Вечная Ночь

      Через три дня Даламару стало легче, а уже через пять он пришёл в себя. Открыв глаза, эльф огляделся и понял, что находится в своей комнате. Голова раскалывалась, и Даламар совершенно не помнил, что происходило в последние несколько дней. В кошмарах ему иногда являлся учитель, помогал, вёл за собой, но почти сразу исчезал, и эльф вновь оставался один в пустыне боли и мрака. Дверь тихо открылась, и в комнату, стуча каблуками и почти не опираясь на посох, вошёл Рейстлин. Даламар приподнялся, чтобы хоть сесть (а ещё лучше вообще встать), но голова немедленно закружилась, и тёмный эльф тяжело опустился на подушки, ожидая, когда пройдёт проклятая чернота перед глазами. Маджере чуть усмехнулся и, подойдя к кровати, поставил что-то на тумбочку, а затем сел рядом с учеником и потрогал его лоб. — Лежи, — тихо и мягко проговорил он. Эльф, однако, знал, что такой тон не предвещает ничего хорошего. — Тебе пока нельзя вставать, ты слишком слаб после болезни. Однако тебе, верный мой ученик, — Рейстлин всегда произносил эти слова с некоторой издёвкой, — очень повезло, что я вернулся так быстро. — Сколько я болел?.. — тихо спросил Даламар. Маджере пристально посмотрел ему в глаза, и тёмный эльф, не выдержав, отвёл взгляд. — Два дня, — легко соврал Рейстлин. — Я вернулся на следующий день вечером, а ты уже был без сознания. По крайней мере, думаю, что действий ты своих не осознавал. Как это получилось? — Я сделал что-то? Я исправлю, только скажите… — Маджере покачал головой. Ученик облегчённо вздохнул и закрыл глаза. — Как это получилось? — через несколько минут повторил свой вопрос Рейстлин. — Из-за моей глупости, — медленно произнёс эльф. — Это понятно, — усмехнулся Маджере. — Ты по уму мало что делаешь, верный мой ученик. Всё же хотелось бы конкретики. — После ритуала я… мне надо было развеяться, — ученик не смотрел на Рейстлина, то разглядывая потолок, то свои руки, — и я вышел прямо как был. Пролежал в снегу, наверное, полчаса, и если бы Вы не позвали, так и остался бы там, — тёмный эльф закрыл глаза. — Я так и понял. В следующий раз всё же хоть одевайся нормально. Отправлять твоё замёрзшее тело обратно Конклаву я не имею никакого желания. — Хорошо… — Даламар помедлил и медленно, будто с трудом, проговорил: — Шалафи.       Рейстлин усмехнулся и, взяв с тумбочки стакан с лекарством, протянул его эльфу. — Выпей всё. Мерзость, но так нужно.       Даламару показалось, что этот момент уже был с ним, и что ничего хорошего это не предвещает (вроде как именно так сказал ему учитель из кошмаров, перед тем, как тёмному эльфу стало хуже). Однако настоящий Маджере продолжал строго смотреть на ученика, и эльфу ничего не оставалось, кроме как кое-как сев, выпить отвар. — Хорошо, — Рейстлин забрал стакан и поднялся с кровати, протянув руку за посохом. — Если тебе будет что-то нужно — зови меня, вставать тебе пока крайне нежелательно, — Даламар кивнул, и Маджере вышел из комнаты, приказав одному из Стражей следить за тем, чтобы ученик не покидал пределов комнаты.       Когда Рейстлин в следующий раз зашёл в комнату ученика, Даламар стоял, опершись на подоконник, и разглядывал чёрные деревья Шойкановой рощи. Эльфа чуть покачивало, но всё же держался он достаточно твёрдо. На подоконнике перед Даламаром лежала раскрытая книга, но эльф не обращал на неё никакого внимания. — Что я тебе говорил, ученик? — тихо произнёс Маджере, подойдя почти вплотную к тёмному эльфу. Даламар вздрогнул и резко обернулся, покачнувшись. — Я только… — начал он, однако Рейстлин прервал его взмахом руки. — Я сказал тебе, что нельзя вставать. Нельзя, понимаешь? Ты сам себе делаешь хуже, — Маджере скривил губы. — Но, шалафи, Вы сказали, что мне нежелательно вставать. Вы не запрещали мне…       Рейстлин вздохнул. Почему обязательно должен быть прямой запрет? Почему он должен следить за учеником как за маленьким ребёнком, постоянно одёргивая и повторяя: «туда не ходи, то не делай, это нельзя»? — Послушай, Даламар, — Рейстлин развернул ученика к себе и посмотрел ему в глаза. — Я хочу сделать так, чтобы тебе стало лучше. Но, видят боги, ты не хочешь мне в этом помочь. Почему я должен всё тебе запрещать? Почему ты не можешь просто подумать и понять, что раз я сказал нежелательно, это значит, что лучше не делать? — Маджере сжал губы в тонкую полоску, пристально разглядывая лицо медленно стареющего эльфа. — Простите, шалафи… — Даламар опустил голову. — Я действительно не подумал. — А теперь подумай, верный мой ученик, — Рейстлин отпустил плечо ученика и опёрся на посох, вновь говоря с лёгкой издёвкой, — и скажи мне, что надо тебе сделать сейчас и что делать впредь? — Слушаться Вас… — тихо произнёс эльф. Маджере хмыкнул. — Очень надеюсь, что так и будет. Ложись.       Даламар послушно побрёл в сторону кровати, не забыв прихватить книгу с подоконника. Когда пальцы ученика коснулись обложки, эльф чуть скривил губы, но постарался, чтобы Рейстлин не заметил этого. Тяжело опустившись на кровать, Даламар сразу почти откинул книгу на тумбочку, быстро спрятав руку под одеяло. Маджере усмехнулся и, подойдя к эльфу, протянул ему флакон, который достал из одного из мешочков на поясе. Даламар потянулся к флакону левой рукой, хотя было куда легче и ближе взять его правой, и вопросительно посмотрел на учителя. — Выпей один глоток. Не очень большой. И так каждые два часа, тут должно хватить на шесть раз, — эльф кивнул и, с трудом открыв пробку, немного отпил. Затем, поставив флакон на тумбочку и слегка прикрыв его пробкой, Даламар вновь вопросительно посмотрел на учителя. Маджере сел на край кровати и потрогал лоб ученика. Горячий. Рейстлин чуть скривил губы и, прошептав заклинание, убрал руку. — Тебе пока нельзя вставать. Совсем, — учитель строго посмотрел на открывшего было рот эльфа. — По крайней мере, если ты хочешь выздороветь и не вылететь из Башни. — Хорошо, шалафи… — тихо произнёс эльф, мысленно усмехнувшись. Значит, из Башни его выгонят в любом случае. — Отлично. Есть хочешь? — Даламар помотал головой. Рейстлин хмыкнул и направился к выходу, но, закашлявшись, опустился на пол, хватаясь за посох. Тёмный эльф приподнялся, чтобы слезть с кровати и помочь учителю, но Маджере махнул рукой в его сторону и, рвано выдохнув, прошипел: — Ложись…       Даламар, чувствуя себя последним идиотом, опустился обратно на кровать, а Рейстлин, наконец справившись с кашлем, поднялся, тяжело опираясь на посох. — Шалафи, может, я всё-таки могу чем-то помочь?.. — тихо спросил ученик, садясь на кровати и внимательно глядя на учителя. — Да что ты можешь сделать, мальчишка… — резко произнёс Рейстлин, но тут же смягчился, посмотрев на ученика. — Нет, Даламар. Это уж скорее тебе сейчас нужна помощь.       Эльф хотел запротестовать, но, видя состояние учителя, лишь вздохнул, покорно опустив голову. Маджере внимательно посмотрел на ученика и уже почти вышел из комнаты, но у самых дверей обернулся. — И помни, верный мой ученик, что, во-первых, ты обещал, а во-вторых, — Рейстлин чуть усмехнулся, — если для тебя этого недостаточно, в случае непослушания ты вылетишь отсюда, и никакие оправдания не помогут.       Даламар, всё так же разглядывая свои руки, кивнул, и Маджере, решив, что этого будет вполне достаточно, наконец вышел из комнаты и направился в свою, сдерживая приступ кашля. Он совершенно не думал о своей собственной болезни эти десять дней, и вот Фистандантилус напомнил о себе. Рейстлин подошёл к столу и, тяжело опустившись в кресло, достал из ящика мешочек с травами, отметив, что их осталось совсем мало. Маг закинул травы в чашку, почти всегда стоящую на столе, и слегка шевельнул пальцами, наполняя её кипятком. Подождав пару минут, Маджере взял отвар и, чуть поморщившись от неприятного запаха, сделал глоток. Жжение в груди почти сразу пропало, и Рейстлин облегчённо выдохнул. Выпив ещё немного, маг отставил чашку на стол и откинулся в кресле, закрыв глаза и слегка усмехнувшись. Раньше отвар сделал бы ему ученик, с беспокойством глядя на него и постоянно спрашивая, может ли он чем-то ещё помочь. Маджере раздражённо передёрнул плечами. Избавился от одного Карамона только для того, чтобы получить нового. Хотя, забота ученика всё же почему-то совсем не раздражала, в отличие от постоянно находящегося рядом неуклюжего братца. Постепенно мысли мага сместились на эльфа, иногда в чём-то самонадеянного и даже, наверное, изредка глупого. Как сейчас. Рейстлин усмехнулся. Как можно было думать, что он не поймёт, что в ученике нет магии. И, похоже, он до сих пор считает, что учитель ничего не понял… Маг, потеряв ход мысли, внезапно понял, как плохо ему удаётся соображать. Тепло от догорающего в камине огня окутало Рейстлина, тело будто налилось свинцом, и маг, сам того не заметив, задремал.       Проснуться мага заставил холод в комнате и чьё-то явное присутствие в ней. Ещё не до конца пробудившись, Рейстлин сразу припомнил несколько заклятий, легко способных убить незваного гостя, и только тогда открыл глаза. Перед его креслом парил призрак, которому маг поручил следить за учеником. — Хозяин, Вашему ученику хуже, — ровным и холодным голосом произнёс страж. Рейстлин выругался и поднялся, тут же закашлявшись. Взяв со стола чашку, он одним глотком допил уже остывший отвар. Вновь повернувшись к призраку, маг вопросительно посмотрел на него. — Без сознания, — так же ровно ответил призрак на его безмолвный вопрос. Рейстлин слегка кивнул, отпуская стража. Глаза призрака тут же исчезли, и маг переместился в комнату ученика, сразу подойдя к кровати эльфа. Даламар полулежал на подушках, держа в руках книгу (при том не ту, что раньше видел у него Маджере). Казалось, эльф читал, но глаза его были закрыты, и на появление учителя он никак не отреагировал. Рейстлин высвободил книгу, открытую на первой странице, из рук эльфа и только тогда заметил на руках Даламара ожоги, будто от кислоты. Маджере сухо хмыкнул и, отложив книгу на тумбочку, коснулся кончиками пальцев виска ученика, произнеся заклинание. Даламар вздрогнул и, открыв глаза, схватил учителя за руку, сильно сжав. — Тихо, ученик, это я, — Маджере слегка поморщился, высвобождая пальцы. — Шалафи… — прошептал эльф, отпуская его руку и откидываясь на подушки. Рейстлин усмехнулся и указал эльфу на книгу: — Зачем ты взял её? Знал же, что не сможешь прочитать.       Ученик отвернулся и тихо проговорил: — Я надеялся, что смогу, всё-таки… — Не лги мне, всё равно получается ужасно, — оборвал его учитель. — Ты прекрасно знал, что не сможешь её прочесть, точно так же, как и все эти, — Маджере небрежно указал на стеллаж, стоящий у окна. — А если думал, что сможешь хоть что-то в них разобрать — я выучил весьма посредственного колдунишку, а ты не такой. — Что Вы имеете в виду, шалафи? — почти неслышно спросил Даламар. Рейстлин взял его руку и слегка надавил на один из ожогов. Тихо зашипев, эльф попытался вырваться, но учитель держал крепко. — Магические ожоги, — холодно заметил Маджере. — А книга достаточно лёгкая, одна из первых, которую я дал тебе. — Вы знаете… — Да, — сухо улыбнулся Рейстлин.