светом. Размеры все увеличивались, а сила, что не подпускала всех к нему продолжала расти. Диего и Лютер закрыли всех своими телами, но только Мерлин решилась выйти вперёд. Ей это все показалось до безумия знакомым, будто она уже не раз встречалась с чем-то подобным, но гораздо меньше в размерах и энергии. — Мерлин! Назад! Оно убьет тебя! — Пытается докричаться Эллисон, но сестра её не слушает и продолжает приближаться. Все было бы нормально, но только раны на коленях и руках начали активно срастаться и заживать, быстрее, чем на собаке, но никто не обратил на это внимание. Заметив это, Мерлин грубо высказалась себе под нос. Слегка напрягая тело, лечение в момент прекратилось и девушка продолжила идти. Она была уже в притык близка к порталу. Руки закрывали лицо от потока ветра, волосы уже готовы были вырваться из головы, но крепко держались, развиваясь и запутываясь. Ноги были поставлены в боевую стойку, но не чтобы приготовиться к драке, а просто, чтобы не упасть. Спустя несколько секунд из портала проявляется лицо и тело какого-то пожилого мужчины в шляпе и строгом костюме, тянущегося вперёд. Но проходит буквально три секунды, как оно начинает сливаться с лицом парня лет 28, кого-то очень сильно напоминающего. Мерлин убирает руки с лица и шокировано смотрит на этого человека. Не может быть… Тело падает на землю, а искры и синий свет портала, как и сам портал, пропадают. Ветер проходит, все становится на свои места, кроме какого-то парня, лежащего на земле спиной к остальным, не двигаясь. — Невозможно… — Тихо проговорила Мерлин и сразу же бросилась к нему, встав на колени. — Черт, черт, черт… Живой? — Она приложила пальцы к шее, нащупав медленный пульс и облегчённо выдохнула. — У него переутомление и избыток сил. Кто-нибудь, помогите его поднять, какого хрена вы стоите и ничего не делаете?! — Первый раз за все время пребывания в этом доме Харгривзы увидели переживание и взволнованность на лице Лины, которая все время нервно ощупывала парня на наличие повреждений. Из-за этих её эмоций, которые они смогли лицезреть все стояли неподвижно и просто смотрели на младшую. — Твою мать, Лютер! Возьми его на руки и отнеси к Грейс, быстро! — Она подняла свои серые глаза и все увидели в них промелькнувшее сожаление и печаль, которое моментально сменилось яростью и хладнокровием. Очнувшись от некого транса, Лютер молниеносно подбегает к девушке и подхватывает человека с лёгкостью на руки. Только сейчас он видит его лицо и, который раз уже за сегодня, удивляется в немом шоке. Тот, кого он увидел, он не ожидал увидеть к слову говоря совсем. Все, кто стояли рядом смотрели на это лицо и не понимали, что происходит. — У меня у одного голова едет, или мы все видим Пятого, который вылез из какой-то синей штуки? — Вопросительно спросил Клаус, прячась за спиной Диего с сигаретой в руках. — Мы все… — Тихо произнесла Ваня и кинулась помогать Лютеру, только одна Мерлин сидела все на том же месте, оперевшись сзади руками о землю. На её лице виднелось облегчение и спокойствие. — Идите без меня, я приду через пару часов. Отнесите его в мед-кабинет и отдайте Грейс. Он использовал все свои силы, чтобы вернуться назад, поэтому тело с пульсом сейчас максимально слабо. — Серьезно прошептала Винстон, но её все услышали. Братья, сестры и Пого ушли в дом, оставляя девушку одну. Ошибок быть не может, это был Пятый. Никто из членов семьи не знал об их взаимоотношениях. Их никогда не видели вместе стоящих рядом и как-то разговаривающих. Никто и предположить не мог о том, что на самом деле у них происходит. Все было довольно просто, Пятый делал вид, что Мерлин не существует, а вот девочка… Она всю жизнь, которую провела здесь мечтала подружиться с ним. Для неё он был настоящим номером один. Никто не мог с ним сравниться, она всегда здоровалась, спрашивала «Как дела?», желала спокойной ночи и доброго утра. Единственная ждала его после поздних тренировок, приносила ему гадкий кофе, который сама училась делать, но в ответ… Ничего не получала. Для Пятого её не существовало от слова совсем. Он ни разу никак не контактировал с ней и не смотрел. Мог утром со всеми поздороваться, кроме неё. И Лина до сих пор не знает причину. Из новостей в газетах спустя пять лет она узнает, что он пропадает без вести, сбежав из дома. У девочки начинается истерика и паническая атака. Каждый день она рвалась на улицу идти искать его, но родители запрещали даже думать об этом, ибо с ней может что-то случится. Наверное, если бы не приемные мама с папой, которые дали ей маленькую, но поддержку, неизвестно, что было бы сейчас с Мерлин. Когда она оканчивает медицинский колледж, то первое, что решает сделать — это объездить всю планету, только бы найти его. Проходит четыре года, а результата ноль. Франция, Италия, Испания, Германия, Америка, Россия, Австралия, Китай, Египет… Практически все большие страны, что есть на этом свете она посетила только с одной целью, которую так и не достигла. Она теряет надежду. И вот сейчас, ещё четыре года спустя без надежды она видит его, без сознания, грязного, раненого, но живого и прямо перед ней. Винстон было абсолютно все равно на то, как он будет с ней обращаться, игнорировать или проявлять агрессию, но он жив и это самое главное. *Спустя восемь часов в медицинском кабинете* Мерлин сидела возле койки, на которой лежал Пятый. Её взгляд был направлен на его бледное и худое лицо, неподвижно лежащее на своей кровати. Женская рука крепко держала мужскую в своей, поглаживая пальцы и саму кисть. Взгляд уставший, ибо все это время она не спала, а на улице уже двенадцать ночи, и вся семья находится в своих комнатах. Винстон понимала, что таким образом Пять может находиться ещё несколько дней и не факт, что он очнётся в этом месяце, но в это время она уже не будет находиться здесь, однако, ей до безумия хотелось снова увидеть его глаза, увидеть в них жизнь и только потом покинуть этот дом. Приняв серьезное решение, она встала со стула и подошла к голове Пятого. Правая рука лежала на его лбу, а левая подпирала голову на затылке. Сосредоточившись Мерлин подаёт голос.

Looking at me through your window Boy, you had your eye out for a little

Тихая песня разносится по комнате, наполняя её ангельским голосом, который становился таким, только во время пения. Ей не важен был текст, просто первое, что приходит в голову.

«I'll cut you up and make you dinner You've reached the end, you are the winner.

Смотря со стороны кажется, что ничего не происходит, но это только вам так видно. По телу Пятого разносится приятное тепло, которое мог почувствовать он и сама Мерлин. Девушка начинает потирать его голову нежными прикосновениями руки.

Rolling down your tinted window Driving next to me real slow, he said

Девушка продолжает петь, концентрируясь на своей энергии, которая уже готова была вырваться наружу, но надо контролировать ситуацию. Её короткие волосы потоком неизвестного ветра начинают подниматься ввысь, а руки подсвечиваются зелёным светом. <right>«Let me take you for a joyride I've got some candy for you inside»</right> Из-за толстых стен Академии голос Мерлин распространяется только в этой комнате, делая все, что здесь происходит незаметным для других. Зелёное свечение обрамляет все тело девушки и постепенно переходит на Пятого. Медленно, приятным теплом впиваясь в каждую клеточку тела.

Running through the parking lot He chased me and he wouldn't stop

Винстон меняет положение рук. Теперь правая на затылке, а левая на лбу. Волосы Пятого точно также начинают колыхаться потоком ветра, который был только в этих четырех стенах.

Tag, you're it, tag, tag, you're it Grabbed my hand, pushed me down

Голос становится чуть громче, глаза закрыты, но видно спокойное и умиротворённое лицо Лины. Могло показаться, что ей совсем не трудно делать это все, но только ей известно, что происходит внутри неё.

Took the words right out my mouth Tag, you're it, tag, tag, you're it.

Неприятное покалывание начинает разрастаться по всему телу девушки, становясь сильнее с каждой секундой. Она морщится, но не перестает петь и передавать свою энергию. В то время тело Пятого уже полностью покрылось зелёной дымкой по краям.

Can anybody hear me? I'm hidden under ground Can anybody hear me? Am I talking to myself?

Боль в теле Мерлин увеличивается, но она покорно терпит до тех пор, пока не закончит то, что начала. Через пот и слезы, но ей нужно закончить, ибо исход никто не знает.

Saying, «tag, you're it, tag, tag, you're it» He's saying, «tag, you're it, tag, tag, you're it»

Последние строчки, которые она уже кричит от этих ощущений и резко все гаснет. Пропадает весь зелёный свет, тепло, ветер и вся энергия. Боль в теле Лины также ушла, но неприятные ощущения и безумная усталость смогла появиться. На пошатывающихся ногах она отошла от койки и села на свое прежнее место. Одна рука подпирала лоб, облокотившись на колени, а вторая вернулась к руке Пятого и также крепко его держала. Исцеление… Это была даже не способность, это был настоящий дар природы. Причем не возрождение, а именно исцеление и лечение. Мерлин не могла вернуть мертвых в мир живых, но могла достать тех, кто уже собирался туда. Эту особенность она впервые заметила у себя в 16 лет, когда произошло то, что дало начало разрушению психики подростка. Её избили. На заднем дворе колледжа. Какие-то ублюдки сказали ей о том, что там её ждёт их учитель биологии, но это была просто группа подростков. Не было никаких причин почему именно Мерлин стала их жертвой, но с тех пор она стала той самой «игрушкой для битья». У неё было сломано ребро и выбита челюсть. Гематомы по всему телу и на лице. Лёгкое сотрясение мозга. Она могла так пролежать до завтрашнего утра, чтобы её нашел местный охранник и вызвал скорую, но что-то пошло не так. Какое-то внутреннее желание заставило ту начать петь. Это было самым тупым решением в данный момент. Не позвать на помощь, а просто петь. Проходит буквально минута и Винстон видит точно такое же свечение, как с Пятым, только тогда, 12 лет назад она не могла его контролировать. Сначала испуг, а потом покалывание, но в этот раз приятное. Синяки моментально проходят, кости становятся на место. Мерлин почти ничего не чувствует, кроме облегчения и некой радости. Она, всё-таки, необычная. Сейчас же, сидя на стуле, с неприятной болью в голове и груди, которую она активно игнорировала, смотря на Пятого. Но тот не просыпался. Глаза все также закрыты, а тело расслабленно. Беспокойство тяжёлым грузом падает на душу Мерлин и та начинает его слегка потряхивать. — П-пятый… Пятый, прием! — Да, конечно, лечение других всегда ей доставалось с трудом, но были случаи гораздо тяжелее, где выжить шанса практически не было, а тут просто ускорение долгого сна, но почему ничего не получилось? — Пульс пришел в норму, но какого черта ты не просыпаешься?! — Она отпрыгнула от койки к стене и скатилась вниз. Он должен проснуться, прямо сейчас перед ней, но что-то не выходит, что-то не так… Её руки нервно зарылись в волосы, оттягивая каждую прядки до боли, а тело началось понемногу трястись и биться в конвульсиях. — Почему такая странная песня? — Тихий и насмешливый голос подался где-то из середины комнаты, на что Мерлин резко, как робот, поднимает голову и подбегает к парню, который с ухмылкой и некой искрой в глазах смотрел на сестру. — Живой… Боги, ты живой! — Девушка резко встаёт с места, не обращает внимание на потемнее в глазах и падает перед койкой на колени. Трясущимися руками берет кисть Пятого в свои ладони и прижимает к своему лбу. — Проснулся и живой… Ты живой… В ответ Пятый только смотрит шокированно на сестру. Его рука начинает медленно приятно покрываться теплом от тела Мерлин. Да, он давно понял, кто она такая и что умеет. Улыбнувшись самым краешком губ он сжимает в ответ руку сестры и тихо шепчет «Я жив, спокойно». — Как ты это сделала? — Он смотрит ей в глаза и замечает некую усталость и напряжение. — Что с тобой? Мер… — Но тот не успевает даже договорить её имя, как та закрывает глаза и падает на пол. Темнота забирает девушку с собой в свои объятия. Последнее, что она помнит, это испуганные глаза Пятого, на этом всё.