Лучший специалист

В огромной аудитории расположились все участники и организаторы Всемирного Конгресса. Петухов также прилетел к своим преемникам, чтобы поддержать, ну и, естественно, прочитать свою лекцию по лапаротомии. Доклады потихоньку озвучивались врачами, комиссия (или лучше сказать жюри?) внимательно слушали выступления, отмечая про себя некоторые вопросы, чтобы задать их потом на индивидуальном собеседовании. Сделали перерыв на обед прямо перед выходом за кафедру наших специалистов. Юра буквально зашипел от негодования. Он бы лучше выступил, чем поел, хотя есть тоже хотелось – Соловьев не завтракал, боясь, что все съеденное окажется снаружи в самый неподходящий момент. Дмитрий Владимирович подошел к их столику, чтобы поддержать. Боярин улыбнулся своему учителю, и заверил, что они постараются. Было решено: Соловьев рассказывает сам доклад, а Ян отвечает на все вопросы от других участников. Такое распределение обязательно им поможет засветиться перед комиссией, ну а на индивидуальном собеседовании будут уже спрашивать обоих врачей. Перерыв растянулся на полтора часа. Пока все собрались в аудитории, пока дождались саму комиссию… Соловьева стало колотить сильнее. Боярин снисходительно наблюдал за ним, но перед самым выступлением все-таки приобнял и тихо шепнул: - Мы сможем. И эти слова подействовали на ординатора сказочным образом. Слушатели внимательно следили за докладом о нововведениях в лапароскопии, после чего посыпались вопросы. Да, когда дело касается разработки новых методов оперирования в довольно молодой области хирургии, конечно же, будет бурная реакция со стороны таких же врачей, как и ты. Боярин с осторожностью отвечал на все претензионные замечания, сомнительные вопросы, за которыми скрывалось чуть ли не прямое: «Вы в своем уме?». Ян не был бы ведущим хирургом по области, если бы не хладнокровными аргументами в своих рассуждениях поставил все точки над И. В итоге все в зале, не стесняясь, принялись рассуждать о правильности таких подходов и действенности новых методов на практике, даже проснулись некоторые личности, считающие это собрание скукотищей. Организаторы призвали к тишине, и вот зал начал стихать, а на сцену вышли следующие участники. Петухов незаметно показал большой палец вверх своим ученикам, на что Боярин удовлетворительно кивнул, улыбнувшись заведующему отделением. Ян с нежностью сжал в своей руке холодные и до сих пор дрожащие пальцы ординатора. - Ты молодец! Думаю, если мы не победим, то на стажировку точно позовут, - подмигнул мужчина, ловя удивленный взгляд Соловьева. - С чего бы? - Да ты посмотри, какую реакцию мы вызвали своим докладом. Все-таки лапароскопия должна развиваться, а американцы не упустят этот шанс для своей медицины. Это тебе не Россия, - с каким-то сожалением выдал Ян. После всех выступлений вновь сделали перерыв, но на полчаса, для подготовки помещения, где будут проходить индивидуальные собеседования. Организаторы сообщили, что только пять докладов будут рассматриваться комиссией. Юре это напомнило кастинг: отбор в два этапа. Благо, что они попали в финал, так сказать. Еще час мучений в разговоре с мировыми специалистами, а после объявили о банкете. Для этого нужно было покинуть клинику и перейти через дорогу в ресторан. Организованными колоннами врачи покидали больницу, выдыхая устало – но банкет все же лучше, чем просто торчать и ожидать, когда же выйдут оппоненты из практикума после собеседования. *** Медики сновали между столами, знакомясь или находя уже старых приятелей, с которыми они виделись на вот таких съездах хирургов. Боярина же и Соловьева никак не отпускали из-за самого большого стола, куда посадили гостей и представителей «Medical Corporation». После предложенного тоста одного из американский гостей, который своей вступительной речью объявлял начало банкета, последовало оглашение результатов съезда. - … Вы все были на высоте, но комиссия все же определилась с победителями. Ими стали… - театральная пауза, в которую, казалось, остановились десять сердец пятерки финалистов собеседования. – Ян Анатольевич Боярин и Соловьев Юрий Петрович! Примите мои искренние поздравления! Под громкие аплодисменты медики поспешили на сцену, где им вручили дипломы и пока еще не подписанные контракты с компанией на прохождение стажировки в Америке. - Спасибо, - улыбнулся ординатор, пожимая руку говорившему. Ответную речь произносил уже Боярин: - Спасибо, мы сегодня все постарались. Я и мой коллега, несомненно, оправдаем надежды как нашего наставника, Петухова Дмитрия Владимировича, так и компании Medical Corporation, а теперь, давайте веселиться. Последние слова стали пусковым механизмом для группы медиков, которые будто этого и ждали. Как это не прискорбно осознавать, но именно медики ни с кем не сравнятся в запоях и просто в принятии алкоголя. «Отличительная особенность, бля», - подумал про себя Соловьев, выпивая третий стакан водки с колой. *** - Сегодня ты был неотразим, - жарко выдохнул в самые губы Ян и поцеловал парня. Они вернулись в гостиницу, так и не дождавшись окончания банкета. Если бы они задержались еще на час, то покинуть ресторан не было бы возможности просто физически, только если бы их кто-нибудь вынес… Пока знакомые Боярина подходили к ним, чтобы поздравить лично и высказать восхищение, Соловьев прикидывал для себя в уме: стоит ли рискнуть и первым сделать шаг. Адреналин от выигрыша буквально ударил в мозг – Юра еле сдержал себя, чтобы не накинуться с объятиями и поцелуями на старшего прямо на сцене! Боярин сдержанно пожал руку парню, после того, как они обратно спустились в зал. Врач неприлично долго слегка сжимал ладонь Юры, смотря в глаза, а после все-таки нашел в себе силы отпустить его руку. Вздох сожаления от обоих, и рутина поздравлений закрутила их. Старший ненавязчиво ухаживал за ординатором, так, чтобы это не вызвало подозрений у других: подливал алкоголь, подкладывал салаты, и другие мелкие жесты, которые безумно доставляли для самого Соловьева. Не вытерпев, Ян тихо позвал парня в уборную. И стоило переступить порог Юре, как его запихнули в одну из кабинок и жадно поцеловали. - Это издевательство, я так давно хотел… - прошептал старший. - Надо было раньше, - с недовольством услышал Ян. - Чтобы ты обозвал меня извращенцем и обходил за три километра?! - Вообще-то я спокойно отношусь к геям, - не отставал парень. - Потому что сам к ним относишься? – съязвил Боярин, за что получил тычок в бок. - Будешь много разговаривать, так и останемся в этой стремной кабинке, - более, чем намекнул Соловьев. - Понял, не дурак, - хищно заулыбался мужчина и, поцеловав напоследок, потянул его в сторону выхода. Сначала были смущающие пошлые взгляды Боярина и красные щеки Соловьева в душном салоне такси, а затем быстрые шаги по холлу до лифта. Ян принялся раздевать парня с порога комнаты, подталкивая к своей кровати. - Я рад, что ты пришел в ординатуру именно в наше отделение, - говорил мужчина между поцелуями. Руки ласкали шею, плечи, грудь, стискивая соски между пальцами. Движения осторожные, но в то же время вызывающе дерзкие. Язык нежно выводил узоры на коже, опаляя ее жарким дыханием. Юра плавился от тысячи ощущений, не веря, что все это происходит с ним. Их бедра соприкасались, и даже сквозь брюки они терлись членами друг о друга. Не было стонов, лишь тяжелое дыхание. Соловьев пытался сдерживать себя, ему казалось это слишком смущающим. Будто кто-то услышит, осудит их, но стоило чужой руке прикоснуться к ширинке, как мысли терялись, посылая страх и смущение в далекие края. Всем заправлял Боярин, только он решал, когда снять брюки, когда остановить ласки и перейти к более решительным действиям. Юре оставалось наслаждаться и подставлять участки тела, которых не успел коснуться Ян. Судорожно обдумывая, как бы поступить: трахнуть это податливое тело, или же обойтись менее «инвазивным» половым контактом, Боярин спустился поцелуями до живота, останавливаясь у края резинки черных боксеров. Смазка находилась глубоко в сумке, презервативы тоже примерно там – «что же, так тому и быть». Ян развел ноги парня в стороны, устраиваясь между ними. Они оба были без трусов, что заставило вздрогнуть Юру от безумных ощущений, когда оба члена соприкоснулись друг с другом. - О боже, - простонал Соловьев, сдаваясь – стонать, так стонать! - Блядь, все равно не получится! – прорычал мужчина, понимая, что трение в сухую доставляло только боль. Минуту он потратил на поиски смазки, одновременно Юра капал на и так раскаленные нервы врача, приговаривая: «Тоже мне подготовка! Как ты вообще собирался в Москву?» - Закрой рот, или я немедленно заткну его своим… - Ян многозначительно замолчал, но рукой все равно провел по эрегированному члену. - Да, это пугающе, - искренне признался парень, поняв, что действительно пока не готов к таким подвигам. - Сука! – с победным ревом Боярин приземлился рядом с ординатором, держа в руках заветный тюбик. Быстрый поцелуй, и сильные руки вновь требовательно раздвинули длинные ноги. Морщась и прикрывая глаза, Юра раскрылся перед мужчиной, представляя вид на красивый член. Тот был чуть короче члена врача, но по толщине нисколько не уступал; красивая розовая головка, появляющаяся, когда рука размазывала смазку, оттягивая крайнюю плоть; аккуратные яички, в данный момент поджавшиеся, и небольшая растительность в районе паха. Парень с интересом рассматривал половые органы Яна, отмечая про себя, что тоже обязательно побреется. В это время мужчина навис над Юрой, упираясь лбами, они вновь поцеловались, только теперь поцелуй был настолько непозволительно мокрым, что возбуждение усилилось в разы. Боярин медленно, но с силой потерся своим членом о член парня, ловя удивленный взгляд последнего. Движение повторилось. Непередаваемые ощущения от недофрикций заводили ординатора. Пошлое трение гениталий, развязные поцелуи, а потом и руки Яна на их членах, и они получили ослепляющий оргазм. Вязкая сперма между пальцами неприятно слипала их. Ян тяжело дышал куда-то в шею парня, улыбаясь и наслаждаясь послеоргазменным состоянием. - Надо бы в душ, - прохрипел Соловьев, обнимая мокрое от пота тело врача. - Обязательно, - промычал тот. Они еще несколько минут нежились в объятиях друг друга, а после не спеша направились в ванную комнату, чтобы еще раз повторить это сумасшествие.