Displacement/Смещение

      — У тебя двадцать камер. Вытеснитель уже дважды оказывался в одном и том же месте, так что имей это в виду. Тебе нужно пройтись по своему старому району и спрятать камеры в таких местах, где их никто не потревожит, — объяснил детектив Цукаучи по телефону. — Мы не знаем, как долго они там пробудут, и не хотим, чтобы кто-нибудь узнал о том, что мы делаем. Никому не говори об этом, даже членам своей семьи.       — Да, да, — сказал Бакуго, прогуливаясь по знакомым улицам. Он был одет в повседневную одежду, с капюшоном, натянутым на его торчащие волосы. Несмотря на то, что он был героем номер один, Эпицентр Взрыва никогда не утруждал себя маскировкой, когда уходил с работы. — Не нужно читать мне нотации, — прошипел Бакуго.       — О, кстати. Сегодня утром у нас произошло еще одно происшествие.       — Где именно?       — Средняя школа Альдеры, недалеко от того места, где ты сейчас находишься.       — Да, я знаю это.       Детектив поколебался: — Это та школа, куда вы с Деку ходили вместе?       Эпицентр кивнул, прежде чем понял, что человек на другом конце его телефона, очевидно, не мог видеть этот жест: — Да, — быстро сказал он.       — Интересно, — пробормотал он. — Ну, если ты вернешься в полицейский участок после того, как закончишь, мы еще раз все это обсудим.       — Конечно, как скажешь.       — Удачи.       — В чем?! — Бакуго крикнул ему в ответ. Цукаучи проигнорировал его и повесил трубку.       Герой вздохнул и прислонился к стене. Он сунул руку в карман и незаметно разместил одно из крошечных приспособлений в щель между камнями. Он не знал, что будет делать с еще двадцатью такими же - это количество казалось совершенно чрезмерным. Но про себя он надеялся, что это важная миссия, правильное исполнение которой в дальнейшем позволит обзорно охватить большую территорию. Возможно, у камер не было особо большого диапазона.       Вопросы проносились в голове Бакуго, пока он бродил взад и вперед по этим тихим улицам. Он сомневался, что все эти события на самом деле были появлением и исчезновением Вытеснителя. Они были обнаружены местными жителями, просто сообщившими о странных сбоях в своих силах и о знаковом мерцании света прямо за углом. Но были ли они действительно признаком его появления? Неужели Бакуго просто попусту тратит здесь свое время? Он мог бы заняться какой-нибудь настоящей героической работой, а не просто прогуливаться по своему району, запихивая камеры под камни и между столбами забора. Это мог сделать кто угодно. Буквально любой. Но если это означало, что он может столкнуться с Вытеснителем, Бакуго был рад взяться за скучную работу. Он сделал бы все, чтобы уничтожить его. Даже навестить мать человека, которого жестоко убил Вытеснитель.       — О, Катсуки! — Инко Мидория воскликнула: — Тебе действительно не нужно было приходить. Я знаю, как ты занят!       Бакуго пожал плечами: — И я знаю, как это тяжело для тебя.       — Ты действительно герой, Кацуки, позволь мне отплатить тебе чем-то. Чаю? Кофе? Хоть что-нибудь?       — Нет, нет, все в порядке... — пробормотал он, небрежно проводя руками по дверному косяку. —Я просто пришел, чтобы отдать тебе это.       Глаза Инко наполнились слезами, когда он вытащил из рюкзака маленький букетик слегка смятых цветов. Она открыла рот, чтобы сказать что-то более осмысленное, но из него не вырвалось ничего, кроме слезливого бормотания благодарности.       Бакуго почувствовал удовлетворительный щелчок, когда камера номер тринадцать закрепилась сбоку от двери: — Все в порядке. Мне нужно идти. Как ты сказала, я немного занят, но… да. Увидимся, Инко.       Он повернулся и пошел прочь. Он чувствовал ее пристальный взгляд на своей спине до тех пор, пока не завернул за угол. Она еще довольно долго ошеломленно стояла на пороге своей двери.       Бакуго вздохнул с облегчением: он не собирался попадаться ей на глаза. Цветы были просто запасным вариантом – хорошо спланированная предосторожность. Он должен был просто подойти к ее двери, прикрепить камеру и поспешить прочь. Он не ожидал, что она увидит его через окно и распахнет дверь с таким рвением. Но Бакуго не был в восторге от идеи проводить с ней много времени. Он не хотел, чтобы до этого дошло.       Здешние улицы были наполнены воспоминаниями. Это были такие мелочи, что он никогда не смог бы вспомнить их в любое другое время. Но когда он проходил дверь за дверью по тем счастливым дорогам, которые когда-то так хорошо знал, все, что он забыл, нахлынуло на него снова.       Он ненавидел Деку. Презирал его. Он ненавидел, как это маленькое ничтожетсво поднялось так быстро. Прошло совсем немного времени, прежде чем они оказались на равном игровом поле, и в то время это казалось невозможным – как будто он жульничал. Бакуго предположил, что в некотором роде так оно и было. Это была сила Всемогущего, Один За Всех, которая давала ему это преимущество. В то время как Бакуго был рожден, чтобы быть героем – Деку должен был это заслужить. В глубине души (или, может быть, не так глубоко, как понимал Бакуго) он восхищался Деку за это. Не то чтобы это имело значение. Деку исчез. И все потому, что он ворвался в бой, не подумав. Из всех людей именно Деку должен был знать, что это была не та битва, которую он мог бы выиграть в одиночку. Глупо – глупо! Теперь он был номером один! Но все, что делали люди вокруг - это сравнивали их друг с другом! Бакуго ненавидел это. Он ненавидел его! Но в то же время… он скучал по нему.       — ...мой любимый герой!       — Ни за что. Ледяной огонь намного лучше! У него две причуды!       — Если бы Ледяной огонь был лучше, чем Эпицентр, то он был бы номером один, не так ли?!       Бакуго колебался. Небольшая группа детей прислонилась к сетчатому забору неподалеку. Они выглядели так, как будто учились в средней школе. Когда Бакуго установил на место другую камеру, он подслушал их разговор.       — Единственная причина, по которой Эпицентр Взрыва является номером один, заключается в том, что Деку был выбит из конкуренции, — прорычал один из мальчиков.       — Но я должен признать. Эпицентр больше похож на героя, которым я стану. Он никогда не проигрывает в бою. В отличие от Деку.       — Да, но бой против Вытеснителя был первым боем, который Деку действительно проиграл!       — И последним.       Эпицентр медленно прошел мимо них. Ему нужно было добраться до пролома в этом заборе. Лес за ним был последним местом, которое он хотел бы посетить.       — Неважно. Проигрывать парню с причудой телепортации действительно довольно жалко.       Бакуго замер.       — Это было бы намного более восхитительно, если бы это был, я не знаю, кто-то с причудой гигантского масштаба, или с огнём, или с взрывами - буквально чем угодно. Но перемещение? Правда?       — Эй, на что ты уставился?       Бакуго подошел к ним, спрятав руки в карманах толстовки. Он чувствовал, как от гнева нагреваются пальцы.       — Ты думаешь, что мог бы сделать что-то лучше? — герой зарычал.       Мальчики, казалось, были немного шокированы этой встречей, но почему-то не узнали его голоса.       — Ха, — самодовольно ухмыльнулся тот. — Держу пари, ты большой поклонник Деку, а?       Эпицентр не произнес ни слова.       — Я видел трансляцию боя, — продолжил ученик средней школы. Он позволил фиолетовому пламени своей причуды поглотить испорченные рукава своей рубашки, вероятно, хвастаясь перед старшим мужчиной. — Это продолжалось некоторое время, да, но они просто продолжали избегать друг друга. Деку редко наносил удар, и парень просто продолжал перенаправлять его в здания и прочее. Честно говоря, большая часть ущерба была нанесена не руками злодея.       К этому моменту Бакуго изо всех сил старался сохранять хладнокровие: — Итак, ты хотел более яркой битвы?       Он пожал плечами: — Это просто не шло ни в какое сравнение с тем, как все могло закончиться, понимаешь? Это было разочаровывающе.       С рычанием, достойным злодея, Бакуго стянул капюшон и положил руку на плечо молодого фаната. Им троим потребовалось некоторое время, чтобы понять, с кем они разговаривали.       — Т-ты Эпицентр! — заикаясь, произнес один из них.       — Никто, никто и никогда не может так оскорблять Деку, кроме меня. Ты понимаешь?       Мальчик выключил пламя и уставился на него.       — Нет такой вещи, как разочаровывающее убийство. Понял? Единственное, что разочаровывало во всем этом, так это то, что злодей исчез прежде, чем я смог отправить его в пекло. Если он тоже мертв, тогда хорошо. Но что разочаровывает, так это то, что мне не удалось сделать это самому.       Мальчик отбросил руку Эпицентра Взрыва: — Когда я стану героем. Я справлюсь лучше, чем вы оба. Я не потерплю поражения на глазах у всего мира, и если кому-то понадобится моя помощь, то я действительно приду вовремя.       Двое его друзей уставились на него в недоумении.       Бакуго на мгновение задумался над его ответом. Парнишка имел в виду, что он и Ледяной Огонь не успели вовремя прибыть на место происшествия, чтобы помочь Деку, Не то чтобы он мог что-то с этим поделать. У него не было причуды перемещения.       Эпицентр улыбнулся: — У тебя есть мужество, малыш. Мне это нравится. Но слезай со своей колокольни. Если все, что ты когда-либо будешь делать, это смотреть свысока на всех остальных, то ты не сможешь распознать свои собственные слабости.       Герой повернулся на каблуках и зашагал прочь вдоль забора.       — Попробуй UA, — крикнул он в ответ. — Я буду наблюдать.

***

      Эпицентр Взрыва сидел на поваленном дереве, глядя на реку снизу. Он вспомнил Деку, пытавшегося помочь ему подняться на ноги после того, как Бакуго упал. Он посмотрел на него, как на слабака, или, по крайней мере, так ему показалось. Это была такая мелочь, из-за которой можно было так раздражаться. Вроде как тот ребенок. Он напомнил ему о себе. Он закрепил мысль о его фиолетовом пламени в своем сознании, на случай, если он снова появится в какой-то момент в будущем. В ближайшие годы он будет внимательно следить за Спортивным фестивалем UA, задаваясь вопросом, дойдут ли до парня когда-нибудь его слова.       Бакуго установил последнюю камеру на место на нижней стороне дерева и вытащил телефон из сумки. Он набрал номер и поднес телефон к уху.       — Привет, Эпицентр. Я надеюсь, все прошло по плану? — спросил детектив Цукаучи, как только снял трубку.       — Ты говоришь так, будто это сопряжено с некоторой степенью опасности, — ухмыльнулся Бакуго.       — Если бы Вытеснитель появился, то, безусловно, был бы.       — Ну, очевидно, он этого не сделал.       — Где ты сейчас находишься?       — В лесу, на который я указал в первый раз, когда ты показал мне эту карту, — объяснил герой, откидываясь на бревно и глядя в серое, мрачное небо.       — Да, я сейчас проверяю ближайшую к тебе камеру. Я надеюсь, что ты недалеко ушел от этого места.       — Ага... — нахмурился Бакуго. Разглядывая знакомый пейзаж, он кое-что заметил, поднялся на ноги и побрел вглубь леса: — Я ухожу отсюда прямо сейчас...       — Я понимаю. Что ж, мне просто нужно дождаться отчетов Ледяного огня, Уравити и Красного Бунтаря, тогда система запустится и начнет полноценно функционировать. Если ты все время будешь держать свой телефон при себе, я свяжусь с тобой, как только одна из этих камер отключится. Так будем действовать, пока мы не разработаем и не загрузим приложение удобнее, хорошо?       Бакуго не ответил.       — Эпицентр?       — Детектив… Вы уверены, что в этих лесах больше никого не видели?       Детективу потребовалась минута, чтобы ответить: — У нас не было никаких сообщений. Но без камер ничего не ...       — Детектив? — Бакуго посмотрел на свой телефон. Экран начал мерцать. Поднеся его обратно к уху, он услышал, как последние слова детектива, которые могли бы до него долететь, стали неслышимыми, сливаясь с отчетливым звуком статики.       Начала накатывать паника, но она быстро прошла, сменившись чистой решимостью.       Это было оно.       Эпицентр Взрыва вскочил на ноги и побежал на другой берег реки, чуть не поскользнувшись при этом на упавшем дереве. Секундой позже этот ужасный статический звук заполнил его уши. Это было болезненно. Как такой звук может причинить боль? Последовала вспышка света, и Бакуго понял, что перешел не на ту сторону реки. Было слишком поздно исправлять его ошибку. Он повернулся и посмотрел.       Свет вернулся настолько интенсивным, что на него стало так же трудно смотреть, как на солнце. Бакуго заставил себя не отводить глаза, сопротивляясь желанию прикрыть их. В этот момент ослепительное сияние сфокусировало все его зрение. Деревья и небо исчезли из виду, и все, что он мог видеть, был источник этого света.       Не... света.       Их было двое. Было слишком трудно различить какие-либо отчетливые очертания. Огни перепутались и оторвались друг от друга, как будто они отчаянно хотели прильнуть друг к другу – отчаянно хотели разойтись. Они менялись и поворачивались, смешивались и распутывались.       Все это произошло всего за несколько секунд.       Огни исчезли буквально в мгновение ока.       У Бакуго плавали фиолетовые пятна перед глазами, из-за чего было трудно по-настоящему разглядеть огромные следы ожогов на земле, оставшиеся после этого недолгого светопреставления.       — ЭПИЦЕНТР!       Бакуго снова поднес телефон к уху: — Я в порядке.       Он услышал, как паническое дыхание детектива немедленно стихло: — Камера выключилась!       — Я знаю! — прошипел он. — Я прямо здесь!       — Ну? — спросил Цукаучи. — Что случилось?       — Я видел его.       На другом конце провода воцарилась тишина. Детектив затаил дыхание, ожидая ответа.       — Это должен был быть он, — Бакуго оскалился в усмешке. — Вытеснитель жив.