Кровавый рассвет

Вдруг что-то произошло. Люди начали затихать, один за другим. Сначала недоверчиво, потом со смесью неописуемого ужаса и шока. Неустойчивой волной по площади прошелся приглушенный ропот, а после многие начали падать на колени и креститься. Не понимая, что могло стать причиной такой резкой перемены настроения толпы, члены Трибунала начали недоуменно переглядываться. В момент затишья карканье воронья вдруг прозвучало оглушительно громко, как будто то был вердикт о кровавой расправе, вынесенный кому-то с ледяной уверенностью. Кому же?.. Ожидание неизбежного повисло в воздухе, подобно виселице, с жутким скрипом медленно покачивающейся на ветру в ожидании грешника. Некоторые горожане, замерев, дрожащими руками указывали куда-то в сторону гигантского костра. На первый взгляд духовным исполнителям показалось, что там ничего не было видно, кроме всепоглощающего пламени. Многие из представителей инквизиции даже с усмешкой повернулись обратно к толпе, подумав, что у необразованного люда просто-напросто разыгралось воображение. Еще бы, они так старались, устраивая зрелищное представление, чтобы местная аристократия осталась довольна их работой. С этими мыслями председатель Трибунала бросил было самодовольный взгляд на «ложу», где размещалась вся городская знать, но тут же его выражение лица сменилось крайней степенью обеспокоенности. Сам барон судорожно крестился и целовал свой крест, в ужасе взирая на место казни. Вконец озадаченный председатель, у которого все внутри похолодело, перевел взгляд на костер, и то, что он увидел, заставило его вскричать: О Пречистая Дева Мария!.. За языками пламени, которые поднимались, казалось, до самых небес, теперь отчетливо виднелся хрупкий силуэт… медленно расправляющий большие ослепительно белые крылья. Огонь не причинял им ни малейшего вреда, как и самой фигуре в светлых одеждах, в которой только неясные тени темных волос выдавали прежнюю осужденную. За жаром было не разглядеть, но Доминик был готов поклясться самим Дьяволом, что его Анна сейчас, улыбаясь, смотрела на него. Его Анна?.. Нет, зачем обманывать себя, теперь она меньше всего могла принадлежать ему, существу из Ада. - Прощай, Анна. – Произнес он одними губами. Взмах гигантских невесомых крыльев – и она взмыла в небо, тут же сливаясь с лучом света, появившимся из ниоткуда и поглотившим ее. Никто и ахнуть не успел, как это вечернее видение исчезло без следа, вновь являя взору ошеломленной толпы лишь начавшее темнеть небо с редкими тихими звездами. Однако... Доминик чувствовал, что для собравшихся на площади это был далеко не конец жестокого "представления". Что-то приближалось... Он прикрыл глаза, положившись на инстинкты. Ближе... Еще ближе... Почти здесь. Резко сделав вдох, Доминик открыл глаза и поднял лицо. - Не думал, что Он найдет этот случай достойным своего внимания... Спустя мгновение небеса пропали, явив черную бездну. Откуда ни возьмись поднявшийся порыв леденящего душу ветра потушил на уже почти догоревших дровах оставшиеся языки пламени, отдавая до смерти перепуганных людишек в безраздельную власть Тьмы. На несколько секунд все замерло в немом ужасе и, казалось, само время остановилось по воле этой могущественной силы. И тут... Вот тут и начался Ад. Потухший костер вспыхнул вновь, на этот раз поглотив всю площадь и осветив ту ожившую черноту, которая тотчас начала кишеть сотнями тысяч крыльев, когтей и клювов. Нисколько не боясь дьявольского пламени, она смертоносным каркающим потоком ринулась вниз собирать свою кровавую жатву. *** Что ж, теперь мне здесь делать больше нечего, - произнес демон, напоследок бросив взгляд на то, что творилось внизу. Сделав шаг вперед, он с силой оттолкнулся от пола балкона и, коснувшись перил, устремился в одному ему ведомую даль. Прочь, прочь отюда, как можно дальше от этого проклятого города... Куда? Что ж, путь только один. Aeternitas me manet...* *Вечность ждет меня (лат.).