Уроборос

Теперь мы обратимся к одной занимательной детали — к тихому принятию всей ситуации в целом. Согласитесь, какой идиот позволит вывались все тайны организации за один вечер на общее обозрение. Сам факт того, что человек, в котором никто чакры не чувствовал, позволяет себе говорить с ними в таком тоне — чудо. Истинное волшебство. Этой игрой разума и занимался Итачи все это время анализируя поведение их Лидера. Кусочка мозаики не хватало, чего—то важного и ценного. Он бы даже сказал, фундаментального. Либо им всем в еду что—то подмешали, либо у них случилось коллективное помешательство. Раз за разом осматривая интерьер, подмечал все более странные вещи. Странные для него вчерашнего, но такие обыденные прямо сейчас. Реакция мозга, по логике вещей, должна быть иной. — А последний? Ты сказала четыре, кто последний? Кисаме на берегу решил расставить все точки над i. — Хвастун. Отрешен от мирских забот, не понимает интересы других. В нем—то то не от вас, — деление ведьмы на «ваших» и «наших» порядком бесило и вгоняло в ступор, — Часом не тот полосатик в зеленом фраке, который так любезно наблюдал за мной весь вечер？ Пейн молчал. — Погоди-ка, — скорость смены тем Хелы была молниеносной, — почему ты назвал меня старой ведьмой？Кто тебе это сказал? Это были твои мысли или чьи—то еще? Нахмурился, пытаясь вспомнить. Ответа на вопрос так и не последовало. — Хорошо, пойдем иным путем… За мою слишком долгую жизнь я усвоила один урок: случайных встреч быть не может, не в моем случае. Тем более, что от вас все так сильно фонит силой, что сдохнуть можно, — девушка не обращалась к кому—то конкретному, озвучивала мысли вслух, — местные бы разбежались по округе, заявись вы таким составом на чашечку чая. — Мы редко собираемся вместе, — Хидана никто за язык не тянул, однако, он подкинул неплохую пищу для размышлений, — Часто мы разбросаны по всей стране и это чудо, что мы оказались почти в полном составе здесь. Хела повернулась к наемнику, несколько секунд вглядывалась в малиновые глаза, а затем передела взгляд на Лидера: — Ты их собрал по собственной воле? — Верно. — Зачем? Вы не знали, кто я, зачем приводить всех легионеров, если можно справиться со мной с помощью кухонного ножа? — Кто такие легионеры? — Позже, красивый мальчик, сейчас мы нагружаем мозг вашего Лидера. — Мое имя Сасори! — с раздражением кинул отступник. — Я Хела, приятно познакомиться, не отвлекаемся. Хотя, погоди… ты молодец! — хлопнула в ладоши, — Быстрый тест! Ведьма как можно быстрее освободила стол от пустых тарелок, оставив только чайник с чаем. Как только раковина наполнилась грязной посудой, подбежала к книжному шкафу и стала выбирать книги. Выбирала она их по одному единственному принципу — написаны они должны быть на языке, отличном от того, на котором говорят присутствующие. С маниакальной суетливостью клала на стол все новые и новые фолианты, прося прочитать хоть что—то. Акацуки не понимали ни слова. Мало того, что вместо иероглифов были странные закорючки, так еще и картинки в книгах вызывали явное недоумение — никто ранее не видел таких изображений. — Мне кажется, ты либо сошла с ума и подсовываешь нам зашифрованные книги, либо у тебя синдром бога, — Кисаме с недоверием листал страницу за страницей, — Мир не может крутиться вокруг тебя, рыбка моя. Хела не слушала его. С дотошностью находила новые издания. Краем глаза увидела руны, которыми пользовалась незадолго до ужина. Рывком взяла мешочек с ними и села за стол, крепко держа его в руке. Теперь она не торопилась. Наблюдала. По лицам присутствующих, было понятно, ничего они не понимают. Это плохо и хорошо одновременно. — Вы такие карты раньше видели? Это Таро, — постучала пальцем по картону, обращая внимание на себя. Снова тишина. Мимо, бросок не засчитан. — Ну а теперь тяжелая артиллерия, господа, — ведьма раскрыла мешочек и рассыпала руны по столу. Поскольку Хидан до этого момента не видел то, что было нанесено на камни, по его бурной реакции можно смело ставить диагноз этому Отражению — надо сваливать: — Это знаки Джашина! Откуда ты… Как… Так ты тоже веришь?! — Опять, — Какузу потер переносицу, — прекращай нести бред про своего бога, идиот! Хела остановила гневную тираду его напарника: — Погоди, он не сумасшедший, — повернулась к мужчине, взглядом прося убавить пыл, — Это не просто знаки, это — руны. И, поверь мне, сейчас будет самое интересное. Скажи, Хидан, где ты их видел и как давно? Наемник был несказанно рад всеобщему вниманию к его вере. Наконец—то его идиоты—напарники поняли, с какой силой он работает и закрыли рты в безмолвном восхищении. Ну, все было почти так. С маленькой оговоркой: — Конечно же в храме и в священных писаниях! Около десяти лет назад я… Хидан занялся пересказом своей бурной молодости, восхваляя, разумеется, свой талан и ум, ведь только он сумел достичь столь высоких успехов в ремесле поклонения Джашину. Хела слушала вполуха, ухмыляясь, даже скалясь. То и дело кидала взгляды на Нагато, мол, смотри, кого ты нашел, дорогой мой друг. Некоторые Акацуки делали все возможное, чтобы абстрагироваться от его рассказа. Например, Сасори с Дейдарой рассматривали странные картинки удивительной машины, в которой было слишком много деталей. Кукольник раз за разом вглядывался в схемы. Поднял глаз на Хелу. Та внимательно за ним наблюдала и, пока воздух в легких рассказчика не закончился, а горло не пересохло, подсунула еще одну книгу из библиотеки юным любителям машин и механизмов. Теперь уже с более детальными схемами устройства двигателя внутреннего сгорания. — … и так я получил благословление его и стал бессмертным. — Ура, — на тяжелый вздох Кисаме послышался смешок со стороны Какузу. Пока парочка зомби опять не сцепилась на почве взаимной ненависти, ведьма переключила внимание на себя. — Я бы и рада быть сумасшедшей, но к великому моему огорчению, Хидан подтвердил мою догадку, — Кисаме не ожидал услышать ответ на свой вопрос, — Если очень коротко, чем дольше я у вас нахожусь, чем сильнее меняется окружающая среда. Тогда возникает закономерный вопрос: какого черта Хидан лишь десять лет назад увидел руны, если я нахожусь в этом месте с тех пор, как тут бегали очумелые самураи? Изменения должны были произойти намного—намного раньше. Итачи решил задать правильный вопрос: — Сколько тебе лет? Хела ухмыльнулась, затем, вспомнив шутку, издала хриплый смешок: — Семнадцать. И давно тебе семнадцать? Уже да, — шутку юмора не оценили, — Потом расскажу. Но вопрос правильный, ты молодец, — указала на Учиха двумя пальцами, — Теперь спецзадание для всех вас: два этажа дома в вашем полном распоряжении. Ищите то, что раньше бы уже видели и покажите это мне, — обвела взглядом каждого за столом. Спустя долгие секунды гробовой тишины, Нагато подтвердил просьбу ведьмы, отдал приказ прошерстить весь дом. Хела в благодарность кивнула. — Вы двое, — указала на Конан и Нагато, — со мной в лес. — Я тоже, — язычник молниеносно подорвался с места, — Все, что связано с Джашином — имеет прямое ко мне отношение. Чуть погодя, пояснил: — Я ощущал такую энергию в момент, когда получил свое бессмертие. Джашину необходимо было принести несколько жертв, затем тебе открывается пусть в его храм. В самом же храме, после проведения ритуала, ты должен выпить его крови, чтобы завершить превращение. Тогда—то я и уловил сильный всплеск энергии очень схожей с этой. Будто она из одного места, но разные, не знаю, как сказать, наполнители что ли. Взгляд ведьмы не понравился Нагато. Слишком уж задумчивый и обеспокоенный. Сегодня вечером на него вылили несколько литров новой, противоречивой информации. Осталось ее классифицировать и правильно обработать. Хела задавала правильные наводящие вопросы, заставляла усомниться в собственных мыслях. Такой простой вопрос: «Почему ты назвал меня старой ведьмой?», крутился в голове весь вечер и не отпускал разум до тех пор, пока он не увидел ужасающую картину в лесу. Взору открылась ужасающая картина — стволы деревьев почернели, будто обуглились, листья стали чернее сажи. Некогда зеленая трава под ногами напоминала пожухлый ковер. В воздухе стоял неприятный запах гнили. Странность заключалось в том, что пострадал лишь кусок леса — ровной широкой черной полосой тянулся в обе стороны, перекрывая путь дальше. Еще большая странность была в том, что чем ближе к траве они подходили, тем хуже и слабее себя чувствовали. — Скажите местным, чтобы не ходили в лес, сели этого не требует необходимость, — голос ведьмы четко поставлен, без запинки, брови в нем не было. Было ощущение, что девушка уже долгое время отдает приказы, — Скорее всего, пришли те же шизики, которых вы уже видели. Хела не спроста взяла с собой верхушку организации. Надеясь, что они поняли намек правильно, оглянулась на нукенинов. Глаза Конан на секунду округлились от осознания происходящего. Женщина легонько кивнула головой в знак понимания. Нагато же решил совершить тот же трюк, что и Обито ранее, но его опередил Хидан. Парень ступил на черную дорогу одной ногой и в тот же момент трава под его стопой ожила, будто была хищным растением, потащила за собой всю тушку нерадивого любителя повыпендриваться. — Куда! — физической силы Хелы не хватало, чтобы вытащить Хидана из травы. Та тянула сильнее, опутывая ноги, старалась повалить его на спину. В ход пошла старая добрая магия. Черная трава под ногами загорелась синим пламенем, когда Хела начала что—то бубнить себе под нос. Раздался писк и треск, будто растения были живыми и кричали от ожога. Совместными усилиями Хелы и Нагато отступник смог оказаться на незараженной части леса. — Так, сваливаем отсюда. Завтра утром поставлю защиту. Надеюсь, она сработает. Предупредите всех, кого знаете! Ситуация приобретала интересный поворот. Если утром Лидер был бы и рад еще одному дарованию в их кружке по интересам, то сейчас думал, насколько целесообразен их союз. С одной стороны, они видели ее, когда были еще детьми, и она их спасла от странного вида чудовищ. Да, сама девушка в тот день также походила на странного вида человека, однако спасла их. С другой стороны, новая проблема в виде черной травы слишком уж сильно напрягала, сбивая фокус внимания с важной миссии по поимке Хвостатых. Уже на опушке леса, Хела поравнялась с Нагато. — Цели некоторых твоих подчиненных не соответствуют твоим. И я сейчас говорю о тех, кого не было за моим столом, — они смотрели на две удаляющиеся в дом фигуры, — Прошу обдумать мои слова. Я повидала всякое. Как только их взгляды встретились, перед глазами Нагато пролетел ворох ярких образов. Такое невозможно придумать, а если и можно было, тот человек был бы гением. Он видел лошадей и многочисленные армии, идущие в бой. Видел людей, сражающихся с помощью металла и щитов. Видел огромные деревянные корабли со странными фигурами на передней части. Видел кровь. Видел огонь. Видел смерть. Кровь сменилась ярким солнцем. Нагато видел высокие здания из белого камня. Людей, облаченных в длинные тканые одежды. Огромные статуи неизвестных ему богов. Культура, разительно отличающаяся от той, в которой он рос. До него дошло. Те книги, которые она показывала — не зашифрованы. Они написаны на языке, на котором он не умеет ни читать, ни писать. Вот почему она показывала их. Вот почему наблюдала за реакцией окружающих. Вот почему попросила найти вещи в ее доме, которые они уже видели. — Как только ты ответишь на вопрос, откуда знаешь, что я старая ведьма, найдешь того, что ссыт тебе в уши. Поверь мне, это — кивнула назад, подразумевая черную дорогу, — не самое лучшее соседство. Если кто—то из твоих знает про этих чудных ребят чуть больше, чем нихуя, бей тревогу, потому что цели Хаоситов далеко не самые радужные. А если этот кто—то захочет меня прибить, двойне хреново, ведь я могу сболтнуть много интересной информации на их счет. Силы Хаоса явно не желают мирной прогулки по вашим просторам, минимум — забрать некоторую часть вашей силы и свалить в другую Тень. — Откуда ты знаешь? Почему я должен поверить, что эта информация правдива? — У меня есть одна идея. Ты — только в позиции наблюдателя, а я найду доказательства своим словам. Идет? По возвращении домой, Хела поняла несколько вещей. Во—первых, ночевать она будет в присутствии почетного караула, состоящего из Хидана, Какузу и Кисаме. Во—вторых, поднявшись на второй этаж, заметила плюшевую игрушку динозавра, которая до этого явно находилась не на том месте, где ее любезно кто—то оставил. Вероятно, это и есть то «странное, что они уже видели раньше». Понять, кто именно оставил игрушку, не получилось. Может, оно и к лучшему.