Run on Gasoline

Есть много слов, которые Кларк могла бы использовать, чтобы описать нынешнюю ситуацию. Неловкая. Некомфортная. Но она решает остановиться на довольно смущающей. Это, пожалуй, единственное выражение, которым можно в точности передать атмосферу поездки в лифте с Лексой Вудс. Вкупе с чертовски заметными косыми взглядами от них обеих и пристальным изучением потолка, как будто это самая интересная вещь в мире. В тот момент у нее в голове мелькает только одна мысль: если бы не Аня, ее бы здесь не было. Даже с ее очевидным отсутствием фильтра во время разговора, ей нравилась блондинка постарше. С ней было на удивление легко ладить, поэтому Кларк решает, что общение с Аней - самый безопасный вариант, когда она и высокая брюнетка находятся в одной комнате, а ее так называемые "друзья" заискивают перед ней, будто она сама Королева. Итак, Кларк пытается завязать разговор с Аней, и подойдет любая тема, если это успешно остановит ее взгляд от порхания к покерному столу, где сидит некая зеленоглазая девушка. Она определенно не следила за изящными движениями ловких рук Лексы. Или как один уголок ее губ приподнимается и складывается в полуулыбку каждый раз, когда ей выпадает лучшая комбинация. Или как она легко вступает в игривую перепалку с парнями и терпит грязные ругательства Октавии и Рейвен. И то, что Лекса меньше похожа на злую боевую машину, а больше на мягкую, хорошо воспитанную, нежную душу, определенно не вызывает странного чувства в ее груди. Но Аня – эта маленькая дрянь, которой она является – раскусила надежный план Кларк. Каждый раз, когда Кларк придумывала новую тему, женщина постарше возвращала их разговор к предмету ее отвлечения. Так что теперь у нее в голове всплывают случайные факты о Лексе. Например то, что у Лексы дома есть собака по кличке Фиш, или как она произносит реплики вместе с Муфасой, когда он рассказывает Симбе об их королевстве в "Короле Льве". Было уже слишком поздно, когда Кларк поняла злого гения Аню. И она уже предложила сходить за пивом с человеком, от которого пыталась держаться подальше. Что ж, по крайней мере, спуск на лифте был коротким, и теперь они в Фольксвагене Кларк, с Лексой за рулем и ею на пассажирском сиденье. Она была так уверена, что вся поездка пройдет в тишине, поэтому для нее было шоком услышать, как Лекса прочистила горло и заговорила. – Твоя машина действительно дерьмовая, – говорит она, не отрывая глаз от дороги. Что ж, это был один из способов сломать лед. – Прошу прощения? – Кларк поворачивает голову к Лексе так быстро, что чуть не повреждает шею. На лице брюнетки отражается понимание того, что она, возможно, только что обидела Кларк, оскорбив ее машину. – Я просто имела в виду, что твоя машина не в очень хорошем состоянии, – объясняет она. – Оу, да? И с чего же ты это взяла? – Моя задница, – прямо отвечает Лекса. Если Кларк не была сбита с толку раньше, то теперь она определенно сбита с толку. Потому что, какого хрена это значит? И серьезно, ее мозг не должен был помещать в ее сознание менее чем целомудренные образы задницы Лексы, когда они, возможно, находятся в разгаре очередного спора. Она думает, что это - маленькое милосердие, потому что она воздержалась от выпивки, и одному Богу известно, что она сказала бы на это после, будь навеселе. Поэтому она отвечает тем, что, по ее мнению, является единственным надлежащим ответом с учетом сложившейся ситуации. – Что? – бормочет Кларк, ее лицо сморщилось в полной растерянности. – О, ну... я просто... – она вздыхает и решает начать все сначала. – Слушай, я занимаюсь механикой, и трачу много времени на работу с машинами и их вождение. Если обратить внимание на вибрации, которые ощущаются на передних сиденьях, можно определить, что с машиной что-то не так. – Да будет тебе известно, что эта машина только из сервиса, и я заплатила за ее обслуживание кучу денег. Так что нет, с ней все в порядке. – Они медленно останавливаются на перекрестке. – Нет, смотри, – Лекса переключает передачу, когда загорается зеленый, – возможно, ты не чувствуешь, но шестеренки скрипят, а это означает, что, скорее всего, одна из них треснула. Шины не выровнены. А этот звук, когда я ускоряюсь, - признак того, что ремень вентилятора ослаблен. Ты должна потребовать вернуть деньги, – заканчивает она, пожимая плечами. – Ладно...? Но мы действительно будем говорить о моей машине? Потому что я почти уверена, что все технические детали будут выше моего понимания. – О, я просто подумала, что мне стоит дать тебе знать. Мы вообще не должны разговаривать, если ты не хочешь, Кларк. Кларк надеется, что тот факт, что она почувствовала дрожь, пробежавшую по спине при упоминании ее имени, не показался Лексе слишком очевидным. Она действительно должна была так его произнести, мягко катая букву "р" на языке и выталкивая "к" в конце? У нее не было готового ответа. И прежде чем она сможет оправиться от кратковременной потери функций, уже слишком поздно. – Мы на месте, – говорит Лекса, когда они подъезжают к мини-маркету, а затем расстегивает ремень безопасности и открывает дверь. – Эй, почему бы мне не пойти вперед, пока ты паркуешь машину? Похоже, тебе не помешает практика. Кларк теряет дар речи и оскорбляется во второй раз за последний десять минут. Это, должно быть, новый рекорд. Но Лекса уже вышла из машины и быстро шагает в сторону магазина, прежде чем она успевает как следует обматерить брюнетку. Этот нахальный ублюдок. «О, я покажу ей», – думает Кларк. Она припаркует машину так хорошо, что этот долбанный мини-маркет увековечит ее усилия в Зале славы или что-то в этом роде. Кого волнует, что она шесть раз проверила, действительно ли ее Жук находится в центре двух желтых линий, перед тем как, наконец, зайти в магазин? Она находит Лексу, почесывающую затылок посреди винного отдела, похожую на ребенка, который заблудился в торговом центре. Она бы рассмеялась, если бы все еще не кипела от гнева на последнее, что сказала ей высокая девушка. – Ладно, в чем твоя проблема? – Кларк злорадно улыбается, когда брюнетка подпрыгивает от звука ее голоса и поворачивается к ней. – Что? – Что, черт возьми, это было там, в машине? "Похоже, тебе не помешает попрактиковаться", – она доволно слабо имитирует голос Лексы. – Я имею в виду, что я предложила свою помощь, просто попыталась поступить правильно, а потом ты говоришь такую херню. – Я не подозревала, что ты так болезненно относишься к своим навыкам парковки. Если я правильно помню, ты казалась очень уверенной в них тогда в клубе, – говорит Лекса, взмахивая рукой. Кларк стонет. Конечно, эта несносная зеленоглазая девчонка поднимет этот вопрос. – Так вот в чем дело? Я думала, что позволить тебе вести мою машину и отправиться с тобой в эту дурацкую поездку за пивом будет достаточным извинением. – Ты называешь это извинением? – спрашивает Лекса, приподнимая бровь. – Хорошо, ладно. Я просто... я отстой в извинениях, а ты действительно раздражающая, так что вот. – Не принято, – заявляет Лекса. – Что? – Твои извинения не принимаются. Она закатывает глаза. – Ладно, а что если я просто куплю тебе твой собственный ящик пива? Вина, виски или, может быть, водки? – Лекса медленно качает головой, достает что-то из кармана и бросает Кларк. Она ловит его прежде, чем он попадет ей в глаз, и смотрит на него. Это жетон трезвости. Оу. Что ж. Вот дерьмо. Она только что предложила купить спиртное для завязавшего алкоголика. – Черт, я не знала. Я не хотела тебя обидеть или что-то в этом роде. – Не беспокойся об этом. Давай просто возьмем пиво и свалим отсюда, – отвечает Лекса, забирая обратно золотую монету. – Вообще-то я не знаю, что вы там пили, так что... Ты, наверное, должна быть той, кто выберет. Кларк просто кивает и двигается к пивным ящикам Dos Equis позади Лексы. Каждый берет по одному ящику и платит за него. Возвращаясь к машине, они снова погружаются в неловкое молчание.

***

Лекса старается не споткнуться во время ходьбы, слишком занятая разглядыванием Кларк. Она не может этого сделать. Но очень сложно сосредоточиться на переставлении одной ноги вперед другой, с тем, как выглядит блондинка рядом с ней: она держит ящик двумя руками, и так получилось, что взгляд Лексы периодически падает на щедрое количество обнаженных участков ее декольте. – С тобой все хорошо? – хрипло спрашивает ее Кларк, и это совсем не помогает ее совести. – Отлично. Я в порядке, – поспешно отвечает она. Какое облегчение, что они уже рядом с машиной. Когда они останавливаются перед хэтчбеком и опускают ящики, она видит, как Кларк бледнеет и резко выпрямляет спину. Чувствуя беспокойство, Лекса полностью поворачивается к голубоглазой девушке, чтобы проверить, не случилось ли чего. Кларк кажется физически в порядке (черт, или не так уж и в порядке), поэтому она оглядывается вокруг, чтобы посмотреть, не вызвало ли что-то другое выражение паники на лице девушки. Как, например, ее конченный бойфренд. Но стоянка практически пуста. – Эй, что случилось? Ты выглядишь так, будто увидела приведение, – говорит Лекса, и Кларк, наконец, выходит из своего панического транса, оглядываясь на нее. Блондинка запускает руки в волосы и издает очень громкий вздох. – Ладно, ты действительно меня возненавидишь. – Что? – Кажется, я оставила ключи в машине. Лекса обегает машину так быстро, как только может, и бросается к водительской двери. Она пытается открыть ее, но она, конечно же, не поддается. Ей почти не хотелось смотреть в окно, чтобы убедиться, что ключи действительно находятся в замке зажигания. Она все равно делает это, и при виде ключей, болтающихся там, ей хочется биться головой о стекло. Но будучи разумным человеком, она просто ходит вокруг, проверяя, заперты ли остальные двери. И они, безусловно, являются таковыми. Лекса возвращается туда, где стоит Кларк. – Как тебе вообще удалось так облажаться? – Лекса почти кричит. Ей никогда не нравилось чувство потери самообладания, поэтому она делает глубокий вдох, чтобы успокоиться, и ждет очередных оправданий от Кларк. – Блять, я... просто ты несла чушь про мою парковку, и я, видимо, отвлеклась. Слушай, я все исправлю. Я сбегаю обратно в магазин, посмотрю, нет ли у них каких-нибудь инструментов или чего-нибудь, что мы могли бы использовать. Оставайся на месте. Я обещаю, что все исправлю. Кларк не дала ей возможности ответить, потому что уже мчится к магазину. Лексе оставалось только опереться на машину и ждать блондинку. Она решает быть полезной и написать Линкольну, что они немного задержатся, и чтобы они не беспокоились, потому что с ними все в полном порядке. И если она не сообщает ему никаких подробностей, то только потому, что он и Аня не дадут ей спокойно жить, даже если она не была виновата. Лучше не давать ее кузенам больше поводов для этого. Кларк возвращается через несколько минут, выглядя подавленной и сломленной. – Что ж, у них нет в продаже никаких инструментов. Может быть, мы просто разобьем стекло камнем? Я уверена, моя мама будет не против оплатить это. Я просто скажу, что произошел несчастный случай или что-то подобное. Может, тебе даже полегчает, если ты сломаешь что-нибудь из моих вещей, я не знаю. Лекса ненавидит то, как сжимается ее грудь, когда она видит, насколько разбитой выглядит Кларк. – Это один из способов попасть под арест, Кларк, а я не хочу провести ночь в тюрьме. – Она оседает на землю и жестом приглашает блондинку присоединиться. – Слушай, давай просто остановимся на минутку и обдумаем наши варианты. Нам не поможет, если мы продолжим паниковать и примем поспешные решения, – к ее удивлению, блондинка не спорит и садится рядом, соприкасаясь с ней коленями. Двадцать минут спустя они все еще не разработали план действий, а Кларк уже откупоривает одну бутылку пива за другой, потому что ей хочется пить. Лекса не знает, считать ли это забавным или грустным, что Кларк слишком быстро пьянеет. Она уже невнятно произносит слова и ее слегка кренит в сторону. – Ты, наверное, думаешь, что я такая сука, – протягивает Кларк. – Нет, Кларк, я так не думаю, – вздыхает она. – Нет, правда. А ты просто крутой ниндзя на байке, о котором все мои друзья постоянно болтают, – говорит блондинка с такой ясностью, что Лекса усомнилась бы в ее пьяном состоянии, если бы не увидела, как Кларк выпивает две бутылки пива. Лекса отворачивается от пронзительной синевы глаз, сверлящих ее собственные, и выдыхает. – Не делай этого, Кларк. Не думай о себе хуже, если совершала ошибки. – Она чуть не выпрыгивает из собственной кожи, когда чувствует, как голова Кларк опускается ей на плечо. Она не осмеливается посмотреть на блондинку, потому что иначе не сможет удержаться и обнимет эту явно уязвимую женщину. Кларк слегка покачивает головой с тихим смешком, и Лекса чувствует каждое движение на своем плече. – Ты не можешь этого делать. Ты не можешь быть милой со мной, – слышит она бормотание девушки. – Да, могу, – говорит Лекса, не удерживаясь от смеха. Она позволяет своему взгляду блуждать дальше, к ряду круглосуточных магазинчиков поодаль. Она замечает небольшой комиссионый магазин, и ей в голову приходит блестящая идея. – Пойдем, я знаю, как мы можем вернуться в машину. – она помогает Кларк подняться, и они направляются в секонд-хенд, правда в медленном темпе, потому что блондинка чуть передвигает ноги. – В общем, план такой. Я собираюсь спросить продавца, не могли бы мы одолжить вешалку, чтобы я смогла взломать замок твоей машины. – Оуу, я поняла. Хороший план, мне нравится, – говорит невысокая девушка с решительным кивком, который Лекса возвращает. Но прежде чем она успевает уйти, чтобы сделать это, Кларк хватает ее за руку. – Я. Разберусь. С этим, – блондинка медленно произносит каждый слог. А потом она мчится в сторону магазина, в то время как Лекса открывает и закрывает рот в попытке выразить свое несогласие. Она просто тупо смотрит в спину своей спутницы, когда та начинает агрессивно жестикулировать женщине за стойкой. Голос Кларк с каждой секундой становится громче, но она все еще не может произнести ни единого слова, поэтому решает хотя бы просто подойти. – Ну же, помогите девушке. Мне нужна вешалка секунд на двадцать, не больше. Я верну ее обратно, как только закончу, – объясняет Кларк женщине. – Леди, я не могу дать вам вешалку, пока вы не скажете, для чего собираетесь ее использовать. Кто знает, а вдруг вы неуравновешенный человек, который использует ее, чтобы нападать на людей на улице. Черт возьми, вы даже можете использовать ее для аборта или чего-то подобного, – говорит служащая. Она видит, как глаза Кларк расширяются, и она громко ахает. Что ж, это нехорошо. – Да как вы смеете?! С меня достаточно ваших лживых утверждений! – кричит блондинка. Именно в этот момент Лекса входит и оттягивает невысокую девушку назад и в сторону, подальше от любопытных глаз женщины, которую Кларк собиралась растерзать до смерти. – Хорошо, а теперь остынь, Кларк. Я все улажу, – уверяет ее Лекса приглушенным голосом. – Но она намекнула, что я собираюсь сделать аборт! – шипит Кларк. – Я знаю, но давай не будем создавать никаких проблем, которые могут привести нас к аресту, хорошо? Просто позволь мне сделать свое дело, ладно? В конечном итоге, Лексе пришлось купить настоящее пальто, чтобы получить эту вешалку. Потребовалось всего несколько улыбок и добрых слов, чтобы убедить продавщицу дать им эту чертову вешалку. Лекса придумала какое-то нелепое оправдание, что ей нужна вешалка для того, чтобы не помять этот тонкий материал, когда она будет везти его домой в машине. Вредная женщина даже помахала рукой на прощание, когда она выходила из магазина. Когда они вернулись к машине, Кларк смотрела на нее так, будто у нее за последние пятнадцать минут выросла вторая голова. Когда она вопросительно поднимает бровь, блондинка удивленно качает головой. – Не могу поверить, что тебе это удалось. Блять, эта продавщица выглядела так, словно была наполовину влюблена в тебя к концу вашего разговора. Охренеть. Лекса просто пожимает плечами. Кларк выглядит так, будто она вот-вот отключится, поэтому она решает отпереть машину как можно быстрее. – Это как раз то, чем я занимаюсь. Эй, а теперь мне нужно, чтобы ты была начеку, пока я вскрываю замок, хорошо? Просто остерегайся людей, которые могут подумать, что мы угоняем машину, и чуть что предупреди меня. – Блондинка шутливо отсалютовала ей и встала в нескольких шагах от машины, нетерпеливо оглядываясь вокруг. Через несколько минут Лексе удается согнуть вешалку в нужную форму. Затем она вставляет ее как тонкую металлический пластину между оконной рамой и панелью, чтобы подцепить замок, не повредив его, и проникнуть в машину. И она может поклясться, что щелчок отпираемой двери сопровождается хором поющих ангелов с небес. – Да! – кричит Кларк, вскидывая кулаки в воздух. Лекса проскальзывает на водительское сиденье и открывает пассажирскую дверь для Кларк. Она возвращается, чтобы поставить проклятые ящики с пивом в багажник. Обратный путь проходит в тишине, в основном потому, что Кларк заснула как только ее затылок коснулся подголовника. Она набирает номер Линкольна, когда они подъезжают к дому, и просит ребят спуститься, чтобы помочь ей занести внутрь дремлющую Кларк и пиво. – Что, черт возьми, произошло? – спрашивает Рейвен. Октавия просто стоит с широко открытым ртом, в то время как у Ани появляется эта раздражающая ухмылка на лице. – Знаешь что? Давай отложим эту историю до завтрашнего утра. Ты даже не представляешь, как я устала, и я прямо отсюда слышу, как моя кровать зовет меня, – говорит Лекса, прикрыв глаза. Она бросает последний взгляд на Кларк, которая теперь спит на диване, в то время как остальная часть группы занята исправлением своего "ужасно трезвого" состояния.