Побочные действия (Side effects)

Когда Гермиона вышла, Северус уже был одет, а кровать заправлена. Он не стал менять подушки, которые она увеличила, а на прикроватной тумбочке появился старый поднос, переполненный тарелками с едой. Снейп быстро обернулся, услышав ее, и бросил подушку, которую взбивал, обратно на кровать, будто его поймали, когда он делал с ней что-то незаконное. — Мне показалось, что на кухне недостаточно места. Я подумал, что тебе понравится завтрак в постель. Я приготовил тебе чай, — сказал Северус, обходя кровать. Он поднял большую кружку и подал ей, Гермиона почувствовала запах корицы и специй. — Северус! Это…? — Это черный чай. Я сам смешал специи и использовал обычное молоко. Я могу купить тебе соевое, когда в следующий раз пойду за покупками, — его рот захлопнулся, и сердце Гермионы пропустило удар, когда она увидела, как сильно он волнуется. Девушка сделала глоток и практически застонала от удовольствия. — Это прекрасно, — восхитилась она, и следом выпила половину кружки. — Мне пришлось отрегулировать уровень черного перца, пока он не стал приемлемым. Прошу прощения, если я не разделю этот с тобой: я выпил много чая, пока ты принимала душ, пытаясь сделать его как можно ближе к тому же уровню твоего… удовольствия, — сердце Гермионы бешено забилось, и она удивилась тому, что этого не было заметно даже через тяжелую ткань халата. — Это божественно. Спасибо. Что касается удовольствия, я боюсь, что мои стандарты недавно были подняты до такого уровня, что чая со специями больше будет недостаточно, — она посмотрела на него самым прямым взглядом, который был в ее арсенале, и увидела, что глаза Северуса загорелись. Гермиона чувствовала как на её лице появляется злорадная улыбка, пока она допивала чай. Когда девушка подняла голову, Северус сократил расстояние и оказался прямо перед ней, глядя на нее сверху вниз с выражением очевидного желания. Флирт закончился. Гермиона облизала губы, даже не осознавая, пока не увидела как его глаза отследили это движение. — Северус… — сказала она. Он обнял ее и притянул к себе, забирая пустую кружку из рук. Она услышала стук, когда Северус уронил кружку на ковер, а затем стащил полотенце с ее головы, чтобы отправить туда же. Гермиона прижала руки к его груди, когда он запустил пальцы в ее влажные локоны. Он пристально посмотрел ей в глаза, затем сжал её волосы в кулаке, наклонил голову, и поцеловал ее так, что, казалось, сожжет ее дотла. Бабочки вырвались на свободу и закружились в ее животе, когда Северус стал зацеловывать её лицо, прежде чем вернуться к ее губам с утробным рычанием в груди. Поцелуй был их разговором. Его страсть была смягчена вопросом, а ее ответом был удовлетворенный вздох. Когда Северус прижал ее к себе, его затрудненное дыхание говорили о его желаниях и потребностях, а гортанные стоны Гермионы сказали ему взять то, что он так хотел. Его ищущий язык проник внутрь, и они оба застонали, когда их тела слились в этом меньшем проявлении. Она приветствовала головокружительные ощущения и прижалась к Северусу сильнее, чувствуя нарастающее возбуждение. Его руки дернули за пояс халата, и когда тот развязался, Снейп прервал поцелуй и благоговейно стянул халат с ее плеч. — Гермиона, я хочу… я не знаю, чего хочу… я знаю, что очень, очень хочу тебя, — голос Северуса дрожал, как и его руки, когда он скользил ими по рукам Гермионы. Она начала расстегивать пуговицы на его рубашке. — Я хочу тебя, Северус. Что касается других желаний… Я подозреваю, что, хотя мы и не знаем, что они собой представляют, мы хотим одного и того же. И даже если они немного отличаются, я точно постараюсь удовлетворить твои потребности. Боюсь, я слишком молода и неопытна для тебя, но со временем это ведь изменится, так? — Северус провел руками по ее спине. — Боюсь, я все еще буду слишком стар и слишком опытен. Гермиона раздвинула его рубашку и положила руки на его грудь, такую тёплую и мягкую под ее пальцами. Его шрамы: красные выпуклые и посеребренные потускневшие говорили о тяжелой жизни. Она поднесла руку к его горлу и провела пальцами по сердитым, багровым следам укуса Нагини. — Я думаю, что у нас впереди у обоих есть новый опыт, который предстоит испытать. Я не вижу здесь свидетельств особого удовольствия. Я хотела бы дать тебе это. Но тебе придётся сказать мне, что это должно быть. — Поцелуй меня, и я обещаю показать тебе, — ответил Снейп хриплым от эмоций голосом. Девушка приподнялась на цыпочки и поцеловала его в шею, прежде чем перейти к его губам. Северус, крепко удерживая, наклонил ее в поцелуе, а затем, просунув руку ей под колени, поднял ее и повернул к кровати. Он упёрся коленом в кровать и уложил ее в центр, накрыв своим телом. Северус снова поцеловал ее, и в этом не было ничего нежного. Ей снова напомнили, что это не мальчик, а мужчина. Гермиона дрожала от его прикосновений, когда он ласкал ее, и, оторвавшись от ее губ, вобрал её грудь в рот. Она застонала, и Северус замычал в ответ. Тихим акцио Гермиона призвала свою палочку и быстрым заклинанием заставила исчезнуть его одежду. Палочка выскользнула из ее руки и скатилась с кровати, когда они оба отреагировали на ощущение такого сильного контакта кожи к коже. Рука Северуса соскользнула вниз, и его пальцы заплясали в ее складках: он застонал, обнаружив, что Гермиона уже так готова. Он прижался своей длиной к ее бедру, и она толкнулась в него. — Я хочу двигаться медленнее, но я… — Сделай это, Северус, у нас будут другие возможности. Сделай это сейчас. Снейп издал стон, который перешел в рычание, когда он поднялся над ней и встал у ее входа. Лежа под ним, Гермиона осознавала, насколько она мала. Раньше Снейп всегда казался ей хилым, хрупким, злым мужчиной, но теперь, когда она была поражена его присутствием и трепетала перед его страстью, Гермиона поняла, что он — больше, чем жизнь. Она провела руками по его бокам и обвила ногами его бедра, когда Северус протиснулся внутрь. Он поднял руки вверх, обнял ее локтями по обе стороны от плеч и обхватил ее лицо руками, проталкивая в нее всю длину короткими, мучительно приятными толчками, от которых дрожали мышцы живота. Гермиона застонала, когда чувство невероятной наполненности им вызвало маленькие искры удовольствия, которые бегали вверх и вниз по ее телу, оседая в ее животе. Она чувствовала, что сжимается вокруг него. — О, как хорошо, — простонал Северус. По мере того, как его темп увеличивался, он больше не целовал ее, а скользил лицом по ее лбу. Отчаявшись получить его поцелуй, Гермиона вцепилась ему в плечо и начала целовать и кусать его с избытком страсти. Снейп зашипел на вдохе и поднялся, пока не оказался над ней, глядя вниз с огнем в глазах и выражением такой жажды на лице. Она знала, что этого было недостаточно. Это единение, каким бы невероятным оно ни было, было лишь отражением чего-то более глубокого, в чем они оба нуждались. — Так красиво, — прошептал он. Гермиона провела рукой по его груди и проследила за тонкими черными волосами туда, где они сходились вместе, и обвела пальцами основание его члена, используя большой палец, чтобы погладить себя. — Сильнее… пожалуйста… мне нужно потерять контроль, — умоляла она. Его лицо сморщилось, а рот открылся, когда Снейп переместился и поднял ее ноги, просовывая руки под ее колени. Он начал всерьез толкаться в нее. Северус казался завороженным тем, как подпрыгивает ее грудь, когда он врезался в нее. Гермиона чувствовала, как приближается к оргазму, клубок в ее теле сжимался, когда она смотрела на него. Его волосы, длинные и потные, прилипшие к его лицу, и выглядящий почти сердито лоб, пока Северус был сосредоточен на своей задаче, а также мелкие судорожные движения, чтобы удерживать давление его хватки и не сделать ей больно — было всем, что требовалось Гермионе: в этот момент ее любовник и ее профессор слились в одном мужчине, и она почувствовала, как разрывается на части под его страстной атакой. Она заплакала, когда освобождение охватило ее, Гермиона бросилась вперед и обвила руками его шею. Северус уронил ее ноги, обнял и погрузил язык ей в рот, поглотив её крики от следующих волн оргазма. Его бедра не переставали двигаться, только замедлились до тягучих толчков. Его поцелуй стал глубже, в нем стало меньше страсти и больше эмоций, и Гермиона с удивлением почувствовала, как слезы текут из уголков ее глаз. Северус снова стал проникать в нее более глубокими движениями и в конце концов прервал поцелуй, сосредоточившись на своей задаче. Он приподнялся на руках, а его бедра двигались к ней навстречу в быстро нарастающем безумном темпе. Его глаза закрылись, Северус запрокинул голову, и девушка с трепетом наблюдала, как он полностью отдался своему собственному удовольствию. Гермиона, растянувшись под ним, чувствовала себя безвольной, принадлежавшей ему. Его дыхание было прерывистым, и она слышала, как он скрипит зубами. Глубокие звуки блаженства вырвались из его груди, но он не проронил ни слова. — Ох! — внезапно выдохнул Северус, а затем издал дикий стон, врезавшись в нее в последний раз, и Гермиона почувствовала, как он пульсирует глубоко внутри нее. Северус покачал бедрами, Гермиона сжала мышцы, и он вздрогнул от этого ощущения…