Stick With Me

      Джордж проснулся раньше Клэя, что спасло его от объяснения того, почему у его друга слюни на плече. Хотя было еще рано, и аэропорт все еще спал, и ничто, кроме унылого гула кондиционера и дождя не составляло компанию Джорджу.       Он чувствовал себя ужасно. Его тело окоченело от пола, а одежда казалась грязной; он даже не хотел видеть, как выглядят его волосы. Он проводит по ним рукой, морщась от того, какие они… буэ, и посмотрел вниз на своего друга. Он выглядел идеально, и это так бесило Джорджа. Его светлые волосы идеальны. Его одежда не выглядела помятой или грязной, и, хотя Джордж уткнулся носом в плечо Клэя, его друг не пах ужасно. Он ненавидит это. Но у Клэя были его вещи, а Джордж остался ни с чем.       — Эй, Дрим, — шепчет Джордж, тыча друга в живот. Джордж знал, что Клэй чутко спит, а еще он знал, что может разозлить Клэя настолько, что тот даст тому запасную рубашку.       — М-м-м-м? — Клэй хмыкает, не потрудившись открыть глаза.       — Можно мне украсть рубашку? — еще один тычок. Клэй вслепую машет рукой и поворачивается к Джорджу.       — Мне все равно, — сказал Клэй. Это было не «нет», и Джордж потратил две минуты, пытаясь открыть чемодан своего друга, расстёгивая молнию, прежде чем схватить несколько кусков ткани. Он поднимает, как ему кажется, бледно-желтую футболку к утреннему свету, и тихо крадется в общественный туалет. Рядом с туалетом была небольшая кофейня, в которой сидела пара, мирно разговаривая друг с другом приглушенными голосами, пока мужчина прижимал к груди спящего ребенка. Они выглядели обеспокоенными. Джордж, проходя мимо, опустил голову, и их разговор оборвался. По спине Джорджа пробегает знакомое чувство, но он не обращает на него внимания.       В туалете было темно, кромешная тьма. Как только за ним захлопнулась дверь, он погрузился в темноту, и, шлепнув ладонью по стене, нашел выключатель. Свет не включается. Он снова щелкает и ждет. Ничего не происходит.       Он быстро щелкает переключателем туда-сюда. Ничего не происходит.       Он стонет, размахивая руками по кругу, пытаясь увидеть, чувствительны ли лампы к движению. Раздался тихий щелчок, и Джордж запрыгал вокруг, отчаянно размахивая руками, чтобы включить свет. Это была безнадежная тактика, и он понял, что свет не включится. Он меняет футболку и аккуратно складывает толстовку Клэя, прежде чем побороться с дверью, чтобы открыть ее, и моргает от того, насколько ярко было в коридоре по сравнению с туалетом.       — Сэр? — зовет голос, когда Джордж возвращается. Он поворачивается к паре, сидящей в пустой кофейне. — У вас случайно нет с собой телефона? Или…или зарядного устройства? Как батарейки?       Джордж отрицательно качает головой. Он оставил свои вещи с Клэем, так как думал, что поход будет быстрым, но нет. Он должен был бороться с неработающими лампами.       — Угх, окей. Просто… электричество отключилось несколько часов назад, и наши телефоны скоро отключатся. Может, вы знаете что-нибудь о шторме? Мы слышали, что они подняли его до третьей категории, и мы пытаемся решить, стоит ли бронировать отель, — говорит женщина. Джордж шокировано моргает. Третьей категории?! Отключение электричества? Вы шутите… мы что, будем гнить здесь?       — Э… нет. Нет, не знаю. Хотя мой друг может знать; он пытался оставаться в курсе этого-       — О, боже, ты не здешний, бедняжка, — говорит она, замечая его акцент. Она перебила Джорджа, несмотря на то, что он почтил ее своей помощью. Он мог бы уже есть свои крекеры. — Откуда ты?       -…Лондон, — вздыхает Джордж. Он ведь не сбежит от них сейчас, да?       — Ух ты. Лондон. Что привело тебя сюда?       — Дальние родственники.       — Ох. Что ж, мне очень жаль, что ты застрял здесь, во Флориде. Надеюсь, ты вернешься домой, — она морщится. — Надеюсь, ты и твой парень не сводите друг друга с ума. Как некоторые люди… — Они бросили взгляд на парня, но Джордж был слишком занят коротким замыканием в своей голове, чтобы даже думать о шутке.       — Парень- нет. Нет, нет, нет. Мы не встречаемся, он просто мой друг, — торопится объяснить Джордж, его лицо пылает. Женщина начинает извиняться, а потом ребенок начинает хныкать, заставляя ее отвернуться от Джорджа. Мужчина извиняющимся кивком благодарит его. Он стоял там, как идиот, наблюдая, как хныканье ребенка перерастает в крики, и его сердце бешено колотилось. Неужели они действительно казались… фу. ФУ! Что? Нет. Это не- нет. Я даже не- вау.       Джордж возвращается и с удивлением видит, что Клэй не спит и разговаривает по телефону. Джордж подходит и выхватывает его у него из рук.       — Чувак, он сейчас на вес золота, не используй его, — предупреждает Джордж. Клэй выхватывает телефон.       — О чем ты?       — Электричество отключили, тупица! — огрызается Джордж.       —…Не может быть.       — Может. — сказал Джордж и бросил сумку на сиденье рядом с Клэем. Он запихивает грязную одежду в рюкзак. — Я застрял в этом дурацком туалете, пытаясь включить свет, а потом эта пара попыталась поговорить со мной и спросила, есть ли у меня телефон, и они сказали, что электричество отключено и что ураган теперь в третьей категории- — У Джорджа заканчивается дыхание, и он быстро дышит.       — Все так плохо, — бормочет он. Он прижимает ладони к глазам и чувствует, что Клэй смотрит на него, сидит и не произносит ни слова.       — Джордж, все в порядке, — тихо сказал Клэй. Джордж чувствует руку на своем плече, но не убирает своих от лица.       — Мы застряли здесь! Мы никогда не уедем!       — Уедем! Не говори так — ты никогда не сможешь полностью доверять тому, что говорит синоптик. Что еще говорили люди? — спрашивает Клэй.       — Я не знаю. С ними был ребенок, а еще они думали, что мы встречаемся, — сказал Джордж самым несчастным тоном, на какой только был способен. Ему все надоело. Он ненавидит это место. Он даже не заметил, что Клэй странно молчал после того, как он сказал это, и он посмотрел на Клэя.       Его друг боролся со злобной усмешкой. — Они думали… они думали, что мы встречаемся?       — Да, — сказал Джордж. Его лицо горит, и он снова прячет его в ладонях, пока Клэй смеется.       — О боже, ты серьезно? Ха! Ты- хаха! — Клэй не мог вымолвить ни слова, отчего Джорджу не стало легче.       — Сто-о-о-оп, — тянет Джордж. Клэй быстро обнимает его сбоку, шутливо прижимаясь щекой к наплевательски уложенным волосам Джорджа.       — О-о-ох, Джорджи! Все будет хорошо, по крайней мере, мы есть друг у друга, — поддразнивает Клэй. Джордж пылал. Его лицо покрывалось красными пятнышками от смущения. Он чувствовал себя отстойно, и ему захотелось выпрыгнуть из окна прямо в ураган.       — Ладно! Все равно, — сказал Джордж и вывернулся из объятий Клэя. — Просто заткнись, придурок.       — Я думаю, это смешно, что люди думают, что мы встречаемся, — хихикает Клэй. Джордж свирепо смотрит на него, и каждая клеточка его тела напрягается, не говоря уже о том, что Клэй был тем, кто заставил Джорджа обниматься прошлой ночью.       — Я действительно не знаю, почему они так думают. Я буквально ненавижу тебя, — добавляет Джордж. Клэй закатывает глаза, на его лице сияет улыбка.       — Нет, не ненавидишь.       Джордж показывает язык.       — Джордж- — хрипит Клэй, улыбка становится еще ярче. Джордж ловит себя на том, что тоже ухмыляется. — Джордж, что это было? Это было- ха! Это было бессмысленно!       Джордж еще раз показывает язык, заставляя Клэя смеяться еще сильнее. Двое продолжают шутить — Клэй в какой то момент начинает подражать звукам Джорджа, и они оба проваливаются в комфортный смех. Постоянный дождь и гром перестал беспокоить их, как и придурковатые шутки утром, когда они бросали крекеры друг другу в рот с бешеных расстояний и радовались, когда один из них ловил снэк. Только днем они снова сели рядом друг с другом, Клэй положил свои ноги вдоль подлокотников Джорджа, так что Джордж мог использовать их, чтобы подпирать телефон, пока он пытался найти больше информации о шторме. Клэй недолго говорил со своей сестрой по телефону и очень раздражающе повторял информацию, которую Джордж предоставлял ему. Слово в слово.       — Дрим! Это что, необходимо? — сказал Джордж, пиная кроссовок Клэя. Клэй поднимает бровь, но не отвечает.       — Окей. Мхм. Конечно, — говорит Клэй, и Джордж развязывает его шнурки. — Окей, погоди-, Клэй выключает микрофон и смотрит на Джорджа. — Джордж, ты в двух секундах от потери привилегии на подставку в виде моей ноги.       Джордж устанавливает зрительный контакт перед тем, как очень медленно завязать шнурки друга между собой. Клэй сбрасывает ноги с Джорджа, убеждаясь в том, чтобы ударить колени Джорджа по пути вниз.       — Эй, какого черта? — сказал Джордж, потирая свои коленки. — Ты такой тупой.       — Скажи тоже самое еще раз- погоди, Анна! — Клэй орет в телефон и показывает пальцем на друга, чтобы тот замолчал. — Прости, мне нужно было кое с чем разобраться.       — Ты глупый. Идиот. Тупица. Ребенок, — сказал Джордж. Лицо Клэя опустилось, и он затих, пока Анна что-то бессознательно рассказывала своему брату. Правда, ее брат не обращал на это внимания. Джордж и он застыли в еще одном пристальном взгляде друг на друга.       — У тебя есть десять секунд, чтобы убежать, — Клэй бросает ему вызов.       — Или что? Ты меня ударишь? Мне так страшно, — Джордж передразнивает его, махая руками в ложном страхе. Клэй ухмыляется.       — Хочешь узнать?       -…Нет. — Сердце Джорджа начинает колотиться.       — Иди. Десять секунд начинаются сейчас, — сказал Клэй. Но Джордж не встает, он отказывается бояться шести-с-чем-то-футового взрослого ребенка, который играл в лего ради забавы. Он не должен был разрешать себе чувствовать столько адреналина из-за пустой угрозы.       — Семь. Шесть. Пять — Клэй отсчитывает, и Джордж выскакивает из сидения пробираясь за угол. Он еле слышит поспешное прощание с Анной и оборачивается. Клэй уже не был на сидении, и Джордж визжит, быстро шагая назад для создания большей дистанции. Клэй делает шаг — и спотыкается. Ха! Взрослое дитя споткнулось! Подумал Джордж радостно. Его трюк со шнурками сработал, и Клэй наклонился, чтобы поправить их, что выиграло Джорджу больше времени.       Джордж бросил еще один смешок, показывая другу два пальца. — Адьос, Дрими.       — Не дерзи! — Клэй кричит, пытаясь догнать его, но Джордж уже убежал. Он быстро бежал трусцой по аэропорту, толпа прореживалась все больше, чем дальше он отдалялся. Джордж продолжал поворачивать голову назад, проверяя, есть ли там его сумасшедший друг, которого бы он точно заметил. Но он был все время вне поля его зрения.        В конце концов, Джордж добежал до тупика. На самом деле, это был терминал, который он нашел, когда пытался найти Клэя после отмены рейса. Там не было никаких рабочих, и висел большой белый кусок ткани, который разделял сам аэропорт от строительной площадки. Джордж засомневался, так как он был где то на 80% уверен, что заходить туда было против правил аэропорта, пока строительство не было окончено.       — Оу, Джордж — Клэй зовет его из-за угла. Он был так близко — О боже, эм- окей, окей. Если Клэй смог провернуть ту штуку с фонтаном, разумеется, что я могу просто заглянуть сюда?       С небольшим шипящим выдохом, Джордж оттягивает накидку и проскальзывает между двумя его частями. Точно так же как и в ванной, здесь было очень темно. Стеклянная стена перед ним была единственным, что предоставляло немного света, дождь был еще более громким здесь. Тихие шаги Джорджа все же умудрились образовать эхо на бетонном полу, пока он двигался между деревянными досками и гипсокартоном. Он посмотрел вверх на скелетообразные стены и потолок, молния оголила висящие вниз провода, когда она ударила. Это место было в полнейшем беспорядке, и он задержал дыхание, когда увидел проходящую мимо него тень Клэя с другой стороны ткани. Ну и идиот…       Джордж подходит к окну и прикладывает ладонь к холодному стеклу. Капли бегали за ним и он чувствовал, как стена содрогалась, когда дули порывы ветра. Было сложно представить, что этот шторм мог стать еще хуже. Пока Джордж ходил вдоль окна к другой стороне комнаты, прозвучал слабый лязг металла, и он замер.       Вот дерьмо. Дерьмо. Это охрана. Со мной покончено — о боже мой, я такой идиот! Мне стоит что то сказать или просто подождать, пока он найдет меня? Или она. Или они. Агх- Джордж, перестань паниковать!       Джордж поворачивает голову на звук. — Есть кто?       Нет ответа.       — Дрим, клянусь, если это ты… — он говорит. Джордж говорил шепотом, но помещение уносило его слова и он смутился, когда казалось, будто он кричал. Вот еще один шаркающий звук, и он всматривается в темноту. Может это мыши? Или крысы? — Клэй?       — Кто нибудь? — повторил Джордж и начал медленно идти навстречу звукам. — Я…Я немного потерялся. Мне жаль. — Он врал кому то или чему то, что было там, но если это была охрана, то он спасал свою задницу. Джордж также мог удачно использовать то, что он иностранец.       Джордж пинает металлическое ведро, наполненное дождевой водой, и подпрыгивает с небольшим визгом, срывающимся с его губ. Он слышал, как колотится его сердце, и уже едва слышал дождь. Джордж оглядывается вокруг еще раз, перед тем, как большими шагами направиться к накидке, желая свалить нахуй оттуда. Никоим образом он этого не делал. Он не собирался становится персонажем ужастика во время урагана второй категории.       Он дотронулся до брезента и начал тянуть его, когда рука клацает об его рот, а другая рука оборачивается вокруг его живота, оттаскивая его назад обратно в свободное помещение.       Джордж почти вырубился от страха, его конечности были парализованы, его мысли сходили с ума. Джордж пытается вырваться из сильных рук и решает лизнуть руку этого человека, и, к удивлению, это освобождает его.       — Угх- чувак! Ты что только что лизнул мою руку, отвратительная ты свинья? — рычит Клэй, вытирая свою ладонь об руку Джорджа.       — Клэй, какого черта! Ты только что устроил мне долбанный сердечный приступ! — Джордж злостно кричит, пихая Клэя.       — Воу! «Сердечный приступ»? Кто-то сегодня чересчур британец — сказал Клэй.       — Заткнись к чёрту.       — Ну же, Джордж. Это было довольно забавно, — его друг хрипит и указывает на темные уголки комнаты. — Ты даже не представляешь, как сложно было скрываться рядом с тобой. Ты продолжал ходить туда сюда и — о боже. Когда ты начал говорить?! Это было так смешно, что мне нужно было себя ущипнуть, чтобы не засмеяться — Клэй заканчивает предложение со слабеньким визгом.       — Как скажешь. Тебе не нужно было хватать меня как маньяк и заставлять меня писаться, — отвечает Джордж, слегка успокаиваясь. Клэй хихикает и заходит за Джорджа. — Что ты-       — Смотри, смотри, смотри. Готов? — шепчет Клэй. Джордж чувствует, как его обхватывают руками, и вот он прижат к груди Клэя. — Хэй, Джорджи. Я тебя убью. Это я, охранник.       Голос Клэя звучал в ухе Джорджа, а его кожа покрылась мурашками. — Я не боюсь охранника, Дрим.       — Правда? Прозвучало так, будто ты оправдывался тогда, — шепчет Клэй, и Джордж чувствует смесь отвращения и смущения. Так и было. Он пытался не попасть в неприятность.       — Чтож, прости меня за то, что я не хочу, чтобы нас выгнали, — Джордж шепчет в ответ. Смех Клэя звучит низко в его ухе, и Джордж вздрагивает, когда его кожа продолжает покрываться мурашками. — Ты можешь не говорить мне прямо в ухо?       Пауза. — Что ты имеешь ввиду? — неприятно сказал Клэй прямо ему в ухо и приблизился так, что Джордж чувствовал противное дыхание своего друга у себя на шее. Джордж отталкивает голову Клэя и вырывается из его рук.       — Не веди себя странно.       — Это было весело, но — сказал Клэй, поворачиваясь на пятке и подходя к брезенту. — Нам нужно возвращаться. Я оставил все наши вещи там и я не знаю, забрал ли их кто то.       — Ты такой глупый!       — Хэй — будь душкой, потому что ты мне поможешь с кое-чем.       — О, нет. Я думаю ты у меня в долгу за тот сердечный приступ, — сказал Джордж, пока они шли обратно. Клэй мотает головой, что заставляет Джорджа спросить: — Что? Что такое?       — Моя сестра хочет, чтобы я попрактиковался в танцах, чтобы я не облажался на ее свадьбе — если я вообще туда попаду.       — И? Ты хочешь, чтобы я включил музыку или что?       Клэй подумал. — Хм. Нет. Я сказал ей, что ты ходил на уроки танцев со своей мамой какое то время назад.       — Окей, погоди. Меня вынудили ходить на те уроки. Я ходил туда вместо своего отца, когда он не был в городе, — сказал Джордж. Это было неловко, но это делало его маму счастливой, и он хотел, чтобы она снова была им довольна. Вот почему он делал это. Клэй знал об этом.       — Чувак, это не важно. Дело в том, что ты умеешь танцевать, а моя сестра думает, что я ее опозорю, и я хочу доказать ей, что она не права, — Клэй вздохнул, выпрямляя плечи, будто он набирался уверенности. — Я хочу, что бы ты меня научил.       — Ты хочешь, чтобы я учил тебя танцевать? — невозмутимо спрашивает Джордж.       — Да.       — Нет. Ни в коем случае.       — Что?! Почему?       — Во первых, это было много лет назад. Во вторых, я даже не уверен, что знаю, как кого-то научить, — сказал Джордж. Они возвращаются к своим, к большому счастью, нетронутым вещам, и вновь садятся рядом друг с другом.       — Всего на пять минуточек. К тому же, я быстро учусь! Я уже примерно знаю что надо делать; мне просто нужно убедиться, что все правильно, понимаешь? Я обещаю, мы никогда не будем об этом снова говорить, — умоляет Клэй, а Джордж закатывает глаза.       — Нет!       — Джордж, пожалуйста. Это свадьба моей сестры, и это очень важно для меня, — сказал его друг. Джордж украдкой бросает на него взгляд, а Клэй расплывается в ухмылке, полной надежды. — Пожалуйста? Ради Анны?       Джордж мысленно пинает себя за то, что он поддается. — Ладно. Но это для Анны, окей?       — Для Анны, понял. — Джордж кивает в ответ, и они неловко пялятся друг на друга.       — Ты включишь музыку или-       — Погоди, может не будем делать этого здесь? Хочешь пойти обратно в то место? — спрашивает Клэй, охватывая взглядом людей, которые спали и сидели тихо на своих сидениях. Оу…точно.       — Правда, я не хочу неприятностей, — говорит Джордж, пожимая плечами, а Клэй сутулится в отчаянии.       — Не будет у нас неприятностей. А сейчас перестань вести себя как ребенок и пошли, — торопит его Клэй, вскакивая и захватывая свой чемодан. Джордж неохотно забрал свою сумку и встал. Они собирались идти назад в то страшное помещение, и сейчас он собирался учить Клэя танцевать. Джордж собирался запомнить этот день как самый странный, что когда-либо был в его жизни.       Клэй определенно знал, что он делал. Ему на самом деле нужна была помощь в танцах, не поймите его неправильно — это был реальный разговор между ним и его сестрой, пока Джордж был чем-то занят у себя в телефоне. Только вот Клэй был посреди Операции: Узнать, в самом деле нравится ли мне Джордж, или я просто запутался. Еще так произошло, что ситуация с танцами совпала для него с помощью в понимании своих эмоций. Это была идеальная возможность настолько сблизиться со своим другом, как раз чтобы все выяснить и понять, сможет ли он считать эмоции Джорджа с такой же легкостью, как той ночью, когда они поцеловались.       Они провели несколько минут в сухом разговоре, Джордж включал фонарик на телефоне и ставил его на стопке фанеры, пока Клэй искал музыку. В воздухе ощущалась легкая неловкость, но она исходила сугубо от Джорджа, решил Клэй. Не было ничего неправильного в том, чтобы помочь другу, в независимости от того, были у него подавленные воспоминания или нет.       — Окей! — сказал Клэй, хлопая руками. — Что сейчас?       — Эм, окей. Дай посмотреть на твои руки, — командует Джордж. Клэй протягивает свои руки, замечая, как Джордж неуверенно посмотрел на них, перед тем, как протянуть свои. Джордж сплетает их пальцы, когда он поднимает пару их рук, и оборачивает руку Клэя вокруг себя, подвигая его руку себе за спину. Было немного некомфортно, так как локоть Клэя был слишком высоко, и он не сомневался, что это выглядело немного странно.       — Это не высоковато?       — Перестань говорить.       Рот Клэя закрывается. Он знал, что делая это, он практически заходил за границы Джорджа, и он не хотел, чтобы его другу было еще более некомфортно. Джордж кладет свою руку поверх плеча Клэя и отказывается посмотреть ему в глаза.       — Окей… теперь просто качаемся.       — Качаемся?       Джордж кивает один раз. — Качаемся.       Никто из них не говорил, Клэй ненадолго позволил Джорджу вести его, пока он не уловил, что нужно было делать. Теплые инструменты звучали в воздухе вокруг них, и дождь утих, громкий ливень превратился в нежные капли, когда они танцевали. Правда, Джордж был в миллионе миль от него, и вот тогда Клэй заметил футболку, которую Джордж украл у него.       — Вау, зеленая? Ты практически за мной повторяешь, — говорит Клэй. Джордж озадаченно посмотрел вниз и смутился.       — Я думал, что она желтая.       — Чувак, она зеленая. Светло-зелёная.       — Агх, противный цвет.       — Неправда! — оборонительно говорит Клэй. Джордж был тем, кто оставался в его зеленом худи три дня.       — Правда. Это цвет соплей и мусора, и он противный, — сказал Джордж, и Клэй смог почувствовать, как напряженные плечи Джорджа расслабились. Клэй начал вести их, закручивая их в медленном круге под ритм скрипок.       — Окей, во первых, ты этого не знаешь. Но это хотя бы не синий.       — А что не так с синим? — глаза Джорджа наконец поднялись к его. Клэй чувствовал себя, как будто бы он выпил сладкий сироп.       — Это базовый цвет. Синий всем нравится, — просто сказал Клэй.       — Синий — один из немногих цветов, которые я могу видеть, ублюдок.       Клэй хрипнул, оголяя свои зубы, содрогнувшись. — Это, наверное, хреново.       Джордж шипит, закатывая глаза, и они продолжают танцевать. Он, в конце концов, полностью расслабляется, и они говорят о шторме в нежных тонах, Клэй заполняет тишину историями о себе в других ураганах. В то же время, Джордж вежливо слушает, а его взгляд переходит с Клэя на окна.       — Один раз, — Клэй начинает еще одну историю, с небольшим смешком. — Мы были посреди довольно сильного шторма, и я разозлился на мою маму за что-то и выбежал на улицу. Я лежал на траве под проливным дождем и громом, пока моя мама орала, чтобы я вернулся внутрь.       — О боже. В какой неприятности ты потом оказался?       Клэй пожимает одним плечом. — Эгх. В небольшой. Хотя ей пришлось надеть плащ и ботинки и прийти забрать меня, так что она не была очень довольной.       Джордж хихикает и мотает головой. — Ты всегда был таким глупым.       — Глу-упым, — Клэй подражает акценту Джорджа в ответ. Джордж толкает его плечом в раздражении, но это приближает его к Клэю. Так близко, что если Клэй достаточно присмотрится, то сможет увидеть светлые веснушки Джорджа на его носу и щеках.       Двое снова устанавливают зрительный контакт. Несмотря на то, что его живот ощущал странное трепетание, сердцебиение Клэя оставалось сильным и спокойным. Джордж изучает его, потому что это что-то, что Джордж делает, когда он пытается что-то понять. Это то, что Клэй заметил за годы дружбы с ним, и это то, что его всегда восхищало в нем. Джордж мог изучать что-то часами, что бы это понять.       Он всегда хотел, чтобы Джордж изучал его часами. Он хотел, чтобы Джордж продолжал на него смотреть. Клэй медленно их останавливает до тех пор, пока они не начинают стоять неподвижно, Джордж все еще бегает глазами по лицу Клэя. Тихие звуки грома вдалеке, вспышки молний, что быстро освещают лицо Джорджа светом, чтобы Клэй мог увидеть, как думает Джордж. Музыка все ещё мягко играла на фоне, когда Клэй, медленно, как улитка, немного наклонился, бросая вызов Джорджу, чтобы тот хоть что-то сделал.       Ну же. Скажи что-нибудь, оттолкни меня, Клэй мысленно пытается переговариваться со своим другом, но Джордж ничего не делает. Он остается на месте до тех пор, пока музыка не заканчивается, и они продолжают пялиться друг на друга всего в нескольких дюймах врознь. Никто из них не смеет дышать, и взгляд Клэя опускается к губам Джорджа.       — Как думаешь, уловил что делать? — голос Джорджа слегка ломается от шепота. Клэй кивает, не отводя взгляд.       — Да, я понял.       Джордж отстраняется, а руки Клэя падают по бокам, момент заканчивается. — Хорошо. Ты еще не так хорош как я, но со временем у тебя получится также.       И они вернулись. — Окей, конечно. Хотя я и сделал почти всю основную работу в танце.       — Вращение кругами просто заставило меня почувствовать тошноту, — возразил Джордж. — Это того не стоило, и теперь нам нужно возвращаться.       — Хватит жаловаться, все равно больше нечем заняться.       Двое забирают свои телефоны и другие вещи, возвращаясь на их временное место. Для людей, застрявших в закрытом пространстве, они дохрена ходили.       Хотя ходьба — это хорошо, потому что это означало, что у Клэя было время обдумать все, что произошло. Он чувствовал, будто он ходил по воздуху и постоянно ловил себя на небольшой улыбке на лице, которую ему все время приходилось подавлять, чтобы не выглядеть на людях, как безумец. Клэй был так близок в тот раз. Сумасшедшей вещью было то, что он все еще не понимал, что Джордж чувствовал, так как его друг был, по факту, эмоционально недоступен — полная противоположность Клэю, который всегда давал знать о своих чувствах. Кроме одной эмоции. Но он разберется, это необходимо, и у него точно есть время.       Единственное, в чем он был уверен, это то, что он получит ответ до того, как они снова разъедутся, и он примет любой ответ, который Джордж мог ему предоставить, потому что они, прежде всего, друзья. Даже если Клэй все еще чувствовал эту тяжесть на его сердце, он никогда не хотел потерять Джорджа.       День продолжается, глаза Клэя смещаются на лицо Джорджа, который был занят болтовней о чем-то, что сделал его друг Понк, и он позволяет себе улыбнуться. Он никогда не хотел потерять Джорджа.