My Baby

POV Шото

Я стоял под дверью Момо. Одной рукой я бережно баюкал нашу малышку, а второй мертвой хваткой вцепился в ладонь Изуку. — Изуку, ты будешь моим парнем? — спросил я, заглядывая ему в глаза. Он поднял на меня взгляд, в котором читалась твердая решимость: — Сначала ты должен объясниться с Момо и поставить точку. Я тяжело вздохнул, понимая, что иного ответа от него и не дождался бы: — Ладно. Просто заходи со мной. Я толкнул дверь, и Изуку тихо шагнул следом за мной в комнату. — Что вы здесь... О боже, а это еще кто? — Момо удивленно округлила глаза и сделала шаг навстречу нам, разглядывая сверток. Но стоило ей подойти ближе, как Ринко истошно разрыдалась. Изуку тут же забрал её из моих рук, прижимая к себе: — Тихо, маленькая, тихо. Всё хорошо, мамочка рядом. Ну же, шшш, я здесь... Малышка начала постепенно успокаиваться, утыкаясь ему в плечо. — И что я такого сделала, что вызвала у ребенка подобную реакцию? — оскорбленно фыркнула Яойорозу. Изуку раздраженно закатил глаза, и в его голосе прорезалась нетипичная для него злость: — Ну, для начала, ты пыталась отобрать у нее отца. — Никого я не отбирала! И это не моя, блин, вина, что ты скрывал от него свою беременность! — вскинулась Момо. Изуку смерил её ледяным взглядом: — Не смей вешать это на меня. Я молчал только потому, что чувствовал себя ничтожеством. Я не хотел быть какой-то там «тайной интрижкой» или «грязным секретом», который всплывет в прессе только из-за ребенка! Так что извини меня за то, что я открылся ему только сейчас. И если ты не против, я бы попросил тебя держаться от нас подальше. В этот момент в комнату вихрем влетели Бакуго и Урарака, с ходу загородив собой Изуку с ребенком. — С малышкой всё хорошо? — взволнованно спросила Очако. Она аккуратно перехватила Ринко и с помощью своей причуды заставила её слегка воспарить над кроватью. Девочка грустно агукнула и тут же потянулась ручками обратно ко мне. Урарака бережно вернула её в мои объятия: — Вот, держи папочку. Малышка мгновенно успокоилась и крепко ухватилась за край моей футболки. Я повернулся к девушке: — Момо, мы расстаемся. Я объявляю о расторжении помолвки. Я не люблю тебя, никогда не любил и не полюблю. Мое сердце принадлежит Изуку и нашей дочери. Я любил Мидорию всё это время, еще задолго до того, как узнал о существовании Ринко. Сейчас я иду к отцу — брачный контракт официально аннулирован. Момо яростно зыркнула на меня: — Ну конечно! А всё потому, что ты просто эгоистичный козел, который не умеет держать себя в руках! Надо же, какая... Она не успела договорить. Стоило этим словам слететь с её губ, как в её сторону на полной скорости полетел сноп яркого пламени. Яойорозу с визгом отпрянула: — Как ты мог?! Погоди... Это был не твой огонь. Он другой! Я опустил взгляд на дочку. Ринко выглядела не по-детски сердитой, сердито раздувая щечки. — Ну-ка, повтори, маленькая, — завороженно прошептал я. Она довольно улыбнулась, пустила слюнявый пузырь, и из её ротика снова вырвались языки пламени, целенаправленно полетевшие в сторону Момо. — Она унаследовала мой огонь! — выдохнул я, оборачиваясь к Изуку. Но Мидория лишь обреченно бился лбом о косяк двери. — Причуда мутировала... Ну почему именно так? — простонал он. — О чем ты? — не понял я. — Это огненное дыхание моего отца, — уныло пояснил Изуку. — Он умел выдыхать пламя. Мне эта способность не передалась, и я понятия не имею, почему она всплыла у нее! Я ахнул. Ринко весело захихикала, и из её рта вырвалась новая, еще более мощная порция огня. — Тодороки, ты не понимаешь, — Изуку быстро подошел и забрал у меня дочку, крепко прижимая к себе. — Это пламя сильнее любой твоей обычной атаки. Оно подпитано... — он замолчал, прижимая её к сердцу. — Она унаследовала накопительную силу моей причуды. Это значит, что потенциально у нее может быть самый мощный огонь из всех, что когда-либо существовали в мире. Внутри у меня похолодело: — Мой отец... Он костьми ляжет, но попытается забрать её себе на воспитание. Но я не позволю. С ней он этого не сделает. — Да уймите вы её наконец! — в панике визжала Момо, забиваясь в угол кровати. — Она подбирается всё ближе ко мне! Каччан бесцеремонно выхватил Ринко из рук Изуку: — Слышь, хвостатая, завали хавальник! Этот ребенок и мухи не обидит! — он принялся легонько подбрасывать хохочущую кроху на руках. — Видишь? Абсолютно безобидное создание. Момо без сил рухнула на подушки: — Ты издеваешься?! Она только что пыталась поджарить меня живьем! Я забрал дочку обратно, строго посмотрев на Яойорозу: — Просто не нужно злить её родителей и хамить им. Она защищает свою семью. Изуку тихо и счастливо рассмеялся: — Боже, наша маленькая героиня... Ринко, словно понимая, о чем речь, весело захлопала в ладоши. — У нее определенно твой характер, Изуку, — улыбнулся я. — Интересно, а лед у нее тоже есть? Мидория лишь пожал плечами и первым направился к выходу. — В общем, Момо, между нами всё кончено. Пожалуйста, не приближайся ко мне больше, — отрезал я, выходя вслед за ним. В коридоре я перехватил Изуку и нежно поцеловал его в губы: — Так... теперь ты согласен стать моим парнем? Он смущенно кивнул, утыкаясь мне в плечо: — Да, согласен. Я снова поцеловался с ним, но тут же почувствовал, как крошечные ладошки требовательно легли мне на щеку. — Ого, кажется, кто-то у нас ревнует, — усмехнулся я. Мы одновременно поцеловали дочку в пухлые щечки, после чего я поудобнее устроил её на своем плече. Мы шли по коридору, крепко держась за руки. Мимо проходил Айзава-сенсей и благосклонно кивнул малышке. Ринко в ответ забавно икнула, и в сторону учителя вылетел небольшой сноп искр. — Ой, простите, пожалуйста! Она только сегодня научилась это делать, — поспешно затараторил Изуку, густо краснея. Сенсей замер на месте, удивленно приподняв брови, а затем философски заметил: — Из нее вырастет пугающе сильный герой. Я с гордостью кивнул. Но стоило нам завернуть за угол, как я вмиг растерял всю свою спесь и тяжело сглотнул: в конце коридора стоял мой отец. Я потянул Изуку за собой, пока тот торопливо прощался с классным руководителем. — Отец! — окликнул я его. Старик обернулся и первым же делом испепеляющим взглядом уставился на наши переплетенные с Изуку пальцы: — Это еще что такое? Шото, ты что, изменяешь своей невесте? Я демонстративно притянул Мидорию ближе и поцеловал его в щеку: — Он — мой парень. С Момо всё кончено, контракт аннулирован. И даже не заикайся об обратном. У нас с Изуку родился ребенок. Вот, смотри. Я развернул к нему Ринко. Малышка, ничуть не испугавшись грозного вида героя Номер Один, забавно высунула ему язык. Старик ошарашенно уставился на девочку: — Она... Она определенно твоя дочь, Шото. И этого мальчишки тоже. Но... Он неуверенно протянул руки, и я, на удивление для самого себя, без колебаний переложил кроху ему на широкую ладонь: — Вот, держи. Ринко широко улыбнулась грозному Старателю. — Какая же ты крошечная... Как её зовут? — непривычно тихо спросил отец. — Её зовут Ринко Май Тодороки, сэр, — мягко ответил Изуку, делая шаг вперед. Малышка потянула ручки к папе, и Изуку вложил в её объятия плюшевого зайца. — Вы уже знаете, какая у нее причуда? — спросил Энджи, переводя взгляд на Мидорию. Изуку нервно сглотнул: — Ну... мы предполагаем, но пока не знаем, насколько разрушительной окажется её полная сила. Отец внимательно осмотрел нас двоих. Я крепче обнял Изуку за талию, чувствуя, как внутри впервые за долгие годы разливается абсолютное, искреннее счастье. — Ринко, смотри, это дедушка-огонь. Покажешь ему, что ты умеешь? — ласково спросил Изуку. Малышка довольно заагукала, пустила пузыри и выдохнула аккуратную струю яркого пламени, весело пуская слюни. — Значит, огонь... — протянул Старатель, но в его глазах вспыхнул неподдельный интерес. — У нее мой огонь, отец, но его мощь подпитана причудой Изуку, — с гордостью пояснил я. Старик понимающе кивнул, бережно приподнимая ребенка повыше: — А лед? Я честно пожал плечами: — Пока не знаем. Энджи кивнул, бережно вернул мне дочку и даже неуклюже поцеловал её в крошечный носик. — Я люблю тебя, — прошептал я малышке, а затем повернулся к Изуку и вовлек его в глубокий поцелуй. — И я тебя люблю, — промурлыкал он, целуя меня в ответ. Ринко тем временем крепко ухватила Изуку за палец, требуя внимания. — Ой, чуть не забыл, — спохватился Мидория и поцеловал дочку в щечку. — Вот так, теперь всё по-честному, никто не обделен. Отец, наблюдая за этой картиной, неожиданно мягко улыбнулся. — Ты чего? — подозрительно спросил я. Он качнул головой: — Ничего. Раз уж у вас родился ребенок, старый контракт аннулирован, но взамен вступает в силу новый. Шото, ты обязан жениться на этом мальчике. Немедленно. У меня отвисла челюсть, но Изуку лишь весело толкнул меня локтем в бок: — Я вообще-то не против. Где тут расписаться? Ринко одобрительно запрыгала у меня на руках. В этот момент к нам подошел Киришима: — Ого, я уже прослышал, что у нас тут растет будущая гроза злодеев! Я с улыбкой переложил дочку ему на руки: — Она будет невероятно сильной. — Да уж, сильной и крутой, прямо как оба твоих папаши! — воодушевленно заговорил Эйджиро, баюкая кроху. — И как дядя Киришима! И как дядя... так, ладно, этого злого песика мы поминать вслух не будем. Ринко весело пискнула и снова выпустила небольшую струйку пламени. — Ого, полегче, полегче! Крутотень какая! — восхитился Киришима. Я забрал дочку обратно, осторожно сбивая пальцами маленькую искорку с его одежды. — С ней нужно будет заниматься тренировками с самого детства, — строго заметил отец. Я тут же предупреждающе зыркнул на него: — НЕТ. Ты не прикоснешься к ней и пальцем. Я не позволю тебе сделать с ней то же самое, что ты сделал со мной! Отец заметно понурился и отступил на шаг: — Я и не собирался, Шото. Я хотел предложить тебе свою помощь. Я... я просто хочу попытаться исправить свои прошлые ошибки. Я тяжело вздохнул, видя искреннее раскаяние в его глазах: — Ладно. Посмотрим. Отец благодарно кивнул и снова протянул руки. Я позволил ему подержать внучку. — Сколько ей? — Месяц, — улыбнулся Изуку. — Она родилась десятого мая. — Пожалуйста, привозите её в наш дом почаще, я хочу видеть, как она растет, — попросил старик, возвращая мне ребенка после очередного поцелуя в щечку. Я кивнул, и мы наконец покинули территорию академии UA. — Шото, а куда мы, собственно, идем? — поинтересовался Изуку, когда мы вышли за ворота. Я коротко поцеловал его в губы: — Скоро сам всё увидишь. Мы прошли буквально пару кварталов, как Ринко снова жалобно захныкала. Я со вздохом передал её Изуку. Но плач не прекращался. — Она проголодалась, — обреченно вздохнул Мидория и полез в детскую сумку. — Какое счастье, что я успел сцедить молоко перед выходом и взял с собой бутылочку. Я с нежностью поцеловал парня в щеку: — Ты у меня такой умный, Изу. Он смущенно хихикнул, доставая бутылочку: — Покормишь её сам? Я от неожиданности растерялся, но с огромным удовольствием устроился на ближайшей скамейке, поудобнее перехватил Ринко и снял защитный колпачок с соски. Стоило мне аккуратно коснуться кончиком соски её нижней губы, как малышка жадно захватила её ротиком и принялась мерно сосать, преданно глядя мне прямо в глаза своими разноцветными пуговками. — Изуку? — позвал я через минуту. — Мм? — отозвался он, поправляя плед. — А давай заведем второго? Мидория мгновенно залился густой краской и спрятал лицо у меня на плече: — Шото, ну прекрати!.. — Ну а что? Я ведь совсем не застал твою первую беременность, не помогал тебе, не был рядом, — мягко настаивал я. Изуку тихо вздохнул и с нежностью посмотрел на меня снизу вверх: — Дай мне хотя бы несколько месяцев, и я подумаю об этом, ладно? Не забывай, я всё еще хочу стать профессиональным героем. — Я знаю. Но я готов взять весь декрет на себя, сидеть дома с детьми и обеспечивать им уют, пока ты будешь спасать мир. Изуку грустно улыбнулся: — Но ты ведь тоже мечтал стать героем, разве нет? Я уверенно кивнул: — Да. Но я абсолютно не против пожертвовать карьерой ради того, чтобы воспитывать наших детей и видеть, как они растут. — Ладно, я правда подумаю об этом. Тем более моя мама точно будет счастлива подстраховать нас и посидеть с внуками, пока мы оба на работе. Я просиял: — То есть ты серьезно обещаешь подумать? — Да, обещаю, — улыбнулся он. Я потянулся к его губам за новым поцелуем, а когда отстранился, хитро прищурился: — Кстати, насчет того, как именно ты забеременел... Изуку испуганно зажал мне рот ладошкой, алея до кончиков ушей: — Молчи! Молчи, пожалуйста! Я со смехом поцеловал его ладонь, и он нехотя убрал руку. — Мне просто интересно, когда мы сможем снова... ну, ты понимаешь? — Конечно, сможем, но дай мне еще пару недель, чтобы организм окончательно восстановился, хорошо? К тому же мы только-только официально стали парой, так что не торопи события, — резонно заметил он, забирая у меня пустую бутылочку. Я аккуратно устроил Ринко у себя на shoulder, мягко похлопывая её по спинке: — Понял, не дурак. — И вообще, мне нужно будет сначала зайти к врачу и подобрать надежные контрацептивы, — пробормотал Изуку, отводя взгляд. — Потому что мне, конечно, безумно понравилась наша близость без презерватива, но... Я почувствовал, как мои собственные щеки стремительно заливает жар: — Ладно, договорились. В этот момент Ринко громко срыгнула воздух, и на её подбородке показалась капелька молока. Изуку со вздохом вытер её личико краем своей футболки: — Вот так, чистюля. Малышка весело задрыгала ножками. — Ну вот мы и пришли, — объявил я, останавливаясь перед высокими воротами больницы. Изуку удивленно округлил глаза: — Погоди, мы пришли навестить твою маму? Я кивнул: — Именно. Он занервничал, крепко сжимая мою свободную руку: — Боже, Шото... А вдруг я ей не понравлюсь? Я уверен, что от Ринко она будет в восторге, но как она отнесется ко мне? — Она полюбит тебя с первого взгляда, поверь мне, — успокоил я его, увлекая внутрь здания. Изуку сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь унять дрожь. Ринко на руках внезапно забавно зафыркала, пуская слюни. — Вот видишь, даже дочка пытается намекнуть тебе, что переживать совершенно не о чем, — улыбнулся я, целуя его в висок. — Она видит этот мир чистым и беззащитным, и нам стоит поучиться у нее этому спокойствию. Мы подошли к стойке регистрации. Пожилая медсестра подняла глаза от документов: — О, здравствуй, Шото! Снова пришел проверить Рей? — Да, здравствуйте. Женщина перевела взгляд на шевелящийся сверток у меня на руках и пораженно ахнула: — Батюшки, а это что за кроха? — Это моя дочь, Ринко, — с гордостью ответил я. — Какая очаровательная девочка! — искренне восхитилась медсестра. — А кто же её мама? Изуку тепло улыбнулся, наклоняясь к малышке: — Это я её мама, правда же, моя маленькая принцесса? Женщина удивленно моргнула, переводя взгляд на Мидорию: — Ох, простите, молодой человек, я вас сначала и не заметила. — Ничего страшного, всё в порядке, — вежливо отозвался Изуку. Я нетерпеливо переступил с ноги на ногу: — Мы можем пройти? Женщина кивнула, и мы направились по знакомому коридору к палате моей матери. Я осторожно толкнул дверь и заглянул внутрь: — Привет, мам. Рей повернулась к нам с мягкой улыбкой: — Здравствуй, Шо... О боже, а кто это у нас тут? — она тут же заметила малышку, которая увлеченно сосала свой кулачок, второй ручкой намертво прижимая к себе плюшевого зайца. — Мам, знакомься. Это твоя внучка, — объявил я. Изуку тихо зашел следом за мной, аккуратно прикрыв за собой дверь. — Неужели?.. — на глазах мамы выступили слезы. Ринко в этот момент со звонким чмоканьем вытащила кулак изо рта, оставив на подбородке мокрую дорожку слюней, дотянулась до моей щеки и весело захихикала. — Можно мне подержать её? — с трепетом спросила мама. Я кивнул, подошел ближе и бережно переложил дочку в её руки. После этого я вернулся к Изуку и крепко обнял его за талию, притягивая к своему боку. — Какая же она крошечная... Настоящая маленькая принцесса, — ворковала мама, осторожно щекоча Ринко за пухлый животик. Затем она подняла взгляд на моего спутника. — О, здравствуй. — Здравствуйте, — робко ответил Изуку, судорожно вцепившись пальцами в край моей футболки. — О, так ты, должно быть, Изуку? Привет, милый, — тепло улыбнулась она. Мидория удивленно посмотрел на меня, и я тихо шепнул ему на ухо, целуя в щеку: — Ну вот, а ты боялся. Я же говорил, что ты ей понравишься. — Да, это я... — смущенно подтвердил Изуку. Мама понимающе кивнула, позволяя Ринко ухватиться за свой палец: — Вы ведь наконец-то встречаетесь с моим сыном? Шото так долго был несчастен, но рядом с тобой его глаза буквально светятся от радости. Изуку посмотрел на меня с нежностью и открыто улыбнулся: — Да. Теперь я официально его парень. Мама тихо рассмеялась: — И, судя по всему, ты мамочка этой прекрасной маленькой принцессы? Изуку утвердительно кивнул. — Спасибо тебе, — искренне произнесла Рей. — Ну что вы, вам совершенно не за что меня благодарить... — смутился Мидория. — Есть за что, поверь. Я хочу сказать тебе спасибо за то, что ты сделал моего сына по-настоящему счастливым, и за то, что подарил мне такую чудесную внучку. — Ну, она куда больше похожа на Шото, так что неудивительно, что она родилась такой красавицей, — пробормотал Изуку, отчего мои щеки мгновенно обдало жаром. Вдруг Ринко на руках у бабушки начала капризно ворочаться и жалобно захныкала. — Ох, иди к мамочке, моя хорошая, — Изуку тут же подошел ближе и забрал дочку, принимаясь мелко подпрыгивать на месте. — Ну вот, видишь, Шото? Ты разбудил её посреди тихого часа, и теперь она вредничает. Я виновато вздохнул: — Прости, я ведь не знал, что она спала, когда мы заходили. Изуку ласково улыбнулся: — Да ты вообще до сегодняшнего дня ничего о ней не знал. Я пожал плечами, не сводя с них глаз: — И пускай. Главное, что теперь я рядом и безумно люблю вас двоих. Мама, наблюдая за нами, тихо и счастливо прикрыла рот ладонью: — И она тебя тоже очень любит, Шото. — Обычно она спит около часа, но, думаю, сегодня ей хватит и тридцати минут, — заметил Изуку, продолжая укачивать дочку. Я подошел к сумке, оставленной на стуле, достал чистую пустышку и аккуратно вложил её в ротик Ринко. Малышка сонно потерла личико кулачком и мгновенно затихла. — Позволишь мне подержать её, пока она засыпает? Пожалуйста, — тихо попросила мама. Изуку тепло улыбнулся и бережно переложил сонный сверток обратно в её объятия.