Вечная Ночь

      Шелест пустыни, ветра, никогда не бывающего здесь, тихий стук падающий капель — всё кажется одновременно таким настоящим и таким похожим на сон, вымысел, всего лишь игру воображения. Кажется, сам воздух здесь удушающе-горек, и каждый новый вдох всё труднее, будто обжигает сухим жаром грудь, заставляя задыхаться.       Равнодушные серые пески недвижны, будто пеплом, прахом тысяч оставшихся здесь навсегда укрывают они землю. Страна боли и страха, но теперь — последняя надежда души.       Обманчиво-спокойное небо не меняется никогда, тонкой пеленой тумана опускаясь на бескрайнюю равнину, исчезающую вдали в неизвестности, и нельзя понять, будет ли впереди такое же отражение спокойной, будто шелест леса, такой нереальной пустыни, или такая правдивая, вырывающая душу паутина липкого кошмара.       Даламар осторожно обернулся, будто желая увидеть существ тьмы, готовых разорвать его. Прямо сейчас встретиться с ними, это будет лучше, чем вздрагивать от каждого шороха и поминутно оглядываться, ожидая опасности. Здесь нельзя доверять ничему, эльф ещё помнит это, в любую минуту среди спокойных песков может разверзнуться ад, в следующее же мгновение оказавшись лишь несуществующим порывом ветра.       Первый осторожный шаг не разрывает его когтями нереальных монстров, и ученик, глубоко вздохнув в попытках успокоиться, медленно идёт вперёд, стараясь не думать ни о чём, кроме цели. Рейстлин. Он должен помочь ему уйти отсюда, вернуться, сбросить пелену забвения.       Краем глаза замечая движение в стороне, тёмный эльф лишь ускоряет шаг, не глядя на чёрную тень, теперь преследующую его. Отражение, это лишь его отражение. Вскоре их станет больше, с каждой секундой реальность разбивается на осколки зеркал, полупрозрачными двойниками возникая из дымки тумана. Он не должен был сюда приходить, ещё слишком рано, ещё не настал его час. И ученик знает это, но продолжает идти, разрушая вечный покой пепельно-серой пустыни.       Тени следуют за ним, тихо шепчут, но Даламар не может различить слов. Быстрый шаг почти срывается на бег, но тени не отстают, хотя кажется, что они так же медленно скользят над землёй. Споткнувшись, он на секунду замирает, с ужасом видя, как тёмный силуэт проплывает будто сквозь него, остановившись перед эльфом. Ученик вглядывается в своё же лицо, теперь кажущееся таким незнакомым. Таким чужим.       Кто ты? Ты стоишь перед самим собой; голоса перемешиваются, собственные мысли уже не кажутся знакомыми, и тот, другой, улыбается. Другой… или ты сам?       Кто ты? Ты вспоминаешь Сильванести, но уже кажется, что это не твой дом. Не твои воспоминания, не твои мысли, просто рассказ того, кто стоит перед тобой… Тебя? — Кто ты? — непослушные губы с трудом произносят не твои слова, лишь отражая чужие — твои? — мысли. — Кто ты? — эхом повторяет другой, и ты не знаешь ответа. Кто ты? Кто он? Кто из вас лишь тень, призрак, а кто правда чувствовал всё это?       Кто ты? Тысячи голосов, тысячи лиц, кажется, совсем незнакомых лиц, люди, эльфы, маги, воины… Кто из них ты? Или тебя никогда не было, был лишь он? А есть ли ты, — он — есть ли прямо сейчас?       Кто ты? Призрак стоит совсем рядом, а может, это ты стоишь рядом с настоящим собой, лишь повторяя его, словно отражение в зеркале?       Кто ты? Ты закрываешь глаза, теперь тебе кажется, что он — настоящий, а ты лишь пытаешься стать бо́льшим, чем тень, забирая себе его силы, его личность…       Кто ты? Ты — призрак. Он улыбается, тоже понимая это, но ты не хочешь, не хочешь оставаться никем, ты должен стать им, забрать его, забрать всё… убить его.       Кто ты? Зачем он пришёл сюда? Почему он просто не уйдёт? Нет, ты не позволишь ему уйти, тебе нужно только одно слово, лишь одно — и он будет в твоей власти… — Кто я? — его хриплый голос, твой голос, он уже твой, он будет твоим, пронзает тишину, и тени, вьющиеся вокруг, подхватывают этот вопрос: — Кто ты?.. — Ты — это я, — ты усмехаешься и делаешь шаг вперёд, прикасаясь к его плечу. — Ты — это я…       Кто ''ты''? Испытание… его Испытание, нет, твоё, теперь твоё… Ты вглядываешься в картины прошлого, ты видишь яркие вспышки заклинаний и слышишь чужой — свой? — голос. Ты — он? — помнишь всё до мельчайших подробностей, ты видишь яркий свет и опустившуюся после тьму… а потом ты слышишь шёпот: — Маире… Маире. Имя, сорвавшееся с твоих губ, заставляет его отшатнуться и вскрикнуть. — Маире… — шепчут тени. — Маире, — повторяет он и внезапно улыбается. Тихий смех пронзает тишину, и ты понимаешь, только теперь всё понимаешь, ты помнишь, что это он призрак, что это он забирал у тебя всё, что… — Нет, — выдыхаешь ты и падаешь на колени. — Ты — это не я… ты… Ты поднимаешь голову и хватаешь его за рукав в последней, такой слабой попытке удержать. Ты чувствуешь, что он забирает тебя, уводит в пустоту… И ты хочешь погрузиться в эту пустоту, стать наконец свободным… но что-то держит тебя. Ты отчаянно поднимаешь голову, глядя прямо в его глаза, и твой хриплый шёпот едва слышен. — Ты — это не я… Он усмехается, он подходит ближе, он знает, что ты слишком слаб, что уже поздно. — Ты — это я. — Нет, — выдыхаешь ты, но он, продолжая усмехаться, обманчиво мягко проводит пальцами по твоему плечу. — Да. Ты хватаешь его за руку сжимая теперь такие слабые пальцы на рукаве его мантии, ты снова ловишь его взгляд и тихо шепчешь: — Я Маире… — он отшатывается, тихо вскрикнув, и ты веришь… ты уже веришь своим словам, ты понимаешь, что это он слаб, что он уже ничто и никогда никем не был. — Ты лишь тень… Ты никто. Тени бросаются к нему, тени кружат у его ног, и ты поднимаешься, глядя как он, вскрикивая, становится одним из них.       Кто ты? Первый и последний вопрос, и ты уже знаешь на него ответ. — Маире, — тихо, но твёрдо произносишь ты, и тени исчезают, рассеиваются, вновь оставляя тебя одного среди серой бескрайней равнины.