Минус двенадцать

— Синъю и Ирбис, на выход. Переглянувшись, мы с Крисом поднялись с кушетки, попрощались с соседями и вышли из камеры. К нашему удивлению, стягивать нам руки больше не стали, а просто повели по коридорам — и уже не в ту сторону, куда водили на допрос. Один поворот и пара пролётов по лестнице вывели нас на парковку с множеством гвардейских машин соответствующей окраски. Даже не по себе как-то стало. Однако дальше нас повели вглубь помещения, где у самой стены обнаружилось несколько однотонных чёрных машин, ничем не примечательных. — Куда нас отвезут? — спросил Крис, снова хмурясь. За эти дни его недоверие к Кроунам никуда не делось. А я вот был рад хотя бы выйти из чёртовой камеры. Да и не убьют же нас, в конце концов. Брать с нас тоже нечего, так что даже если нас попросту перевезут куда-то ещё и снова посадят под замок, мы хоть немного развеемся. — В безопасное место, — ответил один из дрэйдов, открывая дверь машины. — По программе защиты, о которой вы попросили. Вам не о чем волноваться. Садитесь. Не сдержав довольной улыбки, я первый залез в машину и уселся на удобные мягкие сидения в тёмном салоне. Бельчонок залез следом, а потом напротив нас сели и гвардейцы. После того, как один из них нажал пару кнопок, машина завелась и бесшумно поехала в дорожный тоннель, управляемая искусственным интеллектом. Ужасно хотелось, чтобы нам дали хотя бы нормальную комнату на двоих, где есть грёбаный душ и туалет не у всех на виду. А ещё еда! Хотелось снова есть прекрасные блюда, которые творят руки моего рыжика из самых обычных продуктов. Всего несколько дней, а я уже так соскучился по этому простому комфорту. Причём обо всём этом я особо не думал, пока мы томились взаперти, но теперь, когда на горизонте забрезжила надежда, хотелось получить хотя бы частичные прежние удобства как можно скорее. Однако везли нас достаточно долго. Мы с Крисом иногда переговаривались о том, что устали уже постоянно где-то сидеть и ничего не делать, а дрэйды на передних сидениях тоже периодически говорили о чём-то своём: о работе, семье и детях. Да, у этих служивых, ожидаемо, тоже были какие-то проблемы, а на работе им приходилось об этом забывать и рисковать жизнью в подпольных боях с повстанцами. Не хотел бы я себе такую работу. Я даже успел подремать по пути. Но ближе к вечеру меня разбудили и попросили выйти из машины. И то, что я увидел, заставило меня ненадолго замереть и осмотреться: аккуратно выложенные дорожки, высокие деревья, ухоженные клумбы, цветущие разнообразием красок, даже птицы на ветвях щебетали. В десять раз круче того парка, по которому мы с Крисом гуляли в первую встречу. И так похоже на мой родной мир, что словами не передать. Даже освещение сделали нестандартное для этого мира: всё это великолепие освещалось не огромными мощными панелями, а обычным уличными фонарями, стоящими вдоль аллей. Как же я соскучился по родным земным пейзажам. — Где это мы? — задумчиво спросил Кристэл, тоже рассматривая всё с неподдельным интересом. — В имении семьи Кроун, — ответил не торопящий нас гвардеец. — Что? — переспросил Крис, округлив глаза и переведя взгляд на того. Я тоже неподдельно удивился, ведь думал, что нас запихнут в какой-нибудь маленький городок, который напичкан гвардейцами и такими же «свидетелями», как мы. Но нет, нас решили запихнуть в имение, напичканное не только гвардейцами, но и тёмными. — Распоряжение главы семьи, — усмехнулся гвардеец. — Идёмте. Он направился вдоль одной из аллей, а мы пошли следом, всё так же разглядывая зелёную парковую зону и дом за ней, окна которого были высечены прямо в каменной стене. Даже интересно стало, насколько большое пространство там внутри, много ли комнат и людей, ведь снаружи было абсолютно непонятно, насколько глубоко уходит это имение. — И мы будем жить прямо под носом у тёмных? Мы не будем им мешать? — Если не будете нарочно лезть в закрытые зоны, никому не помешаете, — спокойно произнёс рогатый и свернул с аллеи на более узкую дорожку. — Нам сюда. Гостевые комнаты расположены отдельно. Да уж, тут нас точно не достанет ни один повстанец. И если не думать о том, что семьи тёмных воюют между собой, то здесь мы и правда будем в самой безопасной безопасности, которая только могла существовать. Даже немного забавно стало от собственных мыслей. Совсем недавно я бы ни за что не поверил, что стану считать тёмных своей защитой, но жизнь — ужасно непредсказуемая штука. Пройдя за гвардейцем, мы оказались в большом холле, из него поднялись по лестнице на второй этаж, а там нам из-за отсутствия браслетов выдали карточки и сказали их не терять, ведь только с их помощью мы сможем выйти из своей квартиры или зайти в неё. От слова «квартира» у меня мурашки по загривку побежали. Наверно, от радости, что не будет больше малюсеньких задрипанных комнатушек мотелей и камер заключения. И действительно: нас завели в довольно современно, пусть и минималистично обставленную гостиную, которая плавно переходила в кухню, а три двери вели в две спальни и прекрасную просторную уборную. Просто сказка! Как же моя душа соскучилась по комфорту, просто не передать! — И мы теперь тут будем жить? — спросил Крис, разглядывая обстановку. — Как долго? — Этого мне не сообщили, — ответил дрэйд, оставшийся стоять у дверей, пока мы проходили глубже в помещение. — Располагайтесь. Холодильник полон продуктов, в шкафу вы найдёте всю необходимую одежду, а в уборной есть всё для гигиены. Также вы сможете пользоваться гаджетами, которые здесь есть, когда ваши настоящие браслеты восстановят. А пока хорошего отдыха. На этом он оставил нас наедине, а мы ещё немного постояли в молчании, осматриваясь. — Приготовим что-нибудь? — первым нарушил молчание бельчонок, пройдя к холодильнику. — Раз уж здесь полно продуктов, не пропадать же им. Пусть мне и не нравится быть нахлебником. — Зато мы живы и в безопасности, — грустно улыбнулся я. — Только я бы сначала в душ сходил. — Тогда иди. Я после тебя, — произнёс Крис, уже роясь по кухонным ящикам в поисках всего необходимого. — Как раз, может, успею что-то сварганить. Грешным делом промелькнула мысль затащить его в душ за собой и пообжиматься, да только это опять раздразнит нас обоих и ни к чему хорошему не приведёт. Снова он скажет, что не может, что рано. Так что нет, всё должно произойти само собой, без моих чересчур раскрепощённых намёков. Только когда Крис перестанет думать о моём возрасте, только когда привыкнет ко мне и к мысли, что морально мне не четырнадцать, тогда можно будет пробовать аккуратно стирать границы. А пока рано. Я задержался ещё на мгновение, чтобы понаблюдать за шикарным виляющим рыжим хвостом, за умелыми руками и задумчивым лицом Кристэла, а потом всё же направился в ванную. А там задержался даже дольше, чем изначально планировал. Приятная тёплая вода унесла все заботы и погрузила в некую медитацию. Кажется, я впервые ни о чём не думал и ни о чём не волновался. Хотя, возможно, так было рано считать, но мне слишком сильно хотелось верить, что все неприятности позади. Когда я вышел, ужин уже был готов, что заставило почувствовать себя настоящим лентяем. Вместо того, чтобы помочь, я отмокал в душе, однако бельчонок не злился. Как обычно, в общем-то, его сложно разозлить. Потом и он сходил в душ, пока я застилал кровать и рылся в приготовленных для нас вещах. Очень хотелось позвонить Найле и Ае, сказать, что мы живы и в безопасности, но пока мы без браслетов, пользоваться гаджетами или входить в соцсети не могли. Вот и приходилось мучиться ожиданием. А когда Крис вышел, весь такой влажный и вкусно пахнущий, мы ещё долго просто сидели и обсуждали всё произошедшее, снова перебирая множество вариантов дальнейших событий. Да, загадывать было бесполезно, будущее могло быть полно неожиданностей, но нам попросту больше нечем было заняться. Вылезать из квартиры абсолютно не хотелось, но в то же время физически мы совсем не устали и спать не тянуло. Была бы возможность совсем не засыпать… Но стоило привыкнуть к тому, что хочу я или нет, утром меня всё равно разбудят в родном мире. Так что к определённому времени пришлось устроиться в кровати и вырубиться под приятные поглаживания по руке от рядом лежащего рыжика.

***

С этого дня жизнь стала крайне размеренной и скучной, но, да, безопасной. Время на территории Кроунов текло как будто медленнее. А может, так было, потому что ни я, ни Кристэл не работали и только целыми днями придумывали, чем бы заняться. Я ещё несколько раз сталкивался с Эндрю, который приходил поболтать, узнать ещё какие-то нюансы насчёт базы повстанцев или же о том, когда и где мы оставили свои настоящие браслеты, однако я мало чем смог ему помочь. Один раз речь даже зашла о байках, но долго не продлилась. У этого мадара явно были свои увлечения: игры, компьютеры и даже хакеринг. Через три дня после заселения нам-таки выдали новые браслеты. Наверно, утерянные отключили и аннулировали, потому что они остались где-то в обвалах бывшей базы, и на это потребовалось чуть больше времени, чем на создание прошлых фейковых. А мы сразу после получения зарегистрировались в подаренных нам телефонах и позвонили родным. И Найла, и Ая конечно же рыдали нам в трубки от счастья и даже потребовали подключиться по видеосвязи, чтобы убедиться, что мы правда целы и здоровы. Оказалось, у наших квартир выставили какое-то крутое видеонаблюдение со сканированием лиц и одежды на предмет подозрительности, так что о любых незнакомцах гвардия сразу же узнает. Ничего не скажешь, оперативно работают. На самом деле, я узнал, что всем, кто просит защиты, обычно так и делают: отпускают домой, но наблюдают на расстоянии, и только у нас с Крисом случай особенный. Из-за меня. Эндрю с Чаррой хотели задержать меня рядом подольше, чтобы «изучить» феномен разницы в возрасте между моими телами. Уж не знаю, что конкретно они там изучали, но они то сканировали голову Мэлори, то просили результаты МРТ и энцефалограммы Мэта, то снова задавали вопросы о том, как я себя ощущаю в разных телах. Казалось, этому вообще не будет конца. А тем временем дело Кристэла о долге потихоньку двигалось. К счастью, оказалось, что он и правда никогда не делал ставок на арене, а переносом долга решил заняться какой-то ушлый своевольный дрэйд, получивший в отделе по должникам повышение. Решив доказать свою полезность, он без одобрения вышестоящего руководства, то есть главы семьи, отдал приказ отделу переносить долги на детей и ближайших родственников, чтобы уменьшить потери ксионов от смертей заёмщиков. Эндрю был очень зол, когда рассказывал об этом, и пообещал, что с этим додельником обязательно разберутся. Долг с Криса убрали, а в компенсацию за моральный и физический ущерб нам выплатили не только по нормальной такой сумме, но ещё и байки подарили взамен того, что остался гнить где-то под разрушенной базой повстанцев. Хорошо хоть, что он был недорогой и из выплаченных тёмными денег я смогу отдать Рэну за его потерянный байк. В конце концов, он ведь всё равно хотел его продавать. За то, что мы сотрудничали с повстанцами, нас, попросту говоря, поставили на учёт. То есть за всеми нашими подозрительными перемещениями, когда отпустят домой, будут следить, однако мы оба не видели в этом проблемы. Не повесили огромный штраф, как когда-то предвещал Кристэл, и на том спасибо, а больше связываться со всякими группировками в наши планы не входило. Себе дороже. Как-то раз, когда мы гуляли с Крисом по парку перед поместьем, мы даже встретили самого Кайсена Кроуна. Увидев его издалека, я понял, что пересекаться лично с тёмными дрэйдами мне совсем не хочется. Уж больно вид у них был демонический. И даже если эти черти не так страшны, как их малюют, проверять всё равно не слишком хотелось. В Земном же мире моей семье наконец разрешили забрать меня домой. Из-за ещё не успевшей исчезнуть привычки ходить на своих двоих, мне было жутко не по себе перебираться на коляску практически на одних руках и принимать помощь окружающих. Все так беспокоились, всячески старались угодить… а меня это злило, но я старался не подавать вида. В конце концов, я сам недавно принял решение не предпринимать попыток лечения, так что должен был понимать, чем это обернётся. Сначала меня, конечно же, будут жалеть, ну а потом я стану для многих обузой, часть друзей меня постепенно забудет, и останутся рядом лишь самые родные люди. Пусть так. Я прекрасно жил до несчастного случая, многое повидал, теперь же мне нужно постараться сделать свою вторую жизнь максимально правильной и удобной. А здесь найду другое увлечение, стану работать на удалёнке. В общем, привыкну, справлюсь. В доме родителей я наконец смог выдохнуть и почувствовать себя более расслабленно, чем в больнице. Благо, родители жили в одноэтажном доме, хоть это упрощало жизнь. Проводив меня до порога, Пит уехал по своим делам, как и ещё парочка друзей, а отец довёз на коляске до некогда моей комнаты. Там практически всё осталось как прежде, только к некоторым стенам приделали поручни. Брат, который почему-то в больницу приезжал ко мне от силы пару раз, и то ненадолго, теперь смотрел на меня с такой болью во взгляде, что я сразу понял: с ним необходимо поговорить. Возможно, моя травма сломала его сильнее, чем родителей или даже меня самого, я же был для него раньше примером для подражания. А теперь мало того, что я снова его сосед по комнате, как в детстве, так ещё и недееспособный. Но это я оставил немного на потом, пока что решив отдохнуть в тишине и спокойствии. Слишком насыщенным выдался этот переезд.

***

Прошло больше месяца, прежде чем Эндрю наконец сказал, что мы с Крисом можем быть свободны. Так как поместье хорошо охранялось, да и находилось достаточно далеко от нашего родного города, нас решили отправить домой не на новых байках, а на их личном скоростном поезде до ближайшей общественной станции, где мы уже сами купим себе билеты до дома. — Надеюсь, ты останешься со мной и Чаррой на связи, — произнёс Эндрю, когда мы уже стояли на перроне. — Нам нужно будет познакомить тебя с ещё несколькими аватарами, чтобы они могли связаться с тобой, если вдруг найдётся ещё один новенький в вашем городе. — Конечно, — улыбнулся я, в последний раз окидывая взглядом прекрасный парк, сделанный по образу и подобию парков нашей Земли. — Звоните, рад буду помочь. И спасибо, Эндрю, ты очень много сделал для нас, несмотря на то, что Крис не аватар. — Мне не сложно, я же просто отдал несколько распоряжений, — усмехнулся тот, сунув руку в карман чёрного пиджака. — Всей организацией занимались другие люди. — Удобно, — усмехнулся я в ответ, заметив вдалеке четырёхрогую девушку, ведущей за руку такого же четырёхрогого ребёнка на вид лет пяти. Только сейчас я понял, что впервые увидел ребёнка тёмного дрэйда. Видимо, их прячут от внешнего мира до определённого возраста. — Да у меня своего головняка хватает, — произнёс Эндрю, переводя взгляд туда же, куда был направлен мой. — А это Оэрия и их с Кайсеном ребёнок. — «Их с Кайсеном»? — удивлённо переспросил я, изогнув бровь, и снова посмотрел на Эндрю. — Я думал, он с тобой. — Так и есть, — пожал он плечами. — Но я не умею рожать наследников, а они нужны, поэтому Кай и нашёл суррогатную мать, так сказать. — Как всё сложно. — У тёмных вообще ничего просто не бывает, — вновь усмехнулся Эндрю, заметив Криса на подходе с рюкзаком и каким-то планшетом в руках. — А вот и твой мокс. Что ж, удачи вам, Мэл. Он протянул руку, и я пожал её, легко улыбаясь. — Спасибо ещё раз. И тебе всего хорошего, Эндрю. Тот кивнул и, коротко попрощавшись с Кристэлом, направился к Оэрии, которая, кажется, издалека показывала нас ребёнку. Наверно, он редко видел кого-то, кроме рогатых дрэйдов, живя здесь, потому смотрел на нас во все глаза. Но всё же странно, что за время, проведённое в поместье, мы столкнулись впервые. — Наконец-то домой, да? — улыбнулся Крис, приобняв меня за плечи свободной рукой. Я приобнял его в ответ и уткнулся в него лбом, прикрыв глаза. Да, приятно возвращаться, вот только теперь мы больше не будем спать рядом, обниматься по утрам и ужинать наедине. А чтобы это осуществить в повседневной жизни, мне придётся ещё расти и расти. Вот так. Раньше я представить не мог, как это — жить с кем-то на одной территории и не иметь претензий по личному пространству. А теперь не хотел возвращаться к обыденности, где этого личного пространства слишком много. То есть теперь казалось, что там его слишком много. Хотелось приходить с работы или учёбы не в пустую квартиру, а в тёплые объятья моего бельчонка. А ведь стоило лишь встретить того самого человека, чтобы понять, как это классно — просто посидеть рядом, даже в тишине, занимаясь каждый своим делом, но всё же рядом, а не жить в гордом одиночестве. — Знаешь, я буду скучать по этому месту, — признался я, немного отстранившись и подняв взгляд на Криса. — Здесь можно было не думать о деньгах и работе, просто жить и наслаждаться. Правда, я надеялся, что разведу тебя на секс, могли ведь устроить чуть ли не медовый месяц. Я улыбнулся одним уголком губ и игриво дёрнул бровями, а Крис рассмеялся, увидев это, и погладил меня между ушей. — Маленький озабочка, — тихо произнёс он и аккуратно поцеловал меня в лоб. — Я просто не хотел заниматься подобным под камерами наблюдения, но, когда мы окажемся дома… — он наклонился ниже и продолжил уже мне на ухо: — Мы точно что-нибудь придумаем на этот счёт. А то моя сдержанность уже на нуле. Услышав это, я округлил глаза, пытаясь сдержать порыв утащить его куда-то в уголок и изнасиловать. Но нужно было отдать ему должное, в этом месте и правда камеры были на каждом углу и за каждым поворотом — и совсем не скрытые. Но я был уверен, что и таких натыкано в достатке ради общей безопасности, в нашей временной квартире в том числе. Так что Крис был прав, нужно было потерпеть до дома. — Тогда чего мы ждём? Скорее едем, — произнёс я, отстраняясь и перехватывая его свободную руку в свою, чтобы увести в стоящий на первом пути открытый вагон. Однако бельчонок снова рассмеялся и покачал головой, не спеша уходить с места. — Подожди, ты должен расписаться вот здесь, — он поставил рюкзак у ног и протянул мне планшет. — Это о неразглашении информации обо всём, что ты здесь видел или слышал. Я уже его прочитал и расписался, вроде всё честно: не распространяться о том, как, где, в каком составе и каких условиях живёт семья Кроун. — Эх, а мне так хотелось всем рассказать обо всём в мельчайших подробностях, — с сарказмом протянул я, взяв планшет. Отцепив от него специальную ручку, я быстро пролистал договор и поставил свою подпись под подписью Криса. После этого к нам подошла женщина в форме гвардии, забрала планшет и сказала проследовать в вагон для отбытия. Что мы и сделали, на прощанье ещё раз помахав Эндрю и девушке с ребёнком, а те помахали нам в ответ. На этой приятной ноте мы покинули поместье тёмных дрэйдов, теперь лишь ожидая, когда наконец окажемся дома и увидим родных и друзей. А ещё закатим небольшую вечеринку для самых близких в честь того, что мы благополучно вернулись, решив все проблемы. Что тут скажешь, нам просто невероятно повезло никуда больше не вляпаться.

***

В пути мы провели добрых три дня. На этот раз добрались с комфортом: для байков купили места в багажном отделении, а сами лежали и сидели в отдельном купе на двоих. Теперь у нас на это были средства, что несказанно радовало. Крису даже выплатили полную сумму за его давнюю победу на арене, которая раньше шла в счёт долга. Оно того, как мы оба считали, совсем не стоило: ни один из тех снов, из-за которых он периодически в ужасе и панике просыпался по ночам, не стоил тех денег. Но прошлого не воротишь, а последствия нужно разгребать. Нога у рыжика уже почти зажила, он больше не хромал и не перевязывал её, а сны хоть и беспокоили, но уже явно реже, чем раньше. Так что домой мы добрались без происшествий. А по приезде… — Мэлори! — Найла, словно экстрасенс, практически мгновенно нашла меня, окликнув издалека, стоило мне ступить из вагона на перрон. Я улыбнулся, проходя чуть дальше, а Кристэл последовал за мной, сразу начиная выглядывать и Аю, которая наверняка находилась где-то рядом с моей мамой. Та добралась со скоростью молнии и прижала меня к себе, слегка придушивая в объятьях. — Слава всемогущей матери, я так волновалась, Мэл! — проговорила она, не давая мне и шанса вырваться. Хотя я и не пытался, а лишь обнимал её в ответ, улыбаясь и только теперь понимая, как сильно скучал. А она и вовсе наверняка сходила с ума от волнения. — Всё хорошо, мам, — тихо ответил я, поглаживая её по спине. Краем глаза я заметил, как Ая бросилась на шею Криса, снова роняя слёзы от счастья, а бельчонок что-то начал нашёптывать ей на ухо, явно пытаясь успокоить. — Я уже не верила, что вас отпустят, — прошептала Найла и отстранилась, взяв моё лицо в свои ладони и посмотрев в глаза. — Это почему? — легко усмехнулся я, поглаживая её по плечу. — Кроуны не сделали нам ничего плохого, правда. Даже при задержании с нами обращались достаточно осторожно. Они совсем не такие плохие, как я раньше думал. — Вы почти не звонили… — Нас просили использовать телефон по минимуму, — объяснил я в который раз, вздыхая. — Зато! Идём покажу! Схватив её за руку, я повёл её к зоне разгрузки багажа, позвав Криса и Аю идти за нами. Ая наконец вытерла слёзы, а мой рыжик будто сразу понял, что я хочу показать нашим девочкам. Мы привели их к последнему вагону, просканировали билеты на купленные нами места в багажном отделении, и пара работников ж/д вывели нам наши мотоциклы, на которых ещё никто ни разу не ездил с момента покупки — нам было попросту негде. Оба они были белыми, с чёрными и серебряными вставками у колёс и на панели датчиков. А по корпусу сейчас шли едва заметные белые полосы, которые при работе байка красиво переливались сине-фиолетовыми оттенками. — Ревенджер 9К «Белая Фурия», — гордо произнёс я, хотя и понимал, что ни Найла, ни Ая особо не разбираются в моделях. Но хотя бы этот крутой бренд они должны были узнать. — Их нам подарили как часть компенсации. Мам, у меня теперь есть личный байк! Найла поначалу лишь озадаченно хлопала ресницами, потеряв дар речи, а Ая закрыла рот руками, разглядывая мотоциклы во все глаза. — Какие красивые, — изумлённо выдохнула она первой. — И куда нам его ставить? — наконец пришла в себя Найла, приложив ладонь к щеке. — Думаешь, он будет помещаться в наш лифт, чтобы заводить в квартиру? — Ну, мне кажется, впритык должен войти, — пожал я плечами, снова рассматривая мото, пока Крис садился на свой и разглядывал панель. — А если нет, придумаем что-нибудь ещё. — Ая, поедешь? Ты ведь уже ездила с Мэлом, — предложил бельчонок, пока Найла задумчиво подошла к моему. — Я же жутко боюсь, — неуверенно ответила она, теперь уже глядя на байк с некой опаской. — Ну, тогда нам придётся ехать домой отдельно, — проговорил Крис, почесав нос. Он снова слез с мото, и мы все пешком отправились к дороге через специальный выезд для транспорта. Там мы всё же договорились с Найлой и Аей, что мы поедем на байках, а они доберутся домой на такси. И поехать мы решили именно к нам, чтобы соорудить маленький ужин и в процессе его рассказать всё о нашей поездке — ну, из того, что могли. Проводив наших девочек и удостоверившись, что они благополучно уехали в такси, мы наконец сели на байки и завели их. Они стали плавно переливаться, словно по их корпусам лилась мирная речушка, при этом практически не издавая звуков. Наверно, я ещё долго не смогу привыкнуть к здешним бесшумным машинам. — Блин, как же охрененно смотрится, — протянул я, глядя, как по байку струятся цвета. — Надеюсь, ездит он не менее охрененно. — Должен, — с улыбкой отозвался Крис, тоже разглядывая включившуюся подсветку на панели. — Если производители не наврали. — Вот и проверим. Я первым надел шлем и нажал на газ, аккуратно выезжая на дорогу. Обернувшись, чтобы проверить, едет ли за мной Крис, я с удовольствием прибавил скорости и вскоре выехал на ближайшую трассу, встраиваясь в поток машин. Байк шёл так плавно, что казалось, будто мы не едем, а плывём без какого-либо сопротивления. Раньше, на Земле, мотоциклы всегда для меня были драйвом, экстримом, но сейчас я просто получал кайф. Когда-нибудь, я встану и на этот байк и, уверен, смогу ощутить себя серфером на волне. Это должно быть просто сказочное ощущение, но пока… Сейчас просто хотелось получать наслаждение от знакомых пейзажей и доплыть по улицам этого сияющего неоном города домой, где мы все вчетвером, как настоящая семья, посидим, посмеёмся и наконец выдохнем. Да, жизнь ещё наверняка подкинет нам проблем, которые придётся решать, однако сейчас я ощущал лишь одно: мы избавились от всех нынешних проблем. Нет больше ни наркотиков, ни долгов, а моя мечта о первом личном байке исполнена. Мы свободны.