Восьмиклассница

      Я мирно спала в своей постели, укутанная в тёплое одеяло, как вдруг дверь в комнату резко распахнулась. От неожиданности даже вздрогнула.              — С днём рождения, солнышко! — нежно воскликнула мама и, подбежав ко мне, осыпала поцелуями всё моё лицо.              Я ещё была в полусонном состоянии, но счастливо улыбнулась. Мама села рядом на кровать, поглаживая меня по волосам.              — Наверное, она и забыла, что у неё сегодня день рождения, — с лёгкой усмешкой бросил папа, стоя у кровати.              — С вами забудешь! — фыркнула я.              Мы все дружно рассмеялись.              — Ну, именинница, куда ты хочешь пойти? — спросила мама.              — Мы же договаривались на суши, разве нет?              — Если ты хочешь…              — Ты ещё спрашиваешь? Конечно, хочу! — оживилась я.              — Но у нас есть ещё один сюрприз, — загадочно произнёс папа.              Я приподнялась на локтях, с подозрением вглядываясь в их сияющие лица.              — Какой?              Родители переглянулись, и мама, выдержав паузу, произнесла:              — Папа вчера заехал в кинотеатр и купил билеты на «Отверженных», которых ты так ждала.              Я застыла, пытаясь осознать услышанное.              — Серьёзно?!              — Ага, — мама улыбнулась, явно довольная моей реакцией.              — Я же ждала этот фильм вечность, с тех пор как дочитала роман Гюго!              — Ну вот, увидишь. Идём всей семьёй.              — А-а-а! — я подскочила и сжала маму в крепких объятиях. — Энн Хэтэуэй же там!              Этот день был просто волшебным. Фильм превзошёл все мои ожидания, роллы казались вкуснее, чем когда-либо, а звонки от родных с поздравлениями только поднимали настроение.              Мне желали всего самого наилучшего, и от бесконечной улыбки даже начали болеть скулы. Самое забавное — почти каждый намекал на мой возраст, упоминая, что теперь мне пора бы встретить свою любовь. Я только смеялась, отмахивалась и говорила, что мне пока не до этого. Ведь мои истории с Димой и Серёжей знала только мама… хотя, возможно, некоторые всё же догадывались.              Днём я встретилась с дядями и тётями, которые, конечно, пришли не с пустыми руками. А когда мне позвонила двоюродная тётя, её пожелание было… скажем так, неожиданным.              — Ну, дорогая, теперь самое время отрываться с мальчиками по полной! — заявила она, даже не пытаясь скрыть веселье в голосе.              Я вспыхнула, как спелый помидор.              — Э-э… спасибо… хорошо… — пробормотала я, не зная, куда себя деть.              Родители просто заливались смехом, слушая мои возмущённые жалобы:              — Ну почему она говорит мне такие вещи?!              Поздним вечером я зашла на свою страничку «ВКонтакте» и начала принимать поздравления от друзей. В тот момент для меня было важно не столько то, что именно они писали, сколько сам факт их внимания. Пусть даже простое «С Днём Рождения!» — мне этого было достаточно. Я улыбалась, не переставая, и каждому отвечала коротким, но искренним «спасибо».              Но когда в личные сообщения пришло поздравление от Серёжи — моё сердце ухнуло в самую бездну.              В школе мы теперь были чужими друг для друга людьми. Но Лиля упорно твердила, что он продолжал смотреть в мою сторону, а я ведь чувствовала это...              «Если всё кончено — пусть так и будет кончено! Но… Я не могу перестать думать о нём…»              Никогда раньше я не испытывала такого сильного чувства. Да, мне нравились мальчики, но чтобы любить… Любить так, что до дрожи, до комка в горле, до слёз… Это необъяснимо.              И каждый раз, когда Лиля говорила, что Серёжа снова смотрел в мою сторону, мне хотелось лишь спрятаться в угол и выплакаться.              «Почему он не принимает тот факт, что мы расстались? Почему продолжает держаться за то, чего уже нет? Зачем он так со мной поступает?»                     Сергей [19:06]       я знаю, что, может, не очень вовремя, но если ты не против, может, завтра после школы немного прогуляемся?       просто поговорим       если не хочешь — ок       просто подумай                     Когда на экране ноутбука появилось это сообщение, у меня перехватило дыхание. Сердце сжалось так, словно его сдавили в кулаке.              «Он не давит. Я могу отказаться… Но не хочу».                     Ольга [19:10]       ладно, только ненадолго                     Отправив это сообщение, я тут же осознала: «Я совершаю огромную ошибку». Но уже было поздно.              «Хорошо. Раз он хочет поговорить — пусть. Я объясню ему, что всё между нами кончено. И он поймёт, что наши отношения были всего лишь глупостью, и что возвращаться к ним бессмысленно».              Но этой ночью мне приснился Серёжа. Он приходил в мои сны часто. Но не так, как в этот раз.              Я чувствовала его уверенные прикосновения. Его губы скользили по моей коже, оставляя за собой огненный след. Пальцы медленно изучали каждую линию моего тела, находили самые чувствительные места, и от этих движений меня бросало в дрожь…              Резкий вдох — и я проснулась. Сердце гулко стучало в груди, кожа горела, была влажной, словно я только что вынырнула из тёплой воды.              «Господи… что со мной…»              Волнение, возбуждение, стыд — всё смешалось в один пульсирующий ком, не давая прийти в себя. Граница между сном и реальностью будто стёрлась.              Я лежала, продолжая сжимать ноги, надеясь, что дрожь уйдёт, а дыхание успокоится. Но образ его рук и губ не отпускал, заставляя тело вспыхивать снова и снова.              Только через какое-то время мне удалось вновь провалиться в беспокойный, тревожный сон.              «Завтра я встречусь с Серёжей. И понятия не имею, чем это закончится».              

***

             — О чём ты хотел поговорить? — спросила я Серёжу, когда школьный день закончился, и он, перехватив меня на улице, подбежал ко мне.              Засунула руки в карманы, стараясь казаться невозмутимой, но внутри всё бурлило.              «Спокойно… будь гордой и холодной».              Но разве можно притворяться, когда перед тобой стоит человек, которого ты так сильно любишь?              Он смотрел прямо в глаза. Его взгляд был не обиженным, не умоляющим, не злым… Просто до боли тёплым и родным. Таким, каким он был до всего.              — Я не буду тебя задерживать, — тихо сказал Серёжа.              Я молчала, пытаясь не выдать, как быстро застучало сердце.              Он замялся, неловко потёр затылок. Я прямо чувствовала, как он волнуется.              — Я просто… хотел сказать, что… ну… мне жаль. За всё, — сглотнул, опустив глаза. — И... я понимаю, что, может, ты уже всё решила. И я приму это. Только…              Он засунул руку в карман, достал маленькую коробочку и протянул мне.              — Это тебе. С прошедшим днём рождения.              Я машинально взяла коробочку. Мои пальцы чуть коснулись его, и по телу словно пробежал ток.              «Блин… почему так? Почему он всё ещё заставляет меня дрожать?»              — Я ничего не прошу. Просто… хотел, чтобы ты знала, что ты всё равно важна для меня.              У меня перехватило дыхание, и я медленно открыла коробочку. В ней была тонкая серебряная цепочка с кулоном из небольшого голубого камня, переливавшегося на свету. Я не могла оторвать взгляда.              «Почему? Зачем он это сделал? Как он узнал?.. Я обожаю такие украшения. Подруги знают. Мама знает. Но он? Откуда?.. Неужели… Ксюша?»              — Зачем? — мой голос прозвучал еле слышно. — Ты же знаешь, что всё кончено, Серёж…              Он напрягся, будто заранее знал, что я скажу это. Сжал губы, отвёл взгляд.              — Не стоило… — продолжила я чуть громче. — Не стоило ничего дарить. Тем более… — я перевела взгляд на цепочку, которую всё ещё держала в руках, — тратиться. Мы же расстались.              Я аккуратно закрыла коробочку и протянула ему обратно, но он не взял — просто смотрел на меня. Молчание стало невыносимым.              — Возьми. Пожалуйста, — попросила я, стараясь не показывать, как сильно всё внутри рвалось, но всё же выдавила: — Это неправильно.              Он будто застыл на несколько секунд и вдруг сорвался.              — Неправильно?.. — глухо повторил. — Оль, я не какой-то левый парень, который решил на тебя произвести впечатление. Я…              Сделал шаг назад, словно хотел поставить между нами дистанцию.              — Я просто хотел сделать тебе приятно. Хоть что-то. И не ради того, чтобы ты вернулась. Просто… просто потому что ты мне, чёрт возьми, не безразлична.              Он резко выхватил коробочку из моих рук. Я успела увидеть, как на его лице сменяется боль, злость и отчаяние. А потом — резкий взмах руки. Коробочка со звоном ударилась о ветки и исчезла в снегу.              — Серёж! — я вскрикнула. — Ты что, совсем?..              Рванула к кустам, падая коленями прямо в снег. Пальцы дрожали, когда ворошила ветки.              «Где она?! Где?! Господи, только бы найти!»              Снег осыпался на ладони. И вдруг — тонкий серебристый отблеск.              «Фух… нашла…»              Осторожно подняла цепочку, вывалившуюся из коробочки, сдувая снежинки и чувствуя, как внутри всё горит от злости и боли.              Серёжа медленно подошёл ко мне, шаги его тихо скрипели по снегу. Лицо хмурое, губы сжаты, но в глазах — растерянность и что-то почти виноватое. Он присел на корточки рядом, опершись локтями о колени.              — Прости, — тяжело выдохнул. — Это было тупо. Я не хотел. Я просто… вообще не понимаю, как вести себя с тобой.              Снег пропитывал ткань моих джинсов, но продолжала сидеть с цепочкой в ладонях.              — Я и сама не знаю, — прошептала.              — Оль, — тихо сказал он, глядя перед собой, — за это время я тысячу раз прокручивал в голове, как нам стоило всё сделать иначе. Ты была права, не надо было говорить в школе, всем. Нужно было просто поговорить с Ксюшкой. Наедине. Объясниться. Может, тогда бы ничего этого не произошло…              Я опустила глаза.              — Мы сделали глупость. Я чуть не потеряла подругу.              Он кивнул, а потом продолжил:              — А ещё я думал… что, если отпущу тебя — тебе станет лучше. Что, может, я только мешаю.              Я сильнее сжала цепочку в пальцах.              — Я всё испортил. Я правда не хотел. Просто… я идиот, — он хмыкнул и чуть опустил голову.              — Ты не идиот, — тихо сказала я, поднимая на него глаза. — Просто поторопился.              Он чуть подался ко мне, но не коснулся. В его взгляде застряла боль и облегчение одновременно.              — Я не хочу больше без тебя, — его голос дрогнул. — Я не могу выкинуть тебя из башки. Ты — мой человек. Понимаешь? Просто… мой.              «Он сказал это. Он сказал, что я — его человек. Это же почти признание… в любви».              Я проглотила ком в горле.              — Я каждый день думаю о тебе. Я столько плакала, — слова вырвались сами собой. — На самом деле я совсем не хотела с тобой расставаться.              — Оль…              Серёжа осторожно потянулся к моей руке. Я встретилась с его тёмными, серьёзными глазами. Он взял мою руку, и его ледяные пальцы обожгли кожу. Холод пробрал до самой глубины души.              — Давай попробуем ещё раз? — тихо спросил он.              Моё дыхание сбилось, но я неуверенно кивнула.              — Давай.              Он помог мне подняться с колен, потянув на себя.              И вдруг я поняла, насколько устала быть сильной. Сколько держала в себе… Я сделала шаг вперёд и просто прижалась лбом к его груди — и будто домой вернулась. Серёжа выдохнул со смешком. Его руки крепко обняли меня за плечи. И я больше не сдерживалась. Сжала его куртку в пальцах.              — Прости меня, — прошептала я. — За всё.              «Я ведь тоже виновата — тянула с признанием Ксюшке. Если бы я решилась раньше, ничего этого бы не произошло…»              Он наклонился чуть ближе, кончиками пальцев касаясь моей щеки.              — Я скучал, — сказал почти шёпотом.              И прежде чем я успела хоть что-то ответить, его губы накрыли мои.