Восьмиклассница

      В среду как только Серёжа вбежал в класс, опоздав на урок, все радостно закричали:              — Поздравляем!              Физик, улыбаясь, прислонился к кафедре, наблюдая, как ребята осыпают именинника пожеланиями. Все смеялись, каждый хотел сказать хоть пару слов, и в итоге от урока мы отняли минут десять. Да уж, не припомню, чтобы кого-то у нас поздравляли так долго.              Серёжа был единственным человеком, к которому абсолютно все относились хорошо. Он не грубил, никого не задирал, не строил из себя звезду, не приставал к девчонкам, всегда поднимал настроение и приходил на помощь, если это было нужно. Все одноклассники его действительно любили.              — Ну, всё-всё! — наконец попытался утихомирить класс учитель. — Сергей, поздравляю тебя!              — Спасибо, Андрей Львович! — Серёжа улыбался во весь рот.              — Желаю тебе хороших, преданных друзей… Ну, а всего остального пусть пожелают товарищи и другие учителя.              — Спасибо! — ещё раз усмехнулся Серёжа.              Физик хлопнул в ладоши, потёр их друг о друга и хитро прищурился.              — Ну, а теперь оценки за самостоятельную работу.              Класс тут же загудел — кто-то продолжал обсуждать день рождения, а кто-то с тревогой ожидал вердикта по самостоятельной. Я обернулась и увидела, как Ксюша вручает имениннику подарок. Серёжа заглянул в пакет, а затем резко притянул её к себе и чмокнул в щёку. Ксюша вспыхнула, её глаза сияли от счастья.              — Андрей Львович!              — Да, Нагимов?              — Можно мне с Сауровой выйти?              Класс стал переглядываться с хитрыми ухмылками. Учитель поморщился, махнул рукой:              — Идите! Только ненадолго.              Они вскочили с мест, держась за руки.              — Вы вообще вернётесь? — хохотнул Костя. — Тебя может и на следующий урок прикрыть?              — Дурак… — буркнул Серёжа, быстро приложив ладонь ко лбу, и, смеясь, они с Ксюшей выбежали из кабинета.              Андрей Львович тяжело вздохнул:              — Так! Вернулись в рабочую атмосферу! — строго сказал он, и класс тут же затих. — Начнём с тех, у кого пятёрки.              Оценки раздавались одна за другой. Вскоре очередь дошла до меня.              — Новикова, у тебя два. Приходи переписывать.              — Как два?! — возмутилась я. — Я же всё написала!              — Ну, с фантазией у тебя точно проблемы, — хмыкнул учитель. — Ты же с Крыловым сидишь. Неужели так сложно было списать?              Я посмотрела на Пашу — отличника, у которого, разумеется, стояла пятёрка. Он нервно поправил очки.              — Он закрывается, — пробурчала я, сложив руки на груди.              — Из тебя плохая шпионка выйдет, — усмехнулся Андрей Львович, доставая следующий листок. — А вот и Нагимов…              Он глянул на лист, нахмурился и перевёл взгляд на часы.              — Кстати, почему их до сих пор нет? Уже десять минут прошло…              Класс затаил дыхание.              — У Нагимова тоже двойка.              Учитель задумчиво посмотрел в потолок.              — Ну, раз у него сегодня День Рождения… Ладно, пусть будет три.              — Четвёрку, Андрей Львович! — выкрикнул Мишка с последней парты.              — Какая четвёрка? Он решил только половину первой задачи из четырёх! Нет, только три!              Учитель резко вскочил со стула.              — Где они там? Вздумали мне урок прогуливать?              Он стремительно вышел в коридор. Класс тут же загудел. Все заговорили шёпотом: «Ну всё, нашей парочке конец».              Через минуту в класс вернулись трое: хихикающие Серёжа с Ксюшей и сердитый Андрей Львович, который начал отчитывать их за прогул.              Урок закончился, как обычно — объявлением домашнего задания.              — А тебя, Нагимов, это в первую очередь касается! — строго добавил учитель. — Я тебя ещё спрошу! И переписывать чтобы пришёл!              Серёжа прижал руку к сердцу и торжественно поклялся прийти. А потом, смеясь с друзьями, вышел из кабинета.              В коридоре мы с Лилькой догнали Ксюшку.              — Где вы столько времени пропадали? — тут же спросила Лиля.              — Ну… Мы…              — Чем занимались? — настаивала я.              Ксюша опустила глаза и принялась теребить прядь волос.              — Серёжа просто… отблагодарил меня за подарок…              — Каким образом? — Лиля скрестила руки на груди.              Ксюша замялась, будто выбирая слова.              — Тебе понравилось, Саурова? — вдруг раздался ехидный голос нашего одноклассника Вовы Саранова, пробегающего мимо.              — Да пошёл ты! — отрезала я, и он тут же отстал.              Глупая улыбка сошла с лица Ксюши. Она нервно огляделась.              — Девочки, только обещайте никому не рассказывать, ладно?              — Конечно, не будем. Говори уже, — поторопила её Лиля.              — Мы просто… целовались.              Я с Лилей переглянулись.              — Если бы «просто», Нагимов не уводил бы тебя с урока в коридор, — прищурилась Лиля. — Он бы и в кабинете мог, хоть перед Андреем Львовичем! Так что давай честно: он что-то сделал?              Ксюша снова покраснела и с явной неловкостью пробормотала:              — Мы… обнимались. И он… ну… трогал меня… сзади.              Мы с Лилькой резко вдохнули, готовясь сказать всё, что думаем.              — Но, девочки, я сама не против! Всё нормально!              — Нет, Ксюша, это ненормально! — вспыхнула Лиля. — Ты вообще понимаешь, к чему это ведёт?              — Да брось ты, — отмахнулась Ксюша. — Серёжка так не поступит!              — Да? А я почему-то не уверена. Может, ты его плохо знаешь? — Лиля всё больше заводилась, привлекая внимание вокруг.              Я осторожно взяла её под локоть.              — Лиль, успокойся. Давай потом поговорим? Все уже смотрят.              Она осмотрелась, но не отступила.              — Ладно, скажу сейчас, чтобы не возвращаться к этому ещё раз. Тебе пятнадцать. Побереги себя.              — Лиль, да у тебя крыша поехала! Я даже не думала ни о чём таком!              — А он думал, — жёстко ответила Лиля. — Говорю тебе это со стопроцентной уверенностью, — положила руку на плечо подруги. — Пожалуйста, не позволяй ему так с тобой обращаться. Прошу.              Внутри всё сжалось. Судя по тому, как побледнела Ксюша, она тоже испугалась.              — Лиль, не буду. Только ты… не злись.              — Вот и отлично. Всё, пошли на урок, — Лиля рванула вперёд, оставив нас вдвоём.              Ксюша тяжело вздохнула.              — Что с ней творится? Зачем она так говорит?              — Она права, Ксюш.              — Я знаю. Но мы с Серёжей доверяем друг другу, и я… я вообще не думала об этом.              — И не думай.              Она слабо улыбнулась.              — Да не собираюсь, — обняла меня за плечи. — Оль, только Лиле не говори, ладно?..              Я насторожилась.              — Что ещё?              — Пока мы были вдвоём, Серёжа пригласил меня на празднование в кафе. Там будут ребята из класса… но про тебя он ничего не сказал.              — И что? — я нахмурилась.              — Он тебя не звал?              — Нет. Да и не собиралась я идти.              — Почему? Там весело будет!              — Просто не хочу, — я отвела взгляд.              — Ну, ладно… — она на секунду замолчала, а потом добавила: — А потом он сказал, что после кафе мы пойдём к нему… Только я и он.              Я закатила глаза.              — Ксюш, ты вообще слушала Лилю?              — Оль, ну хватит! Всё будет нормально.              — Если что-то пойдёт не так — сразу звони родителям. Или нам.              — Да перестаньте вы уже! — вспыхнула она. — Только настроение портите! Я же сказала — ничего не будет!              — Хорошо. Надеюсь на твоё благоразумие.              — Да сколько можно! — она раздражённо всплеснула руками и ушла.              И снова мы поссорились. И снова из-за Серёжи.              Каждый урок — смех, радость, поздравления. Будто не День Рождения одноклассника, а Новый год. После ссоры с Ксюшей всё это раздражало вдвойне. Учителя завышали ему оценки, не желая огорчать именинника. Серёжа щеголял с ремнём, продетым в джинсы, и хвастался подарками.              «Противно…»              Но сильнее всего в голове засели слова Лили. Надо было что-то делать.              Перед предпоследним уроком я подошла к весело болтающей компании — Костя, Мишка, Влада, Ира. Рядом стояли Серёжа и Ксюша, вцепившаяся в его руку. Мне стало не по себе, но я всё же решительно шагнула вперёд и встала рядом с ним.              — Нагимов, с Днём Рождения, — без улыбки сказала я, пытаясь как-то начать разговор.              — Спасибо, Новикова, — он вдруг положил ладонь мне на голову и взъерошил волосы.              — Ты что творишь? Не порть мне причёску! — возмутилась я, резко отстраняясь.              — Ладно-ладно, — он усмехнулся. — Чего хотела-то?              Я скользнула взглядом по Ксюше — её улыбка исчезла, как только я подошла.              — Можно поговорить с тобой? — обратилась я к Серёже.              — Говори.              — Наедине.              Он вопросительно взглянул на Ксюшу:              — Ты отпускаешь меня, зайка?              — Угу. Иди.              Поцеловал её перед тем, как уйти, а я отвернулась от этого зрелища.              — Ну, пошли, — он наконец отлепился от своей «зайки», и мы двинулись в сторону коридора.              — Слушай, а вам обязательно целоваться при всех? — спросила я, не сдержав раздражения.              — А что такого? — он посмотрел на меня так, будто я предложила что-то невозможное.              — Ну… даже не знаю, — пожала я плечами и подумала: «Поцелуи в школе — это как-то неприлично».              Свернули в пустой коридор, подальше от шума.              — Так, куда ты меня ведёшь? — прищурился он.              — Ксюша сказала, что после школы вы идёте в кафе?              — А, понял. Ты на приглашение напрашиваешься? — усмехнулся.              Серёжа прислонился к стене, а я встала перед ним.              — Как-нибудь обойдусь, — фыркнула я. — Дело не в этом.              — А в чём тогда?              — Ты сказал Ксюше, что потом пойдёте к тебе домой. Вдвоём, — я сложила руки на груди.              Он усмехнулся, медленно провёл ладонью по лицу и прикрыл глаза.              — Подруга твоя, конечно, секреты хранить не умеет.              — И? — я шагнула ближе. — Что скажешь?              — А что ты хочешь услышать? — потёр глаза и взглянул в сторону. — Что я не трону её и всё такое?              — Вообще-то да! — сорвалась я резче, чем планировала.              Он посмотрел прямо, без улыбки.              — Тебе поклясться?              — Ты не понимаешь? Она так влюблена в тебя, что даже не осознаёт, что делает! Я говорю это как её лучшая подруга!              — Понял, — коротко кивнул и сдвинулся с места. — Можно идти?              Я преградила путь, уперев ладонь в его грудь.              — Нагимов, если ты хоть пальцем её тронешь, я тебя убью.              — Какая ты опасная, — уголок его рта дёрнулся.              — Это не шутка! — я не отводила взгляд.              Лицо у него мгновенно стало жёстче. Он резко перехватил моё запястье — крепко, но не больно — и наклонился ближе. В его глазах блеснуло что-то тёмное.              — Твоя подруга не маленькая девочка, — произнёс ровно. — У неё своя голова на плечах. И она сама решает, чего хочет, а чего нет. Ты не можешь решать за неё.              Я невольно задержала дыхание от неожиданно возникшего страха перед ним.              Серёжа медленно разжал пальцы, обошёл меня и пошёл по пустому коридору. А я осталась стоять, слушая, как его шаги эхом уходили к лестнице.              «Может, мне и правда не стоит за неё переживать? А вдруг Лиля просто накручивает? Он же ведь ничего с ней не сделает… да?»              После уроков я подошла к Лиле, оглядываясь по сторонам, и тихо спросила:              — Может, проследим за ними?              — Ты с ума сошла? — подруга вскинула брови. — Оль, я всё понимаю, но не до такой же степени.              — В смысле? — я нервно сглотнула. — О чём ты?              — Да ты же ревнуешь! Может, Ксюшка слепая, но я-то всё вижу. Не делай из меня дурочку.              Я фыркнула.              — Ну, значит, прав был Андрей Львович — шпионка из меня никакая.              Мы обе улыбнулись, но внутри у меня всё было в напряжении.              — С чего ты вообще решила за ними следить? — поинтересовалась Лиля.              — Я за Ксюшку волнуюсь, — призналась я.              — Ага, конечно, — протянула она с усмешкой и спокойно направилась в раздевалку за курткой.              — Лиль, а ты разве не волнуешься?              — Оль, пускай делает, что хочет. Мы её предупредили. Ты не думаешь, что перегибаешь палку?              — Может быть. Но я просто думаю…              — Не думай! Вам с Ксюшкой это вредно, видимо.              Её тон бесил. Только недавно она была готова чуть ли не за руку тащить Ксюшу подальше от Серёжи, а теперь ей стало всё равно? Что с ней произошло за эти несколько уроков?              Но, несмотря на её слова, я всё равно пошла за ними.              Серёжа, Ксюша, Влада, Ира, Костя, Мишка и Ваня — все они шли настолько медленно, что мне постоянно приходилось тормозить шаг, лишь бы не попасться им на глаза. Смех, поддразнивания, кто-то поскальзывался на льду, остальные хохотали, вместо того чтобы помочь. Казалось, что им весело — всем, кроме меня.              «А мне зачем всё это? Что я вообще надеюсь увидеть?»              Я могла проследить за ними только до пиццерии. «А дальше? Когда Серёжа поведёт Ксюшу к себе домой, я уже ничего не увижу. Так зачем я иду?»              В пиццерии они выбрали столик у окна. Я же устроилась в дальнем углу, натянула капюшон и заказала десерт — просто чтобы не выглядеть подозрительно.              «Они тут ненадолго», — подумала я. В итоге они просидели два часа.              Я потратила все деньги, объелась, но не могла просто так сидеть. Смотреть на них было невыносимо. На их глупый смех, на Серёжу и Ксюшу, которые, кажется, вообще не могли расцепиться. Тем временем за окном стемнело, город озарился фонарями и светом фар машин.              И тут чуть не случился провал. Серёжа с Костей вдруг пошли в мою сторону. Оба направлялись к выходу — видимо, покурить.              Я вздрогнула. «Если он меня увидит…» В голове мелькали картинки: как он рассмеётся, спросит в упор, не слишком ли я увлеклась слежкой, потом проболтается Ксюше… а после и вовсе перестанет со мной разговаривать.              Резко натянула капюшон ещё сильнее, так что почти не видела ничего. Только слышала шаги.              «Прошли? Посмотрели? Узнали меня?»              Сердце бешено колотилось. Но, похоже, обошлось.              Я не стала больше ждать. Всё достало. Встала, сунула телефон в карман и ушла через другой выход.              «И зачем я вообще сюда пошла? Дура».