Лепестки лилии

      — Маленькое чёрное платье, знаешь ли, не может выглядеть ни слишком развратно, ни слишком скромно, как говаривал один Великий, — развязно ухмыльнувшись своему отражению в зеркале, Блейз крутанулся на пятках и поправил лацканы чёрного пиджака в паетках.       Драко закатил глаза, раздраженно постукивая кончиками пальцев по плечам. Желание одернуть края мордредова платья зудело, как пчелиный рой.       — Ты выглядишь превосходно, котик, — Блейз прищелкнул языком и хищно облизнулся, сверкнув острой белозубой улыбкой.       Теперь зудело ещё и желание пристукнуть несносного Блейза к хренам. Вырвать язык и скормить его диким гипогрифам для затравки. А потом забросать его орущими мандрагорами, да так, чтобы в голове звенело и сразу не подох. А медленно и в мучениях. Под ударами судьбы. В маленьком чёрном платье.       — Это так по-слизерински, обыгрывать друзей в покер, — заметил из угла Тео, тоже как-то нехорошо рассматривая оголенные колени. Драко с трудом не дернулся, чтобы их прикрыть.       — А незачем было врать, — парировал Блейз, — профессиональный игрок, который Короля от Валета отличить не может, надо же.       Драко благоразумно промолчал, только хмыкнув. Стоило всё-таки достать в прошлый раз выписку из Гринготтса, чтобы заткнуть Блейза с его «многомиллионным наследством» от гавайского дедушки. Да у него ж в роду одни бабки, а галлеонов после войны — Гойл наплакал. А Гойл не плакал с тринадцати лет, когда крысу в кровати нашел.       — Ну что, любовь всей моей жизни, готов к выпускному балу? — наконец оторвавшись от себя любимого (с воздушным поцелуем отражению), Блейз поиграл бровями и бесцеремонно схватил Драко под локоть.       В принципе, пять лямов за честь Малфоев — это не так уж и много. Отец простит. В отличие от прогулки в платье. И пары вальсов с не совсем предателем не совсем крови. Даже Рональд «гриффиндурок №2» Уизел был бы лучше, у него хоть статус.       — И не думай откупиться, со-о-олнышко, — вдруг влетела в разговор Панси, — это слишком жестоко, лишать нас такого зрелища.       — А лишать меня наследства и рода не жестоко? — буркнул в ответ Драко, брезгливо одернув руку, и, задрав нос, поплыл на своих десятисантиметровых шпильках в холл.       Пройти по коридорам как королева красоты (на костылях, подвыпившая и из Сэнт-Брэмора) почти без поддержки своего галантного (вернее, гогочущего) кавалера — это не проблема. Точно не для потомка древнейшего и богатейшего магического рода. И даже гордо задирать подбородок под смешки и перешептывания — это не проблема. В конце концов, он даже метку не скрывал, так что привык к такому.       А вот вылизанное гнездо рядом с рыжей шпалой — это проблема. Охренеть какая. Особенно, когда рядом кто-то резко свистнул, а в полу, конечно же, из-за этого возникла щербинка, за которую зацепился носок мордредовых туфель.       Падая, Драко думал только о том, что падать в ноги Поттеру так рано в его планы не входило.       Слава Мерлину, разбивать нос о пол тоже. Благо, эта его просьба до адресата дошла. Только посредника он выбрал не очень. Вообще-то, очень даже, да. Но блин, хоть где-то же должен быть другой Избранный! Да даже тот же Блейз или мордредов Лонгботтом, стоявший буквально в нескольких дюймах.       Так нет же!       Драко обязательно должен был оказаться в лапищах Поттера, преодолевшего целый фунт! чтобы его поймать. Мог бы просто амортизирующее кинуть.       — Я ожидал определённо другого, — как-то шокировано выдал Поттер, и Драко захотелось убить и его. Закопать вместе с Блейзом где-то в куче орущих мандрагор.       — А мы привели вот этого вот, забирай, — нет, Блейза убить хочется всё-таки немного больше. За эти его предложения чужих рук и сердец.       Драко злобно зыркнул на проклятого (в буквальном смысле, невербальным фурункулезом) паеточного Блейза, из-за чего тот ещё и смылся. Вообще, тварь, совесть потерял! А потом перевёл не менее злобный взгляд на Поттера. Все ещё потрясённого Поттера, который почему-то смотрел то на платье, то на туфли, то на плечи, то туда, куда хорошим мальчикам смотреть не положено. Драко уже даже собирался дернуться, чтобы встать. Только ещё немного надо подождать. Совсем чуть-чуть. Дух перевести. Рядом что-то прохихикала Панси, послав воздушный поцелуй куда-то в сторону рыжей шпалы, а потом что-то уточняюще забурчал Тео, на что Драко только раздраженно скривился. Мир вокруг будто замер.       У Поттера мерзкий веснушчатый нос и острые скулы. Трещинка на левом стекле очков и отпечаток пальца прямо по ней. Перышко в прилизанных волосах и складка между бровями. И глаза какие-то не зелёные, а болотные. Поттер весь из себя мерзкий и обычный.       Поэтому, конечно же, сердце Драко бьется быстрее из-за пережитого стресса. Совсем не из-за Поттера.       — А можно?       Или всё-таки из-за него.