Восьмиклассница

      Рано утром мы прибыли в Бельгию, в удивительный средневековый город Брюгге. Узкие мощёные улочки, старинные дома с причудливыми крышами, каналы, отражающие в воде очертания вековых зданий… Если где-то и можно почувствовать дыхание прошлого, так это здесь.              После Парижа казалось, что больше ничего не впечатлит. Мы были усталые, переполненные эмоциями и даже немного пресыщенные. Даже мама, обычно неутомимая в своих попытках запечатлеть каждую деталь, вдруг объявила, что фотоаппарат нужно поберечь — память вот-вот закончится.              Мы лениво бродили по городу, поддаваясь его неторопливому ритму. Церковь Богоматери с остроконечной башней, Госпиталь Святого Иоанна, живописные каналы, благодаря которым Брюгге называют второй Венецией… Всё это создавало ощущение старинной сказки.              Мы с папой шутили, вспоминая фильм «Залечь на дно в Брюгге» с Колином Фарреллом, называя город «дырой», а мама негодующе пыталась убедить нас хотя бы встать на фоне чего-нибудь для фотографии.              В конце концов, мы дошли до сердца Брюгге — площади Гроте-Маркт. В её центре возвышался зелёный памятник двум народным героям. С одной стороны площади тянулась внушительная Колокольня Белфорт, с другой — здание Провинциального суда.              Серёжа к этому моменту уже еле волочил ноги. Он не жаловался, но по его лицу было видно — организм требует перезагрузки. Мы остановились у одного из каналов, и он, зевая, произнёс:              — Если я ещё один раз услышу слово «готический», у меня начнётся аллергия.              Я рассмеялась.              — Ты просто не понимаешь всю суть искусства!              — Я понимаю только то, что хочу сесть.              Он плюхнулся на скамейку, откинулся назад и закатил глаза:              — Вот бы сейчас бельгийские вафли и кофе. Вместо всего этого…              Мама обернулась на нас и подняла бровь.              — Ты хочешь сказать, что тебе не нравится Брюгге?              — Мне нравится. Очень. Особенно с закрытыми глазами. Тут прямо ощущается дух старины… особенно, когда ты валишься с ног от усталости.              Мы засмеялись, даже папа улыбнулся. Серёжа встал, размял плечи и снова пошёл вперёд, волоча ноги.              Прогулявшись ещё немного, мы вышли на площадь Бург. Здесь возвышалась белоснежная ратуша, усыпанная изящными скульптурами, а неподалёку находилась Базилика Святой Крови Христовой — загадочное и величественное место, которое притягивало к себе паломников и туристов со всего мира.              — Люди придумали легенду, что после крестового похода граф Фландрии Дидерик приехал в Брюгге в середине XII века и привёз с собой остатки святой Крови Христовой, которые теперь хранятся в базилике, — рассказывала нам гид.              — Так она, наверно, там вся высохла! — громко кто-то ляпнул.              — Так гласит легенда! — загадочно ответила экскурсовод и показала нам свой указательный палец.              Вскоре нам предложили немного погулять, и народ с восторгом бросился в магазинчики со сладостями. Ведь Бельгия — это шоколадный рай! В каждом магазине предлагали попробовать крошечный кусочек шоколада бесплатно, а вот сами конфеты стоили недёшево. Некоторые ребята быстро смекнули, что если зайти во все лавочки подряд, можно устроить себе шоколадное пиршество без единого евро.              Я, честно говоря, не осмелилась участвовать в этой хитроумной акции, как и Серёжа. Он отшутился, что не фанат шоколада, но когда наши друзья вернулись с перемазанными шоколадом ртами, мы хохотали так, что прохожие оборачивались.              — Костян, у тебя на щеке… нет, подожди, это уже другой сорт, — прищурился Нагимов. — Ты дегустировал молочный, тёмный и белый — всё сразу?              — Я исследовал культурное наследие страны! — с важным видом ответил Ромашечкин, облизывая губы.              — А Владу, похоже, уже можно признавать послом шоколадной дипломатии, — подхватил Серёжа. — Её в следующий магазин пустят без слов, просто по запаху.              Мы смеялись так, что у Влады чуть не пошли слёзы от смеха. Она, не теряя самообладания, достала зеркальце из сумочки и стала убирать остатки шоколада с лица.              Наверное, именно от таких моментов в путешествии остаётся больше впечатлений, чем от всех достопримечательностей вместе взятых.              Через час все снова собрались у автобуса, и мы отправились в столицу Бельгии — Брюссель. В половине третьего мы уже шагали по его улицам, впитывая атмосферу города. Нас привели на Гран-Плас. Вокруг — старинные готические здания, будто сошедшие со страниц исторических романов. По дороге мы заглянули в торжественный Брюссельский собор Святых Михаила и Гудулы.              На самой площади возвышалась городская ратуша с огромными часами, дома гильдий, а напротив стоял «Дом Короля» — в котором, иронично, никогда не жил ни один король.              А затем мы дошли до одного из главных символов Брюсселя — Маннекен Пис. Я ожидала чего-то впечатляющего, но эта знаменитая фигурка оказалась крошечной! Однако забавный факт — у Писающего Мальчика был гардероб из восьмисот нарядов. В этот момент я поняла, что даже статуи здесь живут интереснее, чем я.              — Восьмисот?! — присвистнул Серёжа. — А я-то думал, у него только один повод для гордости.              Костя заржал, кто-то из девчонок покраснел, а Влада театрально закатила глаза:              — Серёж, у тебя комплексы?              — У меня-то нет, — невозмутимо ответил он. — Но если ты вечно голый перед людьми, хотя бы костюмчики должны быть огонь. Надо же как-то отвлекать внимание.              После экскурсии нам дали свободное время, и мы тут же отправились на поиски знаменитых бельгийских вафель. Нашли уютное кафе, заказали огромные вафли с клубникой, шоколадом и взбитыми сливками… Они были горячими, сладкими, хрустящими снаружи и мягкими внутри — абсолютное блаженство!              — Я ждал этого момента всю поездку, — сказал Серёжа с выражением глубочайшей серьёзности, отламывая угол вафли. — И знаете что? Оно того стоило.              Откусил и закрыл глаза:              — Ну всё. Я не уеду отсюда.              Я расхохоталась, а мама устало улыбнулась.              — Ну всё, — сказала она. — Теперь можно возвращаться домой. Серёжина мечта сбылась.              И действительно наше путешествие подходило к концу. Нас ждал путь домой. Мы были уставшие, измотанные, но счастливые. В окнах автобуса мелькали зимние пейзажи, а вскоре показался первый снег. Как будто он ждал нашего возвращения, напоминая о России.              На ночь мы остановились в городе Вроцлав, Польша. Честно, не знаю откуда, но из последних сил я всё-таки сумела выползти из номера под уговорами Серёжи.              — И откуда у вас столько энергии? — пожаловалась я, едва добравшись до места встречи в коридоре.              — Ты что, совсем выдохлась? — удивилась Влада. — У меня ноги отваливаются, но настроение просто шикарное!              — У меня так же, только вот ощущение, что сейчас упаду прямо здесь.              — Так падай, — предложил Серёжа.              — Прямо тут? — поразилась я.              — Ага, диванов нет, кресел тоже, а вот ковёр, кажется, вполне сойдёт, — он уселся по-турецки, прижавшись спиной к стене.              — Ну, раз уж вы так настаиваете… — я села рядом с ним.              Влада, Костя и Вова устроились напротив.              — Что вам больше всего запомнилось в поездке? — первой заговорила Влада.              — О-о… — протянул Вова. — Амстердам!              — И голуби, — добавил Серёжа.              — Я вообще поражался, как они тебе не изгадили всю голову, — хохотнул Костя. — Их же была тьма!              — Да-да. Магия!              — А мне больше всего запомнился Диснейленд, — высказался Костя. — Оль, зря ты с нами не поехала.              — Ой, да ладно! — махнула я рукой. — Вы бы только и делали, что успокаивали меня после каждого аттракциона. Вы и так прекрасно провели время.              — Это точно… — протянула Влада. — Какие там бешеные дети были!              — Да мы сами были не лучше, — усмехнулся Серёжа, и ребята дружно хихикнули. — А тебе, Оль? Что больше всего понравилось? — он легонько ткнул меня пальцем в плечо.              — Хм… Даже не знаю. Всё было так здорово, особенно Париж. Не могу выделить что-то одно. Потрясающая поездка! Только с погодой нам, конечно, не повезло.              — Это да…              Мы долго смеялись, пересматривая фотографии, обсуждая самые забавные моменты, делясь впечатлениями. Но постепенно разговор свернул в другую сторону — никто не мог поверить, что каникулы подошли к концу. Казалось, только вчера мы собирали чемоданы, предвкушая это путешествие, а теперь уже возвращались домой.              Но было в этом что-то хорошее — все согласились, что провели эти дни с огромной пользой. Мы не просто отдохнули, а увидели мир, узнали столько нового, испытали невероятные эмоции. Ведь это куда лучше, чем сидеть дома! Теперь у нас были не просто воспоминания, а целая коллекция историй, которыми мы ещё долго делились.              — А как там твои подруги, Оль? Ты им звонила? — вдруг спросил Костик.              — Да, мы переписывались, я отправляла им приветы из каждой страны, — улыбнулась я, прижимая колени к груди.              — А я вот про своих совсем забыл, — признался Вовка.              — Костян, а чего ты вдруг вспомнил про Лильку с Ксюшей? — с хитрой ухмылкой протянул Серёжа, лениво откинувшись назад и слегка задев друга ногой.              — Отвали, — буркнул Костя, нахмурив брови.              — Ого… — протянула Влада и многозначительно улыбнулась. — Кость, я давно не видела, чтобы ты так реагировал на обычный вопрос. Что-то тут нечисто!              — А ты что, не знала? — подлил масла в огонь Серёжа. — Костян втрескался в нашу Лильку.              — Да ну?! — две пары глаз — Владиных и Вовиных — синхронно уставились на покрасневшего Костю, а потом на самодовольно ухмыляющегося Серёжу.              Ромашечкин тут же пнул его в ответ.              — Заткнись, придурок!              — Обалдеть! Давно, Кость? — Вова навалился на него с любопытством.              — Какая разница? — пробурчал тот, прикрываясь руками.              — Нам-то как раз очень даже интересно! — пропела Влада и прижалась к его плечу, заглядывая в лицо. — Но почему именно Лиля?              — Просто… — Костя отвёл взгляд в сторону. — Она мне ещё с пятого класса нравится.              — Ого! — распахнула глаза Влада. — А почему именно с пятого? Почему не с первого?              Он устало закатил глаза.              «Кажется, сегодня ночью Серёже не поздоровится».              — Да не знаю я! — раздражённо бросил. — Просто недавно понял, что она мне действительно нравится.              Мы переглянулись.              — Прямо сильно? — уточнила я, наклонившись чуть ближе.              — Да, — коротко кивнул он.              — Да она же отличница, Костян! — возмутился Вова, откинувшись прямо на ковёр.              — И? Ты что-то имеешь против? — тут же вспыхнул Костя, резко подаваясь вперёд.              — Не-не, ничего, — Вова поднял руки вверх в примирительном жесте и усмехнулся.              — Так раз она тебе нравится, почему бы не предложить ей встречаться? — невозмутимо заметил Серёжа.              — Нет, — буркнул Костя, уткнувшись взглядом в кроссовки.              — Почему? — мы с Владой в один голос подались вперёд.              — Да потому что она меня ненавидит, — выдохнул он.              — С чего ты вообще взял? — нахмурилась я.              — Я что, не вижу, как она на меня смотрит?              — И не только на тебя! — вставил Вова, хохотнув.              — Она вообще на всех так смотрит, — уточнила я.              — Но не на вас с Ксюшей, — буркнул Ромашечкин, не поднимая глаз.              — Ну да, мы её лучшие подруги, — я пожала плечами. — Со всеми остальными она держит дистанцию.              Костя замолчал, ковыряя пальцем край ковра, а потом вдруг тихо сказал:              — В пятом классе вы с ней начали дружить. Я тоже хотел быть её другом… хотя бы. Но…              — Но что?              — Не решился. Я просто не знал, о чём с ней говорить.              — А сейчас знаешь? — мягко спросила Влада.              — Возможно. Но не уверен… Да и всё равно у нас ничего не выйдет.              — Да почему ты так уверен?! — воскликнула Влада и шлёпнула его по плечу. — Всё будет классно! Просто скажи ей об этом!              — Не знаю… Посмотрим. Всё, хватит! — почти крикнул он и резко поднял руки, будто ставил точку в разговоре.              Мы обменялись взглядами и поняли, что давить смысла нет.              Спустя пару минут дверь номера отворилась, и в коридоре появился мой папа. Он выглядел раздражённым и с серьёзным видом велел всем расходиться по комнатам.              После таких новостей уснуть было непросто. Голова гудела от мыслей, эмоции переполняли, но несмотря на всё это, меня грела одна мысль: «Скоро мы вернёмся домой».              Путешествие подошло к концу, но впереди нас ждали перемены.