Ключ разрушения

— Боже. — прохрипел я в пустоту комнаты, до которой еле дополз, постоянно оступаясь на ватных ногах и периодически проделывая путь ползком. Хоть и моё тело разрушалось, мой разум оставался кристально-чист. Ну, как кристально… Я бы в панике. Как часто вы видите в своей черного цвета рвоте червей? Я отравился? Съел что-то не то? Яд? Но в чём? Звонить в скорую я почему-то не хотел, даже мысли об этом не возникало. Я почему-то знал, что там мне не помогут. И этот голос в моей голове. Плод моей больной фантазии? Галлюцинация? Почему он показался мне знакомым? Грузно повалившись на смятую постель, я издал вздох облегчения, быстро сменившийся на болезненный стон. Такое чувство, что по всей площади соприкосновения с постелью моя кожа горела, будто я тёр её наждачкой. В горле собралась кровь, на вкус напоминавшая больше старую и гнилую жижу, и я с отвращением выпустил ее изо рта. Прямо на себя, потому что повернуться было чем-то из разряда фантастики. Может быть я заразился каким-то зомби-вирусом? Я даже еле ухмыльнулся такой мысли. А что, очень похоже. Прямо как в фильмах, ага. Сейчас я где-то на стадии превращения в живой труп. Я умру, оживу и пойду есть своих соседей. Почему-то мысли об этом меня развеселили, а ситуация перестала казаться страшной. Ха, как же быстро можно смириться со смертью, оказывается. Ну и ладно. Лишь бы не было так больно. Так и рассуждая о комичности моего конца, я лежал, вглядываясь в этот чертов узор на потолочной плитке, который начинал все тускнеть, пока и вовсе не стал едва различим за подкатывающей к глазам тьмой. Последнее, что я увидел — это вспышка кислотно-зеленого света. А дальше пришла темнота, которая забрала боль. *** — Отправишься сейчас, или дать тебе время собраться с мыслями? — низкий хриплый голос разрезал гулкую тишину храма, в которую так сосредоточенно вслушивался Ларрант, пытаясь успокоиться. Его взвинченное состояние не менялось с того самого момента, как он коснулся кокона, что не ушло от внимания спутника. Началось. Наконец-то всё началось. Он так долго ждал. Слишком долго. Один из Золотых, а точнее их предводитель — Эмерицус, который сейчас шелестящими шагами подошел к Ларранту сзади, неизвестно как ухитрившись не бренчать сотнями золотых побрякушек, был отправлен вместе с ним для подстраховки в храм Путей, который находился от крепости их Господина в нескольких часах пути. Высокое, украшенное изнутри драгоценными камнями размером с кулак и каменными фресками, здание поражало своей отталкивающей, тёмной красотой. Как, собственно, и всё во владениях их Хозяина, питавшего слабость к подобной роскоши. — Заткнись и открывай проход. — короткий ответ, и зелёные глаза из-за плеча со злостью вперились в горящие провалы золотого света в глазных прорезях украшенной рубинами маски, положенной всем Золотым жрецам. Как выглядят эти существа — никто не знал. Даже правая рука Демиурга. Обычно жрецы молчаливы и стараются не тратить силы на слова, но не этот. Их предводитель был той еще занозой в заднице. Изворотливая, кровожадная и ядовитая змея. Если бы мужчина не занимал свой пост, ему бы его ответ стоил жизни. С жрецами так обычно не разговаривали. А если и разговаривали — долго не жили. Не став спорить, Золотой подошел к большой каменной арке посреди зала, расположившейся на невысоком подиуме. Она и была единственным предметом в Храме. Единственным и самым важным. Певучие слова на только ему известном языке поплыли из уст жреца, а воздух вокруг него заискрил сотнями изумрудных всполохов, по мере увеличения темпа заклинания собиравшихся в проходе арки. Спустя несколько минут перед такими же изумрудными глазами Ларранта сиял вихрь, сдерживаемый пределами стен арки. Порталы были неуправляемой стихией, способной разорвать путника на части при неумелом использовании и открытии. Но Золотой не даром был Золотым. Ему, хоть и с небольшим напряжением, но удалось открыть верный Путь с первого раза. — Советую тебе не задерживаться, дорогуша. Я долго его не удержу. — обычно вкрадчивый ехидный голос сейчас был чуть надтреснутым от напряжения, что заставило Ларранта злорадно усмехнуться. Но жрец был прав. Медлить было нельзя. Сжав затянутые в кожу перчаток ладони в кулаки, мужчина шумно вдохнул, словно перед прыжком в воду. Проходить Путь — то еще удовольствие. Собрав всю волю в кулаки, Ларрант сделал шаг в сияющий зеленый водоворот силы, которая на долю секунды обожгла всё тело, казалось, до костей. Тёмная, душная и маленькая комнатка встретила воина тишиной и смрадным зловонием гниющего тела. Быстро оглядев помещение взволнованными зелеными глазами, мужчина судорожно сглотнул. Искомый объект обнаружился на постели в углу комнаты — худое, покрытое скверного вида пятнами, тело принадлежало молодому юноше. Тёмные потёки чёрной жидкости покрывали чужие лицо, шею и грудь, а полуоткрытые глаза слепо смотрели в потолок. «Неужели я опоздал?.. » — вихрем пронеслось в голове мужчины, мигом подскочившего к найденному телу и присевшего около кровати на одно колено. Нагнувшись, он прислонил ухо к запачканной груди, не замечая исходившего от неё запаха, и вслушался в еле заметное, совсем тихое сердцебиение. Облегченно выдохнув, Ларрант сразу же встал и завернул юношу в простынь, так как тот явно был противником одежды во время сна, а показывать его обнаженное тело, пусть и почти мертвое и уродливое, почему-то мужчине отчаянно не хотелось. Движения от волнения получались немного дергаными, что было совсем не характерно для стойкого воина, но сейчас это никого не заботило. Времени оказалось намного меньше, чем должно было оказаться. Легко подхватив тело на руки и сделав первый шаг к Порталу, который вспыхивал зеленым огнём все чаще и сильнее, Ларрант услышал тихий стон. Опустив взгляд на юношу, воин вдруг застыл на месте, не в силах оторвать взгляд от заплывших туманом боли, но невероятных глазах цвета чистейшего океана, что со слабым интересом разглядывали его. — Я думал, что с-смерть — эт-т-то стрёмная старуха.. А т-тут такое.. — с трудом прошелестел парень, сразу же заходясь надрывным кашлем, разбрызгивая по мантии ошарашенного Ларранта тёмную вонючую кровь. — Не трать силы. — так же тихо ответил мужчина, прижимая свою ношу к себе поудобнее и наблюдая, как необычайные глаза вновь закатываются и дыхание понемногу восстанавливается после кашля. — Они тебе ещё понадобятся. Портал встретил путников уже знакомой секундной обжигающей болью, которая, как казалось, длится слишком долго. Вновь коснувшись ногами холодного мрамора пола Храма, Ларрант с облегчением вдохнул запах своего Мира. Мир людей был слишком.. грязен. Это чувствовалось даже в минутном нахождении в их реальности. И только теперь ноздрей зеленоволосого коснулся запах не только гниения, но и необъяснимой грязи, исходивший от тела в его руках. Он слишком долго там прожил. Бережно опустив юношу на холодный камень пола, Ларрант поднял взгляд на тяжело дышащего в стороне Золотого, упиравшегося в свои колени руками и позвякивавшего всеми своими украшениями при каждом вздохе. Однако сейчас ему было не до удовлетворения его страданиями. Мужчина надеялся, что жрец смог сохранить в себе хоть немного энергии, чтобы помочь юноше дожить до ритуала. — Мы почти опоздали. — пробормотал воин, выпрямляясь и переводя взгляд с жреца на свою недавнюю ношу, которая лежала у его ног бесшумной куклой. — Ты сможешь для него что-то сделать? Он может банально не дожить до ритуала, и все наши труды пойдут в Бездну. Эмерицус с трудом выпрямился и нетвердым шагом подошёл к ним, едва уловимым движением поправляя маску и принимая свой всегда уверенный и высокомерный павлиний вид, будто ничего и не было. — Ничего с ним не случится. Он так быстро разрушался из-за воздействия их Богами забытого мирка. Энергия нашего же Мира не даст ему быстро умереть, так как он принадлежит ему. Но поторопиться и правда стоит. — последнее предложение Золотой сказал уж слишком ехидно, и Ларрант прекрасно понял, о чём он. Отвернувшись, он скрипнул зубами. Сила, скрытая в его теле, предательски отозвалась на слова жреца, будто задев какие-то струны в его естестве, и мужчина прикрыл глаза от легкой рези, появившейся в метках на его теле. Метки являли собой вязь угловатых зелёных узоров на его чёрной, словно уголь, коже, которые начинали гореть ярче, стоило только хоть немного шевельнуться той энергии, поселившейся в его теле и отравлявшей его. Но сдерживать сейчас эту энергию не имело смысла. Золотой был прав — надо торопиться. Путь на лошадях через лес займёт слишком много времени. В крепость нужно попасть гораздо быстрее. — Чтоб вас всех. — яростно сплюнув, Ларрант порывисто расстегнул тяжелый чёрный плащ, до этого скрывавший его высокую фигуру, и остался в походной легкой рубахе того же цвета. С миг подумав, тот стянул и её, оставаясь лишь в обтягивающих кожаных штанах с висящими на поясе ножнами меча. Метки на коже уже нещадно горели и светились. Услышав на спиной смешок, он из-за спины хищно взглянул на жреца, пытаясь выяснить причину такого веселья. И ответ не заставил себя долго ждать: — Понятно почему Тар так отчаянно желает затащить тебя на свои «балы» не в качестве блюстителя порядка. — всё еще посмеиваясь, Эмерицус нагло разглядывал воина своими золотыми провалами в маске, сложив на груди длинные когтистые руки, затянутые во всевозможные золотые украшения и кольца. В очередной раз глухо зарычав, Ларрант почувствовал, как Сила всё сильнее овладевает сознанием, как всё яростнее сжимает в свои тиски. Рот с глухим треском увеличился и теперь больше был похож на клыкастую пасть, руки мужчины выросли и длинные когти вспороли пальцы, увеличившись. Он вновь подошел к юноше, который слабо поморщился от ослепляющего сейчас зелёного света, исходившего от чужих меток и длинных волос, и вновь бережно взял его на руки. Ночь встретила их обоих приятной прохладой, когда они вышли из дверей Храма, а свежий лесной воздух наполнил огромные кожистые крылья, выросшие за широкой спиной воина. С непривычки в воздухе он то и дело заваливался на бока, не всегда мог поддерживать нужную высоту, и порой сильно захлёбывался встречным ветром, который нещадно бил в сильные крылья, в очередной раз заставляя сбиваться с темпа. Тело в его руках начало довольно ощутимо трястись от небесного холода, и зеленоволосый сильнее прижал его к себе, стараясь защитить.