Сказания наших дней

       Темнота. — Норико, очнись, пожалуйста. — как сквозь пелену, послышался голос Виен. Та с трудом открыла глаза. Затылок и спина ныли, но уже не так сильно. Это не сон. Нана мертва. Нори медленно оглянулась. Солнце зашло за зенит. Сколько времени прошло? Тадао и Хиро лежат на окровавленной траве, видимо, в отключке. Но ран на них не видно. Тыкывак с несколько опечаленным взглядом точил наконечник стрелы. Алёна ножом чистила ветви и отвернулась, едва ли встретившись глазами с Нори. Нану уже похоронили? Может, оно и к лучшему? Так не хочется увидеть ее тельце с перебитыми внутренними органами и раздробленными костями. В сердце больно защемило. А ведь маленькая кумихо не успела даже пожить… Нори молча смотрела в траву, на которой виднелись красные капли крови. В голове было много вопросов, но на удивление, знать ответы на них совсем не хотелось. Но надо. — Что произошло, пока я лежала в обмороке? — тихо спросила та. — Мы кое-как успокоили Тадао, чтоб он не потерял еще больше крови и я еле его вылечил. Хиро потерял сознание от боли и стресса. Мантикора сломала ему руку. — ответил Хетепи. — Но не волнуйся, дитя. Им станет легче в скором времени. — Вы… — Нори отвела взгляд в сторону. — Да. — коротко произнес египтянин. — Мы похоронили маленькую лисицу. С глаз потекли предательские слёзы. Норико начала их утирать, но сердце ведь не заткнешь? Она всхлипнула. Опечаленная Виен положила ладонь на её плечо, мол, тише. Слезами ничего не исправить. — Норико-сама… Вы в порядке? — раздался голос Тадао позади. — Мы испугались за Вас, Вы выглядели как-будто уже поздно… — Молчи, юнец, не напрягайся и не волнуйся. — произнес Хетепи. Тадао хотел возразить, но взор могучего египтянина быстро утихомирил сына богов. — Мы проведем еще немного времени здесь. — сказал тот. — А затем пойдем дальше. На слова Хетепи и отвечать ничего не нужно было: Нори была согласна, всем сейчас нужно время чтоб восстановиться. Норико глубоко вдохнула воздух с металлическим привкусом от крови. Грудную клетку будто сдавливала тоска. Выдохнула. Очень хотелось воды. Она наощупь положила руку к рюкзаку и притянула его к себе. Нори с силой достала и открыла бутылку воды, начиная жадно пить. Заметив устремленный на поллитровку взгляд Алёны, Нори передала ей ее. — Спасибо. — тихо произнесла девушка. — Я передам остальным? Нори кивнула и прикрыла глаза. Так в тишине, изредка нарушаемой шепотом, прошло около часа. За это время Хиро тоже очнулся. — Я думаю, нам нужно идти. — проговорил Хетепи. — Все ведь могут? Норико дернулась от резко прорезавших слов молчание слов. — Угу. — быстро кивнула та, вставая. — Твоя голова не болит, дитя? — спросил египтянин. — Ты очень сильно наткнулась на камень. У тебя, видимо, было сотрясение. Но я его исцелил. — Нет-нет, первое время болела, сейчас уже перестало. — она покачала головой. — Спасибо. Нори отряхнулась и подняла рюкзак с косой. Хиро печально улыбнулся. Сквозь усилия — это было видно. — Идем? — спросил тот. — Идем. — Виен кивнула, с тоской поглядев на цветущую дикую яблоню. И все двинулись вперед. В лесу было тихо, но постепенно возвращались птицы, мелкие и крупные звери. В солнечных лучах летали мотыльки. Ничего не говорило о том, что пару часов умерла Нана и кажется, все стали медленно отходить от шока. — Домой так хочется… — протянула Алёна, потягиваясь. — Ничем не заниматься, никуда не ходить… — Это только первая наша миссия. — усмехнулся Хиро. — А тебе бы уже домой. — Я согласен с Алёной. — пожал плечами Тыкывак. — Лично я не очень люблю такую активность. Я в общем-то, почти и не ходил никуда со своей яранги. — Что это? — спросил бакэнэко. — Дом такой? — Угу, дом. — ответил морозный дух. — А почему ты такой современный и у себя на Севере так и живешь? — не унимался Хиро. — Потому что без меня там тепло сильно станет. — небрежно бросил Тыкывак. — Еще вопросы? — А ты на оленях катался? — ехидно спросил парень. Ну такого мороз явно не выдержал: — А ты как думаешь? — съязвил тот. — Я думаю катался… — наигранно задумался Хиро. — А вот нет, не угадал! Делать мне нечего — кататься на зверях? — фыркнул Тыкывак. — Да и не ходил я далеко своими ногами. В основном по ветру. — Так ты летать умеешь? — спросил Хиро. — Да, представь! — хмыкнул морозный. — Вы опять? — вздохнула Нори. Ей это порядком надоело. — Серьезно, вам нечем заняться? — Нори, ну что ты? Если так относится к каждой ссоре относиться — с ума сойти можно! — пожал плечами Хиро. — А я согласен. — покосился на бакэнэко Тыкывак. — Ты раздражаешь меня. — Да ты со всеми согласен, я заметил. — едко заметил тот. — У тебя своего мнения нет? — Хватит. — подала голос Виен. — Вы и вправду один лучше другого. Идемте уже. Все утихли и остаток пути прошел в молчании. — Лес тих, да и кончается. — произнес Хетепи. — Мы больше здесь никого не встретим. — Точно, а? — спросил Хиро. — Точно. — кивнул египтянин. — Тут не может быть никаких чудовищ. Над головами героев пролетела птица. Ее трудно было не заметить: красное, как огонь оперение сильно выделялось на небосклоне. — Что за птица? — едва спросил Хиро, вся семёрка очнулась опять на крыше? — Наверное, раз мы тут, мы уже закончили нашу миссию, как думаете? — продолжил бакэнэко. Тадао посмотрел на пол и поднял письмо. — Смотрите, нам что-то опять отправили! — сказал он и развернул конверт. — Тут сказано, что мы справились с заданием и завтра в полночь нужно будет снова быть на крыше за следующим заданием… А еще нам нужно отписать о том, что мы видели… В том лесу. Письмо сжечь. Нори кивнула, задумавшись. — Идем домой? — спросила Алёна. — Идите, я тут побуду. — ответила Норико. — Давно здесь не сидела. — Как скажешь. — пожала плечами Виен, посмотрев вдаль. И Нори осталась одна. Она посмотрела на дороги, распростершиеся под крышей. На них метались машины, а дальше зажигались ночные огни. Вечереет. Норико обхватила колени. Вспомнилась ее жизнь до всего этого. Она никогда бы не подумала, что станет сражаться по-настоящему, так еще и с существами, которых она видела только в книжках. Конечно, Нори знала свою принадлежность к мифологии, но она не знала, что там так опасно. Никогда даже и не задумывалась. Сейчас умерла Нана. Если тот мир так безжалостен — кто умрет следующим? Когда умрет сама Норико? Сможет ли умереть? На этих мыслях на глаза навернулись слёзы. А как бы отреагировали на ее смерть? Так же бы убивались? Нори дала себе пощечину. Да как так можно?! Щеку закололо. Она прижала к ней ладонь. Холодно. — Все не так уж плохо. — успокаивающе прошептала Норико себе. — Может быть и хуже. Она закуталась в ветровку и пошла домой. — Что делаете? — спросила та, открывая дверь. — Да так, фильм смотрим. — пожал плечами Хиро. — Где Виен? — Нори оглянулась. — На кухне или в комнате. Одно из двух, короче. — вздохнул бакэнэко. — Ладно… — зевнула Нори и пошла на кухню. За столом сидела трясущаяся Виен, закрывшая лицо руками. — Виен? — она села рядом с кумихо и осторожно коснулась ее спины. — Невозможно… Это невозможно… — шептала Виен, дернувшись. Она взглянула Нори в глаза. Та отшатнулась. По телу побежали мурашки. — Не надо, тише, пожалуйста! — Норико посмотрела та. — Это больно, я понимаю — потерять такого дорогого человека… — Да. — шепотом произнесла та. — Она умерла. И я отомщу за нее. Нори налила воды в стакан и передала Виен. Она взяла его в дрожащие руки и выпила пару глотков. Глубокий вдох. Кумихо резко посмотрела на Норико и обняла ее. Та просто сидела в состоянии шока, не двигаясь и почти не моргая. В звенящей тишине можно было услышать сердцебиение. Она медленно убрала руки кумихо со своих плечей, ошарашенно глядя на Виен. — Спасибо, Нори. — произнесла та и ушла, оставив ее в одиночестве. Мысли путались.