Свобода выбора.

Добравшись до городка, расположенного недалеко от их конечного пункта назначения, Вэй Усянь отправил весточку сестре о том, что он и Цзян Ваньинь прибудут завтра утром. Скрепя сердце, и на радость Лань Ванцзы, глава ордена Цзян снял себе и новообретенному шиди отдельные комнаты на постоялом дворе, несмотря на то, что ему очень хотелось оказаться с ним в одних апартаментах на случай, если тот в последний момент передумает идти в Пристань Лотоса. — Встретимся внизу через час, — небрежно бросил он всем, ничем не выдав своей тревоги. — Было бы неплохо поужинать всем вместе перед сном. Цзян Ваньинь молча поднялся в отведенную ему комнату, оценив то, что Вэй Усянь решил соблюсти приватность. Особенно после того, как заметил, что братья Лань предпочли одиночеству совместное проживание. Когда работники двора принесли горячую воду для купания, он подошел к испускающей пар деревянной бочке и посмотрел на свое отражение. Было странно видеть себя в одеждах ордена Юньмэн Цзян. Будучи еще ребенком, он часто думал о том, что его собственная фамилия похожа на родовое имя хозяев Пристани Лотоса. А найденный однажды серебряный колокольчик отца, лишь подтвердил догадку, что он имеет прямое к ним отношение. Здравый смысл подсказывал, что такой талантливый заклинатель, как его отец, не стал бы жить за пределами ордена. Оставалось только предполагать, что же такого произошло между ним и остальными членами семьи. И вот теперь он знал все и вместо него возвращался домой. И дураку было понятно, что вряд ли его там примут с распростертыми объятиями. Но обо всем этом он подумает потом, потому что сейчас его занимали куда более тяжелые мысли. Теперь, когда отца не было в живых, он остался совершенно один. Скинув с себя одежды, Цзян Ваньинь с головой погрузился в маленькую часть стихии, что была ему ближе всего. Лишь она могла облегчить таившееся в сердце горе от потери единственного близкого человека, бывшего оплотом его существования. Он задержался под водой, позволив собственным слезам смешаться с ней. Ему больше не на кого положиться кроме самого себя, а значит и этот мир не должен знать о его слабостях. Все скроет вода, омыв его лицо от слез, словно ласковые руки матери, которую он так и не успел узнать, но чье кольцо на пальце говорило о том, что он был все-таки любим ею. Да, он будет сильным и отныне справится со всем, чтобы не случилось с ним в этой жизни. Истратив последнюю каплю воздуха в своих легких, Цзян Ваньинь собрался вынырнуть, но не успел, ибо чьи-то сильные руки подхватили его, вытащив на поверхность. — А-Чэн! Тебе плохо?! — послышался встревоженный голос Вэй Усяня. Юношу покоробило от того, как его имя прозвучало в устах человека, которого он знал всего пару дней, но возмутиться подобному панибратству ему не дала вода, стекающая с волос прямо в глаза, нос и рот. Внутреннее чутье подсказывало, что если он сейчас же не выскажет протест, то так и будет именоваться этим приторно-ласковым «А-Чэн», что страшно его нервировало. Но не успел Цзян Ваньинь об этом подумать, как случилось совершенно непредвиденное. Все еще поддерживающие его руки Вэй Усяня, неожиданно заскользили по его телу, ощупывая во всех доступных им местах. — Хм, а ты действительно хорошо сложен, — пробормотал молодой человек, сосредоточенно нахмурив брови. — Чувствуется, что физической нагрузкой ты не пренебрегаешь. — Руки… убрал, — процедил сквозь зубы тот, на мгновение потеряв над собой контроль от подобной наглости. Фиолетовые всполохи от искр Цзыдяня, встревоженного всплеском отрицательных эмоций своего нового владельца, дали понять Вэй Усяню, что он забылся и перегнул палку. Отпустив своего шиди и подняв обе руки вверх, он медленно попятился назад: — Цзян Чэн, я принес тебе сменную одежду, чтобы ты мог надеть ее после купания. Ту, что была на тебе днем, я заберу, чтобы слуги к утру привели ее в …. Слова застряли у него в горле, когда Цзян Ваньинь поднялся в полный рост. Опираясь о края бочки, юноша гневно смотрел на незваного гостя, который без капли смущения осматривал представший его взору роскошный вид. Мысленно он уже подбирал для него комплекс тренировок с учетом его телосложения и даже предвкушал результат, который тот должен был в итоге получить. — А-Чэн, мы с тобой будем парой непревзойденных заклинателей, — мечтательно улыбнулся Вэй Усянь, сложив руки на груди. «О чем он вообще думает? — в очередной раз поразился Цзян Ваньинь. — Уму непостижимо!» — Пошел вон! — рявкнул он, схватив упавшую в воду ткань для обтирания и кинув ее в, потерявшего всякий стыд, главу ордена Цзян. К этому моменту Вэй Усянь уже успел широко распахнуть дверь, поэтому мокрая тряпка вылетела в коридор, даже не коснувшись смеющегося возмутителя спокойствия. — Не забудь спустится к ужину, — заботливо напомнил он ему, прежде чем закрыть дверь ради собственной же безопасности. — Глава ордена Цзян, как я вижу, вы налаживаете взаимоотношения с Цзян Ваньинем, — держа в руках влажный кусок ткани, сочувствующе произнес Лань Сичень. — И, судя по всему, не очень успешно. — Ой, да ладно тебе, — отмахнулся Вэй Усянь, ничуть не расстроенный произошедшим. — Именно эта его непокорность и вызывает во мне такой восторг. Я бы скорее разочаровался в нем, веди он себя иначе. Любой на его месте посчитал бы, что ему выпал счастливый шанс и не преминул бы им воспользоваться, лебезя передо мной и угодливо улыбаясь. Кто угодно, но только не сын Госпожи Юй. — По возвращении в Пристань Лотоса настоятельно рекомендую вам не откладывать свой визит к близнецам Сяо, — многозначительно посмотрел на закрытую дверь Лань Сичень, за которой угадывались звуки всплесков воды вперемешку с сердитой бранью. — Боюсь, что из-за вашего чрезмерного восхищения им, кто-то может принять Цзян Ваньиня не за младшего брата, а за вашего любовника. — Не преувеличивай. Ты же видел моего шиди, — направился к лестнице Вэй Усянь. — Он действительно достоин того внимания, что я ему оказываю. У меня на него серьезные планы, поэтому настоятельно рекомендую тебе быть очень осторожным в отношении Цзян Ваньиня. Даже не думай сделать из него пешку в своих играх с Цзинь Гуанъяо и Не Минцзюэ. Проводив взглядом ушедшего прочь заклинателя, Лань Сичень бросил еще один взгляд на дверь комнаты юноши, с досадой цокнув языком. Покинув бочку с водой, Цзян Ваньинь костерил Вэй Усяня на чем свет стоит. Нестерпимо хотелось плюнуть на все и вернуться обратно в свой дом. И лишь понимание того, что тот будет его преследовать, пока он хотя бы раз не посетит Пристань Лотоса, сдерживало его душевный порыв. Спустившись вниз к ужину, юноша увидел, что трое молодых людей уже сидели за столом и оживленно о чем-то говорили. Точнее, тон беседы задавали Вэй Усянь и Лань Ванцзы, в то время как Лань Сичень лишь с интересом поглядывал на этих двоих, стараясь не пропустить ни малейшего изменения в выражении их лиц. — И не подумаю! — резко выразился Вэй Усянь. — Им нет прощения. И не пытайся меня в этом переубедить. — Разве неясно, что эта резня была инициативой Вэнь Жоханя? — жарко возражал ему Лань Ванцзы, слегка наклонившись вперед. — Почему весь орден должен нести ответственность за самодурство тирана? — С чего такая уверенность, что орден не знал о планах своего главы? — зло усмехнулся заклинатель, откинувшись на подушки позади него. — Ни за что не поверю, что Вэнь Чао не был осведомлен о действиях своего отца и старшего брата. — Он не был прямым наследником, поэтому вполне мог ничего и не знать. — Мы оба с тобой фактически не были прямыми наследниками наших орденов, — холодно посмотрел ему прямо в глаза Вэй Усянь. — И вот, как и он, теперь являемся главами наших семей при живых старших братьях и сестрах. Ты никогда не думал о том, что это может быть тактический ход, удачно спланированный заранее? — Мы все знаем друг друга с детства, — тихо ответил Лань Ванцзы, не отводя твердого взгляда от цинично улыбавшегося Усяня. — Случись подобное с тобой, я бы до последнего отстаивал тебя. — Спасибо, конечно, но не припоминаю, чтобы я становился адептом Гусу Лань. Став главой ордена, в первую очередь ты должен думать о нем и своей семье. Цишань Вэнь убил не только наших отцов, но и родителей тех, кого мы с тобой, как и Вэнь Чао, называем друзьями. — Большинство из них согласны со мной, так как понимают, что любая ошибка приведет к войне. Они не хотят этого. — Не хотят войны? — насмешливо бросил Вэй Усянь. — Если ты не заметил, она уже началась, и любая ошибка приведет к поражению в ней. — Ребята, умерьте свой пыл, а то вы испортите кое-кому аппетит, — добродушно произнес Лань Сичень, заметив появление юноши. — Они вполне могут продолжить, — спокойно произнес Цзян Ваньинь, присаживаясь за стол и беря в руки палочки, чтобы приступить к еде. — Как бы то ни было, я полностью согласен с Вэй Усянем, поэтому с удовольствием послушаю аргументы главы ордена Лань. — И почему же ты придерживаешься похожей точки зрения? — поинтересовался Лань Сичень, подвинув некоторые из блюд поближе к юноше. — Человек, совершивший преступление, должен понести наказание независимо от того, насколько он раскаялся в содеянном, — ответил Цзян Ваньинь, проигнорировав придвинутые к нему тарелки, отдав предпочтение другим блюдам. — Если еще не была установлена истинная роль Вэнь Чао в событиях той ночи, то насколько разумно будет доверять только его словам? — Ты человек новый в нашем кругу, — холодно заметил Лань Ванцзы, не удостоив того даже взгляда. — Я знаю Вэнь Чао достаточно давно, чтобы иметь представление о том, что он может сделать, а что нет. — Младшие отпрыски пяти великих орденов, что выросли вместе, — фыркнул юноша, налив в свою чашу вина. — Глава ордена Лань, ты ведь знал ту, что зовут моей матерью? Что можешь сказать о ней? — Госпожа Юй была женщиной во всех смыслах заслуживающей уважения, — осторожно произнес заклинатель, тщательно подбирая каждое слово. — Отрадно это слышать. Мог ли ты предполагать, что у столь благородной супруги главы именитого ордена будет внебрачный сын? Навряд ли. Ты действительно хочешь продолжить убеждать нас, что у вашего товарища детства нет своих секретов? Вэй Усянь спрятал горделивую ухмылку за чашей с вином, что, однако, не укрылось от братьев Лань, каждый из которых отреагировал на нее по-своему. Если Лань Ванцзы, наконец-то, одарил Цзян Ваньиня уничижительным взглядом, то Лань Сичень засмеялся в голос, слегка хлопнув по столу: — Глава ордена Цзян, когда ты выскочил из комнаты Цзян Чэна час назад, мне было показалось, что вы там разругались в пух и прах, а на деле оказалось, что вы наоборот спелись, да еще и так славно. — Тебе не показалось, — раздраженно щелкнул палочками юноша, вспомнив о происшествии. — И мы не спелись. Просто именно в этом вопросе я совершенно с ним солидарен. И, кстати, зови меня полным именем. — Не вижу смысла продолжать наш спор. Судьба ордена Цишань Вэнь решится через три месяца, а пока пусть каждый останется при своем мнении, — осушил чашу Вэй Усянь, дав понять, что больше не намерен вести беседу на эту тему. Молодые люди перешли от обсуждения политики к более приземленным разговорам: оружие, редкие диковинки, алкоголь и прочие незначительные вещи. Спустя какое-то время, Цзян Ваньинь наблюдал за тем, как Вэй Усянь подначивает выпить чашу вина Лань Ванцзы, сидевшего напротив него с каменным выражением лица. — Неужели он, действительно, глава ордена? — пробормотал юноша, смотря на жизнерадостного человека, в поведении которого ничего не указывало на то, как совсем недавно он бескомпромиссно урезонил своего оппонента. — Не сомневайся, — отозвался Лань Сичень. — Возможно, он и производит впечатление легкомысленного молодого господина, однако, он предельно серьезен, когда дело касается ордена и семьи. Не стоит скидывать со счетов и то, что он один из сильнейших заклинателей и бойцов нашего поколения. — Это правда? — приподнял брови Цзян Ваньинь, не особо доверяя словам малознакомого мужчины. — Хм, Вэй Усянь! — позвал того Лань Сичень. — Твой шиди хочет убедиться, что ты достоин быть главой Юньмэн Цзян. — А-Чэн, мог бы и сам меня попросить о небольшом спарринге, — моментально отреагировал Усянь, состроив обиженную мину. — Да, в принципе, не сильно то и хотелось, — встал из-за стола Цзян Ваньинь, чтобы выйти на свежий воздух. — Но коль ты не против, то почему бы и нет. Покинув заведение, вся компания двинулась в сторону ближайшей рощи, чтобы не тревожить покой простых обывателей. Двое заклинателей встали друг против друга, приготовившись к нападению. — Как примерный старший брат, я предоставлю тебе право первым нанести удар, — великодушно предложил Вэй Усянь, любуясь стройной фигурой своего шиди. — Готов любезно передать это право обратно тебе, — закатил глаза Цзян Ваньинь, дав понять, что этот детский трюк на нем не сработает, так как ему хорошо известно, что в борьбе с опытным противником первый удар отнюдь не является преимуществом. — Замечательно! Тогда начнем одновременно, — одобрительно улыбнулся тот, призвав Суйбянь. Они схлестнулись настолько быстро и свирепо, что искры от столкновения их мечей освещали округу не хуже дневного солнца. Двое молодых людей не гнушались никакими приемами, дабы одержать верх над соперником, превратив невинную проверку сил в жестокий бой без правил. — Брат, зачем ты спровоцировал их на драку? — задал вопрос Лань Ванцзы, чувствуя волнение за исход этой стычки. — И чем ты недоволен? — отвлекся на него Лань Сичень. — Ты можешь полюбоваться на своего ненаглядного Вэй Ина во всей его красе. — Брат, и все же? — Во-первых, я хочу увидеть стиль ведения боя Цзян Чэна, чтобы оценить его потенциал. И, видимо, не зря, потому что этот юноша серьезный противник. — Ты тоже это понял? Он уже убивал людей. — Именно! Боевая тактика человека, не единожды лишившего жизни себе подобного, раз и навсегда претерпевает изменения, что очень сильно отличает его от бойца, имеющего дело только с нечистью. Это важное для меня знание, но и одновременно мой просчет. — Это связано с твоим «во-вторых»? — Да, мне не понравилось, как быстро Цзян Чэн встал на сторону Вэй Усяня, которого знает без году неделя. Этим сражением, я хотел показать ему разницу в силе между ним и главой ордена Цзян, чтобы его поражение провело между ними грань, превратив их в господина и подчиненного. Это могло бы значительно снизить возможность возникновения братских уз, которые подразумевают под собой, в первую очередь, равенство. — Вэй Ин уже все понял, — констатировал факт Лань Ванцзы, посмотрев в его сторону. — К сожалению, да, — вздохнул Лань Сичень, задумчиво потирая подбородок. — Поэтому они сейчас просто забавляются, подстраиваясь под стиль своего оппонента. — Только не говори, что они сейчас притираются друг к друг? — обеспокоенно сделал шаг вперед заклинатель. — Попробуй напасть на них и увидишь, — слегка подтолкнул его в нужном направлении мужчина. Лань Ванцзы молча активировал Бичень, нацелив его прямо на Цзян Ваньиня. Костяшки его пальцев побелели, когда двое молодых людей, сражавшихся мгновение назад между собой, моментально переключились на него, совместными слаженными действиями отбивая все его атаки. — Все-таки спелись, — раздраженно чертыхнулся Лань Сичень, присоединяясь к брату. После того, как вокруг первоначально выбранного места сражения стали валиться деревья, все четверо решили, что пора бы и остановиться. Цзян Ваньинь со смутной тревогой в сердце осознал, что Лань Сичень был совершенно прав — уровень Вэй Усяня был, действительно, чрезвычайно высок. Юноша понял, что днем, уворачиваясь от Цзыдянь, тот просто позволил ему выпустить пар. Наверняка, он мог бы многому научиться, если бы решил остаться на какое-то время в Пристани Лотоса. Вэй Усянь же был доволен тем, что его ставка на Цзян Ваньиня, как на будущее ключевое лицо Юньмэн Цзян, в очередной раз оправдала себя. Единственное, что омрачало ход его мыслей, было только то, что являлось причиной данного спарринга. — Лань Сичень! — с привычной широкой улыбкой обратился он красивому мужчине. — Ну и как тебе мой шиди? — Весьма недурственно и очень многообещающе, — откликнулся заклинатель. — Смотрю на него, и глаз радуется. — Буду очень рад, если дело ограничиться только любованием. Я же просил тебя, не использовать его в своих играх, — напомнил ему Вэй Усянь. — Ну и зачем тогда повелся на мою провокацию? — Наши с тобой цели временно совпали, — пожал плечами тот. — Но это не отменяет моего предупреждения. — Так будет даже интересней, — пробормотал себе под нос Лань Сичень, посмотрев вслед троим, неспешно идущим обратно в сторону гостиницы.