Naws kcalb

      Не останавливаясь на протяжении ночи, Морти пару раз меняется с Чонгуком, держа глаза открытыми из последних сил. Только под утро омеги уговаривают альф остановится и передохнуть. Морти, который дремал за все время от силы минут тридцать, вырубается моментально, припарковав додж в тени небольшого полуразрушенного дома. А Чонгук только сейчас начинает ощущать насколько сильно желудок скручивает от голода в узел. Сколько он уже не ел, альфа ответить не сможет. Чонгук покидает салон машины первым в надежде найти перекус. - Юнги, пошли с нами, - тихо начинает Витэ, держа парня за локоть. Багажник открывается с тихим щелчком, и Витэ боковым зрением отмечает силуэт Чонгука. - Я хочу спать, - отрешенно отзывается омега, отворачиваясь от Витэ. - Ты не выспался за всю ночь? - чуть громче произносит омега. - Пошли, прогулка - это полезно.       Чонгук относительно тихо закрывает багажник и обходит автомобиль со стороны. Открывает батончик и с любопытством наблюдает за омегами. - Да мне похуй, - закрыв глаза, Юнги окончательно теряет интерес к Витэ. Слышит, как закрывается дверь с противоположной стороны и облегченно выдыхает, понимая, что самые шумные люди покинули додж. К сожалению, Юнги не успевает даже секунду насладиться тишиной и едва уловимым запахом апельсинов, исходящим спереди от омеги, когда дверь с его стороны открывается, и Юнги с грохотом падает на песок. - Витэ! - тихо, но явно со злостью цедит Юнги, поднимая голову с песка. Его ноги так и остались в салоне машины, поэтому омеге требуется некоторое время, чтобы подняться и найти взглядом убегающего омегу. - Тебе крышка! - кричит разъеренный омега только после того, как закрывает дверь машины и отходит от нее на пару шагов. - Что ты, что Чонгук - два идиота! - А что я? - недоуменно спрашивает Чонгук, стоящий в стороне и тихо посмеивающийся со сложившейся ситуации.       Альфа тоже любит подшучивать над Юнги, но скорее словесно, чем раздражает не меньше. Вид смеющегося Чонгука, стоящего неподалеку, и убегающего в сторону полуразрушенного города омеги, заставляет Юнги осознать: больше всего он ненавидит именно такой тип людей.       Успокоившись, Чонгук в компании Юнги и Витэ, едва не подравшихся пару минут назад, но уже успевших остынуть, отправляется на экскурсию по полуразрушенному небольшому городу. - Ты так уверенно идешь между этих развалин, словно был уже здесь, - заключает Витэ опережающему его с Чонгуком омеге. - Был, - отстраненно отвечает Юнги, через пару секунд добавляя:- с Морти. - Не удивительно, они ведь почти каждый день ездили вместе на вылазки, - поясняет Чонгук для Витэ, в глазах которого явно читался вопрос "почему". - Я хочу побыть один, - неожиданно кидает Юнги, сворачивая вправо, - можете погулять, это место не особо большое.       Атмосфера, царящая между Витэ и Чонгуком, однозначно напрягает Юнги при условии, что рядом нет других адекватных людей. "Лучше будет оставить их наедине друг с другом" - с этой мыслью Юнги оставляет парней позади и заходит в ближайшее здание, а оставшиеся на улице Витэ и Гук молча провожают омегу взглядом, пока тот не скрывается в стенах какого-то дома.       Витэ до последнего надеялся, что не останется наедине с Чонгуком. Ради этого даже Юнги заставил отказаться от сна, но все попусту. Омега впервые за свою жизнь ощущает неловкость рядом с альфой, а не привычное отвращение и чувство опасности, поэтому не знает о чем говорить и как разрядить обстановку. - Может, разделимся? - предлагает Витэ, и только озвучив мысль вслух понимает, насколько глупый вопрос задал. - Ты пытаешься избегать меня? - прямо спрашивает Чонгук, отмечая как быстро омега начинает идти вперед. - Нет, с чего ты взял? Просто, думаю, будет проще найти еду, если мы разделимся. "Какую блять еду? Мы что, в даунов играем? Типо едем на вылазку и без провианта, такая у тебя логика?" - параллельно озвученному кричит голос разума внутри Витэ. - Как Морти проснется, мы поедим из того, что есть в запасе. Можешь не беспокоиться, - Чонгук нагоняет Витэ и корпусом наклоняется вперед. Скрепляет руки за спиной, а на лице расцветает улыбка. - Почему ты такой довольный? Аж стремно, - омега моментально переводит тему разговора, воспользовавшись моментом, и отходит чуть подальше от парня. - Ты беспокоишься обо мне, это приятно, - более спокойно поясняет Чонгук, идя наравне с Витэ. - Просто не хочу, чтобы ты сдох. - относительно тише отзывается омега, отворачивая голову в сторону и делая вид, что развалины намного интереснее диалога с рядом идущим.       Они идут в тишине, едва не соприкасаясь пальцами рук. Чонгуку комфортно, даже если просто молчать. А Витэ неловко от мыслей, разъедающих голову. Он чувствует, как по виску стекают капли пота, и поднимает голову, рассматривая безоблачное небо. - За стенами всегда такое пекло? - тянет омега, осматриваясь в поисках тени. - Это еще прохладно, - смеется альфа, тыча пальцем в левую сторону, - там под навесом есть тень.       Витэ первым добегает до прохладного места и стягивает с себя куртку, отданную Чонгуком. Растягивает ее перед собой и понимает, что спина разорвана в клочья. "И так каждый раз" - проносится в голове Витэ, повязывающем то, что осталось от куртки вокруг бедер.       Омега наблюдает за альфой, не спеша идущим на встречу, и прикусывает губу, когда взгляд цепляется за босые ноги, ступающие по горячему песку. - Извини за то, что наговорил при первой встрече, - неожиданно для Чонгука произносит Витэ, - я не считаю, что наши сны - иллюзия. Просто не хотел тебе добавить проблем. Проще ведь пожертвовать одним человеком, чтобы спасти нескольких. У меня была гарантия, что вам помогут. А теперь я не уверен ни в чем. Даже не знаю, нужна ли мне эта свобода. Снов, где я мог почувствовать себя живым, было более, чем достаточно. - Ты думаешь, что смог бы спасти брата, пожертвовав собой? Откуда такая уверенность, что тебя бы не кинули, просто воспользовавшись? - спрашивает альфа, опираясь спиной о бетонную стену. - Никому нельзя доверять кроме себя, Витэ. - Даже тебе? - с издевкой произносит омега. - Будем считать, что я - исключение. Уверен, его можно сделать для соулмейта из снов. - смеется альфа в ответ, делая длинную паузу. - Знаешь, ты первый, кого мне удалось спасти. Конечно, не считая Чимина, которого я просто нашел благодаря тебе.       Альфа делает паузу, улыбаясь собственным мыслям, а Витэ поворачивает голову в его сторону, наблюдая за тем, как сменяются эмоции на лице парня. - Я видел столько смертей невинных, достойных жизни, людей, но не мог ничего сделать. Либо был слишком слаб и наивен, либо не имел права идти против их самопожертвования. В ту самую ночь я увидел тебя впервые. В руках праведников, отчаянно пытавшегося спасти хотя бы брата путем собственной жертвы. Я пообещал себе, что вернусь за тобой. - Чонгук делает короткую паузу и продолжает:- Я не верю в совпадения, но доверяю судьбе и собственным ощущениям. Ты снился мне даже тогда, когда я не знал тебя. Задолго до нашей первой встречи. Это сводило с ума. Каким бы сильным ты не казался, я знал - ты больше всего нуждаешься в спасении.       Чонгук переводит взгляд на Витэ и смотрит будто насквозь, заглядывая в самую душу. Омега ощущает, как кожа покрывается гусиной кожей, и не смеет отводить взгляд. "Я попал" - звучит на подкорке, когда Витэ поддается и соглашается со словами Чонгука.       Этот альфа первый и единственный, кто говорит так открыто, цепляя искренностью. Не фильтруя слова и не подбирая выражений, он приковывает к себе взгляд и не дает отвлечься. Ровно в этот момент Витэ осознает: рядом с ним не получится играть роль в попытке скрыть слабости. - Может, ты в чем-то и прав, - нехотя соглашается Витэ, переводя взгляд куда-то вперед, - это так странно, но кажется, будто мы знакомы всю жизнь. - Согласен, - губы Чонгука трогает едва заметная улыбка, а в душе появляется странное чувство, которое альфа ощущает впервые. Словно мир на мгновение становится ярче, а звуки и запахи, окружающие в этот момент, придают особую атмосферу. Когда в состоянии полного покоя грудь наполняет чем-то сродни предвкушения, но более легким, едва уловимым, а мозг запоздало передает мысль о том, что это и есть то чувство свободы, о котором так грезил Чонгук.

***

      В пустыне только начинает светать. Воздух еще не прогрелся, а большинство изгнанных еще спят. Джин медленно проходит между шатров и задерживает взгляд на определенном, стоящем чуть поодаль от остальных. - Я рад, что ты смог выжить, - звучит в пустоту, когда Сокджин надевает солнцезащитные очки и продолжает движение.       С той стороны здания его уже ожидают солдаты, готовые выдвинуться в любую секунду, но Сокджин не спешит. Он обходит каждый из тридцати автомобилей и делает вид, что проверяет готовность. Оттягивает время и каждые пару минут смотрит в сторону парадного входа в бетонное помещение, которое пока еще сложно назвать зданием. Словно ожидая чего-то, Сокджин останавливается у своего джипа и складывает руки на уровне груди. - Босс, выезжаем? - с боку подходит один из наемников Джина, на что Сокджин лишь смотрит из-под очков, съехавших на кончик прямого носа. - Я отдавал приказ? - Никак нет! - немедля отвечает молодой парень, выпрямившись от одного лишь тяжелого взгляда Сокджина. - Тогда не задавай глупых вопросов, - с явной терпимостью в голосе выдыхает Джин, поправляя очки и возвращая взгляд к зданию напротив, - свободен.       И все же их что-то объединяет, несмотря на годы разлуки и незаживающее чувство потери. Любовь к собственному делу, забота о тех, кто идет за спиной и всецело доверяет как лидеру. Кровные братья, что стали не последними людьми по разные стороны жизни. Не имеющие шанса восстановить отношения и высказаться друг другу.       Двадцать лет - это достаточный срок. Как бы близки они не были в прошлом, их подход к жизни отличается слишком сильно. В попытке подарить будущее тем, у кого его нет, Намджун никогда не решится убить человека, выбирая путь гуманизма. А Сокджин пойдет по головам, не раздумывая. Если придется, перевернет мир с ног на голову, но дойдет до своей цели и разорвет каждого на своем пути. - Еще не рассвело, а вы уже уезжаете? - доносится хриплый голос со стороны, когда Намджун останавливается рядом с Сокджином и зевает, прикрывая рот ладонью. - Чтобы не вызвать подозрений, нужно вернуться как можно раньше, - отвечает Сокджин. - Ждал, чтобы попрощаться? - напрямую спрашивает Намджун. - Не льсти себе, мы только собрались, - параллельно со сказанным Сокджин отходит от джипа и подает знак, чтобы солдаты садились по машинам. Открывает дверцу с водительской стороны и как-бы в дополнение сообщает: - Раз в неделю буду отправлять к вам гонца. Если что-нибудь нужно или есть сообщение - можете передать. Это будет единственным безопасным способом связи. - Ты же говорил, что не занимаешься благотворительностью. - напоминает Намджун, наблюдая за тем, как Сокджин садится в салон автомобиля, поднимает очки, заправляя волосы вверх, и поворачивает ключ зажигания. - Так и есть. Вчера мы успели отснять необходимый мне материал. У нас чисто деловые отношения, Ким Намджун, - проясняет Сокджин. Кивает на поднятую в знак прощания ладонь и захлопывает дверь, так и не решившись сказать напоследок "береги себя".

***

      Ощущая запах сандала сквозь сон, Чимин открывает глаза. За окном едва начинает светать, а Намджун уже не в кровати. Омега ведет рукой по пустому месту справа от себя и тянет одеяло к себе. Утыкается носом в место, все еще хранящее запах альфы, и прикрывает глаза.       Тело горит, а холодная постель так приятно остужает раскаленную кожу. У Чимина нет сил подняться с кровати, поэтому он просто приподнимает голову и осматривается. - Никого, - шепчет омега, падая головой на подушку. Натягивает край одеяла на нос, и прикладывает ладони к горячим щекам.       Шторы в шатер открываются, и внутрь заходит Намджун на пару с каким-то короткостриженным загорелым альфой, на лице которого маска. Держа в руках стакан холодной воды, Намджун кивает в сторону Чимина и альфа довольно крепкого телосложения подходит ближе. Чимин затуманенным взглядом пытается понять кто перед ним, но одеяла с лица не убирает. - Чимин, как вы себя чувствуете? - звучит эхом в ушах, когда омега медленно моргает в попытке сглотнуть и сказать хоть слово. - Воды, - тихо шепчет Чимин, наблюдая за тем, как Намджун срывается с места. Подвинув альфу, Намджун занимается его место и опускается на край кровати. Помогает омеге приподняться и подкладывает подушку ему за спину. - Медленнее, не спеши, - обеспокоенно говорит Намджун, наблюдая за тем, с какой жадностью Чимин опустошает стакан. С уголка пухлых губ стекает вода, и Намджун молча вытирает ее большим пальцем. - Это будет твоя первая течка? - спрашивает забытый всеми альфа в маске, доставший небольшой ежедневник для ведения историй своих пациентов и что-то записывающий. - Вторая, - закончив с водой и отдав стакан Намджуну, отзывается Чимин.       Только сейчас омега узнает в альфе того самого улыбающегося парня, который работал с ним в прачечной. А сейчас, стоя перед омегой в маске с серьезным выражением лица, Чимин и подумать не мог, что это его близкий знакомый. - Тэмин? - удивленно спрашивает Чимин для большей уверенности. - Я и подумать не мог, что ты врач. - Ха, типо того, - неловко отзывается парень, отрываясь от записей в блокноте, - как прошла твоя первая течка?       Намджун молча наблюдает за диалогом парней, сидя на краю кровати, и не понимает, почему его так раздражает сложившаяся ситуация. Закидывает нога на ногу и нервно подергивает носком ботинка. - Если честно, не помню. - более расслабленно отвечает омега, понимая, что перед ним не чужой человек, поднимается всего на мгновение задумчивый взгляд и резко продолжает: - Точно! Вроде бы старший брат давал мне блокаторы. Тогда мое состояние было на грани, мало что помню. Но жар был невыносимый, думал, что умру.       Тэмин молча записывает сказанное омегой и поднимает неоднозначный взгляд на Намджуна. Переводит его на омегу, прижимающего к груди одеяло, и сужает глаза в улыбке, скрытой под маской: - Тебе нужно больше отдыхать и пить много воды. Течка может начаться со дня на день, поменьше выходи на солнце, это может привести к обмороку. Если поднимется жар, приложи что-нибудь холодное ко лбу, станет легче. Все понял? - Ага, - Чимин кивает головой и съезжает вниз по подушке, кутается одеялом и наблюдает за тем, как Намджун поднимается с кровати и молча уходит вслед за Тэмином.       За Намджуном, переступившим порог, тяжелые шторы опускаются, и альфы остаются наедине. Тэмин снимает маску, пряча в карман, и поднимает взгляд на Намджуна. - Что с ним? - Джун старается контролировать собственные эмоции, не поддаваясь панике. - Не знаю как сказать, - честно признается Тэмин, закрывая блокнот. - Говори как есть. - под тяжелым взглядом Намджуна, сверлящим насквозь, Тэмин долго подбирает слова, прежде чем озвучить их вслух. - Ему нужен альфа. - прямо заключает Тэмин. - Но не любой. Как вы знаете, наши феромоны с годами становятся концентрированнее и тяжелее, что напрямую связано с "инстинктом продолжения рода". Процесс запускается после 25-ти лет, а гон и течки происходят контрастнее, чем раньше.       Намджун складывает руки на уровне груди и утвердительно кивает, так как сам отмечал изменения в собственном запахе по мере взросления. - Наш организм прикладывает все больше усилий к тому, чтобы мы, как вид, оставили потомство. Однако, до 18-ти летия феромоны альф и омег нестабильны. - Тэмин замолкает и отводит взгляд в сторону. - К чему ты клонишь? - Если феромоны альфы будут слишком концентрированы, омега не переживет течку. В случае Чимина, ему нужен альфа, которому еще не исполнилось двадцать пять лет.       Намджун выслушивает Тэмина до последнего слова и прикрывает глаза, пытаясь взять себя в руки. Пальцы сжимаются в кулаки, а челюсть сжимается. Лидер тянет альфу за ворот футболки к себе и смотрит в темно-серые глаза с явной ненавистью: - Намекаешь, что я не гожусь? Слишком стар?       Колени альфы напротив вмиг подгибаются. Тяжелый сандал проникает в самые легкие, словно яд отравляя изнутри. - Неужели себя предлагаешь? Тебе же всего 23 исполнилось, так ведь, Тэмин? - Лидер, прошу, извините. Я не это имел в виду, - альфа хватается за чужие пальцы и старается не дышать. Его слова звучат искренне, отчего Намджун резко разжимает пальцы, приходя в чувства. Тэмин падает на колени и глубоко вдыхает, хватаясь за горло, которое раздирает изнутри от подавляющего феромона Намджуна. - Это ты извини. Не понимаю, почему вспылил, - извиняется Намджун, протягивая руку альфе. Помогает подняться и убеждается в том, что тот в порядке. - Лидер, смею предположить, что вы влюбились, - не без боли в горле смеется Тэмин, - я в порядке. Но если вы правда переживаете за него, будьте осторожны.       Намджун молча кивает, словно провинившийся ребенок, и наблюдает за тем, как альфа удаляется, стараясь прокашляться. Невольно думает о Чимине, ждущем его в шатре за спиной, и хочет выть от безвыходности ситуации. Альфа не спешит возвращаться в место, насквозь пропитанное запахом жасмина, а подходит к небольшому окну слева от входа в шатер. - Я никогда не причиню тебе боль, - шепчет Намджун, ведя пальцами по пластиковой поверхности. Он смотрит на то, как Чимин сгреб все одеяло, уместив между ног, и спит, уткнувшись в него носом. От чего сердце предательски сжимается тисками, а мозг бьет тревогу "вы не пара".