Уроборос

— Какузу, ты знаешь, куда идти надо? — Хела, потушив окурок, спрятала его в маленькую сумку, пристегнутую к ноге. — Да, около трех дней пути, на запад. — Карта с собой? Утро выдалось тяжелым. После ночной истерики ведьма чувствовала себя подавлено, однако, уговор есть уговор — топать к Орочимару надо было как можно скорее. Вдруг этому волшебному доктору удастся измелить ее от мук бессмертия? Все калеки были в сборе — бессмертный дуэт: Хидан и Какузу, Конан, как представитель главы организации, а также Обито и Мадара. Зачем брать с собой двух Учиха? Все просто — Мадара поставил Конан перед фактом, что идет с ними. Обито взяли за компанию, по приколу (Мадара потащил ученика с собой; хоть Обито его и отговаривал от легкой прогулки в змеиное логово под предлогом «нездоровой озабоченности» владельца помещения способностями их великого клана) Какузу развернул карту и пальцем указал на то место, куда им необходимо было попасть. Девушка нахмурилась. — Кажется, я ранее бывала там. Рельеф знакомый, — глазами что-то усиленно искала на карте, — А раньше там озера не было? — Оно высохло лет так тридцать назад, сокровище. Может, конечно, под землей и осталась вода, но вот наземный ландшафт здорово с тех пор поменялся. На рассвете, пока капли росы мирно лежали на траве, благодаря Обито нашла место захоронения монстров и себя самой. Перед ними стояли две задачи: найти сердце ведьмы и откопать приемлемый кусок плоти одного из хаоситов. С задачей справились на пять с плюсом, гостинцы Орочимару должны понравится. — Кучкуемся, подходим ближе ко мне, — ведьма вытащила из кобуры нож и порезала себе руку. Первые капли крови упали на траву. Затем, удостоверившись, что все стоят достаточно близко, произнесла заклинание. В тот миг их внутренности скрутило в бараний рог. Какузу было знакомо это ощущение. Ощущение неконтролируемого падения. Через несколько секунд они уже стояли около убежища змеиного саннина. Темный глубокий лес окутал их со всех сторон. Удивительно, что не было слышно шума деревьев, будто они замерли во времени. Ни ветра, ни гула птиц. Ничего, как в вакууме. Хела почувствовала, как они пересекли какой-то невидимый барьер. Скорее всего, их визит не будет неожиданностью. Еще ощутила, как за ними кто-то наблюдает. Ощущение очень схожее с тем самым, накануне. Будто старый друг хочет поприветствовать ее, но боится показаться. Обернулась, всматриваясь в чащу. Осторожно, боясь спугнуть, подошла к дереву и положила руку на ствол. Под кожей появилось шевеление, затем она увидела, как руку, словно браслет, обвивает белая тонкая змея. — Ты со всей живностью дружишь? — поинтересовался Хидан. Хела напряглась. Знала она одного человека, тесно дружившего со змеями, только вот их пути давно разошлись. Это просто совпадение, наверное. Наверное. Глубоко вздохнув, направилась к входу в убежище. Каменные блоки, покрытые растительностью, расступились, как только девушка махнула рукой. Ей было плевать, что сейчас сломала целый ворох защитных печатей. Главное — добиться аудиенции, остальное не важно. Орочимару, по словам Акацуки, в первую очередь — исследователь, а потом уже поехавший, следовательно, предложив выгодное дело, он с радостью возьмется за него. Конан, как негласный глава процессии, пошла первой. За ней потянулись и остальные, а Хела так и стояла, не решаясь сделать шаг. Конечности не слушались. Змея выбила ее психику из равновесия. Учитывая утренний инцидент, эмоции все еще находились в состоянии повышенной активности, следовательно, ее кукуха могла сделать любой неприятный сюрприз. Закрыв глаза, ведьма шагнула в темноту. Бесконечные коридоры с высокими потолками, запах медикаментов и спирта первыми ударили в нос. Мадара поравнялся с ней, и, пустив вперед, теперь замыкал шествие. Через минуту ни его, ни Обито, нельзя было увидеть — Учиха скрыли чакру и затаились, наблюдали за процессией поодаль. Не стоило раскрывать все карты разом. Еще один длинный коридор, заканчивающийся огромной, высеченной в камне аркой и перед Акацуки раскинулся большой круглый зал. Стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь звуком дыхания присутствующих. — А где…? — Хидан начал заметно нервничать, не обнаружив рядом дует черноглазых. — Чем могу помочь? — незнакомый голос эхом отразился от стен зала, и в этот момент девушка облегченно выдохнула. Не он. Из тени коридора, находившегося на противоположной стороне зала, к ним вышел молодой парень лет двадцати с пепельными волосами, рукой поправляя круглые очки. Змея на руке девушки сжалась, будто хотела пробраться под кожу. Хела с интересом взглянула на нее. — Кабуто, позови Орочимару, у нас к нему дело, — сказала Конан. Хела надеялась, что этот парень и есть Орочимару. К сожалению, все ее надежды пошли прахом. Девушка почувствовала еще одного человека, приближающегося к парню. Его чакра была тягучей, холодной, горькой на вкус, но оставляла после себя приторно кислое послевкусие. Ведьму пробрал мандраж. Она знала эту чакру и не могла поверить, что снова столкнется с ним. Приоткрыв рот, внимательно следила за тем, как перед ними появляется высокий мужчина. Длинные черные волосы прямым водопадом спускались на плечи. Ее сердце пропустило удар, так и замерло, без возможности снова начать биться. В его голосе слышались нотки шипения, но от этого он не становился хуже, нет. Наоборот, становился узнаваем из тысячи других. — Чем обязан вашему визиту, — с ухмылкой прошипел Орочимару, скрещивая руки на груди. Он лениво обвел взглядом бывших коллег, а затем глаза саннина замерли в немом шоке. Этого не может быть. Его сердце пропустило удар, так и замерло, без возможности снова начать биться. Он искал ее все эти годы, не прекращая тщетных попыток снова увидеться. Искал по всей стране, во всех скрытых деревнях. Искал с жаром в груди, упорно не веря в то, что она пропала бесследно. — Ты так вырос, — единственное, на что сейчас были способны голосовые связки Хелы. Скажи еще хоть одно слово, разревется прямо здесь. Орочимару медленно подошел к ней ближе, не нарушая зрительного контакта, боясь отвести взгляд, будто, если сделает это, она исчезнет, словно иллюзия. Неуверенно коснулся ее запястья, которое обвивала его змея, следившая за входом в убежище. Пальцами нежно обхватил руку, стараясь как можно мягче провести подушечками по коже. — А ты ни капли не изменилась с того дня, — тихо сказал он, продолжая свои нежные касания пальцами. Подходящих слов не находилось. Хотелось говорить обо всем на свете, но ни о чем одновременно. Хотелось прямо здесь обнять ее, утащить в глубины убежища и никогда не выпускать. Хотелось смотреть на нее целыми сутками напролет. — Хела, ты его знаешь? — Конан не могла поверить тому, что сейчас происходило. Впрочем, не она одна. — Так вот как тебя зовут. Хела, — он произнес ее имя, будто пробовал его на вкус, — Мне нравится. Орочимару поманил рукой свою змею, и та, обвивая теперь две руки, мужскую и женскую, медленно поползла к нему под одежду. Девушка нашла в себе силы снова заговорить: — Мне… нужна твоя помощь. За работу я заплачу, — девушка сжала два его пальца, боясь их потерять. Он внимательно смотрел на ее лицо, старался восстановить в своей памяти все ее черты. Ее сердце больно сжалось в этот момент. Она прекрасно помнила, как оставила его одного. Страх сблизиться, страх снова потерять дорогого сердцу человека вынудил девушку оборвать все связи. Скрываться от него. — Кого ты еще с собой привела? Боишься, что украду тебя? Кабуто пораженно смотрел на своего сенсея. Он не понимал, что происходит, кто эта девушка и почему он так себя ведет в ее присутствии. Хидан волком смотрел на Орочимару. Попытку выругаться пресек Какузу, положив свою руку ему на плечо и крепко сжав его. — Нам всем необходимо поговорить с тобой. Наедине, — Конан просто умница, она понимала, что лишние уши в виде Кабуто им нахер не сдались. — Кабуто, отведи гостей в зал для приемов. Распорядись, чтобы подали чай. Нам с, — он на секунду замолчал, не веря собственным ушам, что говорит это, — Хелой надо поговорить наедине. — Все в порядке, идите, — девушка даже не посмотрела на своих сопровождающих. Глазами бродила по лицу мужчины, что невесомо сжимал ее руку. Не дожидаясь, пока все уйдут, саннин потянул ее за руку, уводя за собой в лабораторию. Шли быстро, почти бежали. Хела не поспевала за его размашистыми шагами. Как только дверь комнаты открылась, девушку буквально втянули внутрь. Повсюду стояли приборы, пробирками был усеян весь стол. Около стены стояла длинная кушетка для осмотра. В другом углу комнаты раковина, все прочие расходники — чистые салфетки, бинты, перчатки и маски сложены в высокий стеклянный шкаф. Мужчина развернулся и руками обхватил ее лицо. Пока Орочимару рассматривал каждую пору на коже, Хела разглядывала его в ответ. Он так изменился, повзрослел. Лицо вытянулось, приобрело острые черты, но глаза абсолютно не поменялись. Остались такими же, какими она помнила. Ее одолевали стыд и тоска: стыд за совершенный поступок и тоска от того, как ее появление повлияло на психику мужчины. Орочимару носом уперся в макушку, вдыхая запах ее волос. Он блаженно закрывает глаза, желая, чтобы этот момент длился вечность: — Почему, — в тишине кабинета голос становится похожим на крик, — почему ты ушла, — он не отпускал ее лицо, сильнее сжал свои пальцы на щеках. — Так было нужно, для всех, — хрипло отозвалась девушка. Еще немного и она разрывается второй раз за день, — Так было лучше. Хела ощутила, как приближается чакра того парня, с которым они встретились в зале: — Твой помощник идет. Обида. Глаза напротив заполонила жгучая обида. — Я ждал тридцать два года, — Орочимару прошипел эту фразу в нескольких миллиметрах от ее губ, опалив жаром огня, разгорающегося с каждой секундой все сильнее и сильнее, — Кабуто сможет подождать еще пару минут. — Орочимару-сама, — парень стучался в дверь, — Все вас очень сильно ждут. Они сказали, что если не появитесь через пять минут, то они пойдут искать вас по всему убежищу. Прорычав от злости, что их перебили, выпустил порцию Ки, которая облила Кабуто, словно холодный душ, с головы до ног. Хела мягко взяла Орочимару за запястье, сжав его. — Пойдем. Мужчина глубоко вздохнул, успокаивая нервно бьющееся сердце. Основная проблема была в том, что для Орочимару прошло тридцать два года с момента их последней встречи, а вот для Хелы, в виду некоторых сложностей относительно перемещения между Отражениями, а также иным обстоятельствам, более интересного характера, прошло более пятидесяти лет. Скажем дружно «спасибо» Единорогу и Змею за очередные разборки меж ними за выгодную пешку в их грядущем финале. Порядок и Хаос вечно тянут одеяло каждый на себя в надежде уровнять шансы на победу. От этого и все проблемы в жизни ведьмы.