Naws kcalb

      - Не в мою смену, - звучит со спины, когда уши закладывает от выстрела, а воздух наполняется запахом пороха, металла и совсем отдаленным, но достаточно четким запахом свежих, только что почищенных апельсинов, - Морти, будем знакомы.       Праведник падает замертво с зияющей дырой в груди. Теплая, крепкая рука хватает обомлевшего Юнги за запястье и тянет в сторону. В голове стоит шум, когда ноги передвигаются инстинктивно, следуя за широкоплечим брюнетом. - Тише, - произносит брюнет с самодельной маской на лице, заходя в ближайшее здание. Тянет омегу к себе и прижимает к груди, удерживая правой рукой. Выглянув из-за угла, Морти сразу же возвращается в исходное положение, упираясь подбородком в чужие выбеленные волосы, от которых исходит терпкий запах свежей корицы. - Слушай внимательно, - шепчет Морти, едва шевеля губами, - у выхода из здания около трех праведников и вскоре приедет подкрепление. Когда я скажу "беги", выходи через черный вход у противоположной от нас стены. Не сворачивай, просто беги и уткнешься в проем в стене. Жди на той стороне, понял? - Понял, - моментально звучит со стороны омеги, поднявшего голову и заглянувшего в глаза альфы. "Беги" - Морти перезаряжает двустволку, выставляя дуло в дверной проем. Подмигивает омеге, растянувшись в улыбке, и точным выстрелом убирает одного из праведников.       Юнги почти сразу срывается на бег под непрекращающиеся выстрелы. Ловит по пути бесхозный кирпич и выбегает из здания. Подходит к краю несущей стены и кидает находку в спину одного из праведников. - Сука, их несколько, - уловка действует безотказно, дезориентировав противников. Праведники падают на асфальт один за одним, окрашивая землю в бордовый. А омега, довольный своей выходкой, убегает в назначенном направлении - в сторону стены, стремящейся проткнуть небеса своей высотой.

***

      Темноволосого парня ведут в сторону джипа, когда Чонгук настраивает прицел, выбирая цель. Он впервые видит праведников настолько близко, и медлит с тем, чтобы нажать на курок. Омега с кудрявыми, темными волосами кажется Гуку знакомым, но в голову никак не приходит место, где они могли встретиться. - Он сбежал, вы его не найдете, - звучит со стороны омеги в унисон с выстрелом.       Чонгук резко откладывает ружье, оглядываясь по сторонам. Выстрел был не с его стороны, а где-то снаружи. Джип срывается с места, когда последние праведники запрыгивают в кузов, и парень так и не успевает убрать хотя бы одного из них. - Черт, Морти! Сам же сказал не высовываться. - срывая с лица платок, Чонгук убирает ружье. Поспешно выходит из своего укрытия и останавливает взгляд на полуразрушенном костеле. "Времени мало, пора возвращаться" - звучит в голове, когда Гук нервно кусает губы. Его взгляд бегает из стороны в сторону, расфокусировавшись на асфальте, а левая нога отбивает нервый ритм. В далеке слышен целый ряд новых выстрелов, что истинктивно заставляет парня развернуться. - Нет, я не могу потерять и его, - шепчет сам себе Чонгук, уносясь все дальше от приоткрытых дверей старого храма.       В ушах стоит гул, когда Чонгук видит яркие вспышки от многочисленных выстрелов. Аккуратно перебегает от здания к зданию, наконец дойдя до эпицентра событий. Праведники, стоящие спиной к Гуку, все ближе подходят к зданию на другой стороне. Из дверного проема показывается дуло двустволки и окрававленное запястье, нажимающее на курок.       Не медля, Чонгук занимает позицию, целится и делает глубокий выдох. Выстрел.       Его первое убийство, которое навсегда останется в памяти. Пуля, которая должна была снести голову, повредила шею праведника. Падая на колени, парень в белом снимает шлем, прижимая обе ладони к шее. Его одежда моментально окрашивается в бордовый, а кровь не перестает хлестать из рваной раны. Стеклянные глаза кажется смотрят прямо на Чонгука перед тем, как тело падает на асфальт.       Дрожащими пальцами Чонгук удерживает ружье, выбирая следующую цель. Выстрел. Выстрел. Выстрел.       Не прекращая ни на минуту, Чонгук выбирает новую цель, пока от праведников не остается ни единого человека. Выходит на негнущихся ногах из укрытия и переходит дорогу, переступая трупы людей. Замечает машущего ему Морти, и поспешно идет в его сторону. Вынимает нож из-под повязки на бедре, и открывает то, что осталось от двери после обстрела.       Затаив дыхание, Гук бросается на оставшегося праведника, пробравшегося внутрь здания. Оседлав сопротивляющегося парня, Чонгук замахивается и со всей силы вонзает нож в чужую грудь. Вынимает и снова вонзает под хлюпающие звуки вытекающей крови. С глаз текут непрошенные слезы, когда тело напротив перестает сопротивляться, захлебываясь в собственной крови. - Гук, хватит, он мертв. - на плечо опускается рука, и Чонгук приходит в чувство.       Медленно подняв взгляд, Чонгук опускает нож, смотрит на Морти и наконец выдыхает. - Гук, выбираемся, пока не приехало подкрепление, - взяв Чонгука под руку, Морти помогает ему подняться на ноги, резко морщится от боли и кладет руку на правое плечо. - Ты ранен? - осматривая Морти, Чонгук замечает расползающееся пятно крови под ключицей улыбающегося парня. - Забей, просто царапина, - отмахивается Морти, перекидывая ружье за спину, - и не такое переживали.       Достав сигарету, Морти кидает взгляд на идущего рядом Чонгука. Парень с ног до головы в крови. Он видит в Чонгуке собственное отражение. Лет 6 назад, когда Морти сам впервые попал в крупную перестрелку с праведниками. Впервые взял ружье в руки. Впервые убил человека. Он знает, что сейчас переживает Гук. Знает, поэтому не смеет говорить и слова о произошедшем, идя в тишине. - Морти, там был омега. - неожиданно начинает Чонгук, вглядываясь в высоченную стену вдали. - Я не смог его спасти. Не смог выстрелить. - Мы не можем спасти всех. Гук, это война и она жестока, - заканчивает Морти, выбрасывая тлеющий окурок. - Думаю он был не один, - пропустив слова Морти, продолжил Чонгук: - я проверю и быстро вернусь.       Даже не взглянув в сторону Морти, Чонгук хотел отступить в сторону, но рука с многочисленными браслетами перехватила собственную: - Ты ебанулся? Мы едва выбрались! Чон Чонгук, ты не пойдешь туда снова, - стоя практически у самого выхода в пустыню, Морти смотрит прямо в глаза Чонгука. - А если бы это был твой омега, ты бы смог уйти? - на эмоциях выпаливает Чонгук, вырывая руку из ослабшей хватки. Убегая в сторону единственного храма на территории "цивилизации", Чонгук мысленно извиняется перед Морти, который так и остался стоять на том же месте. - Черт, - достав последнюю сигарету, пачка яростно летит под ноги Морти.

6 лет назад

- Папа, мы сегодня поедем смотреть на закат? - забираясь на колени к отцу, маленький альфа перебирает цветные браслеты на левом запястье Хосока. - Конечно, Ель, иди скажи папе, чтобы собирался, а я заведу машину. - оставив поцелуй на лбу мальчика, он спускает его на землю.       В эти тяжелые времена Хосок нашел счастье. Это была милая, неловкая, но такая естественная история. Светловолосого омегу привели в лагерь после очередной вылазки. Худощавого, слабого, но доброго сердцем. Он всегда тайком приносил Хосоку лишнюю порцию ужина, помогая на кухне с готовкой. Всегда переживал, когда Хосок получал ранения. Ухаживал за ним, менял бинты и проверял самочувствие. Это была идилия, о которой Хосок вспоминает с теплотой в душе.       У него был прекрасный сын, которому чуть больше трех лет. Который так похож на своего папу.       В тот день на удивление была хорошая погода. Легкий ветер освежал после знойной жары, даже несколько птиц можно было увидеть в небе, от чего омега и маленький альфа были в восторге, сидя на пассажирском в салоне доджа.       Это произошло внезапно, будто подстроено. Сбоку промчалось несколько крупных автомобилей. Хосок тот час увеличил скорость, стараясь оторваться, но безуспешно. - Милый, все хорошо? - с надеждой в глазах спросил омега, рассматривая лицо мужа.       Их машину окружили со всех сторон, заставив остановиться.       Ярче всего он помнит этот момент. Их выгоняют из машины. Опускают на колени. Непрекращающийся детский плач. Мольбы со стороны омеги ... "Убейте меня, не трогайте мою семью."       Они держали его вчетвером, не давая пошевелиться. Раскрывали веки, чтобы он смотрел, как издеваются над его семьей. Как пуля оставляет во лбу сына небольшую дыру, как альфы насилуют омегу до последнего вздоха. Праведники специально оставили его в живых, забрав оружие из багажника доджа. Отпинав, обплевав, они унизили его настолько, насколько это возможно, оставив полуживого на песке.       Хосок захлебывался в слезах на фоне заходящего солнца. Обнимая остывшие тела единственных дорогих ему людей.

      Этот кроваво-красный закат навсегда останется в памяти Морти.

***

      Вокруг тишина, а в ушах Чонгука выстрелы не стихают до сих пор. Не теряя бдительности, Гук заворачивает на уже знакомую улицу. Из головы никак не выходит темноволосый омега, которого он так и не смог спасти, а ноги аккуратно переступают порог костела.       Повсюду терпкий запах жасмина, отчего Чонгук натягивает цветастый платок на лицо. В помещении кромешная тьма, все в пыли, мебель практически вся отстуствует, только каменное возвышение на месте, прикрытое чем-то вроде большой клеенки. Подойдя ближе, Гук сразу же понимает, что, а если точнее кого так яро защищал тот самый омега.       На холодном бетоне в позе эмбриона лежит нагой омега. На вид ему не больше 16-ти лет. Стянув клеенку, Чонгук проверяет наличие дыхания, приложив ухо к чужой груди. Закутывает омегу в свою верхнюю одежду и поднимает с возвышения, беря на руки. - Да он весь горит, - шепчет Гук, рассматривая лицо едва дышащего парня. Выходя из здания, Чонгук прижимает к себе хрупкое тело и всего на мгновение ощущает еще один, едва различимый аромат. Свежий, ненавязчивый, словно кто-то скосил траву ярким солнченым утром. Он резко оборачивается, но аромат исчезает, словно мираж, которого никогда и не существовало. Взгляд Чонгука цепляется за многочисленные огни вдалеке, а в голове уже поставлена четкая цель. "Я вернусь за тобой"- негласное обещание, которое беззвучно срывается с губ альфы.