Уроборос

— Вот и поговорили, прям как в первый раз, да, Конан? — Хидан пытался разрядить обстановку. Девушка с пониманием взглянула на товарища. — Я уж думал, что круче не будет, однако, она умеет удивлять, — отпил из пиалы Какузу. — Тот раз? А что было в «тот раз»? — Мадара оперся руками на стол, присаживаясь на место ведьмы. Орочимару так и смотрел, как Хела быстрым шагом удаляется из зала, но слушать сплетни Акацуки не прекращал. — О, она разложила наши жизни на столе. Видела по картам абсолютно всех, каждого из нас, — Хидан, как хранитель знаний, великодушно решил поделиться с Учиха моментом с легендарного ознакомительного ужина. — Тринадцать карт — тринадцать судеб, — продолжила за ним Конан, — Видела вас, — кивнула на Мадару, — и Орочимару, всех до единого. Думаю, она заглянула туда, куда мы сами порой боимся взглянуть. — Она говорила про какие—то Тени и Отражения. О чем она? — к разговору неуверенно подключился Орочимару. — Сложно объяснить. Насколько я поняла, — Конан размяла пальцы на руках, — Это что—то вроде параллельных измерений, каждое из которых похоже и в то же время отличается от нашего. В ее системе координат есть два полюса Хаос и, — замялась, — я забыла название… — Амбер, — это слово эхом отдалось от стен. Малиновые глаза с вызовом глядели на саннина, проверяя, знает ли он это понятие. Орочимару же в этот момент пораженно уставился на бывших коллег. — Янтарь, — тихо прошептал змеиный саннин, — Переводится как янтарь. Она говорила про янтарь что—то, — он сглотнул, пытаясь избавиться от сухости во рту, — Рассказывала какую—то историю, по ее словам, это всего лишь легенда. Утверждала, что однажды отправится туда. Я думал, это аллюзия на смерть. В тот момент я и загорелся идеей о скоротечности жизни. — То есть, Хела, когда—то давно сама подтолкнула тебя на поиски бессмертия?! — женщина тяжело вздохнула, — Нам она рассказала иную версию, где Амбер — реально существующее место на карте, разумеется, не на нашей. Где—то там, очень далеко, в другом мире, — она выдержала паузу, — Как вы вообще познакомились? Орочимару глубоко вздохнул. Прикрыл глаза, стараясь унять пульсирующую боль в висках. Медленно перевел взгляд на сердце ведьмы, лежащее на столе: — Долгая история. В двух словах, когда—то давно она спасла меня от ранения. Тогда еще я был в команде старика Хирузена. Разговорились на тему медицины, оружия, как обычно, впрочем. Меня заинтересовали те приемы, которыми она пользовалась, когда лечила меня… Ведьма жадно втянула в себя прохладный ночной воздух. В горле стоял ком, разумеется. Дрожащими пальцами поднесла сигарету к губам. — Некоторое время я просто наблюдал за ней со стороны, потом стал приходить к дому. Тогда она жила далеко от Конохи, дня два пути, если без остановок. Видя, как я горю желанием получать новые знания, медленно стала обучать. Разбирали все — от химических элементов, их написания, до рецепта пилюль, которые обеспечат бодрость и силу на несколько дней вперед… Глядя на небо сквозь раскидистый еловый ковер, пыталась перевести дыхание. С каждой секундой делать это становилось все труднее. — В один день, когда я снова пришел к ее маленькому хлипкому домику, она куда—то собиралась. Я подумал, что взволнована моим приходом, оказалось, нет. Попросила подождать ее на пороге. Говорила, что вернется через тридцать минут. Я поверил и это стало моей ошибкой… Слезы сами полились из глаз. Остановить их был уже не в силах никто. Слезы обиды, разочарования, скорби и страха. — И вот, спустя тридцать два года она снова здесь, передо мной. Жива и невредима и на лице ни одной морщины, ни одного седого волоса на голове. Будто прошли те самые полчаса ожидания. Только вот я уже не мальчишка, а зрелый мужчина. А она все та же — с большими грустными глазами, но теперь без улыбки на лице, — Орочимару не верилось, что он выкладывает всю подноготную без прикрас и утаек. Быть может, на него так действовало присутствие Хелы, может, ему самому необходимо было, как и ей, кому—то излить душу. Этого уже не узнает никто. Докурив третью сигарету, девушка потянулась за четвертой, когда остановилась, нервно вслушиваясь в тишину темного леса. На несколько секунд все звуки стихли, замер даже воздух. Ощущение пристального наблюдения, которое сопровождало Хелу на подходе к убежищу, усилилось, только вот проблема была явно не в этом. В наблюдателе она чувствовала давно забытое чувство ностальгии, а в тишине ночного леса — опасность. Медленно поднялась с травы. Неспеша пошла в чащу, стараясь ступать как можно тише. Трава под ногами сминалась мягко, бесшумно; ведьма петляла меж деревьев, приближаясь все ближе и ближе к импровизированному лагерю, где горел костер и устроили привал монстры из Хаоса. На вид четверо коренастых мужчин, одетых явно не по моде этого Отражения, но вот пятый разительно от них отличатся — у мужчины была темно-синяя кожа, шпоры на руках и узкое лицо, чуть сплющенное по бокам, вытянутое, как у гончей. Зрачки узкие, как у змеи. Из всех мужчин, сидевших у костра, его отличал длинный темно-лиловый плащ с массивными цепями, скрепленными на плече тяжелыми металлическими карабинами. Разило от них силой Хаоситов, это факт. Видимо, из-за них все зверье и попряталось, поэтому лес замер в неестественном безмолвии. Хела уже хотела изменить огонь в костре на синий, но тот синекожий заговорил: — Я думаю, что он играет с нами, — голос тихий, но мощный, — он физически не может находится в двух местах одновременно. Русый мужчина, сидевший ближе к костру, чуть мотнув головой, продолжил: — Не могу понять вот чего: следы ее магии были там, возле места стоянки корабля, так почему мы разделились? — Пусть они откроют храм, — мощная синяя рука потянулась к застежкам на плаще, намереваясь снять его, — Их задача удостовериться, что Ребекки там нет. Наша задача заключается в другом, удостовериться в… Синекожий не договорил. Глаза его уставились в тьму леса, спрятанную от света языков пламени. Хела перевела взгляд туда же. Кажется, кто-то находится ближе к лагерю, чем ведьма. Я бы сказала, в опасной близости. Чувствовала двоих. Третья фигура только приближалась. Кажется, двигались они по деревьям. В огне пламени блеснули обнаженные клинки. Послышался звук натягивающейся тетивы. Выстрел. Затем второй. На смену его из темноты полетели кунай. Яркий оранжевый силуэт, готовый драться, появился из тени, яростно размахивая руками. Рядом приземлился силуэт в серо-зеленом. — Они же дети! Именно такая мысль промелькнула в голове. Видимо, произнесла она это вслух, ведь обе группировки повернулись в ее направлении. Хела, держа руки по обе стороны от корпуса, развела их — безоружна. Чуть наклонила голову в знак приветствия. Медленно, стараясь не спугнуть никого из присутствующих, вышла на свет костра. Не отрывала зеленых глаз от мужчины в плаще. Медленно, не опуская рук, будто они могли сдержать натиск четырех мечей и колчана со стрелами, повернулась спиной к детям, закрывая их. Если бы Хела имела еще несколько пар глаз, она бы заметила, с какой тревогой смотрел лучник в ее сторону, ведь позади ведьмы разворачивалась довольно интересная картина. Светловолосый парень, только заметив ее, округлил голубые глаза. Как они смогли не заметить ее? Затем в его голове заговорил демон, и то, что он сказал носителю, ввергло того в шок: « — Поклонись в ответ. Это акт выражения почтения древним богам», — Курама в ужасе узнал в Хеле силу, о которой слагали легенды и передавали их среди Хвостатых. Мудрец предупреждал о таких, как она. Наруто же начал нервничать. Язвительный и дерзкий, Курама прямо сейчас разительно отличался от того демона, к образу которого парень привык. Соответственно, зная его лицо с субтитрами, вся гамма эмоций тотчас отразилась на мимике. — Они еще дети. Опустите оружие, — спокойный голос ведьмы пытался убедить хаоситов не вступать в конфронтацию. Поскольку по амуниции отличался от остальных лишь тот с синей кожей, вероятно, он лидер, обращалась ведьма именно к нему. Группа лиц по предварительному сговору была явно в шоке от факта наличия носителя чистейшей речи Дворов Хаоса, неожиданно появившегося на их празднике жизни. Местные аборигены, по их мнению, не обладали такими познаниями языка, соответственно, данный экземпляр разумной формы жизни необходимо тщательно допросить. Шикамару, заметив перемену во взгляде одного из мужчин, отвел взгляд на девушку. Краем глаза подметив состояние друга, уставился на него с широко открытыми глазами: — Наруто? Хуево было то, что язык местных понимала не только Хела, но и человекоподобный товарищ в лиловом плаще. — Курама говорит поклониться ей в ответ… — Что?! — одновременно протянули Шикамару, глядя на друга, и Хела, повернувшая голову в сторону светловолосого парня. Ведьма, всматриваясь в голубые глаза Наруто, увидела внутри парня интересного домочадца. Существо, походившее на нее происхождением, но отличавшееся по энергетике. Почти рассмотрев демона Кураму в его глазах, послышался свистящий в воздухе звук, окончившийся глухим ударом железа о древесину. В тот момент стрела пролетела мимо ее уха и впилась в ствол дерева. Лучник среагировал молниеносно, но невовремя. Их командир же вторил незнакомцам — и на его лице стали появляться изменения. Увидев, как именно девушка достала меч, взгляд его глаз потяжелел, а лицо разгладилось от шока. Дело в том, что такие фокусы с пространством могли проворачивать только те, кто прошел Логрус, а чтобы пройти его, в тебе должна быть не абы какая кровь… — Я понял. Здесь он не прятался от нас. Здесь он прятал тебя от нас, — какой же он дурак, он учуял не отголосок силы беловолосого засранца в этом лесу, он учуял ее силу. Теперь уже три пары удивленных глаз уставились на мужчину с неестественно узким лицом. Ужас в глазах Хелы казался всеобъемлющим. Ей уж очень не нравились те слова, что вырвались из его уст. Первая мысль — бежать. Вторая — убить. Сжечь его до того, как он доберется до своих людей и передаст эту информацию дальше. Ведьма не понимала, о ком говорит этот человек. И это очень пугало. В голове командира Хаоситов красной строкой бежали два слова «джекпот» и «подвох», только вот с этимологией последнего он пока не разобрался. Что-то в облике незнакомки не давало ему вдохнуть полной от триумфа грудью, но вот что… Черты ее лица были до боли знакомы придворному столоначальнику. Кто из их ближайшего круга мог отправить свое чадо, прошедшее испытание Образа Змея, Логруса, не предупредив о наступлении на Амбер, в далекую Тень? Пока стоявшие столбом Наруто и Шикамару пытались понять, что вообще здесь происходит, кунай прилетел точно в грудь лучника. А вот и третий из их отряда, явился не запылился. Понаблюдав за разворачивающейся драмой из кустов, решил действовать наверняка. Дернувшись от неожиданности, Хела магией изменила цвет пламени с красного на синий, подняв его языки высоко к кромкам деревьев. Увести учеников целыми и невредимыми — его основная задача. Силой потянув ребят за руки на себя, Какаши спрятал их за собой, уводя чуть поодаль в лес. Напряженная, она готова была рвануть в бой уже сейчас. Угрозу Хаоситы восприняли правильно — развернувшись, со страхом отбежали от пламени на насколько шагов, подставив спины оппонентам. Только их командир не сдвинулся с места. Змеиные зрачки расширились под выбросом в кровь адреналина. Пальцы его задрожали, а лицо расслабилось. Этот вид магии считается запретным, темным, в Дворах Хаоса. Сила, которой Хела разожгла пламя, отбрасывала холодный, пробирающий до костей, озноб. Зная хитросплетения дворцовых интриг, единственным логичным выводом в этой ситуации было четкое убеждение, что он ей не ровня. Ни по силе, ни по статусу. Командир отряда понял, чья он дочь. Байка хоть и старая, но живучая. Рассказывают эту историю в Дворах уже долгое время, в назидание тем, кто помыслит пойти против правящей верхушки. Неосведомленность в некоторых моментах той истории сыграла с ним злую шутку. — Сегодня мы умрем в этом пламени, — мужчина с тяжелым усталым выдохом прикрыл глаза, готовясь к худшему. Фраза от командира, не способствующая, знаете ли, боевому духу отряда. Она не станет с ним говорить, он понимал это. Девушка обозлена и напугана. Переубедить ведьму у него не хватит сил и времени. Встретившись при иных обстоятельствах, возможно, они смогли бы поговорить… Мужчина наблюдал за тем, как его отряд пошел в наступление. Видел, как легко, буквально жестом руки, ведьма бросает его подопечных в огонь. Знал, с какой скоростью их тела пожирают языки пламени. — Как лорд и прежде всего, мужчина, я обязан перед смертью совершить безрассудный подвиг, — командир взялся за эфес меча, висевшего на поясе, не успев сомкнуть пальцы и обнажить оружие. Меткость Наруто в некоторых ситуациях поражала даже его самого. Хаосит смотрел на лезвие короткого клинка, торчавшее из его груди: — Я умру от рук аборигенов? — у судьбы явно черное чувство юмора, подумал он. Психологических сил злиться и негодовать, к сожалению, не осталось. Пока он глядел на кунай в груди, в солнечное сплетение, как нож в расплавленное масло, вошел острый меч Хелы. Мужчина поднял голову и встретился с напуганным и обозленным взглядом ведьмы. Перед тем, как его глаза остекленели и закрылись навсегда, лицо воина озарила благодарная улыбка. Тело его сгорело в огне так же быстро, как тела его товарищей. Хела с ужасом смотрела на голубую кровь, оставшуюся на мече. Иронично, ведь тот джентльмен действительно был «голубых кровей». Не забываем, что в моменты сильного стресса, фляга у Хелы свистит, поэтому ничего умнее, чем начать разговаривать вслух, вместо эффектного фокуса Копперфильда с исчезновением нахуй отсюда куда подальше, она не придумала: — Он говорил про корабль, но рядом нет моря… — Поблизости выход к воде, — Шикамару и Какаши уставились на Наруто, как на умалишенного. Зачем он вообще с ней разговаривает и делиться информацией? Вздрогнув, ведьма глянула на парня. Только их глаза встретились, Курама напомнил своему носителю о просьбе. Парень медленно, прикрыв глаза, глубоко поклонился Хеле. Ведьма, руководствуясь старым обычаем, повторила жест с уважением, стараясь унять от волнения дрожавшие пальцы.

***

Какаши думал о великом. Идя позади колонны, разглядывал длинные рыжие волосы и размышлял, какого черта Наруто ведет эту странную девушку к морю. Ситуация со стороны выглядела настолько несуразно, что мужчине было даже интересно, чем она закончится. В случае чего, Наруто сможет выпустить хвостатого зверя и захватить девушку. Единственное, чего не знал Какаши, так это фразы своего ученика про Кураму и его просьбу. Шикамару просто не успел ему рассказать об этом щекотливом моменте. Херли напрягаться, когда все проходит по тихому согласию со стороны Наруто, правильно? Вот так парень и думал, лениво шагая по левую руку от девушки. Расспросить его всегда успеет. Покурить Какаши сядет чуть попозже, когда Хела отойдет от оцепенения и начнет разговаривать в своей привычной манере, а пока он гордо замыкает шествие к большой воде.

***

Шум волн и легкий бриз на несколько минут успокоили нервную систему, но недолго музыка играла. На берегу за валунами ведьма заметила маленький кусочек чего-то, что накрыто плотной серой тканью. Рукой попросила не приближаться, сама же уверенно пошла в его сторону. Поскольку обзору мешали несколько высоких камней, рассмотреть предмет, к которому направилась девушка, с их наблюдательного пункта было затруднительно. Трое начали легкую непринужденную беседу: — Можно поинтересоваться, а что, собственно, это было? — первым рот раскрыл Какаши, неотрывно следивший за движениями ведьмы. Он видел, как на гальку упала тяжелая ткань, и после этого стоявшую истуканом ведьму. — Курама настойчиво попросил выказать ей уважение. Он редко бывает таким великодушным, — так же редко, как Наруто собранным и серьезным, ведь прямо сейчас парень таким и был. Сенсей в удивлении глянул на ученика. Спустя секунду изо рта ведьмы полилась отборная ругань, все как мы любим. Она отошла от предмета на несколько шагов, закрывая лицо руками. Вытащила из кармана брюк пачку, взяла четвертую сигарету, которую должна была выкурить еще несколько часов назад, и глубоко затянулась. Со стороны казалось, что она любуется вечерней водной гладью, однако все было отнюдь не так радужно. Трио из Скрытого Листа направились на берег. Интересно же было глянуть, что за предмет был скрыт за тканью. Предметом оказалась обычная деревянная шлюпка на несколько человек. Из необычного, по бортам находились две красивые фигуры змей, головы которых сплетались в странный узел в носовой части. — Что-то я не догоняю, — признался Наруто, — а из-за чего так расстраиваться? Это ж обычная лодка. Хела стояла спиной к ним, из-за чего выражение лица, крайне обеспокоенное, скрылось от взора присутствующих. Затянувшись, выпустила кольцами пар изо рта и тяжело вздохнула. Произнесла, не поворачиваясь: — Как думаешь, какой долбоеб будет на обе кромки шлюпки делать змей из чистого золота? Правильно, очень богатый. Лорды могут быть богатыми и очень богатыми. Это — шлюпка очень богатого. Девушка опустилась на корточки, туша сигарету о влажную гальку, и спрятала окурок в пачку. На сегодня фокусы не окончились, ведь ведьма, подойдя к шлюпке, голыми руками вырвала с кусочками дерева тех самых змей. Туловища поочередно раздала парням, а две сплетающиеся головы, которые случайно оторвались в процессе демонтажа, вручила Какаши. Выражение их лиц надо было видеть: от шокированного, до удивленного и не доверяющего. — Это плата за то, что не кинулись на меня с оружием и отвели к воде. Сдайте в ломбард, вот ваши ребята удивятся. По поводу не доверяющего взгляда мы поговорим чуть позже, а пока Шикамару задал один очень грамотный вопрос: — Что ты им сказала, что они остановились? Как ты выучила их язык? — «Они же дети». Я сказала им остановиться, ведь вы все еще дети. — Мы не дети! — Че еще смешного расскажешь? — ухмыльнулась. Шикамару в который раз в жизни убеждается в том, что женщины — особые существа. Почему именно он постоянно от противоположного пола получает порцию сарказма и грубости в свой адрес? Чуйка Наруто на улики активизировалась как никогда вовремя: — А что с лодкой делать? Взмахом руки, не складывая ни одну печать, подожгла синем пламенем шлюпку. — Еще вопросы? Вот мы и дошли до подозрительного, не доверяющего взгляда: — Да, у меня есть парочку вопросов, — Какаши спрятал золотую часть шлюпки в карман и снял повязку с глаза. Открыл глаз с шаринганом, посмотрел в зеленые глаза напротив, применил силу техники и… ничего. — И че дальше? Я с удовольствием пошлю очередного красноглазого туда же, куда и остальных — нахуй в пешее эротическое. Шикамару ехидно ухмыльнулся, осознавая, что сегодня не он один получает порцию унижений от женщины, только вот затем до сознания парня дошел смысл сказанных ведьмой слов. В лице он изменился моментально и одновременно с Наруто вскрикнул: — Очередного?! — Остальных?! Ты знаешь кого-то с такими же газами?! Хела раздраженно зыркнула на парней: — Конечно, блядь, знаю. Полуживой грустный мальчик, как минимум, — перевела взгляд снова на Какаши, — я в цело… Заглядывая в его глаза, мельком посмотрела на знак, изображенный на металлической пластине. Такой же, но только зачеркнутый, носил Учиха. Это им Итачи писал письма, о которых знала, но промолчала в кругу Акацуки, Хела. Он их шпион! — А я смотрю, либо он хуево доклады пишет, либо вы с толчка заводитесь! Сука, я же просила не трогать эту хуету руками, максимально далеко от нее находиться и не посылать детей на верную смерть от рук хаоситов! Проблема была в том, что Итачи не упоминал ведьму в сообщениях деревне, он просто не успел, случайно умер и воскрес позднее, а с тех пор по настоящий момент находится в тотальном ахуе от происходящего, что не знает, что вообще говорить начальству о случившемся, поэтому Какаши с ужасом пытался понять, откуда ей известна эта строжайшая тайна. — Курама говорит, что мы просто недостаточно умные, а он пытался разобраться с проблемой с моей помощью… Святая простота. Лицо Хелы выражало крайнюю степень удивления, такую крайнюю, что брови вот-вот поздороваются со звездами. — Так, а с ним напрямую поговорить возможно? Походу только он понимает, что за пиздец здесь происходит. Какаши с Шикамару в тот момент немного напряглись и ходили кругами вокруг Наруто, ведь, каким-то чудом, эта неприятная особа смогла напрямую говорить с демоном. — Я вам клянусь, он ей отвечает, а она его слышит! — Наруто в тот момент удивленно хлопал глазами и улыбался, ведь никогда раньше такого не наблюдал. — Так, солнце, не верти головой и не отводи взгляд, я его не слышу. Еще раз, что ты сказал? Где ты их видел? Следующие несколько минут Курама получал ценные указания по борьбе с Черной дорогой и технике безопасности при встрече с монстрами. Троица также сделала пару заметок в голове на счет данных вопросов, и затем настала более интересная часть беседы: — Скажи всем своим эту информацию и умоляю, скажи им не посылать детей заниматься этой херней! Курама не стал говорить, что особого веса в деревне его мнение не имеет, но перед дамой было неудобно в этом признаться, поэтому решил перевести все стрелки на руководство Скрытого Листа. — В смысле у вас так принято? — Хела подняла глаза на Какаши, — Вы че, умалишенные, чтоб детей на разборки отправлять? — А подскажи, где ты живешь? — Исковое заявления о компенсации морального вреда в связи с оскорблением физического лица можешь не писать, выскажи все прямо сейчас, я приму и учту на будущее, — Хела получала садистское удовольствие от неосведомленности о таких словах в этой Тени и от выражений лиц людей, что в свой адрес получали такие высказывания, что даже на сердце становилось теплее и уютнее. Если она может собирать в правильной последовательности такие специфические слова, не используя в качестве связок маты, верный знак, что скоро успокоится. — Нет, я просто хочу понять, где ты жила столько лет, ведь это реалии нашего мира! — даже Какаши начал потихоньку закипать, а у него ведь терпения, как воды на Земле — много. — Да я из своей ебучей будки редко в люди выхожу, как можно заметить. Я мало об этой Тени знаю и о ваших порядках тоже! Стратег и мегамозг решил задать неудобный вопрос: — А что такое «Тень»? — Давай, потом. Главное, что вы должны уяснить — на живую черную траву наступать нельзя! Наруто было жутко интересно, что за оружие висит все это время у нее на поясе: — А что за катана такая интересная? Хела сняла с пояса оружие и передала парню. — Меч. — Он какой-то слишком простой… — Ну, — впервые за их знакомство девушка растерялась, — разновидность такая. Обычный меч. Кусок металла и все. Я же не удивляюсь тому, что вы зубочистками кидаетесь. Курама заливался смехом. Давно ниндзя так не унижали. Юмор у богини старомодный, но ироничный. — В моё время, все с такими ходили. Да, если честно, до сих пор ходят в некоторых Отражениях, если еще не пришло время изобрести порох, а затем и огнестрельное оружие. — Слушай, а какие у тебя планы на завтра? На экскурсию сгонять не хочешь? — под экскурсией Какаши подразумевал вход в деревню под конвоем, с последующим детальным допросом, в конце которого будет проведена разъяснительная беседа на тему очень длинного языка на некоторые запретные в кругу юных шиноби темы. — Слушай, завтра у меня очень много дел. Например, найти корабль, с которого эту блядскую шлюпку и спустили на воду, а также экскурсия по живописным местам пребывания хаоситов. Увы. Как кошка с собакой, ей богу. — И все же, проводить девушку домой — мой долг, как мужчины, — Какаши потянулся к подсумку с кунаями. Проследив взглядом, куда потянулась его шаловливая ручка, Хела решила идти ва-банк. Постебать его напоследок было ее долгом, как женщины. — Знаешь Дэвида Копперфильда? — ведьма порезала ладонь о лезвие меча, — У него есть знаменитый фокус с исчезновением. Смотри, — хлопнула в ладоши и переместилась с пляжа прямиком ко входу в убежище Орочимару. Она не слышала, каким истерическим хохотом занялся Курама, глядя на эту сцену. Он получал истинное удовольствие о неосведомленности шиноби о силе и статусе той персоны, что только что растворилась перед их глазами. — Лошара, — вытерла руки о штаны и направилась обратно к Акацуки. Тем временем, до возвращения ведьмы, Орочимару в кругу старых друзей предавался воспоминаниям о первой встрече с Хелой.