Сердце Византии 2

Охотничья вылазка летом обычно не приносила особой добычи. Та часть леса, которую знал Алессио, поредела от засухи. Очевидно, что зверьки предпочли более густую часть леса. -И это император называет охотой? В голосе Миреллы было плохо скрытое разочарованиеВ голосе Миреллы было плохо скрытое разочарование, смешанное с усталостью от дороги и непривычной жары. С момента ее прибытия во дворец все как-то шло наперекосяк: прием в честь помолвки детей прошел слишком официально, разговоры — натянутыми, а развлечения — лишенными смысла. Но тут Алессио знал, как исправить ситуацию и вернуть хотя бы видимость контроля.. — Мы выдвигаемся в Северный лес. Он произнес это спокойно, но с той уверенностью, которая не оставляла места для споров. Винкс нахмурился. Эта часть леса была плохо изученным местом. Сосны там были в 2-3 раза выше обычных. Их верхушки заслоняли собой солнечный свет, создавая мистическую атмосферу. Ходили различные слухи о фантастических жителях обитавших там. Соваться туда, еще и с главами двух государств было неблагоразумно. Однако император еще во дворце дал ему понять, чтобы не смел ему возражать при княгине. Военачальнику оставалось лишь достать из своей поясной сумки карту леса и углубиться в изучении того уголка на котором стоял арабский иероглиф опасности خطر., выведенный чьей-то твердой, уверенной рукой. -Надеюсь там есть ручей. Моя фляга практически пуста. Один из стражников тут же протянул ей свою флягу, но княгиня отрицательно помотала головой — скорее из упрямства, чем из вежливости. Алессио, будто желая сгладить неловкость, откупорил пробку от своей, но та оказалась абсолютно пустой. Он едва заметно нахмурился. — Там будет Рубиновое озеро, — произнес Винкс, сверяясь с картой и проводя пальцем по извилистой линии тропы. — Если верить отметкам. Часть пути они проехали в молчании. Но в лесу никогда не бывает абсолютной тишины: несколько мелких птиц щебетали по веткам, перекликаясь друг с другом, где-то в стороне треснула сухая ветка, а ветер лениво перебирал листву. Лошади ступали осторожно, будто сами чувствовали, как меняется окружающий их лес. Постепенно деревья становились выше, тень — гуще, а воздух — прохладнее. Солнечные лучи уже не проникали сквозь плотные кроны так свободно, как раньше, и тропа впереди казалась темнее, чем должна была быть в середине дня. Северный лес встретил их приятной прохладой и странной, почти ощутимой тишиной, в которой звуки казались приглушенными. Чуть ли не у самого входа в эту часть было обещанное озеро с кристально-прозрачной водой. Его песчаное дно просматривалось до мельчайших деталей, а неподвижная гладь отражала темные силуэты сосен, делая их еще выше и мрачнее. Император спрыгнул с коня и подал руку, чтобы помочь слезть девушке. Мирелла удивленно взглянула на него, (ее представление о варварах Византии оспаривалось данным мометом) но помощь приняла. О своей брезгливости к купанию в открытых водоёмах, привитой ещё в детстве рассказами наставников о скрытых опасностях, он счёл благоразумным умолчать. В его мире даже прозрачная вода могла таить угрозу, и привычка к осторожности была сильнее любопытства. Но Мирелла, судя по всему, была настроена решительно. Она уже прикидывала взглядом глубину и удобный спуск к воде. Алессио, заметив это, сделал знак страже отойти как можно дальше. Те переглянулись, но подчинились, хотя и с явным сомнением. Отойдя, они не расслабились: император видел, как они продолжают внимательно осматривать окрестности, проверяя каждую тень между деревьями. Княгиня тем временем аккуратно поставила лук к дереву, словно не желая повредить оружие даже в такой момент. Колчан она почему-то повесила на обломок сука, проверив, чтобы тот держался крепко. Затем взялась за латы. Лёгкие кожаные доспехи, впрочем, оказались не такими уж податливыми. Шнуровка на спине затянулась слишком туго, и несколько попыток справиться с ней самостоятельно ни к чему не привели. Мирелла недовольно выдохнула, стараясь на ощупь развязать узел, но безуспешно. — А в византийских доспехах сбоку ремешки, — заметил Алессио, наблюдая за её попытками и с трудом сдерживая улыбку. — Да, у нас их больше, но зато помощь при снятии защиты нашим воинам обычно не требуется. — Лучше бы не зубы скалил, а помог, — с укором произнесла девушка, бросив на него короткий взгляд через плечо. — Или лимит помощи на сегодня уже исчерпан? В её голосе сквозила насмешка, но просьба была вполне серьёзной. Помочь действительно было несложно. Алессио не раз приходилось избавлять Джулию и других наложниц от сложной шнуровки на корсетах платьев — там требовалась сноровка и терпение. Однако сейчас перед ним стояла не придворная дама, а вольная девушка, привыкшая действовать самостоятельно. И это почему-то сбивало его с толку. Его пальцы сначала слушались плохо, узел казался упрямее, чем был на самом деле. Но, повозившись, он всё же справился. Шнур ослаб, и латы с тихим звуком упали в траву. Мирелла, не оборачиваясь, мысленно отметила эту короткую заминку. Неуверенность в действиях византийца показалась ей любопытной. В её мире мужчины в подобных ситуациях либо действовали уверенно, либо вовсе не вмешивались. «Интересно…» — мелькнула у неё мысль, — «что бы он сделал, если бы пришлось зайти дальше?» Впрочем, она тут же отогнала её. Как бы ни было велико желание поддразнить его, чужую веру и обычаи стоило уважать. Вместо этого княгиня просто скинула ботинки, не тратя времени на лишние приготовления, и, так и оставшись в одежде, шагнула к воде. На мгновение задержавшись у самого края, она резко нырнула в озеро, разбив неподвижную гладь холодными брызгами. Вода действительно оказалась ледяной. Зубы тут же издали характерный звук. Пришлось вылезать. Вид девушки был тот еще. Длинное платье,ранее успешно скрывавшее ее утонченную фигуру, теперь облепило все ее выдающиеся места. Алессио невольно пробежался по ее телу взглядом, задержавшись в области груди. И зачем только она скрывала ото всех эти формы? Император поодавшись порыву, резко сдавил девушку в обьятиях и накрыл ее синие губы поцелуем. Он чувствовал, как влага ее платься пропитывает и его рубашку цвета неба, которого здесь не видно. А длинные мокрые волосы слегка щекотали ладонь. Княгиня не сопротивлялась. И это было неожиданностью, даже для нее. В этих обьятиях византийского варвара она таяла словно рафинад в чае. Слегка кружилась голова и ноги стали ватными. -На нас смотрят, - пролепетала она, с неохотой отпуская его губы. -Действительно, -пробормотал император, -К тому же Джулия итак на меня злится. Не знаю за что. Мирелла вскинула на него свои голубые глаза и тяжело вздохнула. -Нам девушкам важно внимание. Как давно ты дарил жене цветы? -Раз в 3 дня ее служанка меняет цветы в вазе на подоконнике. Касаемо моего внимания, мне кажется ей наоборот оно противно. Болгарка пожала плечами. Разбираться в психике малознакомой девушки ей не хотелось. Она встала на носочки и едва коснулась своими губами губ императора. Алессио отпрянул. Лишь слегка и не отталкивая ее, но княгиня все поняла. Этот мужчина был недосягаем для нее. Княгиня чувствовала легкую горечь разочарования, но она была слишком горда, чтобы это показать. Она улыбнулась Алессио, своей обычной, блестящей полной презрения улыбкой. -Вы просто играете в игру недосягаемости? - сказала она ему, с ноткой надежды в голосе. Алессио взглянул на неё, его глаза были твердыми и решительными: -Я никогда не играю в игры с чужими сердцами - ответил он. -Просто вы промокли и замерзли и я вас слегка согрел. Княгиня почувствовала, как её сердце тонет в боли, но она продолжала улыбаться. -Ну что ж, буду знать. Алессио смотрел как она поспешно натягивает доспехи поверх мокрой одежды. Он знал что она не этого ожидала от него. Знал, но не мог позволить себе излишние вольности к этой девушке, хоть она и была привлекательной .Он не хотел давать ложные надежды или создавать неудобную ситуацию. Когда княгиня надела доспехи, он подошёл к ней и сказал: -Я надеюсь, ты не будешь злиться на меня. Я просто пытаюсь быть честным. Княгиня подняла голову и встретила его взглядом. Она понимала, что император говорил правду, и это было тяжело для неё. Но она также знала, что сама не может привязываться к кому-то. Потому что коварная судьба всегда лишала ее близких людей. Не всегда смертью. Но их отдаление было еще более губительным для ее сердца. -Я понимаю, - ответила она, - И я не злюсь на тебя. Просто.. Я думала, что между нами возможно что-то большее, чем простая помолвка детей. Алессио сочувственно улыбнулся и отрицательно помотал головой: -Я намерен сохранять верность своей Джулии. Наши отношения начались не идеальным образом и я сожалею о первых часах нашего знакомства. Однако она прекрасная девушка и подарила мне и Византии в целом неоценимый дар. Моя верность - наименьшее, чем я могу ее отблагодарить. Что касается нас с вами, княгиня, - мы могли бы остаться друзьями? Девушка рассеяно кивнула. Они оседлали своих коней и продолжили путь по густому лесу.